Прекрасная новогодняя традиция

Краткая аннотация:
До сих пор остаётся открытым вопрос, почему большинство из нас, влюбившись в каких-нибудь славных киногероев, не желает с ними расстаться и жаждет продолжения их приключений. Прочитав это произведение, вы вместе с героями лирической пародии совершите незабываемое новогоднее сафари-шоу и, возможно, найдёте ответ на этот почти сакраментальный вопрос. Счастливого пути!


Автор: ЛАДНЕВА Наталья


ПРЕКРАСНАЯ НОВОГОДНЯЯ ТРАДИЦИЯ
Лирическая пародия с элементами трёх улыбающихся «Ф»: фарса, фантасмагории и фантастики




Коль любить, так без рассудку,
Коль грозить, так не на шутку,
Коль ругнуть, так сгоряча,
Коль рубнуть, так уж сплеча!

Коли спорить, так уж смело,
Коль карать, так уж за дело,
Коль простить, так всей душой,
Коли пир, так пир горой!

А.К.Толстой


       1
       Он мельком окинул взглядом шестнадцатиэтажку, сверкавшую в темноте освещёнными окнами и слегка обшарпанную по фасаду. Надо торопиться. Поднялся в лифте с собакой и её хозяином на свой этаж, отметив про себя, что собака уже не та – другая, молодая. Предыдущая была так стара, что, видимо, уже не справлялась со своими обязанностями и была отправлена на пенсию. Или, что ещё хуже, перешла в мир иной. Жаль, если это так. Он к ней привык. Подбежав к двери заветной квартиры он, как обычно, изо всех сил начал давить кнопку звонка, переминаясь с ноги на ногу, подпрыгивая, барабаня в дверь и крича: «Мама, мама! Открой! Это я!» Дверь, как водится, не открыли, и он вынужден был открывать её сам. Вбежав в квартиру, он помчался в туалет. Хотя ему и не хотелось. Но, традиция есть традиция. Спустив воду в бачке, он вышел из туалета, добрёл до дивана, прилёг и стал поджидать Надю.

       Войдя в квартиру, Надя № 3, как обычно, сделала вид, что не замечает укутанного в зелёный клетчатый плед Лукашина № 3-Женю, лежащего на диване. По традиции она походила по квартире, переделала кое-какие дела и через положенное время, наконец, увидела его, начала шуметь, выяснять кто он, откуда и как здесь оказался. В конце концов, Надя № 3 угомонилась и полив, по традиции, Лукашина № 3 водой из чайника, уселась вместе с ним поджидать Ипполита. Ипполит  № 3-Игнатий скоро должен был появиться и начать ревновать.

       Режиссёр беспокоился. Ему не нравилась эта новая замена – рыженькая Галя № 2:
       – Почему рыженькая? Галя вроде как шатенка?
       – Шатенка в декретном отпуске, – напомнили ему помрежи.
       – Ах, да… Раз так, ладно, – хлопнув себя по лбу, вздохнул режиссёр, – рыженькая тоже ничего.

       И рыженькая Галя № 2, под бдительным присмотром Гали № 1, продолжила свои сиротливые страдания в маленькой типовой московской квартире с полезной площадью тридцать два квадратных метра. Через некоторое время к ним присоединилась Галя № 3.

       Ипполит № 3-Игнатий задерживался. Видимо произошёл какой-то сбой.

       Кружил и падал чистенький предновогодний снежок. По улицам города спешили пешеходы. В домах за стёклами окон, кое-где белевших вырезанными из белой и серебряной бумаги снежинками, весело переливались на ёлках разноцветные огоньки ёлочных гирлянд.

       Чтобы заполнить пустоту незапланированной заминки взволнованный режиссёр схватил табличку со словом «романс» и показал её Наде № 2. На случай непредвиденных задержек у режиссёра в запасе всегда имелись дополнительные песенно-музыкальные номера. Миловидная русоволосая Наденька № 2 подхватила гитару, к концу грифа которой был привязан шёлковый голубой бант, поудобнее устроилась на стуле и запела:

       Предчувствую Тебя. Года проходят мимо –
       Всё в облике одном предчувствую Тебя.

       Весь горизонт в огне – и ясен нестерпимо,
       И молча жду, – тоскуя и любя.

       Весь горизонт в огне, и близко появленье,
       Но страшно мне: изменишь облик Ты,

       И дерзкое возбудишь подозренье,
       Сменив в конце привычные черты.

       О, как паду – и горестно, и низко,
       Не одолев смертельные мечты!

       Как ясен горизонт! И лучезарность близко.
       Но страшно мне: изменишь облик Ты. (*1)

       Где-то высоко в небесах плыли из Москвы в Петербург и обратно, покачивая крыльями, самолеты и чьи-то мечты.

       Романс подходил к концу, когда к дому, на углу которого красовалась бронзовая, хорошей ручной работы табличка с надписью: «3-я улица Строителей, дом 25», подъехал автомобиль Ипполита.

       Этот московский Дом был непростой. Особенный. Знаменитый. Единственный и неповторимый на всю Россию. Улица, на которой заслуженный Дом родился и вырос, по-прежнему называлась проспектом Вернадского. И по счёту домов Дом был сто двадцать пятым. Но, раздвоившись, благодаря сюжету фильма и киношным кудесникам, одновременно присутствовал, как самостоятельный объект, в каждом из конкурирующих городов-государств: Москве и Санкт-Петербурге. Так уж получилось. За что и был отмечен, в дополнение к современной адресной табличке, специальной именной бронзовой табличкой, затейливо украшенной вензелями. Помимо этих табличек на Доме было укреплено ещё около десятка памятных досок, подаренных Дому в разные столетия на очередные юбилейные даты и просто благодарными почитателями. Две из них, самые первые, появились на Доме в далёком двадцать первом веке и старательно оберегаемые прекрасно сохранились. На одной были изображены Женя с Надей, ёлка, гитара, бутылка шампанского, два бокала и памятная надпись. Другая доска была выполнена в виде портфеля с выглядывающим из него веником, с застежками, напоминающими пивные кружки, и внизу доски дополнена надписью курсивом: «Здесь жил Женя Лукашин». По легенде такая же точно доска-портфель с надписью курсивом: «Здесь жила Надя Шевелёва» была на другом доме-близнеце, что когда-то стоял на нечётной стороне проспекта Вернадского. Именно тот, другой дом, по преданию играл роль ленинградского дома, и в нём снимались ленинградские сцены фильма. Но так ли это было на самом деле теперь уже не помнил никто. Слишком много времени утекло с той поры.

