Зеленовая рапсодия

Василия разбудили громкие голоса за окном. Кто-то  из  соседей по общежитию с кем-то бурно выяснял отношения, не стесняясь в выражениях. Вместе со свежим весенним потоком  радостного ветерка и птичьего щебета в комнату рваными, гранатными осколками врывались отдельные фразы и эпитеты, сплетённые из сплошной ненормативной лексики. Сей чудный диалог дополнялся время от времени тревожным грохотом, отдалённо напоминающим выбивание ковра, после чего  пререкания переходили в откровен-
ные вопли. Василий,  широко зевая, недовольно покосился на оконный проём.
 « Опять сосед  бузит. Похмелиться не дают», - машинально подумал  он, сладко потягиваясь всем телом и  неторопливо совершая привычный  утренний ритуал. С явным сожалением он вспоминал прерванный руганью  соседа (по прозвищу Колян ) чудно-сладкий сон, в котором он был сказочно богат и беззаботен. Он невольно  сглотнул набежавшую в рот слюну, вспоминая  с какой лёгкостью и шиком тратил направо и налево нежно  похрустывающие купюры не каких ни - будь « деревянных» рублей, а самых настоящих зелёных «баксов». Их было так много, что они  не умещались у него в руках. У Васи было ощущение, что  чем больше он тратил, тем больше денег оставалось у него в портмоне и карманах… Фантастика, сказка, но какая приятная, чёрт  возьми… Правда,   продолжение сна скорее озадачивало, чем умиляло. Во сне ему внезапно захотелось по нужде. И он стал пробираться сквозь толпу роскошно одетых и ярко накрашенных девиц в поисках отдельного « кабинета». Найдя, наконец, туалетную комнату, воссел на  шикарный унитаз и собрался, было, использовать его по назначению. Да тут вдруг, словно по мановению волшебной палочки, произошла мгновенная смена декораций. И наш герой со спущенными штанами и верхом на унитазе оказался на эстрадной площадке ресторана, выставленный на всеобщее обозрение перед респектабельно одетыми посетителями. Вместо   туалетной бумаги  руки его судорожно мяли зелёную купюру, а по  лицу блуждала глупейшая улыбочка. Как на грех, все до одного зрители уставились на  Василия, оживлённо переговариваясь между собой. На сцене появился  мужчина среднего возраста  в пиджаке с блёстками и профессиональным  оскалом конферансье. Окинув орлиным взором огромный зал ресторана, он,  картинно жестикулируя  и  шутливо играя микрофоном, произнёс цветистое приветствие гостям, затем, после небольшой паузы, объявил первый эстрадный номер.
-Сэм Блинтоу "Ночная рапсодия", соло на саксофоне исполняет Василий  Кузин!
    Зал взорвался аплодисментами. У Василия затряслись коленки, он готов был провалиться сквозь землю. На сцену выпорхнула полуобнажённая девица с саксофоном в руках и  направилась к нему, демонстративно виляя бёдрами и  хищно улыбаясь. Василий не успел понять, каким образом  инструмент оказался в его руках.
    Оркестр заиграл вступление. И тут наш герой, с роду не державший в руках ни одного музыкального инструмента, неожиданно для себя самого начал умело вести партию, слегка раскачиваясь в такт и пристукивая ногой. Публика окончательно обалдела. В молодого человека полетели со всех сторон  зелёные купюры. Глядя на сцену, усеянную нежной зеленью «баксов»,  новоиспеченная звезда  всё больше входил в раж. Он уже не стыдился спущенных штанов и своего экстравагантного кресла. Более того,  ради денег он был готов  на еще более  дерзкий эпатаж. Только бы не прекращался этот волшебный миг  его сказочного, триумфального обогащения! Но сказка была всё - же прервана грубым басом буянившего неподалёку  соседа.
