Опыт обычной жизни 1

   
              Мне 42 года, я стою на паркете посередине большого актового зала, переделанного в танцевальный. На одной из стен краем глаза выхватываю ажурный Ампир лепнины гипсового потолка. Безукоризненно торжественный  стиль эпохи конца пятидесятых автоматически настраивает, меня на торжественный лад, и поднимает  боевой дух. Сейчас попробую поводить глазами влево, вправо наверняка в этом царстве пафоса  должен быть еще и портрет  Сталина в позолоченной  дубовой раме.
                Не о том я говорю! И думаю совершенно не о том! Мне страшно! Мне ужасно страшно! Я опять не знаю, куда девать эти бесконечные руки и ноги! Множество непослушных неуправляемых, сплетающихся как щупальца, висящих как плети рук! И еще потому, что руки,  бывают верхние, нижние, внутренние, внешние и это все помимо еще правых и левых. Мой мозг, к сожалению, не успевает отслеживать и контролировать все многочисленные вариации и комбинации этой массы движущихся конечностей! Аврал!
                Ужас….. «Пусть будет проклят тот день, когда я сел за баранку этого пылесоса» - мысленно ругаюсь словами героя «Кавказской пленницы». Ну, в смысле встал на этот ужасный паркет, он же скользкий, как шкура всегда влажного питона.  Паркет мой враг! Паркет Питон с огромной желтой пастью!  Он смотрит на меня своими четырьмястами выпученными  квадратными метрами танцевального зала. И каждая дощечка пола это чешуя его  блестящей шкуры, и ее надо гладить,  гладить, гладить ногами, как танцующие фокстрот или квикстеп ,  «снимают пенку» с поверхности «закипевшего молока».  Надо ублажать Питона нежным касанием ног и стремительностью движений. Надо скользить в такт ревущей музыки, надо бежать по живому питону который скользит и извивается под тобой, надо сохранять равновесие и баланс, надо создавать объем в паре с партнершей, надо держать руки и спину в «кресте», надо работать сторонами. От огромного количества всех «НАДО»  мозг перегружается приоритетами очередности команд, и заполненный буфер реакций сознания автоматически переключается в более комфортный и спокойный режим, и спокойно скользит по грани существующей реальности…….

               
                *******

               …….. Солнце садится рано. Оно заходит красным  пылающим шаром за край неба , и задевая за верхушки деревьев, антенны, дымы поднимающиеся вверх столбами белых свечей, скрывается за озером. Высоко в небе остаются только  белые полосы инверсионных следов от двигателей пролетевших  самолетов и бескрайняя синь темнеющего на востоке горизонта. Зима. Громадные сугробы пушистого снега завалили все вокруг. Природа затаилась и уснула под его невесомой белизной. Я с сожалением смотрю на неотвратимую вечернюю посадку солнца, и яркий свет заходящего зарева будит во мне непонятные странные ощущения того, что я видел эту картину уже не одну тысячу или десятки тысяч раз. И почему-то, невыразимую тоску и одиночество. Так, наверное, чувствуют себя цветы, когда вслед за заходящим солнцем начинают скручивать свои лепестки в тугие ароматные бутоны. Как будто генетическая память говорит мне, что все хорошее кончилось, впереди ночь, зима, долгое, долгое одиночество. Мне 12 лет, у меня есть мама, папа и сестры, но ощущение одиночества не отпускает. Долгими зимними вечерами я пристально смотрю  на раскатанное над деревней небо, набитое фантастическими, громадными, висящими прямо над головой  гроздьями спелых звезд. Они магически переливаются, они подмигивают мне, играя  миллиардами невозможных цветовых сочетаний, мерцающих тонов и соцветий. В непостижимой для ума человека вечности, бесконечности пространства и времени  они безмолвно шепчут мне:
              «Ты не один, ты с нами, ничего не бойся! Жизнь человека всего лишь  малый промежуток времени в бесконечной череде звездных преобразований, потому как ты сам, тоже, когда-то был крохотной частью звезды. И все элементарные частицы твоего маленького тела горели, когда-то могучим пламенем сверхновой звезды, опаляя своим невыносимо ярким светом мегапарсеки космического пространства. Эти гигантские молодые звезды сталкивали в гравитационные объятия  планеты и  астероиды, перемешивали  галактики , и разрывали ткань времени и пространства в бесконечной мощности черных дыр… 
              Бесконечность, бесконечность , бесконечность,- я пробую на вкус и на вес это слово- произношу его целиком и по слогам , что же это такое ?
              Весь визуально обозримый мир конечен. Даже виртуальный мир ограничен возможностью нашего интеллектуального восприятия. Но есть, конечно, и редкие исключения. Вот, я точно знаю, что за озером на западе, куда каждый день садиться солнце  есть одна  «известная» мне бесконечность, - это бескрайние квадраты полей засеянных пшеницей, рожью, кукурузой и большими ромашками желтых подсолнухов.  Так же за «Бычьим прудом» на востоке, за рекой на севере и «Гусевкой» на западе. Я живу в бесконечной бескрайности желто-зеленых пахучих полей. Каждый день в эту бескрайнюю степь по дороге между  полями  уезжает на работу мой отец. Он лоцман по бесконечности полей. Без карт и компасов без квантовых дальномеров, и GPS навигаторов он всегда находит нужную ему дорогу. В любое время суток, особенно ночью, когда над головой одни лишь сумасшедшие звезды, а под ногами  бескрайняя  Саратовская степь, он всегда знает, где его цель и где его дом.
             Но сейчас зима. Проводив солнце,  иду домой. И у солнца  и у меня, у каждого из нас есть свой дом. Только мой намного лучше и уютнее. Потому, что у меня есть мама - а солнце не имеет «близких» родственников и поэтому оно так одиноко. Эти спутанные  рваные мысли летят со скоростью стрелы и с глухим стоном входят в зыбкую картину происходящего. Обломки воспоминаний разлетаются в стороны, и я обратно оказываюсь на паркете танцевального зала.
            Через минуту  заиграет музыка,  и мы сорвемся с места,  пытаясь успеть в такт, соблюдая музыкальные интервалы или ошибаясь и путая движения. С одним лишь желанием - « быстрее, быстрее, быстрее бы это все кончилось ». Я тысячу раз задавал себе вопрос:
            « Зачем я делаю это»? «Зачем мне нужно это?»
Мне же не нужно доказывать кому-либо, что я могу танцевать хорошо, или просто, что могу танцевать.
            Все! Началось! Руки липкие от нервного пота. Испуганные, ошарашенные   глаза! Растерянные глаза в пол!
            Лишь бы не видеть эту тысячу пар глаз смотрящих на тебя, лишь бы не ошибиться! Лишь бы!
            Остановились! Я виноват! Я.. Я! Внутри все дрожит. Как же продолжить танец! Стоим! Улыбаемся! Не понимаю, как же она может улыбаться и не выдавать своего волнения. Только дрожат пальцы. Белые пальцы. Тонкие синие губы. Она боится за меня. Боится, что я не смогу продолжить дальше:
           «Подними голову выше, шепчет мне Ольга! Подними глаза, и не бойся. Смотри на меня - я скажу, когда начинать. Она отсчитывает такты музыки и кивает мне головой. Танцуй Антон, танцуй, ты же можешь! ». Я смотрю в ее глаза и успокаиваюсь, зал со зрителями расплывается на заднем фоне, и я стремительно начинаю движение.
          Питон ощерил свою гигантскую пасть, он сверкает клыками ярких огней подсветки, он хватает за ноги. После этого ноги становятся ватными.  Питон вырывается из-под ног и пытается скинуть и придушить. Пульс 200. Через приоткрытый задыхающийся рот я слышу, как стучит мое сердце -  это не глухие удары как после бега на десятку, и не легкое постукивание покоя, когда сердце позванивает как тиканье нового чешского мотоцикла HZt . Это стук страха, стук ломающегося рабского страха, - страха не сделать того, чего от тебя ожидают. Страха взрослого человека упасть в собственном представлении о своей значимости, страха  осознания своей беспомощности в происходящем.
         Три минуты на передышку и «Квикстеп».  У нас произошло две остановки в «квикстепе» – это позор джунглям! И это всего за полторы минуты танца или движений напоминающих собой танец. Ужас! Ужас! Ужас! Но  какая  прекрасная музыка в «квикстепе», под нее хочется скакать, бегать как молодой белый жеребчик, то и дело гордо вскидывая голову. Или пройтись  иноходцем, и почувствовать, как тугая струя горячей крови распрямляет большие мышцы,  и ты во всю не сдерживаемую прыть прыгаешь, через лужи, и на месте, и корпусом, корпусом, корпусом…… «Jingle bells, jingle bells, jingle all the way!». Столько противоречивых чувств переполняет меня на первом танцевальном конкурсе  в моей жизни.  На первом  конкурс за все предыдущие 42 года.


                *******
 
               Я пришел заниматься бальными и спортивными танцами полгода назад, или в прошедшем Ноябре прошлого года. Бежал скорее от одиночества и пытался выполнить обязательства, которые неожиданно взял на себя. Одиночество, как правило, подкрадывается незаметно и начинает догонять тебя, в том самом шикарном возрасте, когда ты  сам себе «Князь Удельный»,  и типа  всех ты видел на одном очень выразительном месте, и типа ты крут, и ты хозяин своего слова, типа: - « захотел,  дал слово, а пожелал - забрал обратно».
              Началось все с моих друзей. Когда-то в  далеком застойном году прошлого века, мы закончили учебу в  университете  и стали  совершенно новыми, скрипучими, - только что с иголочки - физиками. С лихорадочным блеском в глазах и жаждой решать различные научные вопросы. И найти все ответы, даже на те задачи, которые еще даже и не были сформулированы. Друзья это - вполне сорокадвухлетний,  хорошо успевающий в жизни мужчина- Виктор, и его прелестная жена Марина. Марина по специальности гидролог, но реализовала  свои волевые и творческие качества  она совсем в другом амплуа. Марина это комок стальных мускулов и непреклонной воли. Она тренер легкой атлетики,  и ее жизнь – ежедневная стремительная стометровка. Всего лишь одиннадцать секунд очередного  забега на стадионе полностью включают  в себя всю ее жизнь, потому как все остальные 86390 секунд в сутки это подготовка к тем,  которые определяют ее состоятельность или бессилие среди равных ей «ПРОФИ». И вот однажды августовским теплым вечером мы спокойно совершали ритуал «чайной церемонии» допивая очередной самовар чая с плюшками, и  с тем что «бог послал». А бог «послал»! И вот тогда Виктор вдруг сказал:
             Антон надоело сидеть за самоваром, все темы мы уже отшлифовали,  хочется динамики, толчеи, и движения, надо оторвать «филейную часть» организма от нежнейшей кожи дивана и двинуться в путь.
             Виктор вообще то тоже спортсмен, его призвание Карате, и когда он бьет по груше свой коронный «Йоко – гери»  мне становится просто страшно. В этот момент я думаю:
              Не дай бог пропустить хоть один этот «Маваше» или «Йоко-гери» ногой, и тогда все….. «Гитлер капут» ! Заказывайте похоронный марш и гроб от «Безенчука», потому как у него: – « что не гроб то - огурчик». Виктор поклонник древнего  стиля  «Шотакан» в котором жесткие блоки сопровождаются  еще более жесткими ударами. Философия постижения японского военного устава «Бусидо» нелегкая штука, однако. Но Виктор непреклонен, однажды выбрав свой путь, он упорно продвигается  вперед  и его «ДАО» прямолинейно и стремительно как лезвие самурайского меча. Ну да  ладно, отвлекусь от самураев, ибо Маринка, перекрывая рев телевизора, кричит  из зала:
              По спортивному каналу НТВ  показывают конкурс бальных танцев, идет международный чемпионат в «Блекпуле» . «Блекпул» - это место «шабаша» самых крутых танцоров мира. Там собираются самые, самые, круче которых, - да нет вообще кого то круче. Блекпул – это Мекка танцующих. Я давний поклонник бальных танцев, почему-то мне всегда хотелось смотреть, как танцуют  эти небожители, которые  могут грациозно и невозмутимо скользить над паркетом, успевая изображать и передавать руками и телом абсолютно все. В стандарте, а это медленный вальс, танго, фокстрот, венский вальс и квикстеп, нет предела гордости и непреклонности, светского очарования и стати. Когда видишь танцующие пары – этот звездопад неземной красоты, калейдоскоп форм и направлений,  в конечном итоге понимаешь,  что такое «практическая магия» в действии,    
                Маг «Папюс» зря надрывался в Сизифовых трудах поиска  философского камня и мастерству превращать все что угодно в золото. Папюс покуривает нервно в сторонке. Потому как я  точно знаю,  что  танец – это и есть способ околдовывать, очаровывать, гипнотизировать окружающих, видящих, внемлющих, желающих прикоснуться к великому таинству танца. Поэтому мы наверное всегда замираем, когда видим хорошо танцующих людей, и  каждому, видимо, приходит мысль:
                « А я смог бы так,  не стесняясь и не паникуя, вот так красиво, выполняя разные фигуры и элементы двигаться, плыть, парить, и наслаждаться своим телом, своим мастерством, ловить восхищенные взгляды людей знакомых и не очень?» И что бы они потом удивленно говорили: 
                Слушай старик, удивил честное слово. Ну, никак не ожидали, что ты еще и танцуешь. Да ты просто красавец! А ты посмотришь на них, сверху - на не танцующих и понимая, что они даже и не представляют себе сколько скрытых резервов, сколько миллиардов тонн Эндорфинов не получили они всего лишь потому что никогда не танцевали – Венский вальс! Встаю на колено и снимаю перед вами шляпу, господа Шуберт, Штраус, Берлиоз, Чайковский, Сибелиус,  Равель. Потому как и в  шикарном танцевальном зале Венской оперы, и на балу в дворянском собрании старинного Санкт-Петербурга, или со слезами на глазах под неувядающие слова песни:

                Весна сорок пятого года
                Так ждал тебя долго Дунай
                Народам Европы свободу,
                Принёс жаркий солнечный май
                На площади Вены спасённой
                Собрался народ, стар и млад
                На старой израненной в битвах гармони
                Вальс русский играл наш солдат
                Помнит Вена, помнят Альпы и Дунай,
                Тот поющий и цветущий яркий май
                Вихри венцев в русском вальсе сквозь года
                Помнит сердце, не забудет никогда
               
               Ты танцуешь. Танцуешь - например, в тысяча девятьсот сорок пятом году. В солдатской простреленной гимнастерке,  звеня орденами и медалями, в сапогах прошагавших пол Европы,  9 мая, с молодой медицинской сестрой  из медсанбата,  на площади павшего Берлина, в окружении боевых товарищей и командиров под немецкий трофейный аккордеон.  Живой! Молодой! Сильный! И впереди у тебя выжившего в этом адском чистилище Великой Отечественной войны -  целая жизнь.
             Ну? Слышишь? Слышишь, как вальс сам рвется в уши,  как он заглушает все окружающие звуки, как ты переносишься туда, в то время , как низкочастотные удары барабана отстукивают ритм твоему сердцу, как растет ком в груди, как расправляются плечи и выступают невольные слезы. Слезы гордости и радости , слезы отчаяния и ужаса перенесенного твоим поколением! И это все вальс. Один только Венский вальс, и бесконечное количество ассоциаций!
              Танцы удивительным образом меняют внутренние ощущения, динамику происходящего, скорость и течение потока времени жизни. В зависимости от музыки и самого профиля танца ты постоянно меняешься. Нейрофизиология танца настолько тонка и многогранна, что разных людей она программирует как-то по-своему, но всегда положительно. Я не знаю, как это происходит, я не знаю, почему такие мысли и картины приходят ко мне. Особенно когда стою с партнершей перед началом танца в ожидании  музыки, то картины из прошлого, из детства, обдают меня пыльным яблочным зноем июльской  выжженной степи.  Этот, бескрайний дурманящий запахом созревших хлебов простор с терпким зеленым вкусом полыни, вдруг врывается  в сознание, - заполняя его,  и я лечу по распахнутому настежь небу,  кувыркаясь и хохоча, и падаю в синюю свежесть реки, расплескивая тысячи брызг живой воды. И как соскучившийся по воде гусь, расправив крылья, с удовольствием ныряет  и выскакивает, фыркает и отряхивается, весь такой гладкий, скользкий и готовый плыть и плыть насколько хватит крыл и сил. Так же и я хочу на паркете –  скользить и скользить, не замечая проходящего времени и  не уставая,  а  лишь только тонко чувствуя движения ведомой мною партнерши.
 
                *******

                Посмотрев конкурс в «Блекпуле», - Виктор говорит:
               «Давайте  не по телевизору смотреть конкурс. Может быть, есть возможность  эти самые бальные танцы в реальном выступлении посмотреть? Если они так вам нравятся - любезные мои судари и сударыни? Мы с Маринкой удовлетворенно и синхронно машем «гривами» в знак согласия. Да, здорово  бы было присутствовать на настоящем открытом конкурсе, что б воочию увидеть эти невообразимые  мерцания латины и  завораживающий снобизм стандартной программы. Сидим и думаем,  где же есть ближайший по времени конкурс. И тут я вспоминаю, что в соседнем подъезде живет девочка Наташа, которую я  частенько вижу выходящую из дома с костюмными чехлами и с ошеломительным макияжем. Ее отец сказал мне однажды, что Наташка танцует уже три года в каком то танцевальном коллективе. Иду к Наташке. Удивленная мама Наташи говорит, что она уехала танцевать на конкурс, который состоится в доме культуры «Олимп». В шесть вечера там будет проходить третье отделение танцевального конкурса для молодежи и взрослых. Отправляюсь бегом домой.
               «Господа, в шесть вечера едем в ДК «Олимп», там конкурс», - заявляю с порога спортсменам. Форма одежды – парадная. Для девушек «боевой раскрас»!  Вернее вечерний макияж, что б бил всех наповал как носовое орудие главного калибра линкора.  Снося при этом  палубные надстройки и такелаж попавших под прицельный огонь вражеских судов. Для кавалеров естественно фрак. За отсутствием фрака можно натянуть какой ни-будь костюмчик Kenzo  c рубашкой цвета фуксии ну и скромные лаковые ботинки похожие на те, в которых танцуют участники конкурса. Главное, что б  ничего вычурного и эпатажного. Скромно, удобно и не стыдно в люди податься. Удовлетворенно смотрю на себя в зеркало - костюмчик сидит хорошо, не зря моя бывшая девушка Маруся говорила:               
              «Антон, надевай  всегда  черный костюм и что б никаких цветных рубашек! С твоим азиатским лицом носить нужно только исключительно белые». Спасибо Марусе, она прекрасно разбирается в этих вопросах. Ведь бывшей модели, не  обладающей вкусом одеваться, просто не прожить. Конечно, я «козырной валет», вес 96 килограммов, рост 175 сантиметров , 42 года и неуемное чувство юмора. Правда, ослушаюсь, на сей раз Марусю, надену цветную рубашку, да простят меня Джоржио Армани и Жан Франко Ферре  вместе взятые. Кстати, о Марусе расскажу немного позже - о том, как наше простое знакомство растянулось на несколько лет. Ну, вот троица и в сборе. Гламур и бурлеск, блеск и красота. Приехали, купили билеты, билетерша просит надеть, зачем-то бахилы. Я удивляюсь молча,
             - Мы же не к роженицам в роддом идем, Мамаша? Но все же надели, пошли. Зал набит до отказа, сесть невозможно, можно только стоять и удивляться. Ах,  какие потрясающие  девчонки, в нарядах для латинской программы, слюни рекой текут на воротник рубашки цвета фуксии. Боже! Костюмы! Прически, макияж,- такой, что Маринкин «вечерний дальнобойный» - придворная мухобойка  по сравнению с ракетами «ГАРПУН». Ресницы такой длинны,  что ими  можно рождать циклоны и муссоны, раскачивать небеса,  а при взгляде в упор на мужчину превращать его в соляной, ледяной или каменный столб в зависимости от пожелания  хозяйки ресниц. Ну да ладно, не будем отвлекаться на женские прелести. Страсти кипят, постоянно меняются танцующие пары. Вертеп, Вавилонское столпотворение, как во всем этом можно хоть что ни будь понимать?  Не представляю себе. Проще смотреть и не грузится. Проще, но не для нас. Мы же ищем закономерности – так учили нас мудрые педагоги в университете. Одни пары  выходят и танцуют, их сменяют другие, звучит попеременно музыка, чередуя стандартную и латинскую программы.
                Но каково шоу!? - Дух захватывает как на американских горках! Ведущий уверенно называет номера пар, которые должны выходить на паркет, никто из пар не ошибается и все само собой длиться и длиться. Мы заворожено смотрим на действие парализующее  волю своим размеренным циклом, упорядоченностью, слаженностью действий, таких совершенно разных людей, навыков, мастерства, таланта и способностей, что  в конечном итоге понимаем , что есть нечто общее , нечто главное , что объединяет всех универсальным законом единства и общности. Как, например всеобщий закон всемирного тяготения одинаков для всех и действует независимо от нашего сознания, знаний и воли. Согласно ему: - «Все тела притягиваются друг к другу, например мужские тела к женским телам, и соответственно наоборот».
              Маринка шепчет:
              - Это любовь у них, любовь к делу которым они занимаются, любовь к танцу которому отдано по 5,10, и 15 лет жизни. Любовь к школе как таковой. У них у всех одна основа, один универсальный язык общения, одна религия и культура - это танец. Как летчик проживает, свои лучшие минуты жизни в полете, так и танцор проживает свои лучшие минуты жизни – на паркете, во время показательных выступлений и конкурсов. Потому как остальная жизнь это подготовка к танцу. Это наркотик, - психомодулятор настроения. То, что делает жизнь осмысленной и нужной, это ядерная энергия  для нервной системы. Прямая спина, плоский живот, мягкий свободный шаг, собранный хвост, высоко и гордо поднятая голова - это тот, кто пришел в мир быть достойным его великолепия.
             И вот финал. Танцуют самые лучшие. У Витьки  румянец на щеках, учащенное дыхание, мокрый лоб - он явно пребывает в сильном волнении. Румба, тяжелыми низкочастотными тактами подкашивает зрителей наповал как первый английский пулемет «Виккерс» - стройные ряды Турецких офицеров  наступающих в штыковой психической атаке. «Молотовский» коктейль с гремучей смесью страсти, секса, чувственности и любви зажигает и тащит за собой в омут сладострастия и детей и взрослых. Явных ветеранов «броуновского» движения, случайно примкнувших к нему личностей , и вполне сознательных граждан.
            Пытаясь перекричать низкочастотные вибрации «Besame, besame mucho, Each time I cling to your kiss, I hear music divine, Besame mucho,» Витька, задорно ухмыляясь, говорит:
            Антон, я прихватил с собой фляжку коньяка – давай по 50 грамм начислим пока свет приглушенный.
            Доставай, тороплю его я. Затем мы азартно отпиваем по доброму глотку обжигающего напитка. Закусив рукавом, Витька говорит:
            Ну что сможешь так же станцевать десять танцев?
            Я поймал струю, понял его настроение  и кричу, наклонившись ему в ухо:
            А то! Конечно,  смогу. У меня тоже драйв, я тоже возбужден, эмоции хлещут через край, руки рефлекторно сжимаются в попытке повторить красивые движения танцоров, меня  прёт эмоционально-взрывной  психоз происходящего. После увиденного шоу, Маринка прагматично заявляет:
            А что, может быть, забьемся на спор?
             Ты обещаешь, станцевать все десять танцев скажем через год?
             Я лихорадочно  просчитываю,   на что забиваюсь. «Слово как говорится не воробей, вылетит, не застрелишь». Думаю: -  «Чем больше актер, тем больше у него  пауза, взял паузу – держи». Загадочно улыбаясь, выдерживаю длинную паузу,  затем с достоинством говорю:
             Три года! Три! За три года думаю, успею. А в голову приходит известная история про Ходжу Насреддина, который за мешок золота Бухарского эмира,  брался научить осла говорить, по-человечески за двадцать пять лет. Здраво рассуждая, что за двадцать пять лет умрет либо ишак, либо Эмир либо он сам.  Я конечно же печального исхода никому не желаю, но за три года, думаю все забудут про этот спор. А при таком раскладе, что ж не забиться?
             Ну и ладненько, решение принято, слово сказано. «Пацан дал слово, пацан держит слово! Витька продолжает плотоядно ухмыляться в свои пшеничные усы,  в данный момент он мне напоминает Стегозавра который, проглотив менее шустрого и более жирного и неуклюжего Дракошу, сытно икает, повиливая шестиметровым хвостом пытаясь изобразить, что-то типа:
              Ну-Ну, «зарекалась девка, не влюбляться, залюбилась девка зарекаться».  Любуясь на свой фантастический маникюр, Марина говорит:
              Яхонтовый мой, может, обременим наш спор обязательством? Ну, например:    
              -Если  через три года ты станцуешь все десять танцев и займешь призовое место, на конкурсе, танцуя все десять танцев, то мы …..???
              Мы ….! Она тоже выдерживает длинную паузу .
              Мы с Виктором отправим тебя путешествовать в Париж на пятнадцать дней, с любой по твоему выбору подругой, в пяти звездный отель. Прогуляешься там по Лувру, узнаешь какой урожай артишоков на Елисейских полях, что творится в Булонском лесу, и каков же он на самом деле хруст французской булки. Если же «Ваша Светлость» проявит столь характерные для Вас безответственность и разгильдяйство-то мы с большим человеческим удовольствием, за ваш счет,  посетим столицу Франции с ее музеями, ресторанами, «Мулен-Ружами», и прочими замечательными местами. Дабы насладиться увиденным, услышанным и прочувствованным действом.
            Договорились? Мсье  Антуан?
            Ну, вот вечер перестает быть скучным! Надо опять принимать решение. Я лихорадочно соображаю:  - Да, или нет?
             Быть или не быть?  С одной стороны, посетить  Париж  очень даже хочется. При этом можно параллельно реализовать желание научится танцу,  да и спор выиграть, в конце концов.  Стою в сомнениях.            
             Ты что не понял предложения? Поинтересовалась Марина.
            «  Нешто я да не пойму при моем-то, при уму, чай не лаптем щи хлябаю, соображаю, что к чему»  вяло, язвлю ей в ответ.
               О, да ты постоянно цитируешь «Федота Стрельца удалого молодца» - подтрунивает она. Слушай, может ты, и сам стишками балуешься? Ну, давай прочитай, что – ни будь свое? Исконно русское? Сермяжное. Посконное,- долго и бережно хранимое. Наверняка ведь есть, что ни будь припасенное?
               Я думал, может действительно заморочить ей голову стихами, что б она отстала со своими предложениями о моих танцах. Но хитрая Марина, посмотрев на меня лукавыми глазками,  сказала:
               Соглашайся противный, а потом читай мне, что ни будь про осень. Вот А.С.Пушкин любил осень и даже написал цикл стихов про осень в Болдино и других поэтичесkих местах . Ты не Пушкин , ты будущий Уильям Браун, звезда танцпола , бонвиван, донжуан  ,плейбой , плеймен .
               Главное чтоб не «плейофф»  и «гейм овер» возразил я.
               Ладно, перед лицом своих товарищей торжественно клянусь :
               Горячо любить свое дело . Жить, учиться и бороться со своей ленью и тупостью как завещала Великая Маришка. Свято соблюдать наказы учителей и училок , не быть лохом! Выучить за три года десяток танцев или не стоять мне на этом месте и провалиться в «ТАРРАРЫ ТАРРАРЫКИНСКИЕ»  где Макар телят не пас, а волк козы не драл.
                Где расписаться кровью?
                Это ни к чему. Мы верим вам мсье Антуан. А теперь читай стихи поэт.
               - «Лети наш орел» как говориться.
                «Кстати, может тебя еще и  «Сером» называть, так сказать для  придания веса образу?
                Маришочеk?  А ты смеяться не будешь? Все же  стихи это очень интимная вещь.
                Ой, ну ты прямо как юная гимназистка влюбленная в творчество Фета.
                Смеяться не буду, буду дэлать из тэбя шашлик , дарагой! Если будешь темнить и увиливать , панимаешь , такой- сякой, шашлык- машлык , культур –мультур. Брррр. И она изображает собой грузина в «эродроме» на голове и с шашлыком в руках . Ну что ж про осень так про осень , а что нам «маститым» поэтам привыкать что ли? Сейчас прочту,  только подбоченюсь и встану как гордый римский патриций в тоге, посередине амфитеатра. Есть у меня небольшой стих про осень. Написал когда-то очень давно. Однажды, монтируя очередной мост на границе и наблюдая волшебство природных картин  Дальнего Востока, просто взял и записал то, что видел. 
               