       Импозантный Ипполит неторопливо выбрался из машины. Оправил модный шарф и походкой успешного мужчины двинулся к дому. Где-то на подходе к квартире № 12 Ипполита обогнала ватага смеющихся людей, которую уже целый час в поисках квартиры семьи каких-то Синицыных водил за собой местный сусанин – весёлый краснощёкий гармонист с гармошкой на перевес.

       Войдя в заветную квартиру, оклеенную стильными полосатыми обоями, Ипполит № 3-Игнатий огляделся. В одном из углов знаменитой квартиры, как и полагалось по сценарию, в напряжённых позах друг против друга замерли взъерошенные Надя № 3 и Лукашин № 3-Женя. В противоположном от этой парочки углу стоял круглый столик, заставленный закусками и напитками. За столиком, подсвеченные юпитерами, его давно поджидали слегка притомившиеся Лукашины № 1 и № 2, Нади № 1 и № 2, а также Ипполиты: величественный Ипполит Первый и деловой Ипполит № 2-Ираклий с блютуз-«серьгой» в ухе. Все они приветливо улыбались Ипполиту № 3-Игнатию. Кто-то из них даже помахал ему рукой.

       Ипполит № 3-Игнатий поднял руку в ответном приветственном жесте и приступил к действу. Роль Ипполита № 3 в этом году играл молодой, но уже известный и весьма перспективный актёр. Многомиллионная армия зрителей радостно загудела, многие его узнали. Шоу продолжилось. Ипполит № 3-Игнатий достойно провёл сцену ревности. Зрители, прильнувшие к экранам, остались довольны. Наконец утихомирившись, Ипполит № 3-Игнатий, а вместе с ним Надя № 3 и Лукашин № 3-Женя, названный так в честь своего деда, присоединились к компании, расположившейся за праздничным столом. И, как говаривали в седую старину, наступила рекламная пауза.

       – Кого ждём? – перешёптывалась съёмочная группа. – В чём дело?

       А дело было вот в чём: много веков тому назад, появился удивительный фильм, созданный гениальным режиссёром Эльдаром Рязановым. Назывался фильм «Ирония судьбы, или С лёгким паром». Фильм моментально завоевал многочисленные зрительские сердца, и с тех пор без него не обходилось празднование ни одного российского Нового года. Фильм стал воистину народным. Культовым! Единственный уцелевший экземпляр этого древнего легендарного фильма весь год хранился в секретном опломбированном сейфе. В канун Нового года торжественно извлекался и транслировался на всю страну. Но, однажды, этот бесценный экземпляр таинственным образом исчез. Горе народа было безмерно! И тогда кто-то внёс предложение справлять Новый год по сценарию, приближённому к сюжету любимого фильма. Так возникла традиция. Прекрасная новогодняя традиция!

       Знатоки-киноведы и ярые фанаты фильма помнили, что у любимого фильма было кинопродолжение, появившееся тридцать два года спустя после выхода на экраны главного новогоднего фильма страны и получившее название «Ирония судьбы. Продолжение». Не все зрители с радостью восприняли «Продолжение». Некоторые его тотчас невзлюбили, утверждая, и не без основания, что сиквелы всегда хуже. Но другая часть зрителей посчитала фильм очень жизненным и, даже, слегка мистическим. Мистика «Продолжения» заключалась в следующем: главная героиня фильма Надя вышла замуж не за московского гостя Женю, а за Ипполита, а Женя женился на Гале. Вот так. Всё бывает. Даже такое. Даже в кино! Затем, в этом самом продолжении, в Ленинграде родилась у Нади с Ипполитом дочка, которую мама с папой до своего развода успели назвать редким именем Надежда. А в Москве у Гали с Женей родился сын, которого счастливые родители сообразили наречь Константином, что, как известно, означает «постоянный», но сами постоянными друг для друга не стали. Дети выросли. Встретились. Познакомились. Влюбились друг в друга. Причём, по той же схеме, что и их герои-родители. Инструкция знакомства, не полагаясь на случай, была соблюдена точно. Были задействованы: тридцать первое декабря, баня, друзья, алкоголь, самолёт и дом-близнец. Таким образом, по мнению авторов сиквела, тридцать два года спустя старая новогодняя сказка получила, наконец, положенное ей счастливое завершение. Или всё-таки не получила?.. Ведь, как известно, если существует сиквел, то всегда возможен триквел и даже приквел! Мистика есть мистика! С нею не шути! Линия «Продолжения», тоже, получила своё отображение в шоу.

       Вот так много лет спустя сюжеты обеих кинолент, соединившись самым причудливым образом, получили новое развитие и продолжение. И народ, обожающий романтические новогодние истории, приобрёл в лице героев теперь уже «шоукиноэпопеи» «Иронии судьбы…» свой новогодний идеал встречи Нового года. Вот поэтому всё народонаселение России каждый новый год 31 декабря с нетерпением ожидало новогоднее телешоу «Ирония судьбы, или С лёгким паром». Шоу всегда радовало и приносило сюрпризы, что, согласитесь, особенно приятно в преддверие встречи Нового года!

       За честь поучаствовать в ежегодном  новогоднем телешоу «Ирония судьбы, или С лёгким паром», идущем в прямом эфире, сражались лучшие актёры и актрисы отечественного и польского кинематографа. По традиции «самую первую» Надю Шевелёву обязательно играла польская актриса. Накал страстей в этой борьбе порой достигал невиданных высот. Предугадать, кто будет играть в очередном новогоднем шоу, было сложно: со всех участников брали подписку о неразглашении. Главному режиссёру шоу и артистам, выступавшим в этом шоу, разрешалась лёгкая импровизация. Совсем незначительная. Именно эта незначительная, разрешённая свыше, импровизация придавала каждому новогоднему представлению яркую индивидуальность и неповторимость. Самые лучшие моменты наиболее удачных импровизаций переносились в следующее новогоднее шоу. И со временем, совсем незаметно для всех, сюжетная линия «Иронии судьбы, или С лёгким паром» настолько сдвинулась и поменяла свой первоначальный облик, что стала совсем несхожа с оригиналом, который постепенно начали забывать. Вот так однажды всё уходит в копилку небытия. Очень хорошо это прочувствовал, приблизившись к последнему земному порогу, Гавриил Державин и за два дня до своей смерти начертал:

       Река времён в своём стремленьи
       Уносит все дела людей
       И топит в пропасти забвенья
       Народы, царства и царей.
       А если что и остаётся
       Чрез звуки лиры и трубы,
       То вечности жерлом пожрётся
       И общей не уйдёт судьбы…

       Пойдя немножечко дальше можно добавить: каждая мысль, поступок и событие бренны во времени, но бессмертны в небытие. Тот, кто с этим не согласен, пусть выведет свою формулу бессмертия, а мы продолжаем.