Василий, всё ещё находясь под впечатлением ночных грёз, не без удовольствия поиграл мышцами перед зеркалом, поворачиваясь то в анфас, то в профиль,  с  самодовольным удовлетворением озирая вздыбившиеся трусы и мысленно лаская приглянувшуюся ему белокурую  девицу  из своего сна. Она была немножко похожа на его новую знакомую Таню. Только вот Таня не была такой раскованной и манящей. Напротив, отличалась спокойным, мирным, не по- девичьи серьезным нравом. А жаль… Может быть  во всём виновата её профессия. Таня работала библиотекарем, сидя на мизерном окладе и надеясь только на себя. Василий подошёл к окну, привычно набрав в рот  слюны, смачно плюнул, целясь в проём  открытой форточки. Буквально через считанные секунды  снизу послышалась отборная матерщина. Василий осторожно выглянул в окно ( жил он на третьем этаже) и увидел яростно грозящего кулаком мужика с ненавистью обозревающего окна хрущёвки.  Радостно хохотнув  собственной проказе и своей безнаказанности, умилился вслух: - « Ай да Василий! Ай да снайпер!»
   Однако мысль  его вновь приникла  к Татьяне, с которой на сегодня была назначена встреча. Познакомился он с  девушкой всего месяц назад. Встречи их до сих пор носили почти невинный характер. Дальше поцелуев дело не шло. Для Василия это было непривычно и слегка задевало его самолюбие отпетого ловеласа. По части взаимоотношений с женщинами он чувствовал себя опытным Дон Жуаном или  как минимум, Казановой.  Просто так сдать позиции ему казалось   кощунственным и унизительным. Он хотел добиться окончательной победы и подчинить себе волю явно неравнодушной к нему девушки. До сих пор ему попадались  девицы не робкого десятка, с которыми не особенно приходилось церемониться, падкие на развлечения и подарки в такой же степени, как и на "интим". С  ними Василий чувствовал себя привычно и легко, не комплексуя по поводу недостатка у себя образования и  галантных манер. С Татьяной же всё казалось непривычным. Девушка была умна и образованна, отличалась какой-то особой сдержанностью. Познакомились они совершенно случайно в продуктовом магазине. Василий заскочил туда за пивом, торопясь на  очередную встречу с приятелями. По привычке, расталкивая локтями покупателей, попытался, минуя очередь, пробраться к кассе. Тут, какая- то злющая, толстая тётка принялась возмущаться во всё горло, а затем что есть силы пихнула его кулаком в спину. Да так сильно пихнула, что он, не ожидающий такого подвоха, потерял равновесие и налетел на невысокую. хрупкую девушку, расплачивающуюся за покупки у кассы. От неожиданности та  вздрогнула, едва устояв на ногах. Но вот лоток с яйцами упустила на пол. Глядя на растекшуюся по полу яичницу, Василий  тоскливо ожидал дамской истерики, суетливо подыскивая в уме слова   для извинения. Но к его вящему удивлению истерики не последовало. Девушка лишь смерила его презрительным взглядом и, ничего не сказав, отошла прочь. Пристыженный её реакцией  молодой человек тут же купил лоток яиц и подошёл к ней с видом примерного гимназиста. Он помог ей уложить покупки в пакет. Между ними завязался какой-то разговор, затем Василий вызвался донести  поклажу до остановки маршрутки. Но оказалось, что  Татьяна живёт неподалёку, буквально в двух шагах от магазина. Он её уже  вполне успел рассмотреть. Стройная, кареглазая. «Упакована»  далеко не шикарно, но со вкусом. На лице почти нет косметики. Когда улыбается,  выглядит совсем девчонкой, какой-то беззащитной и совсем необстрелянной. И волосы некрашенные, обычного светло-русого оттенка.  С первого взгляда она не произвела на него особого впечатления. Слишком неброская. Однако телефон он у неё взял, повинуясь неумолимому инстинкту казановы.
К тому времени отношения с прежней подружкой, продавщицей салона косметики, ему уже слегка приелись. Да и жадновата была девица. Его стали  "доставать" её постоянные капризы и требования, влетавшие ему в копеечку. К тому же, по  сведениям от добрых приятелей, он у неё был далеко не единственным,  впрочем, как  и она у него.