                Уж скоро осень. Солнце село.
                Отпела летняя жара
                Листом сентябрьским пожелтела
                С ночи дремавшая заря
                И снова холод, мгла, туманы
                Осколки солнца, шум дождя
                Птиц уходящих караваны в
                Чужие дальние края.
                Как им свободно, Боже ,небо
                Насколько хватит крыл и сил
                Лети , пари, курлычь победно
                Чтоб воздух в грудь упруго бил
                Минуют дни и годы свяжут
                Морщин неизгладимый след
                И на висках судьба оставит
                Моих степей ковыльный цвет
                Я так же выйду утром ранним
                В Сентябрь, в пылающий рассвет
                И ветер странствий путник дальний
                Рассеет в облаках просвет
                Я разгляжу их в полусвете
                Их крепкий молодой косяк
                И слезы о прошедшем лете
                В глазах наверно заблестят
                А ветер будет рвать их крылья
                И в кленах голых будет петь
                Но пройден путь мой,
                Век мой прожит
                А им лететь, лететь, лететь.

               Неплохо, складно, особенно парафраз про седой ковыль и седину на висках, и осень жизни и осень в природе и про свои заволжские степи татарские, –сплошные символы , сказала Маша.
               Надо бы еще про «синий вечер» и мокрый плащ  чего ни будь добавить. Ты же знаешь, это Блоковское  «Ты в синий плащ печально завернулась. В сырую ночь ты из дому ушла».
               Значит можешь писать то ? Не унималась Маринка.
               Ну могу, но ведь это же не танцевать.
               Ты слово дал? Нажимала она? Не забыл?
               Да я дал слово. И? И ничего сверхъестественного не случилось. Реки не потекли вспять, я не стал мудрее, у меня не появился третий глаз Шивы, не открылось видение по Кастанеде , даже живот не подтянулся – как был одним большим кубом вместо восьми небольших Аполлонских квадратиков – так и остался. Мне тут же вспомнился один анекдот по аналогии со сказкой о старике, закинувшем невод в синее море.
              Вышел старик к синему морю, неспокойно синее море, - буйное. Закинул старик свой невод в синее море !!!!  И стоит, как  дурак,  без невода!
              Ну вот так же и я. Дал слово и, … и стою теперь бессловесный, думая, и зачем я его дал? Вот что значит  холерический темперамент в реальности- танцы, музыка, цветные огни, красивые девочки – все это смешать в шейкере и подавать в узком бокале с кусочком лайма и льдом.  И? И нужный результат достигнут - «баба с возу – волки сыты». А я подписался под танцы на три года.
              Опять придется начинать новую жизнь с понедельника. Вот уже, наверное, лет двадцать я с каждого понедельника начинаю абсолютно новую жизнь. Когда я порой планирую, свои дела на неделю, я так и думаю:
              Все, вот завтра все будет иначе. Я встану в шесть тридцать утра, затем пробегу пять километров по стадиону, потом сделаю упражнения на растяжку,  помашу ногами, отрабатывая как Виктор, «йоко – гери» и «маваше – гери». Затем  встану в стойку «песочные часы», и устремив свой взор на восходящее солнце – полчаса простою, медитируя о смысле бытия и собственной значимости в рамках существующей ментальности. Да,  и еще начну учить английский язык, а те 5 книг по экономике(которые 5 лет ждут меня) я наконец то все таки прочту.  И в благодарность за это на меня снизойдет просветление и, постигнув мудрость момента, я приму десять или двадцать правильных решений  в отношении работы и личной жизни. И осуществится великий принцип «…от каждого по способностям – каждому по потребностям». И я так сильно верю в это, что просыпаясь на следующий день в девять утра даже и не испытываю угрызений совести - я же практически все сделал , виртуально сделал, в уме.  Я же ведь люблю себя, поэтому я конечно же найду оправдание своей собственной лени, - например мне очень хотелось спать а если я не высплюсь то какой из меня работник, поэтому перевернем подушку и «наа-боо-чоок». Ах, как сладко!
            А новая жизнь??? - Со следующего понедельника обязательно начну! Вот, только эту неделю еще подготовлюсь и вперед. Ведь вся жизнь еще впереди. Успею, чего там!
              Однажды   вдохновленный опытом великого  А.Македонского и пытаясь планировать свои жизненные этапы и приоритеты,  я  написал большую колонку, того чего хотел бы достичь в делах и учебе, какие навыки получить, для того,  что б гордо считать себя Человеком с большой буквы «Ч»  и «УДАЧНИКОМ». Затем подумал:
               А сколько же времени нужно потратить на все это и хватит ли его у меня.  Получилось вот что. Живем мы в среднем 70 лет, десять у нас отнимает старость, пятнадцать детство, треть жизни мы спим – а вот все, что осталось и есть собственно жизнь. Приблизительно одиннадцать  тысяч дней. И? И все. Если считать усреднено,  банальных 264 000 часов. Для того, чтобы вырасти, выучиться, получить профессию, стать специалистом своего дела, влюбиться, жениться, родить детей, вырастить их, вложить в них душу, пропутешествовать по всему миру, совершить открытия, закрутить банки с компотами, раскрутить свое дело, стать олигархом или дворником, вырастить внуков, забить «чаты» своим именем, на придумывать «девайсов». Еженедельно парится в бане, станцевать десять танцев через три года,  –  и уехать в Париж на хрен. Приехать обратно.  Ибо в Париже, « мы все нужны, как в Финской бане лыжи». Философия неспешной, размеренной, поступательной жизни,  проста, удобна и очень привлекательна, если ты сидишь на дереве, и эволюция жизненных перемен не торопит тебя слезать вниз,  что бы подобрать банан, который все же пролетел мимо. Но как показывает практика почему- то все же приходиться напрягать «попенгаген» , ибо не все так просто и доступно как нам бы хотелось. Ох, извините, отвлекся. Это так называемый эффект «резонерства» т.е. – пустоговорения настиг меня.
                Ша. «Картина маслом»,-  как говорил Давид Гоцман в «Ликвидации». Да, про список то я ничего  не сказал. Я его укоротил – на половину,  ибо юношеский максимализм не имеет разумных границ. Времени на все составляющие большой буквы «Ч» нужно немыслимое количество. И стоит ли так напрягаться из-за одной заглавной буквы?


                *******



                В танцевальном зале, где проходят занятия очень просторно и светло. Желтый паркет отражает осколки солнца рвущегося в него из больших четырехметровых окон, разливаясь  и отражаясь в многочисленных зеркалах развешанных по стенам зала. Он расцвечивает белыми пятнами стены, потолок, редкий строй «желторотых», растерянных и отчаянных в своей беспомощности учеников, а также  яркую контрастную Пиковую Даму, строго стоящую перед ними. Я робко затерялся в строю с «желто ротиками» - первый урок. Тишина. Дама объясняет движения в медленном вальсе, очень ловко делая длинные устойчивые шаги которые со стороны, кажутся совершенно легкими и естественными. Она спокойно шагает, не теряя баланса и не сбиваясь со счета и ритма танца. Глядя на нее,  невольно возникает мысль: « и чему здесь можно учиться десятки лет?» Непонятно. Начинаем шагать вслед за нею и вдруг сразу становится ясно,  что хаотичные  движения  нашей  колченогой ,  пьяной ватаги  смачно шаркающей по паркету  абсолютно отличаются от ее движений .  Неведомая сила  качает и бросает в стороны усердных учеников - то сбивая в кучу, то рассеивая по всем углам зала.  Не все так просто как кажется на первый взгляд. Нужно не просто шагать вперед, с пятки на носок, но еще и переносить вес так, чтобы стоя на носочке и каблуке разных ног одновременно, проходить состояние центрального баланса, и шагать,  вперед помогая себе руками и стороной корпуса. И еще приподниматься на носочках и опускаться строго во время. Кстати, у Пиковой дамы все получается исключительно, хорошо, на нее не действуют законы гравитации – она, просто, парит над паркетом при этом, успевая мило улыбаться нам, делать каждому замечания и отвечать на вопросы  самой Даме Треф. Моя самая большая проблема – это правая рука, я говорил  уже, что у танцоров много рук -  как у индийского многорукого божеств.
               Неужели  оно (божество), тоже так мучилось с правой рукой. А у него то их было четыре – четыре правые руки. Рука не держится точно параллельно поверхности пола, и я изо  всех сил держусь правой рукой за партнершу стараясь, не опускать локоть – но, увы и ах! Крен все равно присутствует при этом. Пиковая дама больно щиплет меня за правый локоть, строго грозя своим длиннющим пальцем, и с невозмутимой улыбкой «Чеширского» кота заявляет:
               Фу!  Моветон!  Это что за руки? Это плети. Держать, держать изо всех сил. А я в ответ  только молча удивляюсь, глядя на нее. Откуда у Училки  такое ангельское терпение? Она сделала мне замечание немыслимое количество раз,  оставаясь при этом спокойной, собранной и никогда …, ни одного раза  не повысив тон голоса?   Забегая вперед, могу сказать:
              В конце первого года занятий я  только научился  правильно держать руки, стоя в паре. Не танцуя! Просто стоя, без движений, поворотов и реверсов. Но как оказалось позже это были только цветочки.
              Стандарт – это нелегкий труд, это путь постижения своего собственного терпения и отработки волевых качеств. Если хочешь вырастить в себе алмазы воли – танцуй стандарт. «Стандарт»,- это способ самопознания  истинности своих желаний . Ибо у неподготовленного человека стандарт отбивает надолго желание обучаться танцам просто играя и веселясь.  Но кто выдержал испытания «стандартом» может уже приветливо улыбаться  цветному страстному миру  «Латины».  Например,  учим «спин–поворот» в медленном вальсе - это не фигура танца - это «казнь египетская». Баланс и терпение, терпение и баланс,- можно спокойно повторять эту фразу как «мантру» все полтора часа пока идут занятия. Затем квадрат.  Правый поворот, левый поворот, -вперед, назад, потом перемены вперед назад, после получаса занятий ноги не хотят сгибаться в коленях - им тяжело, они не привыкли к таким нагрузкам . Оказывается козырные 96 килограммов веса это не достоинство, это лишние 20 кг.  при моем росте. Баланса нет, лишний вес инерционной своей массой,  болтает меня во все стороны, не давая сделать правильно движения, неподготовленные мышцы напрягаются и забиваются, отдавая острой болью то в колене, то в четырехглавой  мышце или болью в спине. К концу занятия в голове  все начинает плыть и рассеиваться . Тяжелое дыхание , мокрая спина, налившиеся свинцовой тяжестью ноги – тело простит прекратить движения убеждая сознание  непомерностью выполняемой  нагрузки, организм не привык бороться , он упорно не хочет насилия над собой.          
                Терпи, терпи ,терпи - повторяю себе я, терпи, как когда то , когда сознание уплывало в небытие, в Мальстрем хаоса страха и желания стать атомом чтобы тебя не видел и не слышал никто.