       Пауза длилась недолго. Трепыхались на ветру ленты серпантина, яркая мишура и нити серебристого «дождя», украшавшие искусственную дворовую ёлку. Какой-то припозднившийся отец семейства, пыхтя и отдуваясь, тащил домой заждавшимся домочадцам настоящую полутораметровую красавицу-ёлку…

       Дверь медленно отворилась, и в дверном проёме возник новый, но такой знакомый всем персонаж, совсем юный Лукашин.

       – Лукашин № 4, – ахнула съёмочная группа, а ней и вся страна. – Правнук Лукашина № 1!

       Качнулись на ёлке расписные стеклянные шары. Свет вспыхнул ярче.

       – Костя, – представился молодой человек.

       Бывает придёт к человеку любовь с Большой буквы, а он не готов её принять. Любовь – Большая, а человек – маленький. Не умещается в нём Большая любовь. И человек, напуганный могучим любовным чувством, неожиданно охватившим его, предпочитает жениться на другой женщине, а свою Большую любовь обожать на расстоянии. Взамен сильным страстям человек избирает покой. Бурную весну меняет на тихую гавань вечной осени. Так удобнее. Спокойнее. Но накапливаемая любовная энергия ищет выход. Периодически сердце озаряют сильные любовные вспышки, как на солнце, и толкают человека на неожиданные поступки! Из осени его выстреливает в весну. Человеку кажется, что теперь он способен кардинально изменить свою судьбу. И он предпринимает попытку всё поменять в своей устоявшейся жизни: работу, место жительства, жену… Когда у человека это не получается он передаёт эстафетную палочку следующему поколению.

       Костя № 4 слегка робел и неуверенно оглядывался по сторонам…
       – Какой молоденький! – заулыбалась кинородня народного героя.
       Наконец, «новорожденный» Костик пришёл в себя. И шоу покатилось по накатанной колее.
       Мелькнули новенькие Галя № 4, Наденька № 4, Ипполит № 4-Илларион…

       Растроганные домохозяйки-телезрительницы дружно смахнули набежавшую слезу и ещё проворнее заработали большой ложкой, перемешивая заправленный майонезом праздничный салат…

       Где-то далеко заиграли на гармошке… Нью-Лукашин № 4 прислушался, взял одну из четырёх гитар и, неспешно перебирая струны, запел старинушку-матушку: «Если у вас нету тёти…»
       Весь киноколлектив приободрился. А Костя Лукашин № 4 пел уже не один, все Лукашины, разобрав оставшиеся гитары, дружно ему подпевали: «То  вам ее не потерять…»
       Не отстали от них и Наденьки. Переглянувшись между собой, они ответили квартету Лукашиных не менее известной старинной песенкой: «На Тихорецкую состав отправится…» Получилось замечательно!

       Но не всех это веселило.

       Ипполиты печально следили за Наденьками влюблёнными глазами. Их взгляды, казалось, говорили:
       – Я так люблю, когда ты поёшь.
       – Просто ты ко мне необъективно относишься, – тоже взглядом, отвечали им Наденьки.
       – О!.. Ещё как!.. Ещё как необъективно! – страдали и плакали Ипполитовы души. Особенно душа Ипполита Первого. Давно и безответно влюблённого, не по сценарию, а по жизни, в актрису, играющую роль Наденьки Шевелёвой № 1.

       Не выдержав, Ипполит № 1, путая кино с жизнью, шатаясь подошёл к своей ненаглядной Наденьке, встал перед нею на колени и, протянув гитару, попросил: «Спой. Только ты. Только для меня. Как когда-то…»
       Возникла неловкая пауза. Вся страна и весь шоу-коллектив прекрасно знали о жизненной драме актёра. Белокурая красавица Наденька № 1 не стала капризничать, портить шоу и отказываться. Приняла гитару, тихонько вздохнула и запела. Сквозь ночь и снеги тихо лился  её мелодичный с лёгким польским акцентом голос:

       Мы шли пустынной улицей вдвоём
       в рассветный час, распутицу кляня.
       И, как всегда, под самым фонарём
       ты вдруг решил поцеловать меня.

       Какая-то молодёжная компания, проходя под окнами дома, затеяла игру в снежки. Звонко раздавался в ночи молодой смех.

       А нам с тобой навстречу в этот миг
       весёлые студенты, как на грех...
       Мы очень видно рассмешили их –
       так дружно грянул нам вдогонку смех.

       Их разговор, примерно, был таков:
       – Видали вы подобных чудаков?
       – И впрямь чудак, ведь он не молод… – Да,
       но и она совсем не молода!

       Ты сердишься за дерзкие слова?
       Но что же делать – молодость права!
       Попробуй на меня когда-нибудь
       пристрастным взглядом юности взглянуть.

       Давай простим их неуместный смех –
       ну, где ж им знать, что мы счастливей всех?
       Ведь им прожить придется столько лет,
       пока поймут, что старости-то нет! (*2)

       Нервно вздрагивая и прислушиваясь к каждому шороху печалились в московской квартире четыре Гали.

       Шоу набирало обороты.

       Порой, вглядываясь в бездонные небеса, невольно задаёшься вопросом: А, правда, всё-таки, есть ли жизнь на Марсе?.. И на других планетах далёких звёздных систем, цветным горошком рассыпанных вокруг Земли? А если есть, то, как там встречают Новый год наши братья и сёстры по разуму? И ходят ли они 31 декабря в баню? Эх, хорошо бы к ним в гости слетать! На встречу Нового года!