Может быть,  поэтому в один прекрасный день, вспомнив о своей случайной встрече в магазине, он набрал  номер  Татьяны, не особенно надеясь  на удачу. Девушка  жила в общежитии, поэтому, наверное, трубку взяла сначала какая-то  глуховатая старушка, долго переспрашивающая его на счёт имени и чуть не оборвавшая связь. В итоге Татьяна всё же оказалась у телефона. Более того, даже согласилась  прийти на назначенное свидание. Василий  купил  букетик весенних нарциссов и вручил   девушке, с удовлетворением отметив её волнение и смущение. Они погуляли, посидели в кафе, сходили в кино на вечерний сеанс. Проводив Татьяну до подъезда, Василий не торопился уходить, рассчитывая на продолжение. Но девушка, вежливо поблагодарив его за вечер, попрощалась и ушла.
   Только на четвёртой встрече она позволила первый поцелуй. Для Василия, привыкшего к быстрым и лёгким победам, это было дико и непривычно. –« И чего из себя  корчит? Тоже мне, девочка 26 лет от роду. Ископаемое, реликт»… Он бы мог просто забыть её номер телефона и не морочить себе голову ерундой. Но что-то мешало  ему это сделать. То ли уязвлённое самолюбие, то ли непривычность ситуации. А может,  проснулся естественный охотничий инстинкт? Так, колеблясь между "да" и "нет" и уже подумывая о новой страстной истории с приглянувшейся новенькой соседкой по этажу, Василий получил неожиданное приглашение от Татьяны на её собственный день рождения. А когда он узнал, что приглашён единственным гостем к ней домой в такой  торжественный день, сомнения разом улетучились. « Сегодня она станет моей. А там будь, что будет!» - решил он, самодовольно  и слегка цинично ухмыльнувшись. Он тщательно выбрил лицо, сбрызнув себя дорогой туалетной водой, невольно залюбовавшись  своим отражением. Оно ему всегда нравилось. Красавчик! Шатен с  льдисто-голубыми глазами, волевой подбородок, нос от Ди  Каприо, торс Ален Де Лона, ну а тому, что в штанах, позавидует и сам  Тарзан.
Жениться Василий если и собирался, то лет, этак, через пяток. Недавно отгуляв свое  27-летие, считал себя ещё слишком молодым для брака. Жил он относительно безбедно. Отец пристроил в частную контору на туманно звучащую должность специалиста по работе с персоналом. Поскольку пристроен был по знакомству, то и не спрашивали особо, а зарплата платилась исправно. Отец с матерью, принадлежащие к аппарату мелких государственных чиновников, единственному любимому чаду ни в чём не отказывали с детства, хотя сами жили скромно.
И так, Василий, полный самых радостных предчувствий, дождавшись вечера, направил свои стопы к Татьяне, прихватив заранее купленный подарок и цветы.
А что же Татьяна? Скромная, неброская, добрая библиотекарша, напитанная классической  литературой, замкнувшаяся в своём одиноком и романтичном мире грёз, как в средневековом замке.  Практически все   подруги -  замужем, многие уже  нянькаются с детишками, сидя в домашних тапочках у родного очага. А у неё кроме любимой работы в библиотеке, абонемента в филармонию, поэзии серебряного века и плюшевого мишки (  детского талисмана) - никого близкого в этом мире. Классическая старая дева. И это в нашем-то продвинутом веке воинствующего феминизма и  секс революций!  Собственный природный идеализм Татьяне в корне опостылел. Давно уже хотелось перемен. Но с мужчинами ей не везло упорно. Те, кому нравилась она, не привлекали её взор. Чувства её до поры оставались нетронутыми. Так и жила мечтами и грёзами, пока не случилась эта встреча в магазине. Василий её поразил с первого взгляда в самое сердце. И дело тут даже не в его яркой внешности, вернее не только в ней! Она словно ослепла, перестала объективно оценивать события и явления. В её жизни появился  он - тот единственный, долгожданный принц на белом  коне. Татьяна влюбилась,  несомненно, хотя и усердно пыталась скрыть это  от него, особенно в первое время. Для неё он был совершенством. Она не замечала ни его плоских шуток, ни определённо грубоватых манер, всему этому  находя своё оправдание.
