22

***
Я стоял на крыше небоскреба под проливным ливнем. В небе то и дело мелькали всполохи разгорающейся грозы. А я смотрел вниз, выслеживая свою цель.
Охота.
Это тропа войны, где ты не видишь соперника, где ты лишь можешь успевать совершать противодействие на действие врага…
Охота.
Состояние близкое к психозу, нервному срыву; кровь, бешено отбивающая в ушах ритм пульса; желание достичь цели – взять жертву. Двоякое желание: покончить с делом поскорее и насладиться своей силой и властью…
Охота.
Момент, когда идешь по струне, вот-вот готовой лопнуть и сбросить тебя в безумие или раскаяние. Когда сам становишься струной, звуча лишь для самого себя. На пределе, на разрыве…
Охота.
Миг истины, когда за тебя решают рефлексы Жнеца, отточенные за время учения. Миг, когда ты становишься Адом и Раем для всего мира в одном лице – в лице твоей жертвы…
Охота.
Время и место, где есть только ты и жертва. И безликие пешки Смерти, скрывающиеся до последнего…
Охота.
Жизнь Жнеца.
В небе вновь прогрохотала ослепительная молния, вонзившись в одно из ближайших зданий.
- Прямо как в тот день, - усмехнулся я.
- Что, Учитель? – спросила за моей спиной Тира.
- Да, нет… Ничего, - ответил я, обернувшись к трем своим ученицам, - Заметили что-нибудь?
Кошка, Ками и Тира отрицательно покачали головами, по-прежнему вглядываясь в разверзшийся город под нами.
Охота…
Сегодняшняя охота была иной и потому еще более будоражила кровь… У нее был пряный запах крови и вкус крепкой сигареты, пропитанной коньяком…
Охота.
Охота за Смертью.
Не, сама проклятая старуха так и не появилась. Однако по-прежнему уходили во Тьму души умерших, а значит, кто-то уводит их, пока Смерть… отдыхает?.. или мертва?..
Виктор сказал, что это еще один гомункул. И судя по всему сил ему не занимать.
Но, все же, мы должны с ним справиться. В отличие от схватки со Смертью, у нас есть шансы победить его. Тогда, быть может, если Смерть не вернется вовсе, нам больше не понадобится собирать жертвы. Тогда наша миссия может подойти к концу.
Виктор и Кош в этом сильно сомневались. Но они не знали о моем поединке со старухой, как и я сам не знал о его исходе. Но я тешил себя надеждой, что смог победить. Не смотря на то, что в свое время ее не могла победить целая армия Жнецов вместе с ангелами. Последние перестали существовать именно в той битве.
Я сжимал в руках свою косу-копию… хотя копию ли, если верить моему… сну? Видению? Сам я в своем оружии никаких изменений не заметил. Ученицы позади меня сжимали в своих руках Теневые клинки. Это оружие формировалось под сознание ученика после прохождения им первого посвящения. По силе оно уступало косе-двойнику, зато для владения им достаточно было лишь коснуться Тени. Подстраиваясь под сознание своего обладателя, клинки приобретали и форму, так что они не были клинками в прямом смысле. Так, у Тиры в руках покоился громадный фламберг, в разы больший самой девушки; у Кошки – причудливый палаш – недлинный, но с широким лезвием; а у Ками нечто вроде абордажной сабли…
В очередной раз прогрохотал гром, заглушая восклик Кошки.
- Нашла, - вновь крикнула она, указывая пальцем в кромешную тьму города под нами.
- Замечательно, - ответил я ей, мысленно обращаясь к другим командам, - Кош, Виктор?
- Вижу, - тут же откликнулся Калигула.
- Сейчас… Ага! Вижу, - донесся до моего сознания голос брата.
- Начали, - приказал я, и наша четверка, коснувшись Тени, сорвалась в бег по отвесной стене небоскреба в направлении цели.
Охота началась.
***