Судьба или...

Они кружились в медленном танце в такт музыке и наслаждались друг другом. В тот момент никто и ничто не могло их побеспокоить, а уж тем более разлучить. Они каждой клеточкой своего тела ощущали тепло и нежность, исходившие друг от друга, и всё их существо радовалось от этого ощущения блаженства и счастья.
К сожалению, всё хорошее когда-либо заканчивается, и этот танец не исключение.
— Бонни, может быть, пройдемся? — Глаза юноши буквально источали радость, благоговение перед этой девушкой. Его спутница согласно кивнула, и они, не разжимая рук, направились на улицу под тень вековых дубов, под ночную прохладу последних июньских дней.
Этот день и эту ночь девушка очень ждала, это был ее выпускной, его выпускной. А это означало, что совсем скоро они смогут быть вместе навеки.
Ее длинное нежно-голубое платье шуршало в ночной тиши, пока они шли к любимому старому дубу, видавшему многое в своей жизни. Из школьного здания доносилась ритмичная современная музыка, под которую, наверняка, танцевала вся школа, но нашу пару это совершенно не волновало, для них всё, что существовало сейчас, — это они.
— Ты прав, стоило выйти сюда, здесь так свежо... Не то, что в душном зале, — Бонни улыбнулась и обняла своего любимого.
— Люблю тебя.
— А я как люблю тебя, — чуть смеясь, она быстро поцеловала его, будто бы ему этого хватит. Керриган попытался забрать то, что ему причитается, но девушка явно играла с ним: то отворачивалась, то неожиданно тянулась к нему, но как только Керри попадался на эту уловку, тут же отворачивалась и весело смеялась. Юноша уже привык к таким играм, хоть и не особенно их любил, но ей это доставляло удовольствие. Керри Грей все-таки подловил момент и поцеловал девушку, и всё вмиг забылось. А из школьного зала мелодично лилась песня, под которую они в первый раз танцевали почти год назад, Unintended.
Грей… Керриган Эдан Грей пришел в эту школу в свой последний учебный год, семья его переехала из Флукберга в Кесвик. И Бонни Фейлин Джонс, одна из самых красивейших девушек в параллели, не оставила его равнодушным. Соперников у него было предостаточно, но Бонни, славившаяся своей неприступностью и в тоже время относительной лояльностью, практически никому не давала шанса, и это его распаляло еще больше. В какой-то момент Бонни поняла, что Керри для нее стал не только другом, и образовалась одна из самых красивейших пар школы: Бонни Джонс и Керриган Грей.
Целый месяц пара упивалась своим счастьем быть почти каждую минуту рядом друг с другом. Учеба немного отошла на второй план. Оба еще в июне получили гранты на бесплатное обучение в университеты: она собиралась стать юристом, а он – экономистом. Летние деньки радовали своим теплом, всё цвело и плодоносило. Все их друзья и знакомые всегда смотрели на эту парочку влюбленных с одобряющей улыбкой, а самое главное – родители тоже одобряли выбор своих детей и потихоньку готовились к свадьбе, втайне от детей. Всё окружение Бонни Джонс и Керри Грея считало, что они непременно поженятся. Может быть, сглазили или просто Судьба…. Но в один солнечный жаркий летний день всё кардинально изменилось.
Бонни Фейлин Джонс возвращалась домой после встречи с подружками. Путь ее лежал через уютное кафе, в котором на лето часть столиков выставляли на улицу. Оттуда доносились звуки одного из хитов этого лета. Внимание девушки привлекло совсем не это. В кафе находился ее молодой человек с какой-то девушкой, которую Бонни никогда не видела. Зайдя внутрь, она остановилась около дверей и смотрела на столик, где через угол сидели Керри и неизвестная девушка. Бонни накрыла какая-то пелена: все посторонние звуки улетучились, слышался только отчетливый стук ее сердца и едва уловимый разговор юноши и девушки. Посторонние люди могли увидеть в Керригане и его спутнице одну из влюбленных парочек, которых можно было встретить почти на каждом углу. Бонни, как же ей было не по себе от этой картины, она просто не знала, верить ли своим глазам или подойти к ним и всё выяснить, а может поговорить позже. Все эти варианты со скоростью света проносились по кругу в ее голове. Щеки и уши горели, сердце бешено колотилось, ладошки немного вспотели, голова потихоньку отказывалась работать, а ноги становились ватными…
Незнакомка наклоняется к Грею и целует его. Бонни повергли в шок не столько действия этой девицы, сколько отсутствие сопротивления со стороны Керри. Буря эмоций окатила ее с головой. Она, словно во сне, повернулась к выходу и вышла из кафе.
