Ведьма

- Ведьма! Ведьма! Сжечь! Сжечь ведьму!
 Эхо от яростного рева толпы поднималось к небу, черному, застланному тучами. 
 - Даже небо против её! Ведьма!
 Девушка, привязанная к столбу, обложенному хворостом, молчала, лишь слёзы катились из карих глаз.
 - Моли о пощаде, проклятая!!! Моли, чтобы огонь быстро поглотил тебя!
 Ненавистью было пропитано всё вокруг: люди, каменная площадь, казалось, что и от мокрых от жары тел лошадей тоже несет ненавистью. А воздух… Ненависть, парившая в нем, была тяжелой, яростной, угнетающей. Она окутала всех своим невидимым покрывалом, но девушку, привязанную к столбу, она буквально обмотала кольцами, словно удав, стараясь задушить.
 А у девушки из глаз продолжали литься слезы. Они падали на одежду, на помост
 - Кто это? За что ее хотят сжечь? – спросил высокий мужчина с посохом в руках.
 Крестьянин, к которому был обращен вопрос, посмотрел на незнакомца.
 «Рубище, посох, котомка за плечами… Странник…» - промелькнуло в голове у крестьянина. – «Что ж, свежие новости всегда нужны таким людям»
- Это Олейла Моне.
 - А почему она привязана к столбу? Что она сделала?
 - Она ведьма и сейчас состоится прилюдное сожжение презренной прислужницы Дьявола. – произнес крестьянин, четко проговариваяя каждое слово. Он любил сплетничать. – Она очень опасна, господин. Олейла Моне сегодня расплатиться за все зло, что причинила нашему селению.
 - Послушай, любезный! – хмыкнул незнакомец. - Она похожа на ведьму, как я похож на короля. – Да ты только посмотри на нее. Она же, словно ангел.
 - Тш-ш! – шикнул крестьянин, озираясь по сторонам. – Вы что, не в своем уме, господин? Это дьявол во плоти ангела. Не говорите того, чего не знаете, а то окажетесь там, рядом с нею. Да и меня туда затащат. По вашей же милости.
 - Ну хорошо, хорошо… Молчу…
 Незнакомец умолк. Он рассматривал осужденную…
 Девушке было лет семнадцать. Одетое в лохмотья грязное тело все равно не утратило своей привлекательности. Тонкая, нежная фигурка возле столба… Создавалось ощущение, что это бабочка, пришпиленная булавкой. А лицо… Оно было прекрасным. Правильный овал лица, тонкий прямой нос, пухлые губы цвета спелой малины, и глаза… Темно-карие, почти черные, глубокие, как котлован, обрамленные густейшими ресницами, манили, звали, умоляли, просили и… плакали…
 «Нет… Она не может быть ведьмой… Здесь какая-то ошибка!» - подумал незнакомец.
 А в это время инквизитор читал приговор:
 «Олейла Моне, дочь Виктора и Кармины Моне, приговаривается к сожжению на костре за служение Дьяволу, за колдовство, за убийство мадам Кори, за покушение на жизнь месье Кори, за насылание проклятий и порчи на наше селение, за распутство и проституцию, за растление десятилетнего Фабрициуса Рено. Церковь считает, что высшей мерой наказания будет сожжение. Да свершится справедливость Божья на земле без пролития крови. Аминь»
 В это время Олейла посмотрела на незнакомца. Ее взгляд пронзил его…
 «Я не виновата!» - говорили ему ее глаза. – «Спаси меня!»
 - Нет! – вскричал странник, и растолкав толпу, бросился к столбу. – Она не виновата! Отпустите её!
 - Сын мой, она ведьма… - начал было священник, но не закончил речь, так как странник, вращая безумными глазами, схватил его за горло.
 Священник захрипел.
 Незнакомец не знал, что на него нашло. Какая-то красная пелена застлала ему глаза. Он знал одно: надо убить. И продолжал сжимать пальцы на горле священника еще сильнее.
 Внезапно тупая боль в затылке ослепила его, и он упал, потеряв сознание.
 Очнулся он под рев разъяренной толпы… Крики мешали ему сосредоточиться.
 «Где я? Что со мной?»
 Он хотел пошевельнуться, но не смог… Спина была прижата к чему-то твердому, а руки были связаны…
 «Я… Я привязан… К чему? О, боже…»
 Он был привязан к столбу, который стоял возле столба с Олейлой.
 Незнакомец посмотрел на девушку. Она взглянула на него. И он содрогнулся. В ее взгляде больше не было боли и страданий, там было злобное торжество, ненависть, и какая-то безумная радость.
 - Ну что, друг мой, согласен ли ты отправиться со мной в путешествие к Дьяволу? Все что ты слышал обо мне – правда. Но не могу я же умереть одна. Это нечестно. – Прошептала ведьма.
 Странник содрогнулся от этого сатанинского шепота. А в это время под его ногами и под ведьмой разгорался костер. И еще долго воздух содрогался от воплей горящего незнакомца, рева толпы и дьявольского хохота Ведьмы.