Публикация - изготовление средства письменности

                ПУБЛИКАЦИЯ - ЭТО ИЗГОТОВЛЕНИЕ
                ФИЗИЧЕСКОГО СРЕДСТВА ПИСЬМЕННОСТИ


        Действие любого законодательного акта в современных условиях начинается после публикации. А это значит после изготовления соответствующих физических средств письменности.
В России, например, это изготовление в типографии соответствующих экземпляров газеты наименованием "Российская газета". Каким-либо органом процедура принятия законодательного акта сводится к творчеству людей в процессе изготовления соответствующего физического средства письменности. Конечный пункт этого процесса - выражение согласия некоторого большинства в том, что соответствующее физическое средство письменности действительно отражает законодательный акт, над которым работают законодатели. Окончательно отредактированный документ - физическое средство письменности, которое устраивает необходимое большинство законодателей, считается содержащим соответствующий законодательный акт. Если законодательный акт принят, то соответствующим первичным идентичным экземплярам типографским способом изготавливаются физические средства письменности для публики. После этого законодательный акт считается действующим.
        Тем не менее, в самом средстве письменности, хотя законодатели могут считать иначе, законодательного акта нет. Средство письменности - это есть лишь физическое средство, с помощью которого пользователь в процессе работы с ним формирует в себе соответствующие установки и доктрины, ориентиры, что и есть в действительности законодательный акт, т.е. законодательный акт - это творческий продукт субъекта пользователя - физического лица. Таким образом, воображаемому нами законодательному акту соответствуют многие версии законодательных актов пользователей соответствующих физических средств письменности. Благодаря идентичности средств письменности и согласованности субъектов в действиях, у них может создаваться иллюзия того, что физические средства письменности содержат определенный законодательный акт. Не свободны от такой иллюзии оказываются и сами законодатели и правоприменители. Признаком такой иллюзии законодателей является наделение ими определенных субъектов преимуществом в толковании законодательных актов. Без толкования нет применения. Ведь в действительности у каждого свой законодательный акт. Существование первичных экземпляров не решает проблемы. В них тоже нет законодательного акта. Наделяя правом толкования определенных субъектов, в действительности этих же субъектов дискриминируют, так как они вынуждены теперь толковать запросы о толковании, также собственные ответы на запросы. Другие же субъекты, у которых есть право на запрос, также вынуждены толковать свои запросы и ответы органа преимущественного толкования законодательного акта. На эти процедуры требуются ресурсы. В преимущественном положении оказываются неуказанные субъекты в качестве имеющих преимущество в толковании. Разрешено все, что не запрещено, т.е. наделение преимуществом толкования одних не является запретом на толкование другими. В полной версии это могло быть так: одни субъекты наделяются правом толкования, а иные лишаются права толкования. Но в этом случае документ законодательного акта оказывался бы только документом для имеющих право его толкования. Естественно, законодатели на данный шаг пойти не могут. Таким образом, наделение правом толкования ограниченного числа субъектов законодателями является анахронизмом.