   В секции общежития все её знали как тихую, скромную девушку, всегда доброжелательную и ровную по отношению к другим, только несколько замкнутую. Татьяна совсем не хотела огласки своего праздника наедине с  мужчиной. Слишком мало  ещё знакомы. Лишние расспросы ей ни к чему. А  Василия она к себе решилась пригласить потому, что хотела узнать, наконец, о его чувствах к себе. Она полагала, что официальному предложению руки и сердца требуется более интимная, удобная обстановка. Вот и придумала себе  внеочередной день рождения.
     "Ну, ясно!"- воскликнет читатель,  - «Попалась птичка в силки. Покуражится парень и бросит. Всю жизнь испортит, да душу ей исковеркает.  Либо влюбится всё же по уши сам, наперекор своей подлой природе и дело окончится свадьбой, а?»
    Ни того, ни другого не будет, дорогой читатель, увы. То, что произойдёт в момент их последней встречи,  тебе не дано предугадать. Да и мне с моим богатым жизненным опытом, такое бы и в голову не пришло. Однако жизнь иногда преподносит такие неожиданные сюрпризы, что только руками развести остаётся. Словом, сон Василия пришёлся, как говорится, в руку, только в обратном смысле!
 И так, наш ловелас приближался к общежитию в прекраснейшем расположении духа.  В руках он держал три длинных голландских розы и недопитую баночку пива, купленную по дороге «для куражу». Сидящие на лавочке у подъезда старушки как по команде проводили взглядом  красавца, оживлённо гадая вслух, к кому же такой супермен пожаловал  к Катьке или Наташке? Василий благополучно миновал пустующее вахтёрское место и стал искать секцию, в которой обитала Татьяна. Она же, словно учуяв его сердцем, как раз вышла на лестничную клетку в ожидании своего кумира. Увидев его,  радостно и смущённо поздоровалась и спросила:
-Как же ты прошёл? А вахтёр?
-А его на месте не было. Я и прошёл.
-Молодец, теперь вот в комнату бы поскорее. А то покоя мне не будет.
Они быстро  и без шума прошли тёмный коридор,   очутившись, наконец, в небольшой Таниной  комнатке.  В замке щёлкнул  ключ, вспыхнул яркий свет, буквально на мгновение, осветив празднично сервированный стол. Но тут внезапно раздался резкий хлопок и свет погас. «Ой!», - вскрикнула  девушка, -
« лампочка перегорела, надо же! А у меня и в запасе то ни одной.»
 У Василия тогда впервые как- то подозрительно булькнуло в животе.
-Так я сейчас за лампочкой быстренько сбегаю, а ты пока располагайся,- засуетилась Таня.
-Мне бы покурить, - спохватился  Василий, чувствуя схваткообразные  боли в животе.
-Кури здесь, только в форточку, пожалуйста,- уже на бегу бросила девушка и закрыла дверь на ключ с другой стороны.
-Вот,  чёрт, - ругнулся Василий сквозь зубы и расстегнул верхние пуговицы  брюк.  Ощутив небольшое облегчение, он попытался было глубоко вздохнуть, как  вдруг новый, откровенный позыв заставил его схватиться руками за живот.
-Да что это со мной, наверное, от пива проклятого, - судорожно размышлял он, покрываясь испариной от невыносимого желания поскорее освободить живот. Таня всё не шла, а терпеть дальше  уже не было никакой возможности. Василий стал  лихорадочно шарить руками по всем поверхностям в поисках чего-нибудь подходящего. Руки нащупали газету. « Пойдёт, сверну и в форточку выкину, авось пронесёт!»- металось  у него в мозгу. Постаравшись как можно быстрее сделать свои дела, вздрагивая от каждого шороха и взмокнув от пота, быстренько завернул « подарочек». Слегка прищурившись, нацелился в проём форточки и метнул, как ему показалось весьма удачно. «Снайпер, одним словом» - мысленно ободрил он  сам себя. Однако одна проблема всё же оставалась. Это мерзкий запашок, который, причудливо смешиваясь с гастрономическими изысками праздничного стола, являл собой гремучую смесь, способную сбить с ног  слона, а не то, что  хрупкую, утончённую женщину.
