Милый

                1
    Федор жил  один.  Никого у него не было, ни жены,  ни близких, ни друзей, ни собаки. Работал он в одном поместье садовником и ходил он   туда самым коротким путем - через развалины.  Федора не раз предупреждали, что надо быть осторожнее. Не обращая внимания на все предупреждения, Федор  отвечал:
   - Пока Бог миловал ...
Как-то раз, идя из поместья через развалины, Федор услышал  жалобное поскуливание. Он пошел на раздающийся голос, но, как только Федор приблизился, жалобные звуки сразу стихли. Тогда он замер на месте и стал вслушиваться, откуда же раздадутся эти жалобы. Ждать пришлось не долго. Всхлипы раздались совсем рядом. Федор, стараясь  не шуметь, присел сначала на корточки возле расщелины, из которой были слышны звуки, но ничего не увидел. Затем он опустился на колени и стал всматриваться в углубление между камней
Всхлип тут  же прекратился и послышался угрожающий собачий рык.  Но это не   было похоже на рычание взрослой собаки, да она бы там и не поместилась. Всего скорее это был щенок.  Федор сунул свою руку в расщелину и попытался  достать  оттуда  разгневанного малыша. Только он даже не успел дотронуться до  него. Разлившаяся боль по всей руке, заставила Федора, грязно выругаться и выдернуть свою руку из расщелины.  Он посмотрел  на  свою   укушенную ладонь и,  достав из кармана какую-то не совсем чистую тряпку,  перемотал ей рану.
   Присев на камень,  лежавший не далеко от расщелины, Федор закурил.   Он курил и молчал, смотря на свою укушенную ладонь. Затем  Федор осторожно перевел свой взгляд на расщелину и в его душе  что-то   перевернулось. Оттуда на него голубыми глазами и черной пуговкой носа  смотрел щенок. Федор затаил дыхание,  глядя прямо в   глаза щенку, и попытался еще раз  достать  его  из   расщелины. Только щенок был на стороже и, тявкнув пару раз, снова скрылся из вида. Федор еще немного посидел, покурил и, печально вздохнув,   поднялся  с камня. Стоя возле расщелины, Федор с большим сожалением взглянул на укрытие щенка и  пошел к своему дому.  Он шел домой и знал, что там его никто не ждет,  даже собаки  он   отчего-то не завел.
   Дойдя до своего дома, Федор открыл  калитку,  окинул  тоскливым   взглядом свой пустой двор и,  громко вздохнув, вошел в дом. Сняв перед входом в комнату сапоги, Федор  сразу прошел к печке. Он растапливал печь,  думая о щенке. Когда печка начала издавать жар, Федор  поставил  разогревать  похлебку и чайник.  Разогрев свой ужин, он выставил все на стол.  Присев к столу, Федор  отрезал краюху хлеба,  взял ложку. И,   тут же мысли Федора вернулись к щенку, оставленному на развалинах. Голубые глаза щенка жалобно смотрели на него и о чем-то умоляли.
Федор, не  медля  ни минуты,  встал из-за  стола  и  подошел к шкафчику с
кухонными принадлежностями. Он достал  оттуда  еще  одну   миску и налил в нее похлебки.  Потом он накрыл ее крышкой и аккуратно завязал  в узелок. Прижав узелок с миской к себе, чтобы   не расплескать содержимое, Федор прошел в сени, надел сапоги и вышел из дома. 

                2
   Федор шел к развалинам. Шел туда,  где сегодня нашел щенка. Он шел к нему,  как к маленькому ребенку, нуждающемуся в его помощи.   Вот Федор дошел до расщелины. Подойдя к ней поближе, он нагнулся и попытался заглянуть внутрь нее, что бы убедиться, что щенок еще там. Попав в поле зрения щенка, Федор сразу услышал знакомый угрожающий рык. Но Федор уже и  не  думал  нарушать спокойствие своего нового знакомого. Развязав узелок и  достав миску с похлебкой, он поставил ее возле расщелины и отошел в сторону.  Федор стоял в стороне и ждал,  когда же щенок выглянет и начнет есть. Только он, видимо, думал иначе. Еще немного подождав, Федор понял, что щенок не выйдет из расщелины, пока он здесь. И Федору ничего не оставалось, как вернуться домой.
