Четырехстрокие 3

Вся жизнь - как пламя,
Люди в нем искринки,
Искринка вылетит наверх,
И вот о нас поминки.

Когда Амур изрядно пьян,
Он не находит свои стрелы,
Нас поведут, и мы поймем,
Все люди братья, что касается расстрела.

Я с оптимизмом праведно дружу,
И вы всегда мне верьте…
У Бога я одно прошу-
Чтоб дал мне умереть от смерти.

А тебя продавали когда-то,
В переходе, увядшем от сырости,
Посадив рядом мать твою грустную,
Для показа- каким сможешь.

Жизнь- это чистый страх,
И грязное белье,
Не вписуюсь я в жизнь,
А вкакуюсь в нее.

Наш враг, по жизни - это ум,
Бываем мы глупы порою,
Понять не можем истины одной:
Не плюй в колодец, если яд есть под рукою.

В лесу людских пережеваний,
Мы наломали много дров.
Поверьте,в ожидании привала-
Смерть означает независимость от снов.

Невинность переходит в протокол,
И плакать стало веселее,
О, сколько нам ошибок трудных,
Придется заменить ошибками труднее.

Все в мире взаимосвязано,
В противоположности полов,
От болтливых женщин вони,
Как от мужских рабочих носков.

Генералом быть непульная работа,
Водку пей, в окоп не лазь.
Пьяный генерал – как солнце,
Трезвый генерал – как грязь.

Все люди добрые в душе;
И жалости у нас есть звенья,
Ведь плачем мы над книгами о том,
Как рубит кто-то деревья!

Если ни кто не приходит на кладбище,
Любимых и близких не поминают,
Сто грамм не нальют, не положат цветы,
Только тогда там жизнь умирает.

Записки Дон Жуана.
Больше всего на свете я съел,
( Самому обидно до слез),
Не мяса, не хлеба и не конфет,
А женских лобковых волос.

Ненавижу вас мадам,
Мне с другими интереснее.
Жаль, что я не музыкант,
Я б для вас испортил песню.

Любовь, всегда была красивой,
Без лживых реплик, без оков,
Ведь, даже, первобытный предок наш,красиво,
Любил свою жену об камни головой.

Свобода, равенство, и тьма,
Должны в душе моей остаться,
Мне валят все туда дерьмо,
И я в нем должен разбираться.

Сухов для нас был примером геройства,
В душах, всегда, вместе с нами,
Сейчас для объевшихся ленью по горло,
Осталось, лишь, «Сухо» в рекламе.

-Мы сильны!- кричат мужья.
Но не очень внятно,
Ведь под каблуком жены,
Эхо не понятно.

Жизнь.
Детский лепет. Ясли. Школа.
Юность. Свадьба. Армия.
Дети. Внуки. Сердце стало.
Тьма и эпитафия.

Любовь усопнет и увянет,
Как вся мирская суета,
Когда при свадебном наряде,
Она всего лишь скажет: «Да»!

Мы словно марафонцы,
По жизни все бежим.
Но, лишь, покинем трассу,
То вдоль дорог лежим.