Василий  соображал на ходу,  вновь заметавшись в потемках, в поисках на сей раз какого-нибудь равноценного противоядия. Руки его нащупали небольшой пузырёк. В  это время  за дверью послышались  легкие шаги, вероятно, возвращалась с лампочкой Татьяна.
В полу бредовом  состоянии Василий зубами открыл неподатливую, от чего -то  до боли в сердце знакомую пробку  пузырька и, учуяв знакомый  запах спирта, стал быстро разбрызгивать содержимое пузырька себе на руки, на лицо и одежду. Остатки  жидкости  он расплескал вокруг себя, стараясь как можно быстрее избавиться от назойливого запаха.
- «Еле нашла, вот возьми» -  ручейком прозвенел весёлый голосок  девушки, вошедшей в комнату. Она подошла к Василию и  отдала коробочку с лампой незадачливому жениху. Замена лампочки заняла считанные минуты. « Готово, включай. Да будет свет!», - бодро произнёс Василий, жадно надеясь на  счастливый исход своих злоключений.  В комнатке вспыхнул свет, едва его не ослепивший. Он повернулся к Татьяне, предварительно «надев» на лицо свою неповторимую голливудскую улыбку, собираясь напомнить о причине своего визита подарком и букетом цветов. Но, встретившись с её глазами, прочёл в них неприкрытое выражение ужаса и неподдельного удивления.
-«Боже мой, что это?!»- только и смогла вымолвить бедняжка, озираясь по сторонам, точно вместо  своей привычной комнаты видела нечто чудовищно нелепое. Комнатка за время вынужденной темноты действительно несказанно преобразилась. Стены, покрытые новенькими обоями, потолок, белоснежная, накрахмаленная скатерть - всё было испачкано чем-то  ядовито-зелёным. Досталось даже покрывалу на кровати. В проёме форточки на защитной сетке от мух каким-то чудесным образом приклеилась скомканная газета, от которой, заглушая чистый поток весеннего воздуха, просачивался подозрительно неприятный запашок. Татьяна как-то странно обмякла и рухнула на палац без сознания. Лицо Василия исказила жуткая гримаса, когда он внезапно  «столкнулся» взглядом с каким-то чудищем – монстром, хищно оскалившимся  на него. Всё   лицо, шея и руки  монстра были щедро раскрашены ярко зелёным цветом. Бедняге понадобилось время, чтобы, наконец, признать в монстре   собственное отражение в зеркале.   А на столе   глумливо зеленея, стоял пустой пузырек из под аптечной зеленки.  Элегантный «прикид»,  с такой тщательностью подобранный Василием  специально для этого вечера, после обработки каплями доброхота Зеленина, напоминал костюм циркового клоуна.
Впервые Василий  явственно ощутил поднимающиеся дыбом волосы на голове и разбегающуюся по телу  нервную дрожь. В два прыжка оказавшись у двери, он попытался поскорее покинуть место своего позора. Но дверь была заперта. Тогда наш герой, собрав воедино всю свою мощь, «ломанулся»  в дверной проём и одним махом вышиб дверь. Он побежал тёмным коридором, на ходу сшибая какие-то тазики, ящики, не обращая внимания на грохот и возмущённые возгласы случайных встречных в тени коридора.  Выскочив на лестничный пролёт,  полетел вниз, сходу перескакивая   несколько ступенек.  Пролетая мимо вахтёрского места, он услышал уже за спиной  дикий вопль пожилой женщины, схватившейся за сердце при виде абсолютно зелёного мужчины с всколоченными волосами и безумными глазами. Дверь подъезда открылась, пропуская вперёд  маленькую собачку с лохматой мордочкой, держащего её за поводок мальчика лет пяти и дородную даму в очках. Когда все трое увидели несущегося на них Василия, к арии вахтёрши добавились новые партии  голосов, включая отчаянный собачий лай, переходящий в трусоватое повизгивание.        Три старушки, обласкавшие лавочку возле дома,  завидев выскочившего из их собственного подъезда мужчину невероятной наружности, отреагировали по-разному.
