История Нулевая. Глава 8
Он был… Был. Хотя и чувствовал, что это ненадолго.
Сущность Духа бессмертна, но в Пустоте нельзя существовать, не становясь понемногу её частью, не растворяя свою Сущность в ней.
Он ещё что-то помнил, из того, что было раньше. Тогда. Но тихие, безжизненные, равнодушные голоса тех, кого он не видел, тех, кто давно не существовал, раз за разом повторяли ему одно и то же.
«Ты — ничто».
Если бы у него были зубы, он бы стиснул их, — от злости, от бессилия. Но постепенно он забывал, что такое злость, что такое бессилие, он забывал всё, и последним, что он должен был забыть, был он сам.
Он хотел одного: Уйти к Истоку, раствориться в нём. Но он понимал, что у него ничего не выйдет. Исток… Исток везде, всюду, но именно сейчас, именно для него он так далеко, как только возможно.
Он не заслужил. Не оправдал. Проиграл.
…Огромный огненный меч рассекает тело надвое; осколки зеркала отражают его искажённое оскалом и ненавистью лицо.
И страхом. Страхом.
И он, конечно же, ни на что уже не надеялся. Глупо. Глупо даже думать о том, что что-то может для него измениться. Жизнь… сделана.
И тогда, когда он начинает уже забывать себя, нечто хватает его, сжимая, словно огромный кулак, и вытаскивает на свет, как дождевого червя из земли.
И он боится открыть глаза, потому что Свет режет их подобно ножу, проникает куда-то вглубь его, в Сущность его, в то, что от неё осталось.
И вдыхает в неё жизнь. Новую жизнь. Для него.
…
…И когда он очнулся…
— Виктор, проснись! Просни-ись.
Он с трудом разлепляет глаза и щурится в лучах этого Света, такого яркого, такого…
— Добро пожаловать в реальный мир, — смеётся Свет, а он видит, глаза начинают привыкать, выхватывая из этого Света фигуру… Существа.
— Давай, хватит уже спать. Думаю, ты уже успел выспаться за то время, что провёл в Пустоте.
— Я… я ничего не помню, — этот голос… Он думает: это что, мой голос? Хриплый…
— Ничего? — произносит Сияющая фигура несколько удивлённо. — Ну, даже если и так. Нестрашно. Это поправимо.
— Кто… ты?
— Сонни. Ещё меня называют Сияющий Сын Радуги, хотя да, я согласен, это звучит громковато… иногда.
— Сонни?..
— Ну хорошо, — произносит Сияющий, кажется, несколько разочарованно. — Ладно. Так у нас, конечно же, дело не пойдёт. Так что спи. А я позабочусь… об остальном.
И он снова проваливается в чернильную тьму.
Но эта тьма — не Пустота. Это — сон. Впервые за… Нет, о времени тут говорить не приходится, да ему и не хочется. Он просто расслабляется и засыпает…
…
А потом Виктор Себастьян Хантер проснулся.
«Какое странное чувство… Что они со мной сделали, интересно?»
А ещё он понял, что снова стал Демоном(1). Странное, почти забытое чувство. Так странно…
Зато он помнил всё. Решительно всё. Даже то, что предпочёл бы не помнить.
— Ну-с, и как мы сегодня себя чувствуем?
Сонни сидел в своём коконе чуть поодаль и улыбался.
— Но… нормально.
— Всё вспомнил?
— Да…
— Вот и отлично. А то ведь зачем мне Демон с амнезией?
— А зачем я вообще тебе понадобился, Сияющий?
— Тому есть несколько причин. Одна из них, наверное, одна из наиболее значимых, — за тебя попросили.
— Кто?
— Друзья.
— Неужели… Духи?
Сонни улыбнулся.
— Нет.
— Ясно… Да, согласен, было бы глупо ожидать подобного…
— Ну, вообще, такое могло бы произойти. Но не произошло.
— Тогда кто же?
— Это неважно. Я же сказал — Друзья. Остальное тебя не касается. И вообще, всё это весьма эфемерно…
— Понятно… Ну, а другие причины?