       За окнами ленинградско-петербургской квартиры шёл снег. А в самой квартире откуда-то с потолка на всех присутствующих вдруг посыпалось блестящее конфетти. Одна из легкомысленных блёсток приземлилась на нос Ипполиту № 2. Ипполит № 2-Ираклий вздрогнул, слегка поморщился, сдул её и тут же решил, что в ванну под мокрый и холодный душ, даже горячий, он в этом году не пойдёт. Хватит. И так его ревматизм замучил. Пусть другие Ипполиты отдуваются! Двое, как никак, помоложе его будут, а Ипполит Первый из-за несчастной любви лет десять, как к моржеванию пристрастился.

       Режиссёр счастливо улыбался: «Сюрприз удался!» Этот год был годом особенным – юбилейным! И потому в этом году, впервые, решено было представить не три встречи главных героев в квартире № 12 по 3-ей улице Строителей, а четыре. Поэтому и главных героев теперь уже стало не шесть пар, а восемь. Это было ноу-хау! Великий новогодний сюрприз! Для всех. Даже для съёмочной группы!

       Шоу-марафон продолжился. В каких только испытаниях ни приняли участие главные мужские герои шоу: здесь была борьба на ковре, чечётка на морозе в ботиночках на тонкой подошве, бег на перегонки вокруг дома и, даже, словесная дуэль двух соперничающих команд: Ипполитов и Лукашиных. Победили Лукашины. Проигравшую команду обязали спеть. Песню исполнил Ипполит № 4-Илларион, впервые за всю историю шоу. Песня была о грустном, но с оптимистической концовкой:

       Когда тебя женщина бросит, – забудь,
       Что верил её постоянству.
       В другую влюбись или трогайся в путь.
       Котомку на плечи – и странствуй.
       Увидишь ты озеро в мирной тени
       Плакучей ивовой рощи.
       Над маленьким горем немного всплакни,
       И дело покажется проще.
       Вздыхая, дойдешь до синеющих гор.
       Когда же достигнешь вершины,
       Ты вздрогнешь, окинув глазами простор
       И клёкот услышав орлиный.
       Ты станешь свободен, как эти орлы.
       И, жить начиная сначала,
       Увидишь с крутой и высокой скалы,
       Что в прошлом потеряно мало! (*3)

       Окончание песни было встречено дружными аплодисментами и несколькими неосторожными солёными шутками мужской составляющей шоу-коллектива. Женская половина тотчас же обиделась. Самая бойкая из участвующих в шоу актрис Надя № 3 схватила гитару и уже собиралась ответить своей песней на выпад сильного пола, но её опередил Ипполит Первый. Укоризненно взглянув на посмеивающихся мужчин: «Ну, разве так можно!» Ипполит № 1 деликатно отобрал у возмущённой Наденьки гитару. И со словами: «Спой, Женя, голубчик, уж постарайся!» – передал гитару Лукашину № 3-Евгению. Любимец зрителей балагур и весельчак Лукашин № 3 со словами: «А, почему бы и нет?» – подмигнув в экран, запел:

       Растёт камыш среди реки,
       Он зелен, прям и тонок.
       Я в жизни лучшие деньки
       Провёл среди девчонок.

       Часы заботу нам несут,
       Мелькая в быстрой гонке.
       А счастья несколько минут
       Приносят нам девчонки.

       Богатство, слава и почёт
       Волнуют наши страсти.
       Но даже тот, кто их найдет,
       Найдёт в них мало счастья.

       Мне дай свободный вечерок
       Да крепкие объятья –
       И тяжкий груз мирских тревог
       Готов к чертям послать я!

       Сперва мужской был создан пол.
       Потом, окончив школу,
       Творец вселенной перешёл
       К прекраснейшему полу! (*4)

       Дружная овация прекраснейшей половины человечества стала наградой галантному менестрелю. Аплодировали женщины. И те, что находились в студии, и те, что смотрели шоу у себя дома за праздничным столом. Успех момента был оглушительным, что моментально зафиксировала статистическая служба телевидения.

       – Быть песне шлягером, – оживился режиссёр шоу. – У меня на это дело – глаз-ватерпас! – И удовлетворённо потёр ладонями друг о друга.

       Пока Лукашин № 3 раскланивался, зазвонил телефон. Один раз. Другой. Третий. Четвёртый. Звонили Гали. Звонили по очереди. Звонили из Москвы. Звонили, не понимая, почему их Лукашины находятся в чужом городе, на чужой квартире! И при чём тут баня?! Когда в доме ванная есть! К телефону, поочерёдно, подходили Нади: Первая, Вторая, Третья, Четвёртая и пытались объяснить Галям сложившуюся ситуацию. Но, Гали, разумеется, их не поняли. Особенно переживала Галя № 4. Она уже приготовила себе белое свадебное платье!

       Ипполиты, слышавшие телефонные переговоры Надей с Галями, сделали соответствующие выводы и покинули территорию квартиры. Временно.


       2
       Выскочив на свежий воздух, Ипполиты быстро загрузились в две легковушки и лихо погнали по городу, врезаясь во все встречные, заблаговременно пышно взбитые, сугробы. Маршрут был намечен заранее. Во избежание случайностей путь машин всегда огораживался фирменными флажками телешоу. По краям ограждения дежурили весёлые мо`лодцы, одетые в костюмы снеговиков, с фирменными нашивками на груди, спине и рукавах. В руках снежные ребята, через одного, держали кто метлу, а кто зажженный, стилизованный под старину ручной фонарь с цветными стёклами. Желающих поглазеть на автогонки было предостаточно. Шумная толпа фанатов телешоу размахивала руками, свистела и скандировала подходящие к случаю лозунги. На повороте около Исаакиевского собора машины картинно занесло, и они дружно, одна за другой, съехали на подготовленный и укреплённый лёд Невы. Как две прима-балерины, красиво покрутившись на беломраморном льду, повыделывав кренделя парами и в одиночку, машины скользнули к парапету, где их давно поджидал гружёный отборным снегом самосвал.

