Первенство по шахматам

               
Когда и при каких обстоятельствах  я научилась играть в шахматы – не помню. Помню лишь, что, когда мне было уже за двадцать, я попросила своего приятеля – кандидата в мастера спорта по шахматам – поиграть со мной, но после первой же сыгранной партии он в дальнейшем отказывался быть моим партнером, заявляя, что играть со мной ему неинтересно. 
             
Спустя много лет я со старшим внуком, дочерью и другом её семьи Алексом поехала на озеро. Расположившись на берегу, мы перекусили, а потом Алекс предложил мне сыграть с ним партию в шахматы. Я опешила: «Да я не играла всю свою сознательную жизнь». Однако его предложение всё же не отвергла, и мы начали играть. Постепенно я увлеклась и уже не замечала ни порывов ветра, сметавшего фигуры с шахматной доски, ни накрапывавшего дождика. Я отключилась от внешнего мира и была полностью поглощена игрой. Моя сосредоточенность привела к успеху: я выиграла. И тогда подумала: “А вдруг это знак судьбы?”

После этого успеха я стала искать людей, играющих в шахматы, в своём ближайшем окружении. Несколько раз приходила в Центр социальной защиты, но там в шахматы играли одни мужчины, и я оставалась, как говорится, «не у дел». Поэтому совершенно неожиданно для меня по телефону прозвучал голос Анатолия Ивановича, руководителя шахматного клуба: «Куда Вы пропали? Не могу Вам дозвониться! У нас в воскресенье игра на первенство управ округа. Непременно приходите на этой неделе в ЦСО!» Я едва не проглотила язык: то я им была не нужна, и никто не хотел со мной играть, то получила приглашение сразу на соревнования. Прийти в ЦСО я не смогла и позвонила туда, чтобы сказать, что к соревнованиям не готова.

Едва услышав мой голос, он закричал: «Почему Вы не пришли? У нас в воскресенье соревнование на первенство округа!» Я постаралась спокойно ответить, что неважно себя чувствую и потому не могу принять в них участия. Однако Анатолий Иванович почти простонал в трубку: «Я Вас умоляю!» Я возмутилась: «Со мной никто не хотел играть, а теперь мне предстоит мотать себе нервы!» Но он ещё раз повторил: «Я Вас умоляю!» Слышать, что человек тебя умоляет и остаться равнодушной, было невозможно, и я согласилась. Тогда уже радостным голосом руководитель клуба сообщил, что в воскресенье за мной заедет машина.

В воскресенье я как будто и не волновалась, но давление подскочило до ста семидесяти пяти. Кроме Анатолия Ивановича, в машине находились ещё двое игроков из команды ЦСО и ответственный в Управе за спортивную работу. По дороге я спросила:
         - А играть надо будет с часами?
         - С часами.
Я взвилась:
            - Да я ни разу в жизни с часами не играла!
Меня поспешили заверить:
            - Ничего, справишься. Подумаешь, дело – нажимать на кнопку!
Помолчав, я задала следующий вопрос:
             - А на партию даётся определённое время?
             - Да, каждому партнеру даётся десять минут.
Я поняла, что меня ждёт грандиозный провал:
             - Да я одну партию играю не меньше часа!
Но и этот аргумент не смутил сидевших в машине мужчин. Только потом я поняла, что я была нужна им только для присутствия. Я сгодилась бы им и со всеми нулями.

Сверх ожидания, народу на соревнования прибыло много. Мне указали на двух хорошо играющих дам, одну полную, а другую - высокую, с палкой, «кореянку», как называли её шахматисты.  Я подумала: «Во имя чего я буду переживать, надрываться, трепать себе нервы и получать в итоге одни нули?» Подойдя к представительнице Управы, я заявила:
            - У меня болит сердце, я пойду домой.
Та возмутилась:
             - Вы не патриотка! Как Вы можете так поступить?
Я не знала, что делать. Меня выручила женщина, тоже принимавшая участие в соревнованиях: «Знаете, Вы сейчас не уходите. Сыграйте одну партию, хоть как, а потом скажете, что у Вас болит сердце». Она же подсказала мне, что полная дама играет в другой возрастной группе, и я поняла, что одной грозной соперницей у меня меньше. Перед началом соревнований нас предупредили, что в случае недопустимого хода стороне, сделавшей его, засчитывается поражение.
 