— Другие? О, это просто. Знаешь, во многом я прагматик. Особенно в том, что касается Реформации.
— А разве она не…
— Нет, она не закончилась. Она, считай, только началась. Но дело не в этом. Дело в том, что меня не устраивает нерациональное использование ресурсов. У тебя есть опыт, значительный опыт. Ты — ровесник Кастальского и Перворожденных. Ты был и Духом, и Демоном; наконец, у тебя есть даже опыт общения с Войдерами, пусть и Искажёнными. Тебе известно о Причастии Истинной Тени. Тебе многое известно. Было бы неправильно позволить этим знаниям стать ничем, не правда ли?
— Не знаю… — Хантер был хмур. — Это… странно. В другом случае я был бы рад. И на этот твой вопрос ответил бы утвердительно-подобострастно, сказал бы, что ты не пожалеешь о том, что вытащил меня оттуда… И тому подобное.
— А сейчас?
— А сейчас я не стану ничего такого говорить. Я не уверен, что это действительно было правильным решением. Я имею в виду, не дать мне сгинуть. Знаешь, Сияющий… Побывав в аду Войдеров, я испытал такое… чего не испытывал никто. Можно было бы сказать, что я был сломлен… но это не так. Нельзя сломить того, кто не существует. Падшие… Их воля была сильна, но и она оказывалась сломленной тогда, в Первой Войне. Но поверь мне на слово, Сияющий: этот ад намного страшнее. Я помню Первую Войну. Я не был Воином, но тогда воевали все. Мне повезло? Я не пал тогда… Как-то пронесло, что ли… Но здесь… У меня не осталось воли. Не осталось разума. Не осталось сознания — почти. Я был осколком себя самого. Льдинкой, тающей в горячей воде. Я знал, что мне конец. Я знал, что мне даже не Уйти к Истоку. Ничего. Интересно, что чувствовал Аббат, когда Ушёл в Ничто без возможности возвращения. Интересно… Хотя, уверен, он видел только Свет. А я не видел даже Тьму — потому что я не видел ничего. И всё же страх мой был настолько силён, что… мне даже не с чем сравнить. Когда я столкнулся лицом к лицу с восемью Монстрами, восемью Протеидами, о которых тогда ничего не знал… Когда Болотный Монстр сожрал меня заживо… Даже тогда мне не было так страшно, как в Пустоте(2). Поэтому… где-то в глубине моего естества я, конечно, признателен тебе за то, что ты вытащил меня оттуда… Однако с другой стороны… я не могу представить, как мне жить дальше… после того, что я чувствовал… Вот так…
Сияющий внимательно смотрел на Демона. В его золотых глазах не было ни жалости, ни презрения, ни интереса. Наконец он промолвил:
— Знаешь, Хантер, сейчас непростое время. Многие начали новую жизнь, если можно так выразиться. Вертиго, то есть, Вретиил. Ват-У, то есть Исиль. Отчасти Алистер Рипли. Бас-Т, несостоявшийся Матриарх. Валентин — уже давно. Даже Соломон; помнишь Соломона? Помнишь, конечно. Даже он начал заново.
— А Кастальский?
— А Кастальский… Его время ещё придёт. Сейчас это неважно. Пока что.
— А Смерть?
— Она тоже… Хотя её случай несколько отличается от всех остальных. Но это тоже не важно. Важно другое. Важен ты и то, что будет с тобой. Видишь ли, Хантер. Я уготовил для тебя непростую, хотя и безусловно интересную участь. Ты станешь, во-первых, новым Верховным Лордом Преисподней, а во-вторых, займёшь место Вертиго в Потусторонней Компании. Ну? Что скажешь?
Хантер молчал. Казалось, он потрясён до глубины души. Он поднял на Сияющего глаза, широко раскрытые, с застывшим в них изумлением. Губы его дрожали.
— Что… Что ты сказал? Что ты сказал? Я… стану… Верховным Лордом Ада?.. Ты… не шутишь? Пожалуйста, Сонни, не шути так. По живому режешь…
— Это не шутка, — Сияющий был спокоен, даже равнодушен. — Это мой план относительно тебя.