Увиденная сцена вышвырнула ее из этого мира, будто маленького щенка бросили на улице. Девушка шла, не замечая ничего вокруг. Лица прохожих были словно в тумане. Постепенно Бонни ускорила свой шаг до бега. Пробежав пару кварталов, она устремилась в сторону леса, не обращая внимания на прохожих, бросавших на нее удивленные взгляды. Наконец, спустя несколько минут, показавшихся ей вечностью, Бонни достигла леса, и продолжила бежать, не разбирая дороги. Боль постепенно накатывала на нее, она чувствовала, что скоро сдастся на милость этой боли. Ветер, трепавший ее волосы и одежду, не давал девушке утонуть в этом океане, не давал ей упасть в эту пропасть, в эту лавину боли.
В ее человеческом теле уже не оставалось сил на бег, и чтобы, продолжить борьбу, она начала превращаться в волка. В волчьем обличии человеческие эмоции немного притуплены, что Бонни и нужно было. Волчица, чуть крупнее обычного волка и чья серовато-белая шерсть была необычайно густа и красива, буквально летела через поваленные деревья и канавы, пересекая утоптанные людьми тропы. Боль начинала отступать. Ровный бег благоприятно действовал на Бонни. Но так продолжалось недолго, постепенно коварная лавина всё приближалась и приближалась, грозя увлечь за собой девушку. Поняв, что так больше продолжаться не может, Бонни решила остановиться и покориться ей. Присев, у поваленного дерева, она поняла, что солнце почти село, по крайней мере, сквозь кроны зеленых деревьев не проходил ни один луч света. Вокруг практически темнота. И тут лавина сошла…. На нее обрушилась нестерпимая, разрывающая на части боль, вылившаяся в протяжный волчий вой. Лежа, на траве, волчица продолжала скулить, а глаза ее увлажнились.
Карканье вороны вырвало ее из тревожного забытья. В лесу уже стало по-настоящему темно, и только зоркий волчий глаз мог различить окружающее. И снова бег, ветер. Неподалеку от дома Бонни превратилась в человека, поправила волосы и одежду и направилась домой.
На автомате она поднялась в свою комнату, не отвечая на вопросы родителей, чтобы не расплакаться, и села на пол, подперев спиной дверь. И боль снова пришла, только лишь от одного упоминания ее родителями имени любимого. Девушка обхватила себя руками и уткнулась головой в колени. Она хотела спрятаться от этой боли, от этого ужасного мира. Предательство — так Бонни расценивала то, что произошло. Боль поглощала все ее мысли, все ее  чувства и эмоции. Казалось, только она и существовала на этом свете. Слезы катились, размазывая тушь по щекам. В какой-то момент стало совсем невыносимо ее терпеть, и девушка беззвучно закричала. На какие-либо звуки или телодвижения сил просто не было. Так она и сидела некоторое время, потом сползла на пол и легла на бок, обняв себя руками. В таком положении и редких всхлипываниях она пролежала бессчетное количество минут. Так было легче пережить эту боль, так было проще забыться.
Поздним вечером  в ее доме раздался телефонный звонок, родители не смогли убедить дочь ответить Керри по телефону. Бонни никого не хотела видеть, никого не пускала к себе и ничего не говорила. Миссис и мистер Джонс были напуганы поведением своей единственной и любимой дочери, но, к сожалению, ничего не могли поделать.
Наступило утро, но Бонни по-прежнему не жила в этом мире. Девушка только к обеду спустилась, чтобы что-нибудь перекусить. Черные круги под глазами и красные глаза говорили о том, что девушка практически не спала и проплакала весь вечер, всю ночь и всё утро. На вопросы она не отвечала. Поела, что нашла, и также тихо, как и спустилась, поднялась обратно к себе.