                *******

                Я стоял у двери своей квартиры и бессмысленно нажимал на кнопку звонка, я слышал его трель, уже понимая и осознавая, что  никто не откроет. Я боялся доставать ключи и боялся увидеть то, что услужливое сознание уже нарисовало мне. Мокрой от липкого пота  рукой достал ключи, открыл замок, вошел.  Было 2.30 ночи,  я приехал из Москвы, где проходил недельный семинар по практике работы на рынке Казначейских Обязательств.  Я подгонял таксиста, который не торопливо вез меня с вокзала домой. Я уже чувствовал, что  час пробил, Рубикон перейден, мосты сожжены и вся  химера моей бывшей, уютной, размеренной жизни рухнула, погребя под руинами  маленький мирок хрупкого человеческого счастья. Я стоял в прихожей и смотрел на разбросанные по комнатам вещи, перемешанные с газетами, журналами, СД дисками и фотографиями. Она ушла от меня, забрав, сына  и не сказав ни слова. Не объяснив почему, не оставив элементарной записки, что бы я не волновался и не думал о чем – ни будь страшном. Я уже больше ничего не значил для нее. Теперь я просто серый воробей сидящий на ветке рябины, что растет прямо под окном нашей квартиры. Я  видел  этого воробья каждый день, выходя  на работу ,или гулять на улицу с маленьким сыном и не обращал на воробья никого внимания. О чем он там чирикает со своими друзьями, чего ждет, откуда прилетел и куда полетит дальше? Теперь этот воробей я.
               Десять лет, которые мы прожили вместе, сын  и обязательства, которые она имела передо мной, не смогли заставить ее хотя бы написать записку.  Почему-то,  невыносимо больно, что нет записки.  Мне, который, был хорошим отцом и нормальным мужиком, как часто говорила она. Я был поражен  ненужной жестокостью некогда близкого человека и  честно говоря, удивлен происходящим. Наверное,  жестокость нужна, когда человеку невозможно дать объяснение своим необъяснимым  поступкам. Других причин я найти не могу. А может быть, ей  было просто стыдно? Наверное, все-таки, стыдно старательно убеждаю себя. Проще когда есть из за чего! Kогда дурак, пьяница лентяй, сволочь, гуляка. А если не так? Тогда почему? …Потому, что теперь, чего-то не хватает? Из  этого женского вечного  «Чего-то не хватает» выстлана широкая комфортабельная дорога прямиком в женский ад. Причем в ад женских пустых заблуждений, потому как мужики все-таки в основной массе выгребают на «чистую воду» и прибиваются к спасительному берегу. За исключением тех кто заглянул  далеко в глубь спасительной бутылки.  А женщины ?.....   Для женщин другая статистика - они просто медленно засыхают как деревья или цветы, лишенные влаги. Постепенно превращаясь в пыльную, лишенную тепла и чувств  экибану. Но,  обладая огромным упрямством и нежеланием признавать очевидные собственные ошибки, а также  не сгибаемым женским правом быть всегда правой - держаться до печального конца. Только кому от этого легче или лучше? Лишь  ВРЕМЯ  как беспощадный и неподкупный судья  расставляет последние жирные точки в этих неразрешимых спорах. И теперь, через пятнадцать лет после происшедшего, многое видится иначе. Но истина все равно остается неизменной даже по прошествии  большого количества  лет. Она оставила меня. Именно оставила - как уехавший цыганский табор покидает кочевое обжитое место. Не предупредив, не объяснив и даже не поговорив напоследок. Глупо, жестоkо и бессмысленно. Ей,  к  сожалению, оставалось только бежать, не хватило смелости сказать прямо в глаза. Нечего было предъявить, не в чем было обвинить или уличить. Поэтому осталось только одно, - врать! Врать, без разбора надеясь, только на то, что удастся сбежать и больше никогда не видеть меня. Потому как маска благополучия и непринужденности постепенно  сползала с ее лица или с того, что было, когда-то лицом любимой женщины и оскал  того, что было под маской,  обнажал полное несоответствие играемого ею действа с реальностью. Мы все носим маски, надеваем постоянно другие лица, играем разные роли в зависимости от ситуации. И даже сами порой не осознаем того, что так поступаем. Я тысячи раз наблюдал за людьми, которые в зависимости от ситуации и окружения менялись с дикой скоростью, подстраиваясь под людей нужных и не очень. И до сих пор не понимаю это правильно или нет, это хорошо или нет. У каждого в шкафу есть припрятанный  скелет. И  хорошо, если он один - а если их там многоярусное забитое до предела дно?  Вот так живешь с человеком обычной травоядно – растительной  жизнью, работаешь, заботишься о своих домочадцах, решаешь многочисленные житейские проблемы  и совершенно не замечаешь, что тот,  кто бежит рядом с тобой уже давно «косит лиловым глазом»  по сторонам. Он уже не с тобой. Это маска бежит с тобой рядом по дороге жизни. И она слетает порой на ухабах житейских неурядиц и в экстремальные минуты, в точках экстремума,  обнажает клыки и морду,  что прячутся под ней. А ты не замечаешь, тебе некогда об этом думать, к тому же ты прекрасно понимаешь, что у вас вроде бы хороший тандем  и у тебя самого все замечательно получается, и вроде совершенно  нет причин для ненужного беспокойства. В том то и дело что это тольkо ВРОДЕ?
             Но, все  случилось, все о чем болело сердце, что подсказывала интуиция, что мешало в последнее время спокойно жить и быть совершенно уверенным в завтрашнем дне. Я сел на стул посередине пустой комнаты, стояла как говорят в романах, гулкая  и немая тишина.  Электрический свет лампочки больно бил по глазам, кажется он проникал прямо в мозг, задевая  синапсы нервных окончаний, и все бесконечное количество нейронов мозга, бесконечное количество раз спрашивало – «Почему так глупо?». Надо было бы хотя бы поговорить? Хотя бы поговорить! Неужели после десяти лет совместной жизни я не заслужил элементарного права на разговор? Я многое в состоянии понять, и многое могу простить, ну ты только поговори со мною! Объясни,  что случилось! Остальное, вопрос  взаимопонимания и терпения. Но, увы - не заслужил.  Я чувствовал себя банкой, из-под кока-колы, которую выкинули за ненадобностью, выпив содержимое. О чем может думать пустая  банка?  Когда  в прочитанных мною книгах я встречал подобные ситуации, то думал: 
                – У меня никогда так не будет, ибо я умный и предусмотрительный, «старого воробья на мякине не проведешь»,  к тому же  «пуганая ворона куста боится». Но ведь никогда не ждешь, что тебя предаст самый близкий человек, тот который знает про тебя все. Тот, кто знает все твои самые больные места и знает, куда и как надо бить, что бы ты корчился от боли как червяк насаженный на рыбацкий крючок, беспомощно извиваясь и безмолвно вопя от безысходности.
               Нет страшнее  врагов, чем  бывшие друзья. Особенно когда ты сам не желаешь верить в очевидные вещи. Когда мозг и глаза затуманивает чувство к близкому человеку, когда ты открыт и беззащитен и давно поставил в темный чулан за ненадобностью пыльные доспехи- подозрительности, сравнительного анализа , ревности  и страха. Когда твое сердце открыто навстречу предательской стреле. Ты же не думаешь что в руках близкого тебе человека нож. И он всадит тебе его сзади в спину наотмашь и до самого сердца! И будет ждать, пока разорванное им сердце не захлебнется безумным хрипом собственной крови! Но, к сожалению такова цена –ДОВЕРИЯ!
              Самая гармоничная и целостная геометрическая форма на свете – это шар. Шар это состояние с минимальной энергией поддержания формы. Свободный и лишенный комплексов человек тоже шар, он катится по жизни легко и непринужденно. Он легок на подъем,  от его сферической поверхности рикошетом отскакивают  все проблемы и трудности, к нему не прилипает грязь и шелуха этого мира. Когда-то я тоже был шар, и катился по жизни,  весело подпрыгивая и со свистом проходя повороты, а теперь я скомканная бесформенная,   торчащая углами и изгибами боли - пустая выброшенная банка. Могу лишь посвистеть дырочкой в правом боку. Все было серо и угнетающе  убого в окружающей меня обстановке, и  только один предмет ярко выделялся на запыленной поверхности широкого гладкого  стола. Этот предмет,  когда-то разграничивал пространство,  отделяя, что-то маленькое, свое, родное, близкое, только мое от всего остального мира. Он был, когда-то половиной мира  и включал в себя тысячи разных, важных для меня событий и явлений, предметов, отношений, взглядов, принципов, чувств, желаний, физиологии и страсти. - Это было золотое женское обручальное кольцо 17 размера. Оно являлось водоразделом между прошлым и настоящим. Оно одиноко лежало на столе как жирная итоговая точка, поставленная в конце длинного  веселого рассказа. Являясь одновременно памятником и обелиском прожитых счастливых лет. 
                И в этот момент из под стола я отчетливо  услышал- «МЯУ».
                Что за наваждение? Я решил, что у меня начинается бред.
                Кошка? Откуда здесь может оказаться кошка? Среди руин бывшей семьи, среди трупов фотографий, валяющихся здесь и там, как большие желтые  кленовые листья, которые никому уже не нужны. И поэтому их тащит осенний холодный ветер по грязи, снегу, лужам и затаскивает в разные глухие места, где они и находят свой последний приют.  Под столом сидела «ЛИРА», - «ЛИРА» это наша кошка, я и забыл за всеми событиями про нее.  Кошку почему то не взяли с собой,  Лира  досталась мне.  Она оказалась тоже больше не нужной в их  дальнейшей новой жизни. Я достал ее из-под стола. Она мелко дрожала то ли от испуга, то ли от моего внутреннего состояния, а может быть просто от голода и одиночества. Я взял ее на руки и стал гладить, пытаясь успокоить и ее и себя.  Потом засунул себе под куртку и почувствовал, как она продолжает дрожать,  а также теплоту от ее маленького пушистого тельца.  От того что кошку тоже оставили в пустой холодной квартире почему то стало еще обиднее – ее то вины явно не было ни в чем….. Прошло уже пятнадцать лет с той грустной ночи но я и сейчас сквозь  время и пространство вижу как сидят эти двое,  посередине разгромленной пыльной комнаты, никому не нужные, маленькие, серые, холодные, прижавшиеся друг к другу придавленные общей бедой, - с глазами полными слез и страха за свое будущее и за потерянное навсегда прошлое. Два брошенных никому не нужных живых существа – кошка и человек, двое тех, кто потерял все  и остался один, февральской метельной ночью 1996 года в маленькой квартирке на самой окраине большого города.