— Я… Я…
— Ладно, ладно. Я всё понял. Ну, а что насчёт Потусторонней Компании? Кажется, этому ты не так уж и рад, не правда ли?
— Дело не в этом… — Хантер вздохнул. — Просто я не уверен, что они… захотят видеть меня там… работать со мной…
— Но ведь тебе и в качестве Князя Ада тоже придётся с ними работать. С Джином, в частности. Кастальский, по-моему, никогда к тебе плохо не относился, а Рипли… Ну, он вообще мало к кому относится хорошо. Его расположение нужно заслужить. Так что тебе будет чем заняться.
— Прости меня, Сияющий… Я просто не могу поверить в это…
— Понимаю, — Сонни улыбнулся. — Ладно… Да, и ещё. Чуть не забыл. Я только хочу предупредить тебя. Твоя репутация, как ты понимаешь, оставляет желать лучшего. Но если ты надумаешь снова… совершить нечто подобное тому, что было в прошлом, то поверь мне, Демон — ад Войдеров покажется тебе Раем по сравнению с той участью, которую тебе обеспечу я. Это — первое предупреждение, оно же последнее. Второго не будет. Ты думаешь, что я — добрый и сострадательный, но ты просто не представляешь, насколько безжалостным я могу быть. Впрочем, я справедлив. Однако если ты снова облажаешься, это тебе не поможет. Ты понял меня?
— Да… Я понял. Я всё понял.
— Вот и хорошо. Теперь отдыхай. Тебя проводят… туда, где ты сможешь собраться с силами. Прийти в себя. Осмыслить ещё раз всё услышанное. И приготовиться к новой жизни. Хорошо?
— Да.
— Вот и славно, — Сонни хлопнул в ладоши, и на его зов явилось пара Белых Существ. Они аккуратно подняли Хантера на ноги и повели куда-то, прочь из пространства Сияющего.
Хантер шёл с ними и думал: неужели это правда? Неужели это происходит на самом деле? Может быть, это всего лишь приятный сон в Пустоте? Бонус на прощанье? Нет, не похоже… всё-таки… не похоже…
— Ну, раз это сон, придётся тебе проснуться!
— Что?
Хантер помотал головой. Сонни всё так же сидел в своём коконе.
— Я говорю, отдохнул? А впрочем, неважно. Времени у нас немного… Так что сейчас мы с тобой отправимся в Ад.
— Уже?
— А ты что, хочешь сидеть здесь и дальше?
— Нет…
— Хорошо. Тогда пошли.
Неожиданно Хантер заметил, что в пространстве стоит лифт.
— Поехали? — Сонни уже стоял рядом с ним, и доктор подумал о том, что, наверное, ему будет нелегко привыкнуть к этим прыжкам времени… Или чем тут оно является.
— А чего я не видел в Аду? Хотя, конечно, Реформация…
— Мм… — Сонни задумался. — А знаешь, что? Ты прав. Поэтому мы отправимся туда, где изменения произошли. Я должен показать тебе кое-что, прежде чем ты вступишь в должность.
Он протянул руку к Хантеру, и длинная голубоватая длань закрыла доктору глаза.
А когда Сонни убрал руку…
— Ч-что это?
Вокруг был Ад. Привычный, в общем-то. Даже этот парк: Хантер помнил, что парк был проектом Вертиго, изначально довольно неудачным, но впоследствии неожиданно оправдавшим надежды. Парк Вечного Одиночества — так он назывался. Чёрные, словно обугленные деревья тянули здесь свои корявые руки-ветви к низким серым небесам, но там, где парк заканчивался…
Там была стена. Нет, не так. Там была Стена. Хантер никогда не видел ничего подобного. Стена была колоссальна, она простиралась вдоль горизонта и уходила ввысь, казалось, пронзая серое небо Ада насквозь. Она представляла собой бесчисленное множество прямоугольных зеркальных пластин, каким-то неведомым способом скреплённых между собой.