Всё это время Керриган пытался прорваться в дом Джонсов, но родители, видя состояние дочери, наотрез отказывались пустить его в дом.
— Мистер Джонс, пожалуйста, я должен с ней поговорить, — обессилено молил Грей уже поздним вечером.
— Керриган, нет. И разговора быть не может. Это из-за тебя мы можем потерять дочь! Она почти не ест и не разговаривает ни с кем, — зло воскликнул ее отец.
— Мистер, Джонс…
— Вон! — резко оборвал его разгневанный отец Бонни.
Юноше ничего не оставалось делать, как удалиться.

***
Прошло несколько лет. Пути Бонни Джонс и Керригана Грея разошлись. Вопреки здравому смыслу в глубине души у каждого из них теплилась надежда на воссоединение, но, ни он, ни она даже думать об этом не смели. Прошло пять лет, столько всего произошло за это время, что думать о прошлом, о будущей встрече или, не дай Бог, о том, чтобы быть вместе, было бы ошибкой. Так им обоим казалось.
Грей переехал в другой город, заканчивает обучение в университете и работает. Джонс осталась в своем городе, тоже заканчивает учебу и работает.
Одним теплым весенним вечером одна из подруг Бонни позвала ее на экскурсию в Карлайл. Тот самый город, где живет сейчас Керриган, но девушка об этом ровном счетом ничего не знала. После той злосчастной встречи в кафе они пересеклись только один раз: возле продуктового магазинчика — и девушка сделала вид, что его не заметила.
— Кейт, а где мы остановимся? В гостинице?
— Нет, у меня есть там очень хорошая знакомая. Остановимся у нее. Я с ней договорилась. Так что возражения не принимаются.
У Бонни промелькнула досада. Она собиралась вплотную засесть за доклад по ВТО и постараться никуда не выходить. Все увещевания девушки не действовали на Кейт.
— Ну, Кейт, пожалуйста, давай не поедем. В следующий раз, — уже взмолилась она.
— Бонни, нет, решено. В эти выходные мы едем в Карлайл, к Мэри.
Со вздохом обессиленная Бонни плюхнулась в кресло. Все ее планы пошли коту под хвост. Полная тишина, ее любимая комната, изучение предмета, который почему-то ей давался с большим трудом — всё это осталось в прошлом. Теперь она едет в какой-то городок смотреть достопримечательности и вдобавок знакомиться с какой-то Мэри, о ней, между прочим, Кейт никогда не упоминала. И это немного насторожило девушку.
— Слушай, а почему о Мэри я никогда от тебя не слышала?
Девушка замялась, но все-таки, улыбнувшись, ответила:
— Значит, не пришлось к слову.
Очередная улыбка, чуть натянутая, появилась на лице Кейт. Она была счастлива, что не придется одной ехать к Мэри, ее общество тяготило девушку, но раз уж Мэри попросила приехать ее и к тому же обратилась с этой просьбой к родителям девушки, а они не видели никаких причин не поехать, то волей неволей пришлось принять приглашение Мэри. Разумеется, Бонни ни о чем не догадывалась. Подруга намеренно никогда не говорила об этой девушке. Так что предстояла сложная встреча для них обеих. Бонни так и не смогла из подруги вытянуть ни слова о той, к кому они едут, а та в свою очередь совсем не хотела встречаться с Мэри.
На следующий день Кейт нацепила маску приветливой и жизнерадостной молодой девушки, а вот у Бонни не получилось спрятать свои эмоции. Обе старались не говорить о предстоящей поездке. А когда накануне отъезда в доме Джонсов раздался звонок от Кейт с веселой ноткой в голосе, то Бонни совсем поникла. Отъезд неизбежен. Но на удивление по прибытии поезда девушки, увидев станцию, дома, небольшой ухоженный парк, развеселились. Обе поняли, что выходные в любом случае обещают пройти весело.
Они сели в автобус, который довез их до дома Мэри. Встреча прошла спокойно, без каких-либо сюрпризов, о которых Кейт беспокоилась. Мэри оказалась довольно-таки дружелюбной и веселой, и Бонни удивилась, почему подруга никогда не говорила о ней.
