Письмо сыну, 13

          Письмо сыну, №13
Добрый день!
Еду в Тверь. За окном тверские просторы. Вчера выпал снежок. Снегом не назовешь, потому что всего 2-3 см. Но леса принарядились уже в белые кружева.  А хвоя всегда зелёная, только зимой выглядит несколько темнее, на фоне белого снега.
- Завидово. Следующая остановка Редкино, – объявляет диктор в электричке.
Поезд проезжает Завидово и по обеим сторонам от железнодорожной насыпи бескрайние просторы Московского моря. Хотя морозов ещё фактически не было (1-3 градуса) поверхность воды покрыта местами то-ли снегом, то-ли льдом. А рядом оргомные пятна полыньи, пока ещё незамерзшей…
Сейчас 5-й час дня и солнце уже висит над самым горизонтом, выглядывая из-за края плотной сиреневой тучи..
Закончилось Московское море и дорога пошла через лес. Отсюда солнца почти не видно – только иногда редкие лучи пробиваются вдоль лесных полянок и просек.
… Я сейчас вспоминаю, как мы с тобой, Серёжа, гуляли в окресностях Бричмуллы. Помнишь, мы поставили себе целью за день объехать на велосипеде вокруг высокогорного Чарвакского моря, что располагается между Чаткальским и Пскемским хребтами, в отрогах Тянь-Шаня. Это было примерно за месяц-полтора до нашего отъезда в Израиль..
Мы выехали на велосипеде, оборудованном сиденьем на раме, специально для тебя, примерно в 8.30 утра. Доехали до чарвакской плотины, с правой стороны, и по серпантину дороги стали подниматься вверх. Там, где уклон был не очень большой, мы с тобой ехали на велике – крутили педали. А, где крутить педали было не под силу, мы вели велосипед рядом с собой..
День был весенний и нежаркий. Самое главное было забраться чуть выше уровня плотины, а там открывался чудесный обзор горного моря (озера), в окружении красивейших тянь-шанских гор. Дорога там становилась пологой и можно было ехать на велике, чувствуя друг-друга совсем рядом и радуясь окружающим красотам.
Слева к морю подходило ущелье Ишак-Купрюк. Где-то, на правой стороне этого ущелья, мы с ребятами, будучи ещё школьниками обнаружили пещеру и проводили там время. А ещё мы тогда напилили алюминиевых трубочек из кровати-раскладушки и с помощью металлических тросов и этих тубочек сделали такую «висячую» лестницу, которую повесили над ущельем. И по этой висячей лестнице, хватаясь руками за её трубочки, мы перебирались с одной стороны ущелья на другую. Юность и озорство – вот что владело нами тогда.
Но вернусь в 1995 год.. Мы ехали с тобой по берегу водохранилища, которое в наших краях принято называть морем. Через некоторое время доехали до развилки: направо дорога уходила в горное селение Чимган, а прямо в направлении курорта Аурахмат (если я правильно называю эти тюркские слова)…
Вообще само название Чарвак происходит от двух слов – «чор» (четыре) и «бог» (сад), если переводить с фарси. Возможно так оно и есть. Надо сказать, что в тех краях несколько культур буквально перемешались между собой и рядом друг с другом находятся узбекские, казахские и таджикские селения.. И поэтому названия кишлаков, рек, гор давались на разных языках. Например, наш районный центр назывался Бустонлик (цветущий сад), а по-русски, искажая язык Фирдоуси, Авиценны и Омара Хаяма, мы называли райцентр – Бостандык (или Газалкент, тюркский вариант).
Где-то, по дороге на Аурахмат, стоял памятный знак. Точно не помню о чём был этот знак.. Потом было огромное красное поле маков.. А маки в тяньшанских горах цветут именно в середине мая.. Потом были склоны другого цвета, сиреневого что-ли… Красота (краснота) необыкновенная. Мы проехали по мосту через Чаткал, реку чуть побольше и пошире чем Угам (Угам – река, протекающая совсем рядом с Чарваком, поэтому с ней легко сравнивать мощность всех других). Переехав по мосту над Чаткалом мы оказались на той стороне моря, откуда открываются дальние виды на юго-западную часть водохранилища…..

На сегодня всё…
До завтра! До встречи!