Но это было не самое странное.
В зеркалах Стены он видел… Пустоту. Зеркала не отражали ничего — кроме яркого пятна света, которым был Сонни. Он не видел своего отражения, не видел отражения Ада…
И ему было страшно. Моментально в памяти его стали всплывать картины-ощущения, ему снова казалось, что он — в аду Войдеров.
Пустота.
Он судорожно выдохнул. Потом взглянул на Сонни; Сияющий был задумчив. Что видел он там, в отражении? Пустоту? Отчего-то Хантеру казалось, едва ли. Нет, Сонни видел там что-то своё.
Наконец он словно очнулся, чему-то вздохнул и посмотрел на доктора. Улыбнулся.
— Это — Стена Из Зеркал.
— А для чего она?
— А ты что, так и не понял?
Хантер ещё раз посмотрел на отражение и вздрогнул.
— Н-нет, кажется, я понял.
— Хорошо. Но это не всё. Стена отделяет Ад от Чистых Земель, и вместе они — часть одноимённого проекта. Это — основная часть реформации Преисподней.
— Чистые земли… — повторил Хантер задумчиво. — А что это?
— А вот этого, — Сияющий усмехнулся, — тебе знать совсем не нужно. Всё, что тебе нужно знать, заключается в следующем. Из Ада нет выхода — кроме того, который ведёт в Чистые Земли. Но для этого нужно преодолеть Стену Из Зеркал. Дело в том, что в Стене существует Дверь. То есть дверей там множество — из них состоит вся Стена. Однако все они ведут в никуда и, войдя в любую из них, ты снова окажешься на центральной площади. Но есть среди них одна Единственная Дверь, пройдя через которую, можно попасть в Чистые Земли. Тот, кто найдёт её, сможет выйти из Ада, и не только это… Прошедший через Дверь сможет обрести себя заново. Получить самый драгоценный из даров — самого себя. Ощутить тепло Другого Солнца… Но найти её сможет только тот, кто будет готов, кто будет достоин того, чтобы в неё войти. Да, и ещё. Найти эту Дверь — потенциально, я имею в виду — может кто угодно. Любой Демон, или человек, отбывающий свой срок здесь. Любой — кроме Владыки Ада. Тебе, друг мой, туда хода нет, как ни старайся.
— Понятно…
— Хантер, ты меня удивляешь, — Сияющий рассмеялся. — Неужели в том аду тебя так поломало, что ты ничего не возразишь мне?
— Для чего? — кротко возразил доктор. — Зачем мне спорить с тобой, доказывать что-то… Ты так сказал — значит, как бы я ни бился головой об эту Стену, всё равно иначе не будет.
— Изумительно. Мда… стоило отправить тебя туда чуть пораньше, скажем, вместо изгнания в Мир Людей после того случая(3).
Доктор промолчал. Сонни вздохнул:
— Ладно. Что-то мне надоело быть злодеем. Но я ещё не закончил. Осталось ещё кое-что… У тебя ведь нет имени Демона? Ни Люцифер, ни Вертиго не сподобились тебе его дать. Ну, что второй не дал — отчасти понятно, а вот почему Люцифер прохлопал — даже странно. Впрочем, возможно, оно и не было нужно тебе тогда. Но сейчас — другое дело. Сейчас ты — новый Верховный Лорд Преисподней, а потому имя тебе необходимо. Смотри мне в глаза!
Хантер вздрогнул и посмотрел на Сияющего. А тот произнёс:
— Сим нарекаю тебя, Виктор Себастьян Хантер, Демон Ночных Кошмаров, ныне Владыка Преисподней, именем Нергал. Как Лорд Нергал будешь известен ты в Аду и за его пределами. Отныне и навсегда, покуда я не решу иначе.
Доктор опустился на одно колено.
— Имя сие принимаю с трепетом и благодарностью из уст Твоих, из рук Твоих, Солнечный Лорд, Сияющий Сын Радуги. Клянусь служить Тебе преданно и беззаветно, до конца дней моих, до смерти моей, и после неё.