       Новый год – самый любимый праздник всего человечества. Он приходит к нам из детства. Корнями врастает в наши души. Макушкой достаёт до небес. Пахнет ёлкой, снегом и мандаринами, счастьем и ожиданием чудес. К Новому году начинают готовиться уже в начале ноября, а некоторые чудаки даже в сентябре месяце. И чем ближе заветный момент, тем светлей и радостней на сердце. Дни всё короче. Тихие зимние ночи наполнены светом звёзд. Падает снег. Кажется, он летит на землю из бездонных галактических глубин. Его посылают нам боги-небожители. Мир, как в купель, постепенно погружается в белоснежную массу, состоящую из идеальных шестиугольных снежинок. Эти засахаренные водяные кристаллы несут всему миру особую первородную чистоту и умиротворение. Вся земля, как чистой слезой, омывается этой животворной кристаллической влагой. И прочь, прочь, прочь, прочь тоскливые мысли! Кто не любит Новый год, тот не любит жизнь!

       – Сашка! – кричали из кухни родители какого-то Сашки, – иди скорей. «С лёгким паром» показывают!
       – Счас, как же! Разбежался! – проворчал четырнадцатилетний нигилист. – Что я маленький что ли! Делать мне больше нечего!
       Но, всё же одним глазком подсмотрел, что там идёт по телевидению. После чего, ухмыльнувшись, изрёк:
       – Во, отзеркалило-то! Который век встречаются, а всё не на тех женятся. А народ всё смотрит и смотрит. И ведь не надоест!..

       Вечные влюблённые… Так и не обретшие свои «яблочные» половинки…

       Легковушки с Ипполитами на мгновение замерли у парапета, и водитель самосвала ловко вывалил на них несколько тонн приготовленного снега. Кузова машин колыхнулись и слегка прогнулись от тяжести. Ипполиты испуганно вжались в сидение автомобилей. Потом опомнились и, пришпорив машины, помчались прочь.

       Шоу было в разгаре. Мела метель. Вихри снега свивались в белые вуали и цеплялись за колёса Ипполитовых автомобилей. И пока взволнованные ущемлённые Ипполиты метались на старинных авто по заснеженному вечернему городу, в квартире номер двенадцать произошли следующие события: Жени поссорились с Галями. Они так и не смогли внятно объяснить своим «жёнам-невестам», почему у них в семье существует странная, передаваемая из поколения в поколение, традиция мытья в бане с друзьями под Новый год 31 декабря и вслед за этим срочная эвакуация мужской половины семейства Лукашиных из Москвы в Санкт-Петербург. Оправдательный лепет Лукашиных: «У нас традиция такая…», – не был принят Галями во внимание. Потом Жени ссорились с Надями. Потом они с Надями мирились. И опять ссорились. В результате ссор пострадало несколько тарелок. В перерывах между ссорами в квартире побывали подружки всех Надей сразу: рассудительная в очках Валя и наивная Татьяна. Как бессрочные богини Мудрости подруги-мирильщицы Валя-Таня возникали в квартире после каждой ссоры главных героев и изо всех своих хрупких сил старательно замиряли Надей с мнимыми Ипполитами. И, замирив, исчезали.

       В любой ссоре всегда что-нибудь вызревает. У Надей с Женями, в конце концов, вызрели взаимопонимание, дружеский разговор и песня. Песню исполнила четвёртая Надежда. В песню она вложила описание ошибок молодости и итоговую печаль своей неустроенной женской судьбы:

       Тому, кто томится от жажды,
       Рассказ мой о давней вине:
       Однажды – послушай – однажды
       Любовь приходила ко мне.
 
       Она попросила напиться.
       Присев на крылечко моё,
       Но я не дала ей водицы,
       Я раньше спросила её.

       Я раньше её расспросила,
       Откуда она и куда.
       Я раньше ответить просила,
       Какая нужна ей вода.

       Голос Надежды надрывным эхом раскалывал воздух маленькой ленинградской квартирки и кажется, что лился с Луны на весь подшефный царице ночи притихший заснеженный мир. Шипя, извивалось пламя свечей. И скользили световые блики по сверкающему ёлочному убранству: северным оленям и, подсматривающему за ними бурому медведю, пёстрым братьям-скоморохам и мерцающим снежинкам, оранжевой морковке, фиолетовому баклажану и золотым яблокам, живописным шарам, многоцветным бусам и спелёнатому в кружевное розовое одеяльце поросёнку с соской во рту…

       И, глянув печально и косо,
       Сидела любовь у огня,
       Ответила мне на вопросы
       И тихо ушла от меня.

       И, если – послушай, послушай! –
       Она постучит к тебе в дом –
       Ты раньше отдай ей всю душу,
       А спрашивать будешь – потом! (*5)

       Последним страдальческим аккордом Надя завершила песню, откинулась на спинку стула, замерла. В комнате повисла тишина. Весь шоу-коллектив слегка взгрустнул. Многие, подперев щёки, затуманенными глазами созерцали пространство. Не меняя позы и не поворачивая головы, Надя № 4 разбила тишину вопросом:
       – А вы своих больных жалеете?
       – Конечно, – все разом ответили наследные врачи Лукашины, пойманные неожиданностью вторжения в личные воспоминания.
       – Я вот тоже часто себя жалею. Прихожу вечером домой, сажусь в кресло у окна и начинаю себя жалеть…
       Ах, как это было всем знакомо и понятно… Любовь…

       Любовь…

       Старательно воспеваемая трубадурами вечная любовь нередко балансирует на грани безумия и смерти. И часто судьба ставит перед влюблёнными вопрос ребром: либо жизнь порознь, либо смерть вместе. Чтобы обессмертить любовь – влюблённые должны умереть. Или расстаться. Есть и третий вариант – сказочный – самый редкий. Бизнесмены от лицедейства предпочитают первые два варианта. А, если в свои сценарные планы они всё-таки включают счастливую концовку, то не иначе, как через долгие мытарства и страдания главных положительных героев. Поэтому во всех измерениях всех типовых Вселенных на всех замечательных типовых планетах живут и вечно страдают типовые влюблённые. И не видно этому ни конца, ни края!