Та, что сидела поближе к подъезду, богобоязненная Авдотья Федоровна, быстро, истово стала осенять себя крестом, приговаривая :  -«Антихрист, антихрист  явился!». Другая, бывшая активистка  народной дружины и пламенная комсомолка 40-х по прозвищу Катя Огонек, выхватила  милицейский свисток, с которым не расставалась со времён работы  советским дворником и принялась что есть мочи дуть в него. Ну а  третья - " божий одуванчик", подслеповатая и слабослышащая  Глафира  Ивановна, разменявшая десятый  свой десяток, но не утратившая до сих пор быстрой реакции, ловко подставила под ноги беглеца свой незаменимый бадик.
Земля рванулась из - под  Василия, как  будто   поменявшись местами с небесами. Совершив замысловатый пируэт ногами в подвешенном состоянии,  несчастный грохнулся на свежевскопанные цветочные грядки. Дверь подъезда распахнулась и давешняя собачка с лохматой мордочкой, видимо осмелев, с бравым рычанием подбежала к  поверженному Василию и  отважно «тяпнула» его за мягкое место,  придавая  ускорение беглецу. Всё это произошло за считанные минуты.  Василий подскочил вверх как упругий футбольный мяч. Он бежал, самозабвенно отталкиваясь ногами от грешной земли, не обращая внимания на реакцию попадавшихся ему встречных.
    Смеркалось. Воздух стал холоднее. К ощущению дискомфорта присоединилось назойливое желание срочно перекурить. Остановившись около пятиэтажки, наш незадачливый герой полез в карман за пачкой сигарет. И только тут обратил внимание на свою правую руку, до сего момента судорожно сжимающую  оторванную дверную ручку. Злобно чертыхнувшись, он отбросил её как ядовитую тварь. Откуда-то сверху из раскрытого настежь окна послышались голоса и смех. У кого-то был праздник в доме и на душе. Василий поднял голову, отыскивая взором окно,  и вдруг прямо в лоб получил чей-то  мастерски посланный плевок. Вслед за  плевком из того же окна прямо на Василия плавно спланировал окурок, попав ему за шиворот. Василий взревел как раненное в пах животное и, не помня себя от злости, ринулся в подъезд,  предвкушая  сладость скорой расправы  над случайным обидчиком. Он  ещё не успел осмыслить, что это его собственный дом, а квартира, в которой происходило шумное застолье принадлежит его соседу Коляну-  потомственному алкоголику в трёх поколениях. Дверь была лишь слегка прикрыта, видимо гости недавно выходили на перекур и забыли  её захлопнуть. Ворвавшись в жилище  и застав гуляние в самом разгаре, Василий произвёл эффект  разорвавшейся гранаты. Женская часть населения моментально воспроизвела показательный вой милицейской сирены. А  сосед Колян, уже изрядно разгорячённый спиртным, но ещё вполне вменяемый, внезапно покрылся мертвенной бледностью и простонал, глядя округлившимися глазами на жуткого гостя: -«Сгинь, проклятая. Вот те крест, завтра же завяжу, пить брошу. Только сгинь, белочка!»
   Василий,  наконец, осознал, где он находится, и перед его глазами завертелся сплошным потоком калейдоскоп событий сегодняшнего безумного дня. Он вспомнил свой сон во всех подробностях, сначала наполненный сладкими грёзами,  затем сменившийся ощущением неловкости и позора, свой утренний снайперский плевок в Коляна, своё явно неудавшееся свидание с Татьяной. Ему стало  жутко обидно и до зубовного скрежета жаль себя самого. Он всхлипнул, размазывая набегающую влагу по измазанному зелёнкой лицу и махнув рукой, побрёл в свою квартиру, проклиная всё и вся вместе с проклятым сном  и безнадёжно испорченным вечером.
   На улице совсем стемнело.  Жители  пятиэтажки стали  отходить ко сну.  Во всех окнах погас свет. Только одно окно пламенело среди ночи как маяк. Это было окно Василия…
     Оставим в покое нашего героя и предоставим ему самому сделать  выводы из всего случившегося. Ему ведь крепко досталось, согласитесь. Всё - таки права народная мудрость на счёт колодца, в который плевать не стоит… А как думаешь ты, читатель?