Сонни кивнул.
— Ладно, с формальностями покончено. Радуга, насколько же пафосны все эти стариковские ритуалы… Надо будет подумать об их упразднении.
— В них есть своё очарование, Сияющий, — Хантер грустно улыбнулся. — То, чего почти не осталось у нас в Эпоху Приёмщиков и Комиссий.
— Намекаешь на то, что мои преобразования бездушны?
— Нет, Повелитель. Просто я уже очень стар, и помню, как зарождались эти старые ритуалы, как произносились они впервые, и как все мы по-настоящему трепетали, получая имя… Я помню, с каким обожанием и преданностью смотрел на Аббата Гермес, получая тогда своё имя… В этих ритуалах было волшебство. А в жетончиках с номерками его нет и никогда не будет.
— Возможно, ты и прав… — задумчиво произнёс Сонни. — Однако это ничего не меняет. А волшебство… При желании его можно увидеть в чём угодно. Главное — уметь смотреть.
— Это правда, — кивнул Хантер, а Сонни заметил, что в его движениях, в тоне его голоса, во всём его существе появилась внезапно некая степенность, размеренность, неторопливость, которой никогда раньше не было в нём. А ведь всего лишь получил имя, подумал он. Да… Похоже, для них это действительно важно.
Серый дым полз от Крематориев на Запад, сюда, к Стене, и будто бы пропадал в её зеркальной глади.
— У Стены будет, условно, Хранитель. Его задачей будет вести людей к ней через Ад, давать им шанс… возможность найти Дверь и уйти в Чистые Земли. Он не будет принадлежать ни одному из ведомств и будет подчинятся только мне. Он будет принимать любой облик, в каждом Мире, для каждого человека он будет выглядеть так, как того потребуют обстоятельства. Он может выглядеть как ты, например. Ты должен быть к этому готов. Правда, с ним вы всё равно никогда не пересечётесь, потому что он будет вести, эмм, клиента по параллельному пространству. Во избежание, так сказать. А тебе это просто для сведения.
— Понял.
— Хорошо! — Сонни потёр руки. — Тогда, следующая остановка — офис Потусторонней Компании!
…
На двери слева было две таблички. Первая гласила:
ЗАО «Недра»
Акции и Депозиты
Степан Лютикович Денница
На второй была похожая надпись:
ЗАО «Беловодье»
Канцелярия
Евгений Габриэлович Ангелов-Райский
— Так, сейчас… — Сонни вытащил вставку с именем Денницы, и на её место поставил другую. Получилось следующее:
ЗАО «Недра»
Акции и Депозиты
Виктор Савостьянович Дохутров-Охотин, M.D.(4)
Хантер поморщился:
— Это что, я? Дохтуров-Охотин? Радуга, да кто ж придумал такую фамилию?
— Я, — спокойно ответил Сонни. — А что, есть возражения?
Доктор сник.
— Нет, никаких… — пробурчал он.
— Вот и славно, — Сонни полюбовался на табличку. — И вообще, по-моему очень гармонично вышло. Во-первых, из твоего имени ничего не утеряно, во-вторых, такая же, как и у Джина, двойная фамилия. Симпатично. Так что, Виктор Савостьянович, приступайте к работе. Да, кстати. Сейчас зайдёт сюда Рипли, я его вызвал. Тут в его белы рученьки тебя и передам, а то хватит, набегался я с тобой. У меня и других дел хватает. А что касается тебя — моя миссия выполнена. Дальше уж как-нибудь сам. И ещё, пока не забыл. Через два дня вместе со Смертью отправишься в Центральный Распределитель, по Приёмникам, с комиссией. Ты же новый Владыка Ада. Вот и соответствуй. Вопросы? Нет вопросов? Вот и хорошо. О, а вот и Рипли. Привет, Алистер! — он помахал Духу рукой. Тот кисловато улыбнулся и помахал в ответ. Сонни подмигнул доктору: — Видишь, Хантер, как удачно? Алистер меня тоже недолюбливает, так что вы точно сработаетесь.