Тем же вечером Кейт и Бонни прогуливались по городу, Мэри не смогла их сопровождать, но те не расстроились. Весело болтая и осматривая город, они и не заметили, что начало темнеть и пора возвращаться назад домой. Завернув за угол, Бонни сначала и не приметила знакомую фигуру, она с подругой приближалась к тому светофору, где стоял этот человек. И только проходя мимо него, Бонни поняла кто это. Керриган.
Он, дожидаясь зеленого сигнала светофора, стоял вместе с другом, который с воодушевлением что-то рассказывал, и увидел ее. Девушка в элегантном бежевом плаще полностью затмила все его мысли, доселе во множестве копошащиеся в его голове. Она мельком взглянула на него, но ничем не подала вида, что узнала его. А спутница Бонни никого и ничего не замечала. Надо сказать, что она была очень увлечена пересказом недавно прочитанного ею любовного романа. Бонни же тем временем совсем перестала слушать подругу. Несколько лет она так старательно пыталась о нем не думать, что это уже вошло в привычку. Постоянно какие-то дела, учеба, работа, друзья, родители, родственники – всё это кружилось вокруг нее, не оставляя места свободным думам, которые то и дело срывались и бежали к Грею. И вдруг всего этого постоянного, казавшегося вечным, не стало. Только Керри Грей.
— Керри! Эй! — Пытался докричаться до него друг, — ну же, пойдем быстрей. Сейчас не успеем!
Взгляд Грея медленно сфокусировался на лице Тома.
— Эй! Ты чего?
Керриган не совсем понимал происходящее, но попытался быстренько вернуться к другу, ведь та девушка уже давно прошла мимо.
— Всё нормально, пойдем. А то и правда сейчас не успеем, зеленый уже мигает.

***
Подумать о том, что произошло по пути домой, Бонни пообещала себе чуть позже, когда останется одна. Сейчас же приходилось влиться в общий разговор о прогулке, погоде, достопримечательностях и еще о куче всяких девичьих разностей.
— Да забудь ты о таких платьях. Сейчас в моде совершенно другие модели. Ты совсем перестала следить за новинками?
— О, Мэри, перестань. Оно стильное, и меня вполне устраивает, — та закатила глаза.
— Бонни, ты-то чего молчишь? Твоя подруга совсем отстала от веяний модных домов!
Девушка попыталась членораздельно что-то ответить, но получилось не то, что она хотела сказать. И Мэри благополучно в очередной раз обрушилась с обвинениями на Кейт.
— Если бы мой молодой человек, увидел бы меня в этом платье, — она ткнула пальцем в журнал, — то уж точно бы не стал ни с кем знакомить и приглашать куда-то. Это же ужасно!
Ее негодования прервал мелодичный звонок в дверь.
— Ой, девочки, совсем забыла. Сегодня же мой котик должен прийти. Вы обязательно должны познакомиться, — и хозяйка побежала открывать дверь. Бонни с Кейт переглянулись и остались сидеть на диване: первая листала журнал, а вторая просто сидела, скрестив руки на груди.
— Познакомьтесь, это мой молодой человек, Керриган Грей. Он… — дальнейшее Бонни уже не слушала, журнал выпал из ее рук, и она смотрела на него.
— А это мои подруги: Кейт и Бонни…
Обе девушки молчали. Бонни и Керриган смотрели друг на друга. А Кейт переводила взгляд от одного к другому и, наконец, остановилась на Мэри. Та же была в замешательстве, она ничего не понимала.
— Да объясните же, что происходит? — спустя минуту голос Мэри, на тон выше положенного, оборвал гнетущую тишину.
— Дело в том, что, — неуверенно начал парень, он все еще не знал, настроена ли Джонс признать его, — Мэри, — глубокий вздох, — я знаком с ними.
— Да-да, Мэри. Мы знакомы, — подхватила Кейт, — мы учились в одном классе.
— А-а-а…, — протянула та.
Бонни, всё еще молчавшая, лихо развернулась спиной ко всей компании и быстро пошла за угол к лестнице. И уже на лестнице, что есть мочи, побежала в свою комнату, комнату, которую ей отвела Мэри на эти несколько дней.
— Что это с ней? — удивилась хозяйка.
