Проект моей казни

Майское безоблачное утро, где-то скосили луг...
Запах свежего покоса.

Строй юных красоток-барабанщиц. Нет, два строя... Слева – блондинки в красных мундирчиках, справа – брюнетки в синих. Все сдерживают слёзы и барабанят тихо-тихо чУдную мелодию…
О! «Dancing Shadows»!
Нет. Пожалуй, «Tropical Breez»…
Ладно, сами разберутся.

Две скорбящих молоденьких нимфы ведут меня; я в чёрном – чёрное стройнИт – и в хромированных кандалах.
Прекрасная богиня Немезида, роскошная бюстообразная блондинка – с чёрной лентою в волосах! – оглашает приговор Судьбы сдавленным от горя голосом.

Богиня в чёрных чулочках и в чёрном же поясочке, на высоких каблучках и в чёрном шарфике до колен. Полупрозрачном.
Нет, на три четверти прозрачном, наверное...
Но в чёрном!
И в перчатках тончайшего бархату. Да. Чтоб повыше локтей и непременно в чёрных.
Больше на богине и нету ничего, пожалуй...
«Последнее желание»!
Оно очевидно.
Нимфы-модераторы выкатывают шёлковый шатёр и вносят мой любимый диван...
...
...
...
...Но вот всё кончается, включая желания.
Дуб-великан.
Нимфы пристёгивают мои изящные кандалы к дубу и шепчут:
– Завязать глазки, милый?
Я гордо отвергаю повязку и нимф.
Барабанщицы рыдают, мелодия становится душераздирающей.
Взвод нимф с винтовками, одетый незначительно!
Залп!!!
...Все пули – мимо, по указанию сердец нимф.
Но: рикошет! – шальная пуля отлетает от дуба и пронзает мне сердце.
Я красиво падаю на колени, звеня натянутыми цепями мелодию пронзённого сердца.
И шепчу:
– Прощайте, юные прелестницы... Прощайте, юные барабанщицы... Прощай, прекрасная богиня...

И окровавленной рукою правлю на богине Возмездия растрепавшийся шарфик.
Да. Именно так.
И сама Немезида зарыдает мне в сверкающие кандалы, скорбя о содеянном.

...Ч-ч-чёрт, ради такой смерти стоит жить!