   Всю ночь Федор, почти не спал. Его мысли блуждали на развалинах возле расщелины, где он нашел щенка. Ворочаясь на кровати с боку на бок, вставая то покурить, то попить водички, Федор беспрестанно думал о щенке. Ему всюду мерещились его глаза и жалобное поскуливание. Не давал покоя Федору и вопрос, какое же имя дать щенку. Ведь он даже не знал, какого он пола, мужского или женского. В  конце-концов Федор решил, что назовет его Милым. Ну, а уж если это окажется не он,  а она,  тогда он будет звать ее Милая. С этим Федор под  утро и заснул.
   Вот пропели петухи. Наступило долгожданное утро. Федор поднялся с кровати, умылся и, прежде чем отправиться на работу в поместье, он захватил для щенка гостинчик. Достав еще одну миску, Федор покрошил в нее хлеб и залил его молоком. Завязав  все в узелок, он отправился в путь.
   Первым делом Федор зашел на развалины, Подойдя к знакомой расщелине, он увидел, что миска, оставленная им для щенка, пуста. Тогда Федор, убрав пустую миску, достал из узелка миску с едой и  поставил ее снова перед расщелиной. Он постоял еще немного в ожидании появления щенка, но не дождался. Улыбнувшись каким-то своим мыслям, Федор отправился дальше.
   Закончив свой  трудовой  день,  Федор  собрался идти домой.  И,   вдруг, он поймал себя на той мысли,  что весь день думал о щенке. Уходя домой, Федор сначала зашел на хозяйскую кухню и попросил у кухарки что-нибудь для своего нового друга.  Кухарка выделила  ему  большую аппетитную кость из супа, завернув ее в бумагу. Осчастливленный таким подарком, Федор отправился   на развалины.
   Идя на встречу к щенку и неся в руке кость, Федор  радовался тому,  что   доставит щенку большое удовольствие этим подарком. Так оно все и случилось. Когда Федор подошел к расщелине, он не стал сразу класть возле нее  угощение. Он немного отошел от укрытия щенка и положил кость  на видное место,   чтобы щенок мог выйти и показаться Федору. Должен же был Федор узнать, как выглядит его новый друг, что бы дать ему имя. Ведь все живущие на свете имеют свои имена.   
   Учуяв  запах  драгоценного  угощения,  щенок  заскулил. Но выйти он все же не решился,  боясь покинуть свое укрытие и подойти к лакомству поближе. Все ж голод оказался сильнее инстинкта самосохранения и выгнал щенка из расщелины. Щенок сначала с опаской выглянул из своего укрытия. Затем он вдохнул в   себя воздух полный аромата свежей косточки из супа,  и, чуть наклонив на бок голову, вопрошающе взглянул на Федора.
   Федор сидел затаив дыхание,  боясь шелохнуться,  дабы не спугнуть щенка и с интересом наблюдал за его действиями. Наконец не выдержав такого искушения, щенок опрометью выскочил из расщелины и схватился зубами за кость.   Держась за кость,  щенок попытался быстро скрыться в своем укрытии, но  гостинец от Федора оказалась великоватым  для него. Щенок попытался поднять кость, но неуклюже кувыркнулся через нее.  Вот  тут-то Федор и понял,  что это действительно был Милый.
   Через некоторое время щенку все же удалось дотащить  кость  до   расщелины.  И, как только, он вместе с костью скрылся внутри, сразу же оттуда раздалось умильное чавканье и хруст. Федор даже рассмеялся, так это было здорово. Потом он достал папироску, закурил и   о чем-то задумался.