Девушка уставилась в пол, поджав губы, а парень отвел взгляд от них обеих. Каждый думал о своем, не намереваясь озвучить свои мысли. Пауза затянулась. Стало неловко. И Кейт произнесла:
— Извините, я пойду к себе. Устала за день.
Пара проводила ее взглядом. Мэри не понимала, почему до сих пор ее любимый молчит, почему девушки так спешно покинули гостиную. Что, наконец, произошло между ними, между Бонни и Керриганом? Она ждала объяснений, нет, она их жаждала.
— Может быть, всё же объяснишь… — девушка не могла подобрать правильных слов, — что здесь произошло.
— Мэри…
— Я жду.
— Мэри, я думаю, что нам стоит расстаться.
— Что? — брови взлетели вверх, а глаза округлились. Комната погрузилась в плотную, вязкую тишину после такого звонкого ответа.
— Нам надо расстаться.
— Нет, — протянула Мэри, — ты шутишь? Этого не может быть.
— Мы не подходим друг другу, и ты это прекрасно знаешь.
Последние слова девушка слышала, словно в тумане. В ее голове звучало только одно слово «расстаться». Расстаться? Как? Почему? Не подходим друг другу? Ну, этого просто не может быть. Мы любим одну и ту же музыку, одни и те же фильмы, в кафе заказываем почти одно и тоже. Неужели всё из-за этого «почти»?
— Мэри, послушай меня, — девушка смотрела сквозь него. Он прекрасно понимал, что делает ей больно. Но по-другому никак.  Он не может врать Мэри, что любит ее. Да, когда-то ему это казалось…. Но сейчас…. Сейчас всё, как будто, встало на свои места. Он и Бонни. И больше никого. Только вдвоем.
Пытаясь найти в себе силы, парень развернулся спиной к девушке, потом поднял голову вверх, глубоко вздохнул, сглотнул образовавшийся комок в горле, но ничего не вышло — он не исчез.
— Извини. Просто извини. Я причиняю тебе боль. Но только сейчас я понял....
— Ты ее любишь? — оборвала его шепотом девушка.
— Да, — их глаза встретились, и понимание постепенно снисходило на обоих.
— Иди. Не беспокойся обо мне, — немой взгляд Керригана был красноречивее всех слов, — нет, я не намерена что-то с собой делать. Я просто, наконец, увидела в твоих глазах ту частичку твоей души, которую ты старательно топил в себе. А сегодняшняя встреча свела все твои усилия на «нет».
— Мэри…
— Нет, ничего не говори. Я рада, что ты нашел ее. Думаю, нет, верю…. — смешанные чувства пытались найти выход из этой щекотливой ситуации. – Керри, я уверена, что всё у вас будет хорошо. И… Я не злюсь на тебя.
Керриган не нашелся, что ответить. Он просто смотрел на нее, пытаясь осмыслить услышанное. Ему не верилось, что она так просто его отпустила, без слез, без истерик. Это было немного странно, не совсем в ее духе.
— Ты уверена, что всё хорошо?
— Да. Можешь идти спокойно.
Керриган обнял ее и направился к выходу.
— Думаю, завтра же утром, — его пальцы замерли на ручке двери, — они уедут. Ты же знаешь, где она живет?
Секунду помедлив, Грей кивнул и вышел на улицу. Было темно, и шел дождь, а зонта-то он и не захватил.

***
На следующее утро девушки, и правда, покинули Карлайл, который принес им много приятных и неприятных вещей. Бонни вела себя очень сдержанно по отношению к Мэри, а Кейт старательно сглаживала углы. Дома же они постарались обо всем неприятном забыть и поделиться хорошими впечатлениями с родными, что им, надо сказать, вполне удалось. Никто не заподозрил ничего дурного.
В этот же день Керриган тоже отправился в Кесвик. Как только он спустился с поезда, тут же направился прямиком в дом Джонсов. И тут его ждало разочарование. Несколько лет назад они продали дом, а нынешние хозяева понятия не имеют, куда съехали их предшественники. Может быть соседи в курсе? Грей опросил всех, кого застал дома. Но никто не знал нынешний адрес Джонсов. Нить потеряна.