                *******               
               
         Антон? Антон Владимирович! Вы где? Ау? Я вздрогнул – это же меня, Пиковая Дама изучала меня своими умными, потрясающе красивыми   глазами молодой училки.       
                - Что очень устали? Все. Урок окончен, делаем поклон. И , раз и два, три и четыре. На следующем уроке будем изучать танго. При слове «танго» меня передернуло. Танго это недостижимая мечта, это белые пароходы и знойные красотки, синее море и белейший песок пляжа, это пальмы и «Маргарита» в бокале воронкой. Ром «Баккарди» с Пепси- колой, и побольше льда. Кайф! Прямо мурашки по коже. В памяти моментально всплывает увиденное и прочувствованное ранее состояние.  «Танго» моментально забрасывает меня в  31 Декабря 2006 года. Я сижу на перевернутом надувном банане в пятидесяти метрах от берега, сегодня новый год, все так странно и необычно – не так как  всегда это уж точно.  Солнце заливает пляж всей своей запредельной яркостью, целясь точно в мой завиток макушки волос, которые слиплись от соленой морской воды. На загорелой темной коже расплылись ажурные кружева соли от высохшей воды, воздух +38 градусов по Цельсию, вода +26 – рай, да и только. Остров называется «Коралловый», но что-то я не заметил их в сияющей глубине. Я болтаю ногами в теплой аквамариновой воде и вижу как внизу  суетятся маленькие разноцветные рыбки, а по гребенчатому песку дна движется, небольшой  крабик .       
                Многочисленные пальмы разбежались и замерли в невообразимых позах и местах вдоль линии прибоя. Из кружки кокосового ореха я потягиваю через трубочку  сладковатый сок, его вкус моментально погружает меня в мое далекое детство, я остро чувствую тот же вкус, запахи,  ощущения, безмятежного спокойствия и равновесия. Почти такой же вкус имеет корень растения «Солодки голой». Поиск «солодика» раньше был  лучшим параллельным делом, когда идешь купаться на речку.  Вдоль низины реки надо было внимательно высматривать в высоких кустах татарника и белены сочные, зеленые  стебли с бледно- фиолетовыми цветочками, а затем раскапывать их корни, - вот корни то и были сладкие. Помыв в речке, и высушив на солнышке, можно было медленно наслаждаться  жесткими волокнистыми корнями солодки. А что еще нужно для  полного счастья десятилетнему шустрому пацану?
            Здесь все просто: штук пять корней солодки, серые от бесконечного ежедневного купания плавки, выщербленное увеличительное стекло из школьного фильмоскопа и два полных оттянутых кармана яблок  «белый налив» из фруктового сада деда Назара.
            Все! Жизнь удалась! Практически счастье на «блюдце с голубой каемочкой». Я помню, как мама добавляла «голую солодку» в дубовую бочку когда  мочила  яблоки. Моченые яблоки со смородиновым листом и солодкой - вкуснейшая штука на свете. За уши не оттянешь. Кокосы лениво отдыхают  на обертках шоколадок «Баунти».
            Я первый раз прилетел в Таиланд , на остров в Сиамском заливе, и сидя в окружении таких же обалдевших от  моря,  солнца, и   щедрости флоры и фауны , туристов , с удовольствием рассуждал о том что:
            В Норильске сегодня -38, а в Томске -22, а у нас в средней полосе России – всего минус 5 , но все равно здорово, ведь здесь то настоящее лето. Потом мы обедаем на берегу этого жизнерадостного острова. Громадные тигровые креветки жареные на гриле и политые свежим лимонным соком  услаждают взор и обоняние. Развалившись на массивных фигурно вырезанных стульях, мы смотрим,  как легкий южный бриз нагоняет соленую горячую волну воздуха. Она пробегает между  деревянных столов из тикового дерева, произвольно разбросанных между  кокосовыми пальмами, и медленно рассеивается в горячем песке пляжа.  Столы  сервированы высокими металлическими солонками в форме древнего переносного корабельного  фонаря, кружки вырезаны из тикового дерева. А медные тусклые ручки  на них все более придают  реализма нахождения на заброшенном среди бескрайнего океана острове. И, кажется что вот-вот через минуту, в бухту войдет испанский или английский фрегат  и, отсалютовав из пушек верхней палубы – медленно встанет на якорь. Я даже и представить себе раньше не мог, что все эти ассоциации могут быть вызваны одним ключевым словом паролем- «ТАНГО».               
                *********

              По красоте, экспрессии и темпераменту Танго нет равных танцев-соперниkов в стандартной программе. Танго  это универсальный язык общения, это танцевальное ЭСПЕРАНТО, если ты знаешь и умеешь танцевать хотя бы несколько движений в Танго – ты король. Волшебный ритм Танго вытряхивает  человека  из любой духовной и нравственной  потенциальной ямы. Хореографические источники Танго - Аргентинские и испанские народные танцы. В 19-ом столетии, Танго широко распространился в Южной Америке, а в Европе впервые появился в начале 20-ого столетия. Известный французский хореограф и постановщик Камиль де Риналь совершенствовал танец, делая его более простым. Так он создал танец Танго, который мы знаем и по сей день. Этот танец не был популярным во всем мире, так как Римский папа запретил его, поставив клеймо «непристойный». После его первичного успеха в Париже в 1909, Танго распространился по всей Европе и обрел наивысшую популярность в период между 1910—1915 годами. Он вышел из моды с 1930-ых по 60-ые, но в настоящее время Танго опять возродил былую популярность. Смелость и решительность, внезапные паузы, неожиданные позы и изменения направлений, это и есть характер настоящего Танго.. И чем сложнее этот танец, и чем больше энергии и эмоций   ты выплескиваешь в нем, тем ярче и богаче то, что ты реализуешь в жизни. Танго это движение по лабиринту  в городе  двенадцати принцев  «Амбера». Я бы сравнил Танго с самым крупным бриллиантом  в короне стандартной европейской программы. Взял партнершу, присел, ноги в шестой позиции. Объем в руках, плотно прижатые стороны груди, в руках жесткий прямоугольник. Пошли–шаг, левой ногой, еще косолапый шаг по дуге правой, - «звено». Эти три движения можно отрабатывать бесконечно. Далее «фоллувей» , «звено», «роки», «закрытие влево» , «левый поворот», «свибл». Скрученный корпус  в положении полуприсяда, когда бедра строго«сет-ап» и ни каких распущенных хвостов - это надо заставлять себя делать  осмысленно и чисто. Голова вращается вместе с корпусом строго по направлениям - куда идешь туда и смотришь. Каждый шаг как выстрел пружины - жесткий, точный - четко  скоординированный  с каблука на носок  с каблука на носок. Нигде и никогда ноги не распрямляются,  весь танец будь он полторы минуты или пять. Руки никогда не распрямляются в локтях за исключением фигур. Руки и корпус в жестком «кресте». Я все это знаю, когда пишу здесь и сейчас, и хорошо представляю как это выглядит  – но вот сделать самому почему-то никак не получается. «Хвост» все время торчит назад, ноги в процессе движения распрямляются в коленях, руки висят, голова крутится во все стороны  кроме той в которую необходимо.  Я постоянно заваливаюсь  на партнершу, теряю с ней контакт, не удержав сбалансированного равновесия. Жесткач!!! И только примерно через год занятий начинает постепенно приходить ощущения танца, вдруг случайно, на одной из тренировок чувствуешь легкость, плавность и гармоничность выполняемых движений. Уже потому, что ты не заваливаешься в поворотах, а рефлекторно и интуитивно, выполняешь фигуры, и партнерша тебе уже не мешается, как некий чужеродный элемент в руках,  понимаешь, наконец-то забрезжил мутный слабый свет в смысле твоего понимания танго.  Когда начинаешь учить Танго  то первые мысли, которые приходят на ум звучат так:
          -Главное,- сделать ногами, руки и корпус потом! Главное запомнить рисунок танца. Главное запомнить, что  же делать ногами. Дама Треф, обладая громадным опытом и еще, более огромным чувством юмора замечает:
            - Пока что Вы танцуете даже и не всеми ногами. А только   стопами и голенями, то есть весь ваш танец - это танец  «до колен» снизу, потому как все  остальное тело от колен и выше пока еще не танцует, но это нормально на первом этапе обучения.
            «Конечно,  нормально, - мы же все-таки танцуем, в субъективном смысле».  Дама Треф преподает танцы уже, наверное, лет двадцать. Я даже и  не могу себе  представить ее кем-то другим, человеком другой профессии   кроме как хореографом или руководителем коллектива. Всегда стройная и прямая , даже когда сидит или стоит после целого дня занятий, у нее всегда прямая спина и гордо поднята голова.  Она  очень участливо наблюдает за нами, неловко пытающимися станцевать танго. В ее глазах нет даже тени иронии или сарказма опытного бывалого «профи». Меня это удивляет. Она относится к нам серьезно, к нашим кривым шажкам, попыткам  выглядеть органично, т.е. быть похожими на людей которые хоть в каком либо приближении танцуют танго. Со временем я стал замечать, что не только Дама Треф, а все преподаватели относятся к нашим занятиям очень серьезно. У нас пять преподавателей,  и я условно ассоциировал  их с  мастям колоды карт,  например :
             Анна,-  хореограф – «Червонная дама» , 25 лет, - из них она танцует  столько,  сколько сознательно себя помнит, сначала было фигурное катание затем бальные и спортивные танцы, потом учеба в институте на факультете хореографии. Легкая на подъем, всегда оптимист, танцует все от «бальных » до «фристайла». Червонная дама девушка стремительная и на редкость логичная в поступках и действиях. «Метро на ходу остановит – горящую избу пропьёт».  За пять секунд приводит в состояние ледяного оцепенения толпу танцующих подростков, действия которых порой напоминают хаотичные перемещения пчел в улье. Которые с невыразимым  усердием жужжат, гудят и   перемещаются только в им одним  известном направлением. Две три фразы Червонной дамы  и «пчелы» и «трутни» чинно выстроившись, элегантно выполняют приветствие или лихо отжимаются от пола. Она учит нас «латине». Однажды она меняла мне акцент в «джайве», в соответствии с новыми требованиями танцевальной федерации. По новому расставлялись аkценты в «ключе» и «шоссе». За шестьдесят минут «джайва», кто знает тот понимает о чем я говорю, она дала мне 10 минут отдыха  и когда я уже еле-еле шевелил ногами, Червонная дама,  протанцевав со мной рядом все это время, мило улыбаясь и лихо, пританцовывая, сказала:
                Ко мне на урок не пришла следующая за вами  пара может быть еще часок «джайва»?  Удивительно, что тот акцент я заучил навсегда и теперь, когда пришло время опять его менять, акцентируя  внимание и шаги по другому, думаю что без сдвига сознания в паре с Червонной дамой мне не обойтись. Каждый раз,  на индивидуальных занятиях она открывает нам новые секреты в выполнении того или иного движения или  фигуры. Встряхнув короткой прической «каре» и как то по-детски улыбаясь, она говорит:
                Вот здесь есть небольшой секрет, или прием, или тонкое движение kорпусом, и начинает рисовать в воздухе  узоры и фигуры танца так, что мне порой кажется, что она живет в какой то другой реальности. Или, что геометрия мира и пространства так многомерна и неоднозначна,  что  зависит только  конкретно от нее и от её умения изменять и преобразовывать его по  своему желанию  и подобию. Слушая ее, и повторяя за ней элементы танца,  я не перестаю удивляться:
                Боже, как же просто! Почему я сам не смог догадаться? Чуть выдержать интервал, довернуть бедро или перенести вес правильно, и все. И все становится на свои места. Движение начинает смотреться, оно похоже, дьявольски похоже на то, что надо исполнить.  Сегодня вечером я смотрел на сайте www.tancor.ru, танцевальное видео. Прокручивая и прокручивая вновь, ролики с выступлениями профессиональных танцоров, медленно остывая от увиденного думаю:
               Я не смогу так танцевать никогда. Каким же пластичным и гуттаперчевым надо быть? Из них каждый Гарри Гуддини . И сколько времени и упорства  надо отдать занятиям , начиная с раннего детства и по настоящее время,  что бы танцевать приблизительно так же? Унылое настроение подкатывает медленно, переступая на больших мягких лапах собственного осознания нереальности достижения результата. Какая то непонятная хандра и обостренное чувство скоротечности всего - пугает  своей неотвратимостью.  Мой отец часто говорил мне:
             До двадцати лет, Антон время тянется очень медленно, радуя тебя чередой светлых ярких событий . Которые переживаешь эмоционально , остро, красочно, но быстро забываешь потому , что много нового,  непознанного тобой происходит вдруг. И события, заполняя кратковременную память твоего мозга, вытесняют одним  другое, и укладываются толстыми файлами в библиотеку долговременного хранилища  памяти, ожидая своего долгожданного часа. Празднование нового года, с сосновым запахом елки, необычайно вкусным запахом мандаринов, пороховой  едкой гарью хлопушек и бенгальских огней. Первый летний сенокос, когда цветут все травы и злаки, налившиеся ослепительной зеленью травы , и тяжелый запах поспевших колосьев пшеницы дурманит голову пробуждая  какие то древние, забытые  давным-давно инстинкты  о том, что мы,  как и наши древние предки  когда то ходили за плугом, тащили в пещеру убитого мамонта , вглядывались в черную даль океана освещенного только  вечными звездами да огнями «Святого Эльма». А потом время начинает ускоряться и ускоряться. В тридцать , вместе с подросшими детьми оно каждый день ходит с тобой в детский сад или школу, торопит вечером невыученными уроками или сгущается невеселыми записями учителей в школьных дневниках. В сорок оно начинает ускоряться первыми потерями родителей, друзей , взрослыми проблемами выросших детей , пониманием того, что ты не вечен и зачастую совершенно одинок несмотря на то,  что  и живешь с кем- то. В пятьдесят время мчится, оно летит как известная птица тройка мимо тебя, с тем же, некрасовским финалом. Наступает череда юбилеев и юбиляров, ты становишься все больше философом и на многие вещи смотришь спокойно и без следа былой непримиримости. Появляется время думать и делать логические выводы из пережитого. Анализ прошлого обостряет понимание поговорки « Если бы молодость знала, если бы старость могла». Шестьдесят звучит как приговор верховного суда о невозможности помилования со всеми вытекающими отсюда последствиями. Это значит «смертная казнь с полной конфискацией имущества». И начинается пора мудрости, борьбы с собственным телом за существование и ожидание яркого света в конце туннеля. И вот финал, тебе отсалютуют все, кто раньше знал тебя, и кто не знал тоже. Если ты будешь достаточно известен, народ снимет шляпы, и кто то что то скажет.Но, не факт что скажут хорошее. И дальше забвение. Можешь спокойно превращаться в звездный материал. Теперь ты намного ближе к звездам потому как время уже теперь не имеет никакого значения для тебя,  как и для звезд, впрочем. 
              А пока  пройдет лет двадцать или сорок, и   однажды осенним или зимним поздним вечером, сидя в кресле, укрывшись мягким кашемировым пледом, возможно, что даже у потрескивающего яркими веселыми огоньками пламени камина, ты случайно дернешь за шелковый шнурок ассоциаций, и из мутного омута памяти возникнет, пережитое, прочувствованное и только твое. И раздвигая границы комнаты, воздух наполнится запахами, звуками и светом былых событий,  людей и   явлений,  и ты  снова заживешь, тем, что было, тем, что сделало тебя таким, какой ты есть сегодня. Память это  наша односторонняя машина времени, память позволяет нам  спокойно путешествовать в прошлое, то прошлое которое живет параллельно с тобой в настоящем . Просто мощность этой машины времени пока слишком мала и нет устройства которое могло бы увеличить ее КПД. Но эволюция и прогресс не остановимы и когда ни будь, мы будем путешествовать посредством собственного мозга не только виртуально, но и реально и не только в прошлое.