   Немного погодя хруст прекратился и из расщелины выглянул щенок, все так же вопрошающе глядя на Федора. Федор в свою очередь улыбнулся, вновь увидя щенка и произнес:
   - Здравствуй, Милый. Теперь, значит,  ты будешь моим другом.  Я тебя  буду  кормить, и, может, ты перестанешь меня бояться. А то, как-то неправильно получается. Ты один и   я один, а вместе мы будем сила.
   Федор немного помолчал, глядя на щенка, который все еще изучающе вглядывался в него,  и осторожно протянул к нему руку. Федор слегка коснулся мягкой шерстки на спине щенка и   ласково позвал его по имени:
   - Милый, ну иди ко мне, иди. Не бойся, я ведь тебя не обижу.
   Щенок вздрогнул  от прикосновения руки Федора,  но не убежал и   даже позволил Федору погладить себя,  счастливо прижмурив голубые глаза. Ему ведь тоже было тоскливо одному. Так началась дружба Федора и Милого.

                3
   Шло время. Щенок окреп и стал превращаться в молодого, сильного   и красивого пса.  Шерсть на нем стала густая,  добротная,  палевого   цвета.  Глаза с возрастом совсем не изменились.  Они были все такие   же очень умные и добрые.
   В своей  расщелине  Милый уже не помещался и прибегал на зов Федора откуда-то   со стороны. Съев очередное лакомство, принесенное ему  Федором,  Милый  звал его гулять или садился с ним рядом.  Они сидели вдвоем,  молча и глядя куда-то вдаль. А когда   Федор  начинал  рассуждать,  то Милый очень внимательно слушал его. Он смотрел  Федору прямо в глаза  и Федор знал,  что  он  его  понимает,   только вот сказать ничего не может. Но это не мешало их общению.
   Несколько раз Федор звал Милого с собой в свой  дом.   Он   вроде бы и был согласен,  идя за Федором. Но, доходя до дороги, соединяющей развалины с деревней, Милый останавливался. Он провожал Федора взглядом до поворота в деревню. Перед тем, как ему надо было скрыться за поворотом,  Милый  несколько  раз лаял,  как бы  прощаясь  с  Федором.  Федор, в свою очередь,  оборачивался на лай Милого и махал ему  рукой. Он не обижался   на Милого за то, что он не хочет прийти к нему в дом, так как знал, что каждый должен выбирать сам.
   Однажды,  идя через развалины и неся   Милому "гостинчик", так называл Федор еду для Милого, он вдруг увидел, что миска не тронута. Значит, Милый сегодня не ел, а раз не ел, значит, его не было.  Тогда Федор стал звать Милого, но он не отзывался.  Еще немного подождав,  Федор положил "гостинчик" рядом  с  не съеденным и опечаленный пошел домой. Он надеясь на завтрашнюю встречу, Но и на второй, и на третий день Милый не появился. Федор забеспокоился, хотя  успокаивал себя мыслью, что дело то   молодое, мало ли что.
    А время шло.  Вот уже и месяц прошел, как Милый исчез. Федор с   тоски стал прикладываться к горькой.  Сначала понемногу, потом все   чаще и чаще. Из поместья его уволили, и Федор остался совсем один.  Как-то раз,  изрядно выпив, он пошел на развалины искать Милого.  Федор  ходил  среди каменных дебрей,  шатаясь,  спотыкаясь и падая. От падения на каменные глыбы, лицо и руки Федора покрылись ссадинами и кровоточили. Он плакал,   звал Милого, но Милый не отзывался. И вот, наступив ногой на какое-то шаткое место, Федор разом рухнул в какую-то дыру. Сверху на него свалились обломки камней, вперемешку с  пылью, и Федор потерял сознание.