       Раздался ещё один звонок. Звонили в дверь. Очень настойчиво. Дверь открыли. Пришли грустные пьяненькие Ипполиты. В обнимку. Замёрзшие. Голодные и усталые. Спотыкаясь, и поддерживая друг друга, словно четыре раненных мушкетёра. Пришли и произнесли выстраданную красивую речь о любви. Им горячо и долго хлопала в ладоши вся страна. И шоу-коллектив. В ванную в этом году Ипполиты решили не ходить. Им понравилась идея с баней. Ипполиты нашли в квартире мирный уголок и со словами: «Хорошие люди… приютили, обогрели…», – прикорнули в нём на отдых.

       Шоу шло своим чередом. Артисты выкладывались. Зрители наслаждались.

       Наденьки, потрясённые речью Ипполитов, задумались. Лукашины, заглянув в Наденькины глаза, забеспокоились.

       Юбилейный год – всегда событие. И немалое! Юбиляров положено одаривать цветами, хвалебными одами и подарками. Юбиляру, в свою очередь, полагается цветы и подарки принимать. И отдариваться приятными для уха дарителей речами и милыми сюрпризами. В течение всего года редакция TV получала много писем и поздравлений с приближающимся юбилеем телешоу «Ирония судьбы, или С лёгким паром». Народ любил это шоу. Шоу добавляло в их обыкновенную, казавшуюся порой пресною жизнь лёгкую остроту. Ту самую перчинку, без которой невозможно прожить и которую можно сравнить только с экзотическим японским васаби, неподражаемой кавказской аджикой или простодушным русским хреном. Кому, что нравится. Иные шоу настолько удавались, что даже по прошествии нескольких лет зрители их отлично помнили и цитировали фразы из них, вмиг ставшие крылатыми. Поэтому, что и говорить, от юбилейного телешоу «Ирония судьбы…» и её вечных лирических героев восторженные зрители многого ждали в этом году.

       Кто-то из героев шоу включил телевизор. Там только что отзвенела песенка «Джингл Беллс». И зазвучала «Тихая ночь».

       Разомлевшего от удачи режиссёра вдруг посетила свежая мысль: «А почему, – подумал он, – в нашем любимом Питере на нашей любимой явочной квартире по 3-ей улице Строителей такое неправильное число героев? Ну, сколько их набирается?» Мысленно он стал загибать пальцы и считать: «Надей было три. Три. А теперь стало четыре! Лукашиных – четыре. Ипполитов – четыре. А пар у Ипполитов, получается, нет, потому что их возможные пары – четыре печальные Гали – в Москве. Значит, сам собой напрашивается вывод: надо их привезти сюда. В наш век фантастических скоростей это раз плюнуть! И потому – пусть едут! А чего им в Москве-то сидеть? И со всеми вместе: с Лукашинами, Надями и ревнивыми Ипполитами согласно встречают Новый год. А хорошо-то как будет! Ведь все, наконец, вместе соберутся!» В шоу нет ничего невозможного! Особенно, если события шоу разворачиваются в новогоднюю ночь, что, как известно, даёт новогодней ночи хорошую фору перед ночью обычной. Как говорится, чем бы режиссёр ни тешился, лишь бы зритель не плакал!

       Сказано – сделано! Импровизировать, так импровизировать!

       Мысль показалась весьма достойной. Тем более, к слову сказать, и ехать-то на самом деле далеко не надо. Съёмки же натурально проходят на проспекте Вернадского в Москве. А из Москвы в Москву – это очень быстро!

       За окнами квартиры нетерпеливо взметнулся сполох салюта. Высветились обережным узором на оконном стекле ветки заснеженной ели – символа мировой взаимосвязи. Дверь квартиры распахнулась и на её пороге, словно четыре Снегурочки, возникли взявшиеся за руки, припорошенные искристым снегом и румяные с мороза все четыре Гали: три шатенки и одна рыженькая.

       – Вау! – в один голос выдохнула необозримая страна.

       Мгновенно появились юбилейные букетики хорошеньких цветов. И все Гали получили по букетику. При этом Галя № 1, принаряженная в длинное сиреневое платье, симпатично вздохнула. Рыженькая Галя № 2 приятно чихнула. Галя № 3 шаловливо подтолкнула Галю № 4. Галя № 4 устремила взгляд прекрасных серых глаз на телекамеру и, мило улыбнувшись, сказала от всех Галь сразу: «Благодарю!»

       В ответ на это «благодарю» где-то в коридоре особенно громко пиликнула гармошка, и не успевшая захлопнуться дверь, вновь широко распахнувшись, впустила в квартиру шумную ватагу, состоящую из родни и друзей всех главных героев, а также и их соседей, и соседей их соседей, и каких-то ещё к ним присоседившихся личностей.
       – Всем, здравствуйте! – возвестил весёлый краснощёкий гармонист. – Только не говорите, что мы слишком рано или опять не туда попали!
       Толпа новоприбывших разбрелась по квартире и стала благоустраиваться.
       Казалось маленькая двухкомнатная квартирка уже с трудом вмещает в себя это огромное количество народа.

       У режиссёра зарябило в глазах от напряжения, он вдруг слегка запутался в героях-артистах и заворчал:

       – А это кто такая? Откуда взялась? Ах… ну да… Ну да… А тот?.. Тьфу-ты, нуты, что делают!.. Что делают! Вот шут их побери! С тех пор, как медицина изобрела этот новый метод омоложения организма, ну, невозможно стало отличить внучек от бабок, отцов от сыновей. Все молоды, прекрасны и хоть сейчас в ЗАГС! Куда там только наверху смотрят? Всё-таки это классика! Надо же проявлять хоть чуточку уважения к ней! Ну, нарисовали бы несколько морщин Ипполиту Первому и добавили чуток седых волос Наде № 1 и первой паре Лукашиных. Так нет. Все хотят быть молодыми!

       Как Новый год встретишь – так его и проведёшь!

       Обнимались и смеялись артисты на экране TV. Смеялись и радовались зрители, наблюдавшие за артистами.

       – Если, этак и дальше продолжаться будет, то всю эту с каждым годом увеличивающуюся компанию эта тощая квартирка уже не вместит, – вдруг с беспокойством подумал режиссёр. – Ну, да ладно! Хвала создателю! То бишь – Рязанову! Всё-таки, юбилей. В тесноте, да не в обиде. Зато тёща теперь, точно, довольна будет. Она это шоу обожает! Ничего ей не надо, а только подай на Новый год телешоу «Ирония судьбы, или С лёгким паром»!