— Я не… — начал было Рипли, но Сияющий отмахнулся:
— Довольно. Мне это уже не интересно. Ну что ж, на этом вынужден с вами попрощаться. Ах, да: Лорд Аластор — Лорд Нергал, Лорд Нергал — Лорд Аластор. Ну вот, с церемониями покончено. Всё, пока-пока!
Он звонко расхохотался, глядя на их кислые физиономии, и пропал.
Рипли глянул на табличку, прочёл имя, сочувственно похлопал доктора по плечу. Тот только вздохнул.
— Ладно, Хантер, не переживай. Бывало и хуже, правда ведь?
— Угу…
— Давай, пошли. Обустроишь свой кабинет. Всё-таки что-то своё. А то Ад — это, конечно, значительно, и всё такое прочее, но знаешь, я себя только в своём кабинете чувствую нормально. Корпоративная культура, мать её ети.
Они зашли в кабинет. Тут стоял массивный письменный стол, довольно удобное кресло, какая-то с виду древнеяпонская гравюра на стене (наверняка Кастальский подсунул, проворчал Рипли), да шкаф, пустовавший в углу.
— Ну вот… Ты, если вещи какие есть у тебя, мне скажи, я отряжу Кошек, они притащат… Ну… Как думаешь, сработаемся?
Хантер робко улыбнулся:
— Думаю, да. Знаешь, со слов Сонни, да и вообще, я знал, что характер у тебя непростой… Насчёт Кастальского не беспокоился, да и насчёт Джина, в общем, тоже, а вот ты… Но, выходит, как раз ты ко мне отнёсся лучше всего… А может, это просто так кажется после общения с Сияющим… Так или иначе, спасибо тебе, Рипли.
Рипли тоже заулыбался. Крякнул.
— Эх, и всё-таки сумел Сияющий поддеть, насчёт нашего к нему отношения, а в результате… И в этом он весь. А вообще, думаю, ты тут вполне приживёшься. Ребята на тебя никакого зла не держат; Вертиго, у которого могли быть с тобой разногласия, ушёл… Жаль, конечно, всё-таки он был мне Другом… Но у него теперь совсем иная миссия, наверное… Так что, думаю, тебе и карты в руки. Ну и, как говорится, добро пожаловать в тесные ряды сотрудников Потусторонней Компании!
— Спасибо, Алистер.
— Слушай, у меня есть пара бутылок пива. Думаю, повод у нас имеется, так? А клиентов, думаю, едва ли сегодня прибавится. У меня и так нынче одни Кошки, ужас просто. Так что давай, выпьем за твоё вступление в наш маленький Клуб.
— Отлично, я только за!
Хантер улыбался. Рипли ещё что-то рассказывал, а он думал: надо же, как бывает. Ведь ты и подумать никогда не мог… Нергал, что тебя кто-то когда-то будет встречать вот так, что кто-то когда-то будет рад тебя видеть, что кто-то когда-то предложит тебе вот так вот запросто посидеть, выпить пиво…
«Хоть ты и успел помучить меня, Сияющий, я всё равно благодарен тебе за всё, что ты сделал для меня. Пожалуй, для меня ещё никто такого не делал. Спасибо тебе».
А из окна его кабинета открывался весьма скромный, но отчего-то такой радостный для него вид на наступившую в Мире Людей осень.
Примечания и ссылки:
1 — см. Потусторонняя Компания. История восьмая: Восьмой Дух»
2 — см. «Хроники Межмирья. История о Сердце»
3 — Сонни имеет в виду случай, описанный в повести «Сделка» (Хроники Межмирья, второй текст) и частично в «Истории о Сердце» (там же, текст пятый). После нарушения Договора и покушения на жизнь Монстра, Духи изгнали Хантера в Мир Людей, однако ему удалось найти ход обратно в Ад, а потом и в Межмирье.
4 — то есть medicine doctor, доктор медицины.
Глава 9 - http://www.proza.ru/2011/09/07/178
Свидетельство о публикации №211090700176