    Очнувшись, Федор не смог даже пошевелиться. Взглянув вверх, он увидел отверстие, через которое падал  свет. В это мгновенье, этот свет показался Федору таким   далеким,  что из его груди вырвался тяжелый стон.  Все   смешалось в этом стоне и адская боль, пронизывающая все тело и тоска из-за своего безвыходного положения. Сквозь рану на голове Федора сочилась кровь, стекая тонкой струйкой через висок и прочерчивая алую дорожку по   пыльной щеке.  Федор лежал, боясь пошевельнуться,  чтобы боль  не   повторилась снова. Он  глухо стонал и звал Милого:
    - Милый. Милый.…Где же ты, Милый ...?

                4
   Сколько Федор находился в таком положении он и сам не знал,  то   теряя сознание, то снова приходя в себя. Когда  реальность  возвращалась к нему, Федор  звал   Милого, надеясь, что он его найдет. Найдет и спасет, но Милый не приходил. Он ничего не знал о случившемся.  У него были свои дела,   свои  новые знакомые. Вдруг что-то вздрогнуло в его собачьей душе и  подсказало ему,  что   он очень нужен Федору. И Милый побежал.
   Сначала он бежал легкой трусцой, но постепенно его бег ускорялся от  усиливающегося в его душе беспокойства.  Милый уже не мчался во всю прыть, а практически летел, едва касаясь земли и думая о   Федоре. Стремглав ворвавшись в развалины,  Милый  бросился  сначала  к  месту их встречи возле расщелины и,  увидев там множество съестных запасов,  вдруг осознал   свою вину и заскулил жалобно и протяжно.
   Федор лежал,  засыпанный каменными обломками. По его полуживому  телу, кое-где видневшемуся из-под камней и пыли, струйками  сочилась кровь.  В тот же миг,  когда Милый заскулил,  Федор   открыл  почти не раскрывающиеся глаза и услышал его голос.  Откуда-то у Федора появились силы, и он прохрипел пересохшим горлом:
   - Милый ...  Помоги мне, Милый ...
Федор очень надеялся, что Милый его услышит. И он его, не то что бы услышал, а скорее почувствовал.  Обнюхивая каждый камень и каждую расщелину, Милый бросился отыскивать Федора. Вот, наконец, он  заглянул  в  ту  дыру,  куда   упал Федор. Взгляды их встретились. Глаза Федора тут же наполнились слезами, и он всхлипнул.  Глаза Милого,  увидев окровавленное тело Федора,  еще больше округлились от ужаса приближающейся  потери.  Еще секунду задержав свой взгляд, на засыпанном каменными обломками, теле Федора, Милый мгновенно исчез.
   Федор испугался, не увидев Милого, но, не успев даже о чем -то подумать, как Милый оказался  совсем  рядом.   Ведь он знал эти развалины, как самого себя.   Милый встал рядом с Федором и заглянул ему в глаза, как бы говоря  Федору:  " Держись..." и, соображая,  что ему надо делать.  Потом он, окинув взглядом груду камней, лежащих  на  теле  Федора,    принялся   действовать.
   Милый стал, как можно аккуратнее сталкивать камни с груди Федора. Каждый раз он оглядывался   на него, боясь причинить Федору  боль. Он старательно подкапывал лапами камни, лежащие вокруг тела Федора, пытался схватить их зубами и оттащить подальше.  Федор из последних сил сжимал зубы, чтобы не закричать, когда Милый случайно задевал его саднящее от ран тело. 
   Милый трудился не щадя своих сил. Он изодрал в кровь свои лапы и морду.  Расталкивая камни, Милый поскуливал, то ли злясь на свою нерасторопность и неуклюжесть, то ли от жалости к Федору, а может быть и   от собственной боли.
   Наконец Милому удалось, немного, растолкать камни с груди  Федора и вокруг него.  Федор облегченно вдохнул воздух и слегка улыбнулся   сквозь боль. Взглянув с благодарностью на Милого, он прошептал:
   - Спасибо тебе, Милый ...