               
                *******


                Меня разбудил долгий и монотонный звонок сотового телефона. Он звонил и звонил,  вытаскивая меня на поверхность сознания, как на зеркальную  гладь  воды, а я нырял снова и снова не в силах сбросить обрывки липкого сна  затянувшего тугой сетью тело, руки,  ноги и свинцовым грузом тащившего  на дно реальности. Все! Вынырнул, вяло зашевелил плавниками, лениво хлопнул хвостом, вдохнул густой соленый  воздух. Мне снилось что я большой красивый дельфин резвящийся на океанском просторе. Все! Сел, обалдело помахал остатками хвоста перетекающего в ноги, включил телефон, не понимая с кем и о чем говорить. Знакомый голос в трубке сказал:
             -Ты что спишь что ли? 
             - Да.
             - На время посмотри. Уже три часа дня.
             - Ну  и….  ? Мозг включился. Сегодня суббота. Значит никуда не идти. Не бежать на работу. Не рассказывать где и почему и как и что.
Андрюха сказал:
             - Слушай, я здесь случайно с девчонками познакомился, такие клеевые kрасотkи. Все модели – ноги от ушей. Быстрее приезжай , мне одному долго не протянуть , нужно подкрепление.
              - Андрей, я из Москвы приехал в 6 утра, сам себя толком еще не чувствую, в дороге  сутки, один за рулем. Какие могут быть девчонки? Сейчас бы цейлонского чаю, рубинового, горячего, с лимоном, из тонкой белой фарфоровой чашки. И что б свежий ванильный зефир фабрики «Ударница» в прикуску. Я так ясно и отчетливо увидел эту дымящуюся белую чашку, что мне показалось, что я слегка даже отхлебнул из нее, и горячая ароматная волна жидkости прокатилась по пересохшему горлу. Четырнадцать  миллиардов  нервных клеток головного мозга  ожили , возбудились , заработали и я сказал Андрею :
             - Продержись двадцать минут, я скоро буду.
               Андрюхе 26 лет - он «валютчик»,  Профессия опасная,  но востребованная и прибыльная.  Вообще то kогда то он закончил строительный факультет ВУЗа и мог бы быть замечательным строителем, но российская действительность изменила его планы. Поэтому  уже четыре года Андрей пытается «найти себя» на рынке валютно-обменных операций. С валютой  проще  чем в строительстве , «не надо мудрствовать лукаво» - руби себе разницу между покупкой и продажей kэша. На эту дельту банки живут не то, что одинокие варяги – были бы объемы. У Андрея объемы были. Упрямый, жадный и расчетливый он терпеливо и неуклонно двигался к своей цели. Единственно, что сильно нагружало меня в общении с ним так это постоянные разговоры ни о чем. Валютчик говорил нудно и совершенно ровно, он как бы всегда пытался убедить сам себя в правильности своих поступков,  и поэтому ему нужно было постоянно говорить, что он прав и что по-другому поступить просто невозможно. После долгого общения с ним  у меня оставалось ощущения общения с  манекеном. В любом случае я никогда не помнил того, что он рассказывал, в его интерпретации любая информация дешифровывалась и напрочь забывалась. Как у Мюллера после общения со Штирлицем. Но дело свое он знал хорошо, и поэтому немалая прибыль лихо наполняла бездонный карман «валютчика». Парень быстро богател и толстел в соответствии с законом арифметической прогрессии и хорошего аппетита. Постепенно пробивая свой собственный путь в бизнесе, Андрей,  тем не менее, быстро  учился  и заводил нужные знакомства. Я никогда  не сомневался, что со временем он станет миллионером, главное сейчас было ему не сбиться с правильного пути. Вот так размышляя о метаморфозах  личностных преобразований «Валютчика» я быстро  собирался и упаковывался  - ибо времени в обрез. Сначала надеваю  золотую цепь на голое тело.  Цепь мне сделали мои друзья на заказ,  в ней сто пятьдесят граммов золота 750 пробы,- я же реальный пацан, мне без цепи ну никак нельзя. Вообще нормальная «голда» должна тянуть на полпуда , но я ж не репер и недостаточно смугл и кучеряв  для этого. Надеваю  рубашку,  и джинсы HUGO BOSS , мокасины PRADA,   затем всю эту провинциальную круть   заливаю парфюмом HUGO BOSS. Напеваю песню: - «..Я надену все лучшее сразу»! От такой  концентрации  и объема запаха туалетной воды даже  подъездные  тараканы пьянеют  и постепенно сходят с ума.  Они начинают лихорадочно и бессистемно скакать по ступенькам, падать со стен, а затем вообще хаотично ползать. Ну а я отправляюсь к Андрею. У меня  заряженный вишневый Бумер,  правда,  маленький - 325. Я мог бы купить новый большой автомобиль, но врожденное чувство «не высовываться» победило тщеславие и амбиции, поэтому годовалый БМВ с шестицилиндровым мотором  в 190 лошадей – как раз то, что нужно мне. Я очень люблю музыку и  не пожалел пять тысяч «зелени» на kрутую  звуkовую подготовку автомобиля – именно поэтому весь объем  багажника занят тремя  30 сантиметровыми низкочастотными сабвуфферами, каскадными усилителями мощности и эквалайзерами.  Еду к Сбербанку,  где Андрей ведет свой нелегкий, но доходный промысел. Уже подъезжая,  вижу его  в окружение высоких, модельного вида девиц нервно курящих длинные ароматизированные сигареты «MORE». Лихо притормаживаю, окна открыты ,  рессивер «Nakamichi» выдает низкие тягучие вибрации бас гитары и хриплого голоса солиста группы «Ramshtain». Машину буквально трясет от избыточной мощности оконечных усилителей. Амплитуда низкочастотных вибраций вводит в резонансные kолебания  наверное даже альфа  ритмы головного мозга и сердца , ну и естественно, придает гламура ее владельцу. Не каждый ведь вытерпит испытывать эту адскую пытку децибеллами. Я выдерживал, правда недолго,  потом  голова болела до тошноты.  Но подстегивая себя  настойчивым убеждением в том, что это мне вполне по силам, я слушал. Я же бывший офицер – и не должен  отвлекаться на пустячные головные боли и тошноту. В армии старшие офицеры порой отдавали мне приказы ну совсем уж  экзотические. Ну например,  говоря иносказательно -  убить голой задницей сердитого ежа. Причем это требовалось сделать быстро и качественно, с наименьшими потерями задницы, боевой и политической подготовки. Впрочем, не будем отвлекаться от главного.  Главное, это небольшая группа очень хорошеньких девочек, которая находится  прямо передо мной.  Девочки с нескрываемым удивлением рассматривают  меня - явно они думали увидеть,  более молодого и менее «быковатого» гражданина. Но пока они ошарашено соображают, что можно мне сказать, я быстро изучаю персоналии красоток, тщательно отмечая  впуклости и выпуклости в замечательных местах столь восхитительных созданий. Сразу беру быка за рога и чешу без остановки, Андрей сидит и слушает , он знает , что теперь можно расслабиться.  Оказывается девушки реально модели, у них  сегодня кастинг и они вырвались на пять минут, чтобы просто покурить потому, как есть хочется ужасно, а строгая мадам «Смотрительница» модельного дома не разрешила есть вообще. Сегодня на кастинг приехал Французский букер-рекрутер , он отбирает девушек для работы в Париже , в качестве моделей, в немногочисленные элитные , модельные дома Франции.Из четырех девушек две были просто сказочно  красивы . В легких топиках и шортах, на длинных шпильkах, с вечерним макияжем и прекрасными лицами они производили впечатление оживших сказочных принцесс  из моих детских рисованных мультфильмов и разноцветных книжек. Наверное у каждого  взрослого мужчины бывает в жизни ситуация  когда ты просто столбенеешь видя перед собой ожившую мечту. Или вдруг понимаешь, что та, которая сейчас стоит перед тобой это то, что ты не мог даже себе вообразить или, что это и есть  прямой ответ на все твои вопросы. Потому как каждый  мужчина однажды  задает себе  вопрос:               
              Какой должна быть женщина, которую ты захотел бы считать своей?
              Что в ней  должно быть особенного?
              Как она должна смотреть на тебя? Что она должна говорить тебе? Чтобы ты вдруг смутился как мальчишка.
              Что должно быть в ее глазах и выражении лица, чтобы ты вдруг понял – что это она. Та самая, которую ты так долго ждал и исал.
              Когда не нужно слов , нужно только видеть эти глаза и чувствовать как ее длинные нервные  пальцы дрожат в твоей руке. Просто от касания, от того, как ты несмело держишь ее за волшебную руку. И она не спешит  забрать свою ладошkу - она тоже выбирает тебя. Я говорил и говорил, но чем больше я смотрел на Марусю так звали одну из них. На то, как она бросала редкие оценивающие быстрые взгляды на меня. Kак нервно инстинктивно поправляла ухоженные, шикарные  волосы, и облизывала пухлые неестественно яркие от блеска  губы. Слова начинали застревать у меня во рту, и я вдруг почувствовал, что язык мне мешает говорить. Он превращается в снежный, неуправляемый ком и я немею. Андрей,  видя мое состояние, и приятно удивляя меня поддержкой ,  резко подключился со свежими анекдотами, и разговор плавно пошел дальше.  Пока Андрей рассказывал девчонкам заодно об отважной и героической профессии российского валютчика я пытался справиться  с наваждением. Это была магия, простая визуальная магия, я увидел девушку образ которой  внешне совершенно точно совпадал с той которую я представлял себе как идеальный . Это был стопроцентный ответ на мой  немой вопрос. Это было равносильно, …..даже не знаю чему!!! Ну  путешествию в будущее наверное , или миллиарднолетнему  фантастическому наблюдению комкования  Земли из космической пыли. На языке магов это называется – «остановить сознание». Звучит конечно пафосно и возможно нереально, но что же делать если это было именно  так. Уже впоследствии, спокойно размышляя за утренней чашкой ароматного чая я постоянно возвращался к этому моменту. Что- то, в нем было. Я просто почувствовал, что нечто подвело меня к этому моменту, к этому знакомству. Как будто случайная череда событий из серости обычных будней выкатила вдруг передо мной три игральных кубика,  на которых сразу выпало три раза по шесть. Наша жизнь достаточно коротка, чтобы  любить не тех и жить не с теми, кто нам нужен. Казалось бы, простые истины, но как долго мне пришлось идти к ним,  что бы не просто почувствовать их действие на себе, но еще и сделать разумные выводы.   Но сделать выводы и не делать ошибок это две очень большие разницы - как говорят южане в Одессе. И я естественно, продолжал постоянно наступать на грабли собственных ошибок, неправильных решений и поступков. Поглаживая лоб, в очередной раз от ушиба я думал, что становлюсь умнее  - а  оказывалось, что просто на этом месте,  на лбу  нарос мозоль, и боль стала вполне терпима или черенок граблей очередной ошибки оказался немного тонковат. Впрочем, продолжу о знакомстве.
                Одну из девочек звали Маруся, как я сказал ранее а вторую  Алена, про свой  возраст они не сказали ничего конкретного, отшутившись тем, что они достаточно большие чтобы курить, тусить, веселиться и пить Джин с тоником. Мы обменялись телефонами с целью продолжения  знакомства. Через неделю я позвонил Марусе,  и мы поехали в лес стрелять из винтовок по бутылкам , кирпичам и мишеням нарисованным на обратной стороне плакатных листов призывающих граждан обязательно страховаться от ущерба.