И Керри отправился в гостиницу, родители его тоже уехали из города: профессия отца обязывала частенько переезжать из города в город. Вопреки всем ожиданиям, сон так и не пришел к нему за всю ночь. Утром, подойдя к зеркалу в ванной комнате, он обнаружил синяки под глазами и чуть красноватые глаза. Сказывалась бессонная ночь, полная дум и тревог. Его самый любимый человек на свете сжег все мосты. Но тут его озарила мысль. Кейт.
Грей тут же направился к ней, было семь часов утра. Она должна быть еще дома. И ему повезло: он застал ее выходящей на улицу.
— Кейт! Постой! —  Керриган, бежал к ней с противоположной стороны улицы. Девушка обернулась, немного удивленная его появлением, она спросила:
— Чего ты тут делаешь?
Запыхавшийся парень не знал с чего начать:
— Кейт, мне нужен адрес Бонни.
— Бонни? Зачем? И с чего ты решил, что я тебе его дам? —  И потом с насмешкой добавила:
 — Это вопрос жизни и смерти?
— Что-то вроде того.
Ответ рассмешил Кейт, но виду она не подала.
— Точнее нет, — продолжил парень. —  Мне очень нужно поговорить с ней.
— Поговорить с ней ты мог позавчера. Адреса не дам, — глаза юноши были полны грусти, поэтому девушка, уже более миролюбивым голосом продолжила, — не думаю, что сейчас стоит с ней разговаривать. Она просто не станет тебя слушать.
— Кейт, но как же…
— Керриган, ты сейчас своей попыткой поговорить с ней, сделаешь только хуже. Она не хочет тебя видеть. После того случая, в ее присутствии даже нельзя было упоминать о тебе. А сейчас, после той встречи, запрет снова в силе. Так что даже не проси.
— Я сожалею…
— Тебе не стоило сюда приезжать, — Кейт в очередной раз оборвала его. — Всё, что можно, ты уже сделал. Прощай, — и девушка, обогнув его, направилась к машине.
Ситуация была патовая. Проигрыш или ничья? Уехать назад в Карлайл или остаться и искать вслепую? В Карлайле учеба, разгар осеннего семестра. А здесь его любовь, быть может, на всю жизнь. Что делать? Вот такими мыслями была занята его голова, пока он брел по утренним улицам Кесвика. Ему ужасно захотелось на озеро, которое он полюбил за тот короткий промежуток времени, когда жил здесь.
Здесь, в Озерном краю, были одни из самых красивых озер Англии. А Кесвик находился вблизи одного самого чудесного озера, по мнению Керригана. Подойдя к краю зеркальной водной глади, он долго всматривался вдаль, воспоминания захватили его. Потом они сменились бездумьем. Керри присел на берегу и начал бездумно кидать камешки в воду, как вдруг… Он почувствовал чье-то присутствие здесь, неподалеку от него. Парень повернулся направо и заметил в тени пожелтевших деревьев серо-белую волчицу. Ему показалось, что она похожа на человека, на знакомого человека.
— Бонни, — прошептал он, — неужели это ты?
Волчица его не замечала. Она лежала на траве и всматривалась в голубоватую полоску горизонта, туда, где вода сливалась с небом. Если в этот момент заглянуть в глаза этого оборотня, то сразу станет ясно — она тоскует. Безмерная тоска и грусть наблюдались в этом взгляде.
Парень хотел уже встать и приблизится к ней, но ворона этому помешала. Пролетая неподалеку от него, она издала свое громкое «кар» и свернула к лесу. Этот звук вывел волчицу из оцепенения. Она тут же заметила его, в мановение ока встала и убежала в лес. Керриган только и успел, что крикнуть вдогонку «Куда же ты?». Медлить было нельзя. Если не сейчас, то никогда. Керриган посмотрел по сторонам и превратился в прекрасного темно-серого волка с коричневато-черным оттенком.