   Милый сидел рядом с Федором, облизывая его пыльную и окровавленную щеку. Он смотрел на Федора и  понимал,  что  сделанного  им,   очень мало. Что бы спасти Федора, надо  еще и вытащить его отсюда, но это Милому было не подсилу. Тогда он решился бежать в деревню.  Перед уходом Милый снова лизнул Федора по  щеке и, посмотрев на него взглядом полным надежды, исчез.

                5
    Милый  бежал  к людям в деревню.  Он понимал,  что сейчас жизнь Федора   зависит только от него.  Выбежав на деревенскую дорогу, проходящую между домами, Милый бросился к первому встречному мужику. Он стал громко лаять, подскакивая на передних лапах и мотая головой,  то и дело поворачиваясь в сторону развалин. Милый старался изо всех сил, чтоб его поняли. Он  звал мужика пойти за ним, но тот замахал на него руками и  стал кричать  что-то непонятное. Затем мужик развернулся  и, прихрамывая, пошел прочь от Милого.
    Не теряя надежды, Милый  сделал еще одну попытку.  Он обогнул уходящего мужика, забежал вперед него и сел прямо перед ним, жалобно скуля. Мужик остановился,  собираясь вновь обругать Милого,  но,  заметив кровь на  его  морде и лапах, о чем-то задумался.  Тогда Милый резко вскочил,   подбежал к мужику  и, схватив его за штанину, потянул за собой.  Подозревая, что-то неладное,  мужик, прихрамывая, пошел за ним.
   Милый теперь   бежал впереди, периодически оборачиваясь и лая, как бы прося мужика   поторопиться. Мужик,  прихрамывая, шел за Милым, повинуясь его требованию.  Когда Милый довел мужика до дыры,  в которую провалился Федор,   он заскулил,  глядя вниз. Снова подняв свой взгляд от дыры, он обернулся на мужика, как   бы приглашая его заглянуть туда же.  Мужик подошел поближе к дыре и   заглянул внутрь.
   Каково же было его удивление, когда на дне этой дыры он увидел   окровавленное тело Фе дора,  которое лежало неподвижно и, не  подавая   никаких признаков жизни. Мужик сразу же решил, что Федор умер и уже   снял кепку, что бы перекрестить лоб. Но Федор, вдруг, открыл глаза, обреченно взглянув на мужика.  Потрясенный всем увиденным,   мужик  еле смог произнести:
    - Федор, живой что ль?
    - Я ...  - попытался сказать Федор и снова, закрыв глаза, потерял сознание.
    Мужик, насколько хватало его хромоногой прыти, поковылял                к деревне.   Милый, посмотрел вслед удаляющемуся мужику, быстро спустился туда, где он оставил лежащего Федора.   Подойдя к нему, он ткнулся своим носом в  его щеку, заставив Федора открыть глаза. Встретив взгляд Милого, он улыбнулся ему. Но в этот момент внимание Милого привлек шум, доносящийся сверху, Он поднял глаза и увидел, что сквозь  дыру на них  смотрят люди.
    Доставали Федора осторожно, как малое дитя.  А Федор  стонал  и   звал Милого. Милый же сидел в стороне, наблюдая за всем происходящим, и   жалобно поскуливал. Ему было жаль Федора.
   Милый сидел неподвижно, неподалеку от всего происходящего. Он,  не отрываясь, следил за тем, как уносили   Федора на самодельных носилках.  Слышал,  как он стонет и   зовет его, но с места не двинулся. Вот уже вся процессия вышла с развалин и направилась по дороге в деревню. Милый, как всегда, отправился следом, что б проводить Федора. Дойдя до места, где они  обычно с ним расставались, Милый пролаял несколько раз, следя за носилками, на которых уносили Федора. В это   мгновение Милый заметил, что Федор поднял руку  и, видимо попытался ею помахать ему. Но рука Федора  поднялась над носилками и  снова упала. В эту же секунду Милый принял решение. Он, уже не задумываясь, как ошпаренный, понесся догонять процессию. Ведь Федор всегда говорил, что каждый должен выбирать сам.
.