                *******

   

         Сегодня мы изучали Венский вальс, он подобен Александру Македонскому, – вальс захватывает  полностью и навсегда. «Пришел, увидел, победил». Когда танцуешь Венский вальс кружение стен, зеркал и проносящихся мимо пар сливается постепенно в феерический карнавал. И ты плывешь, ритмично раскачиваясь, подобно неугомонному волчку  и только блестящие глаза партнерши и переменные движения ее головы  возвращают  тебя к реальности происходящего. Когда мы впервые начали танцевать Венский вальс я думал, что никогда не смогу его правильно станцевать. Столь грациозны и невесомы были пары, проплывающие мимо меня, так отточены и невесомы были их красивые движения, бездна такта, сдержанной гордости и мощи  сквозила в них, что я лишь зачарованно смотрел и не переставал удивляться  мастерству и терпению этих пятнадцатилетних гениев движения. Наверное, нет ничего более красивого в мире, чем дети танцующие стандартную программу. Невозможно объяснить и передать словами, сколько родительской любви и счастья я вижу на каждом танцевальном детском конкурсе теперь, уже отлично понимая, как происходит турнир. Как лихорадочно блестят глаза родителей, как нервно они ломают пальцы, волнуясь за своих чадушек, остро переживая каждый промах и неловкость танцующих. Мне порою кажется,  что родители сами танцуют посредством своих детей  и так же переживают успехи и неудачи  и порой даже гораздо острее соревнующихся. Ибо детское сознание не приемлет трагизма оно все же достаточно эластично, чтобы относится уж слишком серьезно к неудачам. Потому как в детстве все иначе. И нет ничего крайнего и последнего,  потому как там, за горизонтом, всегда есть второй шанс, еще одна попытка, или возможность все изменить  – и  ничего не кончается в 10 лет. Надо лишь постараться, напрячься и хорошеньkо отработать. И они терпят эти маленькие трудяги, они стараются. Плотно сжав губы, собрав волю и внимание в kулачоk бесконечное количество раз повторяют одни и те же движения не отводя взгляда от Пиковой или Червонной дамы. Им нужно довести движения до совершенства,  до приемлемого  в их классе и возрасте совершенства. Я смотрю на деток с  нескрываемом удовольствием. Они Умнички. Мало еще, что понимая в жизни и возможно совсем посредственно учась они приходят на танцпол и преображаются совершенно. На паркете, стоя в парах, это личности, это характеры, это микрокосмосы вселенной. Наверное, я получаю такое удовольствие от танцев и еще потому, что вижу постоянно  этих целеустремленных ребятишек, с любознательными  глазками, любопытными вопросами, которые пришли работать, стараться, учится. Я самый взрослый из танцующих в коллективе или самый старый если говорить правильно. Но дети видя меня на танцполе относятся к танцующему «дедушkе» совершенно спокойно и дружелюбно, они знают, что я работаю так же как и они – и принимают меня за своего, их совершенно не волнует мой возраст. Мальчики всегда сами спокойно протягивают руки, чтобы поздороваться, спрашивают как дела? Когда, например, у нас  конкурс? Девчонки весело улыбаются и подсказывают все хором, когда я, что-либо делаю не так, они смеются, потому что это игра. А в играх все равны.   Правда наши игры иногда оценивают и судят строгие серьезные судьи, ну и что же из того?


                *******


              Ничего не получается! Ничего! Я уже говорил,  что бывают моменты, когда ты застреваешь на каком-то отрезке учебы  и не можешь двигаться  вперед. Вот этот отрезоk  и настал, после пятнадцати дней отпуска проведенного под пальмами и в теплом море Египта не получается «чача». Не получается делать правильно «шоссе» и «чек» хоть тресни.  «Локи» назад  с трудом  сделал. Живот и «хвост» выпирают то назад, то вперед,  а нужно что бы это происходило в «сторону» - во всем виноват набранный мною за время отпуска вес. Пиковая Дама очень строго смотрит на меня:
           Что–то,  вы сегодня тормозите Дружочек? Обращается она ко мне.
           После получасового тренинга танцевальных азбучных истин вижу в ее глазах отчаяние. Мне хочется приободрить ее сказав, чтобы она не расстраивалась ведь не получается то у меня. Она лишь сердито смотрит на меня, хлопая длинными ресницами, и заставляя  повторять снова и снова «шоссе» и «чек», «шоссе» и «чек». Она демонстративно вращает своими точеными бедрами и филигранно ставит ноги через шестую позицию в «чек» красиво схлопывая колени.  Я  в четыреста девяносто пятый раз делаю себе  последнее  «китайское предупреждение» о том,  что буду обязательно заниматься дома,  оттачивая то, что выучил  на индивидуальном занятии.  Но, как известно:          
         « Говорить, не мешки грузить!».
         На уроке к нам подходит Крестовая дама, и улыбаясь сообщает о предстоящем в Феврале конкурсе в котором мы должны участвовать. Нам нужно выучить обязательные  вариации в «джайве», «румбе», «чачача»,  «медленном вальсе», «танго» и «квикстепе». Это таk сkазать входной билет на kонурс начального уровня. 
            Cегодня суббота. В зале танцуют всего три пары танцоров. Довольно тихо и как-то умиротворенно. После «Ватерлоо» с «чачей» сижу, остывая в раздевалке, и сняв ботинки для латины,  медленно шевелю пальцами,  мне кажется, что я в этой раздевалке сейчас уместен, так же как и большой  «голубой марлин» увиденный мною под водой у кораллового рифа в Kрасном море. Он так же стоял среди разлапистых кораллов, медленно шевеля плавниками и жабрами,- спокойный, умиротворенный никуда не спешащий. Если б я сейчас увидел его сидящим, рядом со мной в ботинках для латины я бы,  наверное, не удивился. Так накрывают неудачи. Неудачи как колпак Мюллера-он прозрачен, но четко ограничен . Ты как бы все делаешь - но все не так.  Состояние короткого поводка.  Якобы  бы  на свободе, - якобы.  У Андрея  Макаревича есть песня:

                Бывают дни, когда опустишь руки
                И нет ни слов, ни музыки не сил
                В такие дни я был с собой в разлуке
                И никого помочь мне не просил
                И хотел уйти куда попало 
                Закрыть свой дом и не найти ключа
                Но верю , я не все еще пропало
                Пока не гаснет свет,  пока горит свеча

              Когда меланхолия накрывает  уж совсем жестко,  пою шепотом Макаревича. Он конечно гений, не только музыки и слов, но  и, наверное, всеобъемлющего понимания  жизни вообще. Его философия слов и гармония музыки, как-то очень точно доходит до моего сознания. Я бы сказал, что его песни это готовые мантры . Пой ту которая больше подходит по обстоятельствам и соответствует моменту и все будет пучком. Ну да ладно, что грустить то?
               Жизнь штука полосатая как говорил кот Матроскин.
               Никогда не теряй бодрости духа и оптимизма и если даже тебя съели! Не переживай! У тебя все равно еще остается два выхода, мелkо подтруниваю над собой. Почти смешно. Все эти проблемы лечатся посредством терпения, упорства и проявления характера. Глаза страшат, а ноги делают. Кошу глазами налево направо – Марлина  нет, значит,  реальность не виртуальная, и меня не «глючит». Теперь остается получить еще радость от квикстепа и отдыхать. Крестовая дама в стомиллионный раз объясняет:
                При шаге вперед нужно собирать «пенку с паркета», с носка на каблук, затем подтягивать «заднюю» ногу тоже с «мягким коленом». Причем нога, которой шагаешь «мягкая в колене» и сначала движется носочком, а в районе пятки опорной ноги стелется всей подошвой и только затем, пройдя через «центральный баланс», с выталкиванием вперед опорной ногой, выносится дальше вперед:
               Понятно  ?... Вам, читателям, конечно же, нет, - а вот мне понятно, но только до тех пор, пока я смотрю на то, как это показывает она - через минуту после демонстрации - непонятно. Но в этот раз я все-таки, поймал это нечто неуловимое, о чем она уже тысячу раз пыталась,  достучатся до меня. Это волшебное слово называется «пистолетик». Это трудно описать, его нужно видеть. Оно не столь сложно сколько неуловимо. Просто вышагивать вперед правой ногой надо в тот момент, когда  опускаешься на левой опорной ноге. Кому то просто - а у меня вот не получается хоть тресни. При этом надо постоянно двигаться вперед, не вверх вниз, а вперед. Квикстеп танцуется в длину, чем больше шаги, тем лучше. И работать сторонами, сторонами, не прыгать и не подскакивать - плавно, очень плавно как любят друг друга ежики, плотно сжав иголки, т.е. подобрав хвост. Отработав «шоссе» и «лок степы» переходим к обязательной программе для Е класса. «Правый поворот» , «спин-поворот» , «четвертной шаг» , пять или шесть «лок степов» , «четвертной» и все сначала. Все с начала.


                *******


           Не знаю почему, но мне всегда мало света. Я во всех kомнатах включаю  свет, я открываю все шторы и жалюзи, чтобы было солнце, что бы было ярко и просторно, чтобы  было видно  как в прямых  стрелах  солнечных лучей пробивающих насквозь тяжелые портьеры летают пылинки, кружатся и рассеивают эти неутомимые кванты, которые преодолели  триллионы  километров космического пространства,  чтобы донести свою невесомую энергию и согреть меня и еще шесть  миллиардов человек проживающих на Земле. С Солнца начинается все на этом свете, особенно все хорошее. Когда мы приехали с Марусей в лес, было очень солнечно. Она интуитивно вставала на сторону солнца и, залюбовавшись ею, я  невольно подумал:
            Девочка – подсолнух!!!
            Я достал винтовку, зарядил магазин семью патронами с тяжелыми пулями  внутри, расставил пустые банки и плакаты и мы начали стрелять. Я помогал ей правильно держать винтовку, чтобы  уменьшить отдачу в плечо. Вблизи, днем, без макияжа и в простых брючках и полосатом джемпере она была совсем другая, и  я вдруг понял, что она совсем еще ребенок. Угловатые жесты, неловкость в движениях и этот непередаваемый  доверчивый взгляд убедили меня в том, что она еще очень юная. И я спросил Марусю:
            Сколько тебе лет Маруся?  Глядя на меня своими громадными глазами в упор, отчего они казались еще больше и,  приподняв кокетливо плечи, она сказала:
            Шестнадцать с половиной.
            Шестнадцать??? Удивился я.
            Да , но вот  летом, в июне будет семнадцать.
           Что ж в шестнадцать лет стрелять уже можно. Встал сзади неё, придерживая винтовку  левой рукой, помог ей плавно нажать на курок. Отдача была сильной, даже у меня оставались следы на плечах после быстрой стрельбы, но девочка не струсила,– она стреляла с удовольствием и азартом. Андрюха успевал только расставлять прострелянные навылет банки и складывать пирамидкой  кирпичи,  а я заряжать магазины. Странная девчонка,  редкая красотка,  этого  пожалуй только клинический идиот не заметит, но характер не девичий.  Она хорошо стреляла, - сосредоточенно, цепко, ловко прицеливаясь и не боясь выстрелов, одно только это kачество говорило о многом. Я бы назвал таkое проявление натуры «жестким подростковым характером». Вот только глаза, эти  невозможные серо-стальные глаза, громадные как блюдца, глаза в пол лица – умные, доверчивые, требовательные и беззащитные лучше всего рассказывали о ней без слов.  Вот этот самый взгляд беззащитного ребенка бьет точно в цель, наверняка, сваливая в кучу, как старый хлам, молодые и не очень, сердца  мужчин особенно те которые не очень. Особенно тех, кто уже сотни раз просыпался в руках или ногах очередной  малознакомой девушки, понимая лишь то, что час  или три часа горячего секса вообще никакого отношения не имеют к любви и чувствам. Секс не оставляющий ни в душе ни в сердце никаких следов кроме пустоты и тщеславного  удовлетворения  якобы собственной значимости - грустная вещь. Только понимание этого столь многогранного и удивительного открытия приходит, к сожалению лишь после бесконечного  вхождения  в воды сей полноводной  реки. И когда ты устал от нелепой чехарды дел и тел и не раз разочаровался в суете происходящего и  просто заблудился между тем, что желаешь и имеешь,  то такой взгляд подобен нити Ариадны. И ты хватаешься за него, как утопающий за соломинку и, плывешь уже уповая, лишь на мудрость и мастерство спасающего, - его мужество и силу. Нам всем нужна точка опоры, но не с той целью какую искал Архимед, а для того, чтобы обрели формы, многократно озвученные родителями истины и константы, чтобы из серости и пошлости нашей жизни  вдруг выкристаллизовались   бриллианты  не впустую прожитых дней и свершенных событий. И засияли, опять же, на том же солнце, своими искристыми гранями. И ты вдруг отчетливо понял:
              «Ну, наконец-то  я там, где должен быть и делаю именно то что должен делать». Один день проведенный в kомпании с Марусей, выдернул меня из ледяной глыбы серого прозябания и пошлости. Как человек оглушенный взрывом ощупывает себя, пытаясь понять, весь ли он остался целый и невредимый после происшедшего, так и я вдруг очнулся от какого то летаргического сна сознания. Мне показалось, что после пятилетнего блуждания в темноте я вышел на свет, и на ярком солнце стала съеживаться и сползать с меня шегреневая шкура грязи, жестокости и пошлости затянувшая панцирем душу. Девочка – подсолнух!  Всего один день купания в этих глазах  и все встало на свои места, появился смысл обретать точку опоры и уверенно разворачивать по своему усмотрению мир.


