Судьба, шутница, вечно она все делает по-своему!

Сегодня был ужасный, просто отвратительный день! Стоит начать только с того, что я очень сильно проспала, затем совершенно не успевая позавтракать и, как следует одеться, про "нанести макияж" я вообще молчу, опоздала на все автобусы, маршрутки и прочие летательные аппараты. Я опаздывала везде и повсюду. Утром было весьма важное собеседование, на котором я должна была появиться при полном параде, но, к сожалению, моя везучесть меня сегодня подвела. И я, естественно, еще на один день осталась без работы! У-у-у!

Ну, как без работы?! Не совсем так. Так-то я работаю, хотя нормальной работой это не назовешь, продавец в крупном супермаркете - это не совсем то, на что я рассчитываю. Я все-таки надеюсь получить место в фирме, которая занимается дизайном - по воле случая это, то немногое к чему у меня есть хоть какой-то талант.

Чтобы не путать ваш мыслительный процесс, который, я надеюсь, существует, опущу описание своей непутевой жизни и сразу же приступлю к продолжению этого странного дня.

Поняв, что на собеседование я точно не попаду, отправилась в "свой любимый" всем сердцем и душой супермаркет. Скажу вам по правде, я ненавижу эту синюю униформу! Ну, кто решил, что кассиру надо быть в фартуке и шапочке? Может, в скафандре мы бы лучше работали и обслуживали покупателей?

Но это еще полбеды.

Начальство.

Вернее один начальник - менеджер, так сказать. Всех других начальников мы и в глаза не видели.

Но вот зато менеджер - это полнейший развал психики! В свои 45 он еще не женат и судя по всему, не собирается, зато прекрасно справляется с совращением молоденьких кассирш. И это происходит, скорее всего, потому, что он очень красиво говорит всякие приятные глупости и прекрасно выглядит, ровно до тех пор, пока не заглянешь в его паспорт или не откажешь пару десятков раз, как это сделала я однажды.

С тех пор мы не ладим друг с другом. Стоит мне опоздать на 30 секунд, так он сразу мне штраф выписывает, будто я вообще не явилась на работу. Постоянно делает замечания, упрекает в чем-либо, пытается подставить перед начальством, но, к счастью, работаю я прекрасно, а этот тип, просто хочет уничтожить меня, ведь как ему Великому Донжуану могла отказать такая простая девушка, как я. Никак. Вот поэтому он и бесится, я то отказала!

Что ж, цветочки моих веселых рабочих деньков позади, я отправляюсь домой.

Вечер. Пятница. Зима. Декабрь. Мороз. Лед на тротуарах. Очередь в магазин. Мерцающие огоньки и снежинки. Столкновение с соседом в подъезде. Неловкое: "Здрасьте". Ключ в замке. Тишина пустой квартиры. Щелчки старой батареи. Зажигаю свечу и падаю на диван.

Все. Дома.

Просыпаюсь от того, что что-то мешает спать.

Трынь-трынь-трынь.

Телефон!

Кому еще не спится? Зима на дворе! Все нормальные медведи спят!

- Алло, - охрипшим голосом прошипела я.

- Привет!  Как дела? - раздался по ту сторону телефона знакомый голос.

- Я и так с приветом! - проворчала я. - Замечательно.

- Ты дома?

- Что за глупый вопрос?!  Конечно, дома. Разве я могу с городским телефоном уйти куда-нибудь?!

- Теперь я слышу, что ты окончательно проснулась.

- Не поняла, - удивилась я, вроде про то что я только что спала, я не говорила или говорила?

- Все в порядке, я понял, что разбудил тебя. Но не просто так, а по делу, так что не ворчи. Собирайся. Мы идем в театр!

- Прости, любимый, но я никуда не в какой театр не пойду, - автоматически стала оправдываться я спросонья. Даже не подумав о том, что говорю, и, тем более с кем именно.

- Что ты сейчас сказала?

- Когда?

- Как ты меня назвала?

- Кто? Я? - стала по-дурацки оправдываться я.

- Да, ты, только что, как ты меня назвала?

- Милый, дорогой...не помню, - стала перебирать слова.

- Так, открой дверь, я уже внизу, возле подъезда, - резко оборвал разговор и я услышала, как звонит домофон.

Ну, почему именно сегодня вечером надо меня тревожить?! И что я такого сказала?! Да, я сболтнула лишнего, назвав его любимым, так как мы всего лишь друзья всегда были. Да, говорили о многом и о свиданиях при свечах, так и не состоявшихся, о свадьбе, которой никогда не будет, о симпатии, которой, как я считала не было. Одно время я считала его всего лишь другом, приятным человеком, способным меня рассмешить в любой ситуации, рядом с ним я летаю. А потом как-то случайно я поняла, что влюбилась в него. Но из-за своей влюбленности не хотела рушить дружбу, поэтому все оставила, как есть. А тут, так проболтаться! Может спихнуть это словечко на то, что спросонья не думаю, что несу?!

На 8 этаж он залетел, как ветер. Дверь для него всегда открыта. Видеть его каждый раз, все равно, что ножом по сердцу. Высокий брюнет с карими глазами, с прекрасным телосложением и чувством юмора и стиля. "Персик", - сказал бы дядя Фарик на рынке.

Он зашел и схватил меня за плечи. Усадил на диван и посмотрел в мои сверкающие от страха зеленые глаза.

- А теперь повтори, как ты меня назвала? - попросил тихонько он.

Я молчала.

Я понимала, как важно сейчас сказать правду, но так не хотела рушить нашу дружбу.

- Чего ты боишься?

Я все равно молчала.

- Ведь я же вижу, ты чего-то боишься, - он отвел глаза на мгновения, явно обдумывая что-то. - Ну, хорошо, тогда я сам тебе кое-что скажу.

Он встал с пола, подошел к столу, где горела свеча и пару раз попытался обнять пламя пальцами.

- Хм... я давно хотел тебе сказать, что... - он опять замолчал.

Он стоял спиной ко мне и думал, стоит ли сказать что-то такое от чего, как я думаю, многое должно было измениться. Если он скажет, что любит меня, то я упаду в обморок от счастья, если же скажет, что женится, то я улягусь в кому и уже от разрыва сердца. Все! Сейчас или никогда!

- Я назвала, тебя любимым, так как это давно уже так, - протараторила я так быстро, что даже сама не успела уловить смысл слов.

Он резко развернулся и внимательно посмотрел в мои сверкающие глаза. Теперь же они были полны слез.

- Что?

- Прости, но я давно тебя люблю. Прости, что сказала тебе об этом, я не хотела, - стала оправдываться я.

- Дурочка, - подлетел он ко мне и начал обнимать, кружить, целовать. - Дурочка!

- Знаю, и никогда не сомневалась в этом, - улыбнулась я, поняв, что хотел он сказать на самом деле.

- Я тоже давно тебя люблю, но ты всегда была такая свободолюбивая, гордая, сумасшедшая, что я не хотел рушить эту твою маленькую идиллию.

Продолжать объяснения не считаю нужным, и ежу понятно, что за этим последовало. И ни о каком театре и речи быть не может, так как это был лишь предлог его приезда, как это и раньше бывало. Они влюбились друг в друга с первой встречи, но постоянно отговаривали сами себя верить в это. Пытаясь доказывать себе каждый раз, что любви нет, есть дружба. 

Но судьба шутница решила иначе и поступила по своему, разрушив все возможные преграды.