Волчьи лапы ловко подминали под себя опавшие листья, перепрыгивали поваленные деревья, кочки. Ее след он быстро нашел, его любимый запах нельзя было спутать ни с чем. Бег продолжался недолго, впереди оказалась небольшая речка. Запах практически исчезал у самого берега. Волк покружил вокруг, пытаясь найти след. Тот запах, волчий, который он искал, бесследно исчез, но был другой, едва уловимый, видимо, человеческий, причем чем-то приглушенный: какими-то травами или корешками. Оборотень пошел по следу, который привел его в воду. Речка оказалась глубокой, пришлось плыть вверх по течению. Черный нос пока не подводил Керри. Вот тут, рядом с небольшим деревцем она вышла из воды. А вот тут, чуть подальше, уже знакомый запах и отметина волчьей лапы на мокрой земле. Керриган продолжил путь, надо спешить, лес  скоро кончиться, и там, на территории города, будет труднее отыскать ее. Густой лес сменился подлеском, и он вдалеке увидел сероватую шерсть. Волк побежал чуть медленнее, надо было держаться поодаль, но не упускать ее из виду.
Волчица же его совсем не замечала. Бонни была уверена, что он потерял ее след. Она шла не спеша, готовая через несколько минут превратиться снова в человека и пойти в город. На душе было просто отвратительно мерзко. Боль, негодование, любовь, ненависть – всё смешалось, и было трудно разобраться в том, что берет верх. Превратившись в человека, она дошла до дороги и оглянулась на лес, никого не было видно.
— И хорошо, — подумала девушка, — так будет легче. Забыть, не видеть, не слышать, не думать, — повторяя эти слова как мантру, Бонни дошла до ближайшей автобусной остановки. Она слишком устала, чтобы идти пешком.
Как только девушка начала поворачиваться в сторону лесу, Керриган спрятался за ближайшим деревом, благо ствол оказался довольно толстым, да и рядом расположился широкий куст. Не заметила – тем лучше для него. Превратившись в человека, он пошел за ней на довольно большом расстоянии. Девушка не оборачивалась, чем существенно облегчила слежку за собой. Она села в автобус. Керриган не растерялся и поймал машину. Прямо, поворот налево, снова прямо, направо, налево, направо… Он уже сбился со счета. Наконец, на очередной автобусной остановке девушка вышла и зашла в магазин. Грей расплатился и стал дожидаться у входа.
— Бонни…
Девушка обернулась и увидела его, своего преследователя. Боже, а она-то думала, что сбила его со следа.
— Пожалуйста, прости меня за всё. Я сделал много ошибок.
— Слышать ничего не хочу. Оставь меня в покое! Слышишь?
— Бонни, — он взял ее за руку, — нам надо поговорить.
— Убери руку! — зашипела та. — Я не хочу тебя видеть. Больше не смей приближаться ко мне.
Парень спешно убрал руку. Она была зла на него, а подливать масло в огонь он не собирался. Поэтому спокойно дал уйти, но следить за ней  не перестал.
Керриган следил уже за Бонни несколько дней. Пару раз пытался поговорить с ней — безуспешно, она его не хотела слушать, никакие мольбы на нее не действовали, Бонни убегала, злилась и однажды чуть не заплакала. Грей решил действовать по-другому. Надо было действительно дать ей время успокоиться, подумать.
Шли недели, он выучил уже всё ее расписание. Из города за  месяц он уезжал всего один раз — в Карлайл, на работе случился форс-мажор, и было необходимо срочное его присутствие, хотя он находился в отпуске. Учеба его перестала беспокоить, как только он здесь всё исправит, наверстает упущенное в короткие сроки.
Однажды Бонни Джонс шла по одной из центральных улиц города. Керриган шел следом на расстоянии, не привлекая к себе внимания. Вот показалась городская башня, та самая, возле которой частенько прогуливались жители и гости Кесвика. И тут Бонни показалось, что за ней кто-то наблюдает, она обернулась. Но никого подозрительного не увидела. В это самое время Грей стоял возле двери одного из магазинчиков, а прохожие закрывали его от пристального взора девушки.
— Надо быть аккуратней. Еще не время, — подумал Керриган, — еще не время…
Девушка бродила по улицам, уже пустынным. Наступил вечер, многие уже находились дома, а в том районе, где она оказалась, всегда редко встречались прохожие. Где-то залаяла собака, другая подхватила. Становилось не по себе. Следовало бы вернуться назад, к проспекту. Но что-то подсказывало девушке продолжать свой путь.
— Красавица, как тебя зовут? — раздался сладкий голос прохожего с противоположного тротуара.
