Часть четвёртая. Страница шестая

"СУДЬБА ПЕТРА ДАНИЛОВИЧА КОНЬКОВА"

И вот наш отец, Пётр Данилович, в 1947 году был арестован. В ночь приехал «чёрный ворон», и взяли с постели прямо под конвой, и увезли на машине неизвестно куда. Мы, конечно, долго не могли прийти в себя: за что? И как могло случиться?

Оказывается, «стукачи» были и после войны. Свои люди наклеветали на него. Якобы, он ругал Сталина, ругал в пьяном виде. И ещё кое-что политическое ему приписали. Вот и дали ему 10 лет. В Магадане был. Как политический.

Всё это, конечно, нам пришлось пережить.

Сначала его заслали в Ташкент. Там он был до суда примерно два года. И в 1948
году назначили ему суд в Москве на улице Разина. Мы все были там, но в зал суда нас не пустили. Но мы с сестрой Клавой всё-таки увидели дверь открытую и тихонечко вошли, стояли в дверях за закрытой шторой. Было слышно всё, что говорили в суде.
Свидетелями были пьяницы из Воронова. Они говорили всё то, что и писали на отца. Якобы, он говорил, что при Ленине не было бы того, что было при Сталине; ругал жителей села: что они бездельники, что им не пайки выдавать надо, а всех уморить. Свидетели должны были говорить то, что говорилось в их заявлениях.

Господи! Вот за эти слова отца сочли «политическим», «врагом народа»! Человек прошёл две войны, в 1914 и в 1941 годах, простой труженик, а стал «врагом народа».

Направили Петра Даниловича в Магадан. Он писал нам оттуда письма. И вроде было ему там сносно, хорошо. Конечно, настолько, насколько может быть «хорошо» в тюрьме. Там было очень много военных: полковников, генералов - отбывали сроки. Условия были неплохие. Работал он печником. Строили город.

В 1954 году в ноябре, Пётр Данилович был освобождён по амнистии после смерти Сталина. Позже его реабилитировали. После заключения прожил отец восемь лет и умер от рака желудка в возрасте 70 лет.


Послесловие:

А за это время, что отец был осуждён, Дарья Дмитриевна с Тоней уже жили в Дмитрове, построили дом. ...

В Воронове дом сломали, на кирпичи растащили.

А жителей в Воронове стало совсем мало. После войны молодёжь ушла в город, а старики поумирали. Теперь из такого большого села стали строить дачи. Теперь и не узнать нашу местность.

2000 г. Москва.



Добавлю к записям Александры Петровны, что о жизни в Дмитрове, о семье моей мамы и ещё немного о Петре и Дарье Коньковых я буду писать в главе «Дом Коньковых-Горшковых». Это будет последняя часть Общей тетради - пятая часть "Дома Коньковых".



 июнь 2008 г.
Конец четвёртой части


Рецензии