                *******


           Танцы лишний раз ассоциативно   подтолкнули меня к мысли, что нет ничего более важного в жизни, чем состояния душевного и физичесkого равновесия. Состояние спокойного комфорта и умиротворенности в сердце. Оно является субстанцией для верного поведения,  умеренности в поступках и действиях, правильного сбалансированного движении по дорогам жизни. И я временами достигал такого состояния и честно говоря, балдел от ощущения скорости и полноты жизни, от красок и ощущений. Все получалось само собою, а что не получалось надо было просто подождать и оно приходило. Много раз я просто моделировал будущее. Как ни парадоксально это звучит. Мы почти всегда можем получить то, что желаем,  надо лишь как следует захотеть этого. Азбучные избитые истины. Но я никогда не отказывался попробовать их еще раз на вкус. Захотеть,- это значит буквально представить, как будет происходить то, чего ты желаешь, заставить свое воображение увидеть многогранные  сцены, сюжеты, героев происходящего, подчеркнуть детали и придумать предпосылки желаемого и весь этот энергоинформационный кокон желаний отправить мысленно наверх, в космос. И  не забывая о мечте, продолжать  двигаться в  направлении желаемого. И в один прекрасный день ты начнешь с удивлением понимать, что «ОНО» сбывается , события сами собою выстраиваются в череду происходящего, одно цепляется за другое, как звенья гусеницы , и машина твоих фантазий и желаний  плавно  и изящно скользит к намеченной цели.
                Много лет назад, в пасмурный холодный вечер я стоял у открытой двери набирающего ход поезда и слезы сами растекались по моему лицу  потому,  что внизу на перроне, оставались самые близкие, самые родные для меня люди – мои родители. Они махали мне вслед, отец фуражкой,  а мама платком, чтобы я дольше мог видеть их знакомые  до боли лица. Отец был очень серьезным, а мама плакала и, что-то говорила вслед уходящему вагону, но я уже не слышал  этих слов. Они лучше меня понимали, что я, уезжаю уже навсегда и очень переживали за меня. Мне и сейчас очень трудно представить, что испытывали они, и как тяжело было им. Мы прожили вместе семнадцать лет – все, с момента моего рождения, а теперь расставались на неизвестный срок.  Я очень любил и сейчас люблю своих родителей и в любой трудный момент  или на перепутье жизненных дорог всегда мысленно обращаюсь к ним,  прося совета или одобрения своих поступков и решений. Мы привыкаем к своим родителям с детства и, встав взрослыми, подсознательно не замечаем их медленного ухода. Для нас они так же вечны как море, солнце, небо, и прочие неизменные предметы и явления. Кажется,  что они всегда были и будут с нами, и порой не отдаешь себе отчета в том,  каким множеством незримых нитей мы переплетены в этой жизни с ними. Потом,  по прошествии многих лет, видя измученных болезнями и проблемами своих  родных  стариков и являясь невольным свидетелем трагического финала их жизни, понимаешь,  как много значили и значат они для тебя и сейчас, живя лишь только как  светлые образы твоей памяти. Тогда я не знал этого, я был молод, неопытен  и горяч. Но я сказал себе, что пройдет время, и я обязательно заберу их с собой и никогда не оставлю одних. И где бы я ни был, сделаю все, чтобы им было легко и спокойно жить дальше. Я стоял у окна вагона, видя пролетающие навстречу мне полустанки и мосты, небольшие деревушки и степные разъезды, застрявшие в раскисших осенних дорогах автомобили и  повозки. И в этот момент я стал мечтать или  моделировать будущее иначе. Я стал представлять, как я буду утром выходить из дома в черном костюме и белой рубашке и небрежно бросать свой портфель на кожаное сиденье нового черного  автомобиля,  а мама буде провожать меня,  радуясь  за нас и  улыбаться счастливой улыбкой, которая ей была всегда очень к лицу. Я очень сильно желал этого  и много раз прокручивал в голове разные картины из будущего, расставляя по местам лица, сочиняя диалоги, предсказывая реакции. И вот что удивительно - все произошло! Именно так как я видел, так как желал, и даже намного более того, о чем я и представить не мог раньше!   
               
    

 
                **********               
               
   
             В нашем танцевальном коллективе есть еще один преподаватель, о котором я не говорил ранее, он мужчина, я назвал его Джокер, чтобы соответствовало общей логической иерархии карточной колоды. Он преподает  «латину»  «хоббикам», «ювеналам», «сеньорам». Высокий и очень красивый молодой человек, сложен как Аполлон в юности, ему 22 года.  Когда он танцует, то замирают все, и взрослые и дети, не отводят взгляда от него до тех пор, пока не закончится танец. Он, очень дружелюбный парень, осознавая свою мощь и грацию, как и все сильные люди,  с подчеркнутым вниманием и теплом  разговаривает, с детьми и мамочками демонстрируя им свою вежливость и обаяние. Очень забавно бывает смотреть, когда он  очень высокий и широкоплечий стоит прямо, немного наклонившись вперед и методично, раскатистым баском объясняет, что-то маленькой шестилетней «Кнопке». Мне эта картина просто напоминает детскую книжку про дядю Степу милиционера .У Джокера  так приветливо сверкают глаза,  что невозможно просто без улыбки пройти и не поздороваться с ним, а девчонки сразу  же краснеют, пунцовеют и стараются побыстрее  смыться  бросая застенчивые взгляды исподлобья.  Джокер хороший преподаватель, мне очень нравятся его уроки. В силу того,  что он сам «партнер»,  подача материала в его интерпретации, как-то очень хорошо доходит до моего понимания,  и я  реально вижу,  как надо делать то или иное движение. Сегодня я специально пришел на его занятие с сеньорами, потому как «бейсик баланс»  в «румбе»,  нужно обязательно пройти с ним. Полтора часа  «основного движения», «нью-йорка», «рука в руке» и «спот поворота» разогрели все мышцы и основательно скрутили корпус.  Да, все же действительно, повторение мать учения. Немного устал, но настроение очень хорошее,  наверное потому что практически все получалось я даже сделал правильно «скользящие дверцы»- за это дело можно вообще выпить грам 100 «Hennesy»  с вкусной шоколадкой. Даже предположить не мог никогда, что   я буду сидеть  улыбаться  и жмурится, как кот на сметану, лишь только потому, что « скользящие дверцы» открылись теперь и для меня. Если бы мне kто-то сkазал пару лет назад что, я буду балдеть от выполнения фигуры танца - я бы поkрутил пальцем у висkа - честное слово. Но, ничто не вечно под луной! Воистину поставь человека на свое место, и он перевернет горы. Добавить бы еще пластики как у пятнадцатилетних ребятишек и тогда будет вообще все ОК.  Но,  как говориться:
             Мечтать не вредно! Вредно не мечтать. А еще лучше не мечтать, а быть мечтой!
             Вчера вечером встретил в кафе Марусю. Я с Пиковой дамой, за обстоятельным разговором, не спеша, попивал  ванильный «лате»,  когда, подняв  случайно глаза, увидел Марусю идущей между столиками заведения прямо в мою сторону. Красивая холодная маска, ничего не выражающий взгляд. Как всегда безуkоризненно элегантная и холеная, скользнула  незнающим взглядом по моему лицу и пошла дальше.  Ну что ж?  Kаk говорится: – «каждому свое». Так, по-моему, было написано на воротах Бухенвальда, «fur eide das saine». Я невольно посмотрел ей вслед, уходящая от моего столика чужая красивая девушkа абсолютно ничего общего не имела с той девочкой которую я знал раньше. Шесть лет мы были вместе, делили  горести и радости друг друга. Мучились от разлук, ссорились по пустякам, счастливые и довольные ездили в отпуск и вот теперь невольно встретившись, мы не замечаем, друг друга, как будто этого не было никогда.
Kаk будто все происходило не с нами! Не здесь и сейчас, а в kаkой то другой параллельной  жизни. Шелковый шнурок ассоциаций  был дернут и воспоминания сами стали выскакивать из памяти и материализоваться  вокруг меня. Они были не только о Марусе. Пока одной половиной мозга или сознания я размышлял о происходящем, вторая половина быстро и неутомимо записывала на чистом листе  памяти новые строчки ощущений  возникающих прямо из пустоты.
Стихи сами рождались из ситуации. На миг я попытался представить о чем же думает она видя меня.

Салфеткой времени стирая,
С ногтей, холеных пальцев, лак
Жеманно думаю, вздыхая,
Какой он видимо дурак!

Наивно рад нежданной встрече,
И в танце суетливых рук.
В невинном торопливом  взоре.
Пугливо прячет трепет мук.

Он все такой же, как и раньше.
Открытый взгляд, открытый слог
Влюбленный, по уши романтик
Влюбленный, по уши, «дружок».

Сидит в печали, взгляд мой ловит,
Зеленый чай лениво пьет.
Все так же предан, не лукавит.
Ах! Прямо сердце в клочья рвет! 

Я встану, и пройдусь игриво,
Чеканно ставя каблучок!
От бедер, длинными шагами,
Смотри, завидуй, дурачок.

Чем старше я, тем больше женщин.
Находят тысячи причин.
Пройти, не встретившись со мною.
И уберечь своих мужчин.

От моих губ цветущих маком.
От стрел размашистых ресниц.
От глаз с ума сводящих взглядом.
В плену, не знающем границ.

Но все ж, пройдусь упругим шагом,
Пусть полюбуется простак,
Наверное, скучал – раз взглядом,
Не оторвется он никак.

Смотри, грусти, наивный Мачо!
Не по тебе дружочек мой,
Теперь делить шальные ночи,
Делить любовь, но не со мной.

Я выпила тебя до края!
Как чашку кофе поутру
Я выпила тебя, играя!
Что б не оставить никому.

Ни ложки, ни глотка, ни капли
Все что мое – всегда со мной.
Ты слишком правильный - Романтик.
Наскучил правил мне покой.

Я молода и я красива
Мне все «с руки» и «по плечу»!
От жизни я беру игриво,
Все то, что даже не хочу.

Когда то ты был нужен - Мачо
Когда-то я ждала тебя.
Когда-то обнимала с  плачем,
Мне не дышалось без тебя. 

Когда-то! Черт возьми, – когда-то!
Прошло с тех пор немало дней.
Сгорело все в душе когда-то.
Но в сердце стало веселей.

И ни чего там не осталось,
Ни по тебе - не для тебя.
Ты вызываешь лишь усталость
Мне помнить прежнюю себя.

Мой трепет первых чувств не званных
Что все тебе пришлось отдать,
И муки близости нежданной
Безумство ревности и власть!!!

Но все! Прощай, наивный Мачо.
Грусти один иль с кем ни-будь,
Пускай преследуют удачи.
Тебя и твой нелегкий путь.

Ты был хорошею игрушкой,
Но время выбрало твой срок,
Сейчас спросить бы:- «Где же кружка?»
Найдя у Пушкина предлог.

Налить и с горя выпить разом
Или не с горя просто так
Накрыть печали медным тазом
Прощай, обманутый простак!