Бонни постаралась ускорить шаг, ей показалось, что ее начинают преследовать. Леденящий душу страх прокатился по всему ее телу. Неверное место и время она выбрала для прогулки перед сном. Девушка боялась переходить на бег, так как не могла сказать, что в ответ предпримет преследователь.
— Ну, куда же ты? — раздалось позади нее. — Мы могли бы неплохо поразвлечься.
Девушка обернулась и ужаснулась. Выражение лица выражало не только похоть. Определить кто он — оборотень, вампир или простой человек – было немного проблематично. Хотя, он точно не человек. С вампиром бы она справилась в два счета, но если это оборотень… Она не была столь сильна, тем более зачастую мужчины-оборотни сильнее и быстрее женщин-оборотней.
— Может быть, прекратишь убегать от меня? Всё равно же догоню.
Девушка не выдержала и побежала вперед что есть мочи. Но пришлось быстро остановиться: впереди показался еще один парень, не внушающий доверия. Она оказалась в ловушке. Здесь переулок сужался до нескольких метров. Оставалось только либо попытаться убежать, что казалось почти невероятным, либо сопротивляться.
— Я же говорил, что не убежишь, — прошипел с отвратительной ухмылкой первый из них.
— Какая симпатичная… Должно быть сладкая….
У Бонни душа ушла в пятки, она переводила взгляд с одного на другого и лихорадочно пыталась придумать, что ей делать. И тут появился темно-серый волк размерами чуть больше обычного и зарычал.
— Эй, Дилан, похоже, тут оборотень, — окликнул первый.
Зверь оскалился и издал еще громче волчий рык.
— Даже если это оборотень, что он может сделать двум вампирам? — насмешливо ответил Дилан. Второй ответил кивком и еще ближе подошел к девушке. Медлить было нельзя. Оборотень накинулся на ближайшего парня, который только что сделал неверный шаг в сторону Бонни. Тот почти не сопротивлялся, так был ошарашен внезапным прыжком на него. У Дилана округлились глаза. Да, он знал, что оборотни опасны для вампиров, но он явно их недооценивал. Как только первый шок прошел, парень попытался убежать, но закончивший разбираться с первым вампирчиком молодой оборотень в мановение ока настиг его и перегрыз горло. Неуважающих закон должно постигнуть наказание, пускай это только самооборона.
Девушка стояла, прислонившись к стене, мертвенно-бледная. На ее глазах уже знакомый ей оборотень разделался с двумя молодыми вампирами, которым похоже закон не писан. Как только тот превратился в человека, то сразу же подошел к ней.
— Бонни, как ты? — опасливо заглянув в ее глаза, произнес он.
В ответ раздалось тихое всхлипывание. Керриган Грей обнял ее, дав выплакаться. Слова здесь не нужны. Когда девушка чуть успокоилась, он вытер ее слезы и заглянул в глаза:
— Прости меня. Я не хотел причинять тебе боль. Когда в Карлайле около светофора я тебя увидел, то всё понял. Никакая другая девушка мне не нужна. В тот же вечер я расстался с Мэри…
— Я знаю, мне Кейт рассказала.
Повисла тишина. Он пытался найти ее действиям логичное объяснение, но это оказалось довольно трудно. Женская душа навсегда останется загадкой для мужчины. Собираясь с мыслями, он набрал побольше воздуха в грудь и выпалил:
— Даже если ты сейчас уйдешь, я никогда не перестану думать о тебе. Ты — то, единственное, что меня удерживает здесь. Бонни, ты — то сокровище, которое я давно искал, и раньше даже не задумывался о том, насколько ты мне дорога. Даже тогда, когда тем летом умолял простить меня…
— О, Керри… — на длинных ресницах снова заблестели слезы, — прости меня. Я так была глупа…
— Любимая моя, родная моя, — он обнял ее еще крепче, не собираясь больше никогда отпускать. Дальнейшие слова были не нужны. Объятия и глаза говорили сами за себя. Та, настоящая Любовь, не требует никаких объяснений. Она чувствуется каждой клеточкой тела, каждой частичкой души, облечь ее в какие-то определения, рамки — значит, вообще ее не знать.
Так соединились два любящих сердца, два человека, которые сделали много ошибок, но осознали их и не побоялись исправить. Ведь только людям с чистым сердцем и сильным духом дается шанс испытать Истинную Любовь.