       И, радостно хлопнув в ладоши, крикнул: «Продолжаем!»

       Прильнув к экранам голографических телевизоров многомиллионное население страны с любовью в сердце и слезами на глазах наблюдало, как в городе Санкт-Петербурге, бывшем Ленинграде, в доме № 25 по 3-ей улице Строителей, в двенадцатой квартире, на четвёртом этаже каждый Новый год 31 декабря, как бы неожиданно друг для друга, встречаются поколения Женей, Надей, Ипполитов, а также их друзей и подруг. Встречались они, как и подобало, по раз навсегда заведённому сценарному ритуалу, правда в этом году с весьма весомыми изменениями и пополнением. Отыграв все положенные сценки, вся компания около двадцати четырёх часов дружно усаживалась за стол, обязательно прослушивала речь Президента и откупоривала шампанское. Затем Надины подруги и Лукашинские друзья кричали «ура!» и «горько!» И Нади с Лукашинами, а теперь и Гали с Ипполитами, приступали к церемониальному поцелую. Почему Гали целовались с Ипполитами? Потому что знали – замуж они выйдут за Лукашиных.

       Так было и в этот раз. Правда, во всеобщей суматохе всё немного сдвинулось…

       Вечно рассеянный Лукашин № 1 в своём любимом сером пиджаке в ёлочку из Мосторга раньше положенного приступил к поцелуйному обряду. Опять перепутал героинь и, вместо белокурой Нади № 1, расцеловался с рыженькой Галей № 2. Зато другой нерастерявшийся Лукашин № 2-Костя приобнял слегка засмущавшуюся Наденьку № 1 и дружески похлопывал её по плечу. Воспользовавшись ситуацией актриса, играющая роль Наденьки № 3, толкнула ногой под столом Лукашина № 2 и, наклонившись к его уху, шепнула: «Не удивляйся, милый, это, действительно, я. В этом году я играю Надю. Думаешь, легко было это пробить? Всё Галю, да Галю… Теперь пусть Кузькина Галю играет!» – новоиспеченная Надя Шевелёва № 3 шевельнула бровью, поправила осветлённые локоны и самодовольно улыбнулась. Всё смешалось: внуки-внучки, сыновья-дочки, отцы-матери, бабушки-дедушки, прабабушки-прадедушки… Все поколения… Зато как было весело! Веселились все: четыре Гали, четыре Нади, Женя-Костя-Женя-Костя, Ипполит, Ираклий, Игнатий и Илларион!
 
       Наконец все немного угомонились и уселись за стол, который удивительным образом ухитрился вырасти так, что его накрахмаленный хвост терялся теперь где-то в глубинах коридора четвёртого этажа. Затем гости и хозяева знаменитой квартиры стали накладывать на праздничные тарелки салат «Оливье» и рыбное заливное. Салат сразу разлетелся на «ура». А заливную рыбу ели не спеша. Степенно. И слегка поморщивались. Предполагалась, что заливная рыба малосъедобна и невкусна. Хотя повара ресторанной компании «С лёгким паром и за стол» за многие годы своего существования нашустрились делать рыбное заливное безупречно. Но герои всё равно морщились. Так было положено. По сценарию!

       Во всех нас, с рождения, живёт дух Новогодья. Незримый, он помогает нам жить и преодолевать трудности. Можно много и долго рассказывать о том как часто, в какое время года и как занимательно в разных странах мира встречают Новый год. Всё это интересно, но не это главное. Главное это то, что мистерия встречи Нового года даёт всем нам чудесную возможность начать жить сначала, с чистого листа. Отринув ошибки прошлого и оставив в старом году  всё несбывшееся и неудавшееся. В Новый год шанс встретить своё заплутавшее счастье многократно возрастает. Поэтому, чем Нового года больше – тем лучше!

       Обо всём этом так, или приблизительно так, думал весь российский народ, чутко внимавший всему происходящему на экранах своих TV. Обо всём этом так, или приблизительно так, думал весь шоу-народ, заполонивший необыкновенную квартиру.

       А в воздухе квартиры уже явственно витали фантомы самых яростных надежд и феерических желаний. Пели соловьи. Таяли за окнами сосульки. И плыли по безбрежным морям страны Романтики белые фрегаты под алыми парусами. Мечтательными взглядами провожали их, стоя на бережку, влюблённые пары всех времён и народов. Тут же, рядышком с ними, вдохновенно шурша по бумаге отточенными перьями и автоматическими ручками, барды с огневыми сердцами ваяли бессмертные поэмы и романы о любви, чтобы никогда, никогда не оскудевал океан Великой любви, куда, так или иначе, вливаются все любовные воды мира.

       Шоу достигло своего апогея. На земном календаре высвечивала дата: 31 декабря – канун встречи очередного Нового года. Время спрессовалось. До заветного момента оставалось пять секунд. Четыре, три, две, одна! И вот оно – свершилось! Пробка от новогоднего шампанского, трепеща золотыми крылышками, взлетела к небесам и, сверкнув, в своём полёте объединила ангела на шпиле Петропавловской крепости и звезду Московского Кремля. Радостно ржали и били копытами кони под Петром Первым и Юрием Долгоруким. Нежно кивнули друг другу, увитые гирляндами иллюминаций, молодцеватый александрийский столп и нестареющая телебашня. Оба прекрасных российских города, навек сроднённые иронией исторической судьбы и бессмертным фильмом, под звон курантов, всполохи салютов и крики «ура» согласно встретили очередной Новый год.

       А потом весь этот неугомонный шоу-народ весело, с шутками да прибаутками, водил хоровод вокруг ёлки, пел детскую песенку «В лесу родилась ёлочка» и плясал. Раззадорившиеся Лукашин № 3 с Ипполитом № 3-Игнатием пошли вдруг вприсядку, а самая молоденькая Галя № 4 вертелась вокруг них и махала платочком. Новый Год радостью окрыляет утомлённую душу. Наивный дух восторженно взмывает вверх и беззаботно парит над промёрзшей землёй. Всем хорошо. Все загадывают желания и желают друг другу счастья. Много! Не жалко! Просто потому, что Новый год! Ошалевший режиссёр, которого под занавес удалось таки затащить в кадр, очумело вертел головой. Кто-то подсунул ему бокал с шампанским. И режиссёр на правах крёстного отца новогоднего шоу поздравил с Новым Годом всю страну и её жителей, приведя в единодушный восторг и страну и свой, и без того взбудораженный, коллектив.

