Слово врача. Случай из практики

               
Когда мне было четыре года – давно это было, в 1957 году – в июльский знойный полдень я пошел к деду Игнату, жившему на этой же улице в километре  от родительского дома.

Причину, побудившую меня идти, конечно, не помню. Но зато вспоминаются до сих пор минуты кошмара от многочисленных укусов роящихся пчел, на пути которых я ненароком оказался. На мои истошные крики прибежал сосед дядя Лёня, схватил в охапку и таким образом спас меня, ибо в тот момент своим детским умишком я не смог  осознать – кто мне делает безжалостно больно. Дальнейшее память не сохранила, но родители позже говорили, что выжил чудом. О медицинской помощи речи не шло – далека она была - один фельдшер на три села.

Прошли годы, и так сложилось, что после бесконечно долгих лет учебы: сначала в Острогожском медицинском училище, затем в Воронежском мединституте, я выбрал профессию невропатолога. Первые несколько лет работы пролетели быстро – за триста километров от малой Родины. У родителей бывал только в отпуске: расстояние может не такое и большое, но чтобы добраться до них, требовалось столько пересадок и героических усилий, что мог видеться с родителями только один раз в году. В одну из поездок мама сказала, что у дяди Лёни в сорок три года случился инсульт. Он получал лечение, но не может говорить и двигаться, словом, нужна моя консультация.

У дяди Лёни я не был лет двадцать. Он сразу узнал меня и обрадовался – я понял это по его глазам.  После неврологического осмотра мне стал понятен диагноз: обширный инсульт в левом полушарии с плегией правых конечностей и моторной афазией; говорить он совсем не мог, но обращенную речь понимал и выполнял простые инструкции. Я был горд правильно поставленным диагнозом, что-то говорил, объяснял его жене – тете Сане, -  а  в конце разговора на её вопрос: «И сколько он так проживет?» у постели больного почему-то сказал: «Лет восемнадцать».

Уходя, стал прощаться с дядей Лёней, но он отводил свой взгляд, отворачивал голову, со слов тети Сани – начал «искать мух».

Пролетело еще двадцать лет, и как-то в разговоре приехавшая погостить ко мне мама вдруг вспомнила о дяде Лёне, молвив, что «он умер, как ты и сказал – через восемнадцать лет».
 
И тогда я не придал значения её словам.

И вот только к пятидесяти восьми годам своей жизни, после тридцати лет работы неврологом в стационаре, вдруг переосмыслил свою консультацию и ощутил вину перед дядей Лёней: он спас меня тогда, а я неосторожными словами приговорил его к восемнадцати годам душевных мучений: он жил, переживал, считал годы  - отведенные ему неопытным врачом.

Прости,прости меня, дядя Лёня Лесик…

И сказал Иисус: "возлюби ближнего твоего , как самого себя"
Евангелие от Матфея.

P.S. Эти воспоминания были написаны мною во время ночного дежурства. Напечатав последнее слово в ноутбуке, я нажал клавишу для отправки в интернет на мою страницу. В этот миг экран погас – неожиданно сел аккумулятор. Вся напечатанное бесследно исчезло. Я осознал: дядя Лёня меня не простил.

P.S.- 2 Через сутки дома я вновь напечатал воспоминания,  и что вы думаете - ситуация повторилась: в последний момент отключилось электричество в квартире, но я уже был научен горьким опытом и после каждой строки нажимал на кнопку - сохранить напечатанное.

Еще раз – Прости меня …

А его жена - тётя Саня прожила долгую жизнь- почти до ста лет-ушла из жизни в 2025 году ...