Серость в крапинку. Глава 5

Ночью Игорек опять плохо спал, а утром вышел из подъезда на охоту. Время для охоты он выбрал между тем моментом, когда все уходят на работу и выкидывают своих питомцев на улицу, и тем довольно длинным промежутком, когда начинают просыпаться и  выползать из дома те, кому по каким-то причинам не нужно на работу. Последние обычно оставляют своих любимцев дома или выходят погулять вместе с ними. Поэтому охотиться на них не было никакого смысла. В распоряжении Игорька имелось примерно часа полтора, в которые он рассчитывал уложиться. Возможность проката кошек он отверг сразу, так как ему не хотелось всем объяснять, зачем ему это надо, и вызывать подозрения у и без того подозрительного народа, напуганного всякого рода революциями, реформами, эпидемиями, черными и не очень «пи-арами» перед бесконечными выборами и ставшими нормой отключениями воды, света и тепла. Он поставил себя на место владельцев животных и пришел к выводу, что он никогда бы не отдал свою кошку постороннему.

Раньше Игорек любил кошек.  Когда он был маленьким, в их семье всегда жили какие-нибудь барсики или муськи. Однако, став взрослым человеком, обремененным грузом бытовых проблем,  он перестал обращать на них внимание. Они стали для него элементом фона, на котором происходило его существование. Он их не замечал, как не замечал воздух, которым дышал, землю, по которой ходил, ступеньки лестниц, по которым поднимался и спускался. Их  незаметная, как правило, тихая жизнь протекала параллельно его существованию и нигде с ним не пересекалась. Он слышал о какой-то теории, что параллельные прямые все же встречаются в какой-то точке при каких-то условиях. Очевидно, сложившаяся в последние дни ситуация отвечала необходимым условиям; осталось выбрать правильную точку. Игорек подошел к карусели, откуда хорошо просматривался весь двор и стал подыскивать жертву. Оказалось, что пушистых элементов фона существования куда больше, чем он ожидал, и в данном месте заполняют собой довольно внушительный процент пространства.

Было тихое, почти безветренное утро золотой осени. Солнце только начинало отогревать землю после ночного заморозка. На небе еще виднелась белесая луна. Уже опавшие листья ждали который день дворника, а еще неопавшие радовались последним дням жизни. Возможно, предчувствуя, что теплых дней больше не будет до самого марта, кошки всевозможных расцветок и размеров  решили напоследок понежиться на солнышке.  На увядшей мягкой траве, покрывавшей место, где при строительстве дома планировалась клумба, уютно расположилась группа отдыхающих котов в количестве трех штук, обращенных мордами друг к другу. Они медитировали, томно прикрыв глаза. Их тела не двигались, но разум, определенно, был ВКонтакте. На невысокой сосне сидели два абсолютно одинаковых рыжих кота,  похожих на огромные мандарины, висящие на новогодней елке. У них, вероятно, проходил сеанс иглотерапии с целью повышения иммунитета перед зимним сезоном. Вдоль стены дома друг за другом пробежали четыре кошки разной степени пушистости, но почему-то все белые. Кто знает, может, они принадлежали тайному и закрытому для посторонних обществу блондинок и теперь спешили на очередное заседание с повесткой «Как пережить зиму в условиях хронического недофинансирования жилищно-коммунальной сферы». Под желтым «Вольво» развалилась соседская трехцветная кошка Сонька. Зачем она туда залезла, Игорек не мог понять: то ли там было теплее, то ли лучше пахло, то ли ей захотелось уединиться, потому что все ее презирали за отсутствие чистоты окраса и не принимали ни в одну из местных групп однокОшников. Зато ей некуда было спешить и не нужно было расходовать драгоценное время короткой кошачьей жизни на обмен письмами, комментариями и смайликами. Тратить время на догадки Игорьку не хотелось, ведь оно шло, а подходящая кандидатура еще не была найдена. Все кошки были довольно упитанными: к холодам запаслись жирком. Игорек еще раз обвел взглядом двор – больше выбрать было не из кого. Он повторно просканировал каждую из имевшихся в наличии животин, но опять пришел к выводу, что ни одна из них не пролезет внутрь потолка. Он зевнул. Умиротворяющая кошачья идиллия нагоняла сон, и Игорьку даже показалось, что он задремал в стоячем положении. Он бы примкнул к троице на траве, но не хотелось нарушать тихую гармонию без приглашения. Если бы кто-нибудь из этих троих сейчас бы сказал: «Четвертым будешь?», он бы, не раздумывая, присоединился. Его сознание наполнялось приятной теплотой, глаза слипались, изображения предметов стали расплываться. Поручень детской горки, стоявшей метрах в пяти, вдруг раздвоился и секунду спустя вновь стал единым целым, снова распался на две фигуры и опять восстановил свою первоначальную форму. Причем одна фигура оставалась все время неподвижной, а двигалась только вторая. Ее движение напоминало маятник. Игорек протер глаза. Присмотревшись, он понял, что это качается взад-вперед серая тощая кошка, настолько тощая, что когда ее тело уходило за поручень, его совершенно было не видно. Почуяв добычу, Игорек подошел поближе. Вначале ему показалось, что кошку раскачивал ветерок. Но затем стало очевидным, что колебательные движения были вызваны не внешней силой. Она раскачивалась сама, как в трансе, не отрывая лап от горки. Вдруг она замерла. Потом подвинулась к краю горки и посмотрела вниз. Встала и занесла одну лапу над пропастью, которой ей, видимо, в связи с ее маленькими размерами казалось расстояние до земли. У Игорька мелькнула неприятная догадка, что кошка определенно намеревается покончить с собой. Он сделал еще шаг вперед. Кошка тоже подалась вперед. Игорек был в растерянности: с одной стороны, он понимал, что кошкам не причиняет вреда падение даже с четвертого, а иногда и седьмого этажа, не то, что с двухметровой горки, но с другой стороны, что-то ему говорило, что нельзя позволить упасть этому существу, потому что оно казалось таким хрупким, что и впрямь могло разбиться, как фарфоровая статуэтка. Кошка оттолкнулась и полетела нельзя сказать, чтобы вниз, а по какой-то странной траектории, как летают листья, будучи слишком легкими, чтобы падать перпендикулярно земле. Это замедленный полет ее и спас: Игорек успел подбежать и подхватить несчастную. Ее тело плавно опустилось на руки Игорька.

«Это как раз то, что мне нужно», – подумал он и побежал домой.

Перед входной дверью он перекинул кошку через плечо и свободной рукой достал из кармана ключ. Побегав по квартире несколько минут в поисках подходящего места для депрессивной гостьи, он, наконец, остановился у кресла. Пришлось приложить некоторые усилия, чтобы уложить кошку. Она была в каком-то полуобморочном состоянии и упорно не хотела свертываться калачиком: то тонкий, похожий скорее на крысиный, хвост, то костлявые лапы свешивались с сиденья.  Игорек решил подождать некоторое время, чтобы прошли последствия шока от неудавшегося суицида. Кроме того, была очевидной необходимость подкормить пациентку, иначе она не смогла бы не то, что мышей ловить, а даже почесать у себя за ухом. Перекармливать тоже было опасно, чтобы не отбить охоту к охоте.