       Сафари-шоу подходило к концу. Начался заключительный обмен подарками между всеми присутствующими – юбилейный год обязывал. Подарки были самые разные: забавные, полезные и приятные. В число подарков попали: различные банные принадлежности, в том числе и берёзовый веник, отечественный мужской одеколон «31 декабря», флаконы женских французских духов, книги, цветы, фотографии, плюшевые зверята, бритвенный прибор… Особой популярностью в этом году пользовалась миниатюрная модель дома № 25 по 3 улице Строителей с подсветкой, украшенная двумя сплетёнными сверкающими сердцами и юбилейной датой. Были в числе подарков и особые эксклюзивные, и среди них два неожиданных предложения руки и сердца, встреченные всеми присутствующими с большим энтузиазмом! Неисчислимы счастливые последствия входящей в мир радости. Радость лечит душу и тело, омолаживает сердце и меняет минусы на плюсы. Радость способна улучшить мир. И личную жизнь. К предложениям руки и сердца принимающая сторона отнеслась положительно!

       Получил подарок и Дом. К Дому, в котором когда-то в далёком двадцатом веке снимался фильм «Ирония судьбы, или с Лёгким паром», относились с особым трепетом и почтением. Старый панельный Дом любили и берегли не только всем миром, но и на экономико-государственной основе. Дом имел заповедно-музейный статус со всеми сопутствующими статусу привилегиями. В новом году Дому, крепко сроднившемуся со всей страной, предстоял основательный капитальный ремонт. О чём и было всенародно объявлено.

       Шоу закончилось. Светало. Медленно засыпала неугомонная страна, вдоволь нагулявшись и напраздновавшись. Гасли огни в домах. Таяли в небе последние фейерверки. Хорошо и сонно было на душе… Волшебная дивная ночь примиряла, сплачивала и счастливила всех, без оглядки на возраст и табели о рангах.

       Не позабыв присесть на дорожку, усталый и просветленный шоу-народ собирался назад в Москву. Все дороги ведут в Москву. Москва – перекрёсток мира. Поезд вёл то ли Дед Мороз, то ли машинист, ряженный Дедом Морозом, но точно кто-то очень заслуженный. И, казалось, старинный работы сине-белый экспресс двигался не с помощью электричества, а с помощью огромных белых коней, у которых вместо ног быстровращающиеся колёса. Слышался мелодичный перезвон бубенчиков и апофеозное пение паровозных гудков. Поезд шёл в Москву. Из Москвы в Москву. Потому что Москва и всё что вокруг неё – это тоже Москва.

       Улетали в ночные дали фонари, снег, станции, города и люди, живущие в этих городах. Улетало время. И уже давно в поезде крепко спала усталая бригада телешоу во главе со своим режиссёром. Не спал только Костя № 4, последний молодой герой новогоднего шоу, в миру – просто Павел. Задумчивый сидел он на стареньком пластиковом табурете в тамбуре последнего вагона поезда с гитарой на руках. Негромко пел и размышлял о счастье:

       Плюшевые волки,
       Зайцы, погремушки.
       Детям дарят с ёлки
       Детские игрушки.

       И, состарясь, дети
       До смерти, без толку
       Все на этом свете
       Ищут эту ёлку.

       Где жар-птица в клетке,
       Золотые слитки,
       Где висит на ветке
       Счастье их на нитке.

       Только дед-мороза
       Нету на макушке,
       Чтоб в ответ на слёзы
       Сверху снял игрушки.

       До сих пор остаётся открытым вопрос, почему большинство из нас, влюбившись в каких-нибудь славных киногероев, не желает с ними расстаться и жаждет продолжения их приключений. Кто сможет дать внятный ответ на этот почти сакраментальный вопрос? А ведь он имеет самое непосредственное отношение к нашей истории! Может быть, ответ поджидает нас где-то впереди? Кто знает?.. Поживём – увидим…

        Поезда с вокзалов на вокзалы уходят и приходят по расписанию. И под утро весь шоу-коллектив уже прощался друг с другом и расходился и разлетался по домам к своим, уже «некиношным» семьям, чтобы через год встретиться вновь. В том же городе, в том же доме, в той же квартире. В том же или ином слегка изменённом составе. И только в этот день и вечер. Это была традиция. Прекрасная новогодняя традиция!

       Жёлтые иголки
       На пол опадают…
       Всё я жду, что с ёлки
       Мне тебя подарят. (*6)



16.01.2008 г.; август 2010 г.; март 2011 г.



Постскриптум: От автора с любовью к Э.Рязанову, читателям, критикам и Новому году! :)))

_______________________________

*1  Стихотворение Александра Блока
*2  Стихотворение Вероники Тушновой
*3  Стихотворение Генриха Гейне, в переводе С.Я.Маршака
*4  Стихотворение Роберта Бернса, в переводе С.Я.Маршака
*5  Стихотворение Елены Рывиной
*6  Стихотворение Константина Симонова


Рецензии
Вот и я не понимаю, как можно более двух раз смотреть кино, даже идеальное, а тем более, каждый год. А вторая "Ирония скдьбы" не только не понравилась, хотелось руки поотрывать и тем, кто считает себя режисёрами, способными снимать продолжение после Рязанова и молодым "актёрам". Тем, кто снимает и снимается в плохих боевичках и ещё худших мелодрамах или кошмарных пародиях на военные фильмы, не вправе даже пытаться снимать и сниматьсяся в нормальных кино или трогать хорошие сюжеты. А у вас всё очень интересно. удачи в творчестве.

Александр Михельман   21.12.2014 17:09     Заявить о нарушении
Спасибо, Александр.
С Наступающим Новым Годом.
Пусть он будет добрым ко всем нам,

Наталья Ладнева   22.12.2014 03:06   Заявить о нарушении
И вас поздравляю с этим чудестным праздником:-))

Александр Михельман   22.12.2014 17:00   Заявить о нарушении
Вторая "Ирония" не нравится никому. Согласна, что у автора всё просто замечательно, пусть ему улыбнется удача!

Ольга Ртищева   05.12.2015 12:42   Заявить о нарушении
На это произведение написано 30 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.