В первой партии мне выпало играть с «кореянкой». Я смирилась с судьбой и вошла в зал, где уже начались соревнования. Мы сели за шахматный столик, где стояли часы, которые отличались от тех, которые я привыкла видеть: на них не было кнопок на верхней панели часов. Зато на лицевой панели я увидела круглую выступающую бляшку, и, поскольку времени что-либо рассматривать уже не оставалось, то решила, что именно на неё мне и следует нажимать после каждого сделанного хода. Не имея представления, как совместить игру в шахматы с нажатием на кнопку, я находилась в лихорадочном состоянии из-за этого дополнительного источника тревоги.
 
Я делала лишние движения руками, а фигуры на шахматной доске переставляла почти машинально. При этом, сделав ход, я всё время нажимала на бляшку, но никто из присутствующих не поправлял меня, хотя за игрой наблюдали несколько человек. Полагаю, что моя соперница решила, что я не «совсем в себе». Поэтому, когда мы произвели размен ферзей, причём моей сопернице при этом пришлось сделать ход королём и она лишилась права на рокировку, то она, видимо, предположила, что я этого правила не знаю или просто не пойму, если она вздумает хитрить. Через несколько ходов «кореянка» сделала-таки рокировку, полагая, что я этого не замечу. Однако я мгновенно среагировала и заявила, что сделан недопустимый ход. Мне было записано первое очко. Позже я узнала, что вместо верхней панели на этих часах был установлен рычаг, на который и нужно было нажимать. Значит, во время игры всё время шли мои часы.

Когда я вышла в зал ожидания, игроки обступили меня с возгласами: «Ну вот видите!» Я вдохновилась и решила продолжать играть. Во второй партии я играла черными, и это означало, что часы стояли на столе слева от меня. И если я переставляла фигуры правой рукой, то ею же должна была нажимать на кнопку часов. К счастью, в этот раз и в последующих партиях часы были обычные, кнопочные. Я с непривычки норовила сделать ход правой рукой, а на кнопку нажать левой, поэтому всё время ошибалась, стараясь не терять времени. Получалось, что я всё время размахиваю руками: сначала левой, а потом правой. В этой партии возникла забавная ситуация: король моей второй партнёрши оказался в углу, защищенный какой-то фигурой, и на этой же диагонали уже давно стоял мой слон. Соперница сделала один или два хода, прежде чем я обнаружила, что её «оголённый» король не защищён от атаки моего слона. Тогда я во второй раз заявила, что сделан недопустимый ход, и мне было зачислено второе очко.

В перерыве между партиями представитель Управы посоветовал мне не напоминать сопернице запускать мои часы, если, сделав свой ход, она забудет об этом. В этом случае у меня появится возможность выиграть партию по времени. Именно такая возможность мне представилась в третьей партии. Моя противница и в самом деле всё время забывала запускать мои часы, и я ей не напоминала об этом. Каково же было моё разочарование, когда упал именно мой флажок! До сих пор не понимаю, как это могло произойти. Но факт остаётся фактом, и мне засчитали поражение. Четвертую партию я тоже проиграла. Теперь у меня были две победы и два поражения. Впереди пятая партия. Мне уже было небезразлично, каков будет общий итог игры. Но как выиграть? Нужно просто взять себя в руки и перестать дёргаться.
 
И вот последняя партия. Потом можно будет перевести дух. А сейчас... нужно вывести лёгкие фигуры в центр поля и не зевать, да, главное, не зевать. Всё время быть начеку. Силы у нас примерно равные. Стараюсь не спешить, хотя часы запущены. Через некоторое время чувствую, что моя соперница увлеклась, разыгрывая комбинацию, и не замечает нависшей над ней угрозы. Не видит, не видит, не видит... Мат! Победа!
      
Итак, общий счёт 3:2 в мою пользу. Представители управы поздравили меня с успешным проведением игры: как-никак я принесла команде 30 очков, а ответственный за спортивную работу отвёл меня в сторону и вытащил пачку тысячерублёвых купюр. Найдя, тем не менее, купюру достоинством пятьсот рублей, он протянул её мне со словами: «Это Вам от управы». Я растерялась и только спросила: «За деньги?» Поколебавшись долю секунды, я хотела было отказаться, а потом подумала: «А почему бы и нет?» – и взяла купюру.

Моей радости не было предела: команда нашей управы заняла первое место в округе!