В деревне

Начинался знойный летний день в деревне. Сашеньку родители впервые привезли сюда. Девочке уже целых шесть лет, и она считает себя совсем большой. Всё здесь удивляет и восхищает её. Вчера наблюдала,  как бабушка принесла табуретку и села рядом с огромной коровой, которую раньше девочка видела только на картинках. Баба Тася одела белый платочек и стала чем – то вжикать рядом с коровой. Корова переминалась с ноги на ногу, протяжно мычала и хлопала длинными ресницами над огромными и печальными глазами. Потом бабушка встала и подняла ведро,  в котором пенилось что – то белое. Сашеньке сказали, что это молоко. Она пару минут не могла найти слов от удивления. В памяти девочки тут же всплыла картинка, как мама наливает из пакета прохладное молоко и оно совсем не пенится. А это почти горячее. Сашеньке протянул отец кружку с молоком. Она взяла её в руки и тут же поставила на стол. Губы её скривились, показывая всем насколько неприятно даже смотреть на это.  Папа засмеялся и выпил залпом содержимое кружки. Потом брякнул её на стол, весело подмигнул дочурке,  и сказал: «Всяк  пьёт, да не всяк крякает!» Сашенька недоверчиво посмотрела на него – не может быть, чтобы это было вкусно. А отец снова налил полную кружку и подвинул ближе к дочери. Она взяла её двумя руками и прислонила к губами. Молоко как – то само побежало в девочку. Выпив на едином дыхании, она также как отец брякнула о стол кружку, и сказала на выдохе: «Ещё!!!»  Взрослые, наблюдавшие за картинкой, захохотали весело и облегчённо.

А потом была беготня по двору за котятами. Они такие нежные, мягонькие и пушистые. Правда, иногда почему – то царапучие.
 
В доме бабушка поставила варить кисель. Сашенька заглянула под крышку и прямо расстроилась. Её любимый напиток варится в таком маленьком количестве. Голь на выдумку хитра. Девочка в два прыжка оказалась у обеденного стола, схватила буханку круглого хлеба, вернулась к кастрюле с киселём, подняла тряпочкой крышку и опустила туда хлеб. Кисель поднялся почти до краёв. Вот, теперь само то! Можно идти гулять дальше.

В это время в углу кто – то запищал. Звук шёл из коробки. Сашенька подняла тряпицу, что прикрывала коробку и даже задохнулась от нежности и восторга. В коробке копошились золотистые крошечные цыплята. Она запустила туда руку и вытащила цыплёнка. Какой же маленький. Он начал верещать что есть силы. Девочка сжимала его в кулачке и целовала в клювик. Видать цыплёнок пришёл в полный восторг от её лобызаний, и от счастья свалил головёнку набок. Да ещё и закрыл глаза от переизбытка чувств. Сашенька поперекатывала  голову цыпушки  с одной стороны кулачка на другую, а потом положила его  в коробку. Ей показалось, что желательно уйти отсюда побыстрее. Так ещё много всяких дел во дворе.

А потом пацаны позвали её сбегать на реку. Дорога до реки была долгой. Идти  так жарко, а возле реки прохладно. На самом берегу, в кустах сидит дед Михаил. Он рыбачит. И Сашенька осталась возле него. Ей нравится бегать за стрекозами. А ещё так красиво поют лягушки. Дед вскрикнул, и на берег серебристо блеснув, вылетела большая рыба. Это щука. Сашенька никогда в жизни не видела щуку. Сказку про Емелю слышала. Дед говорит: «Внучка, унеси - ка рыбу домой! Сможешь?» Девочка в восторге, кивает головой и хватает мокрую рыбу. Идти далеко, а рыба норовит выскользнуть. Вокруг такие громадные дома. Сашенька идёт между ними, через дом,  сообщая,  что помогает деду. Надо пройти ещё домов пять. И вдруг случается жуткое – щука совсем выскальзывает из слабых рук девочки, а потом всеми своими зубами впивается в подол её красивейшего платья. Сашенька догадывается, что после того как щука сжуёт платье, она примется и за неё. Слёзы градом бегут по лицу. Она никак не может освободиться от зубов кровожадной щуки. Оставшиеся два дома девочка одолевает,  оглашая всю округу воем. Из ворот к ней спешит отец. Он подхватывает  Сашеньку в одну руку, щуку в другую и они бегут к дому. Рядом с папой ничего не страшно,   думая так, просыхает от слёз напуганный ребёнок.

Дома её хотели поругать за хлеб с киселём, да передумали, видя урёванное личико проказницы. Вместо этого насыпали полную тарелку вишни. Кисло – сладкая ягодка так приятна. Только косточки совсем мелкие. Сашенька пару раз проглотила их. Не специально, так, случайно. Бабушка серьёзно говорит:
- Ты гляди,  ещё раз проглотишь и умрешь! 
Девочка кивает, набивая полный рот ягодой. И, как назло, глотает сразу несколько косточек. Она смотрит на бабушку, постепенно округляет глаза, а потом начинает выть не слабее пожарной машины.  Она падает на кровать и причитает, держась за живот, каждую минуту ожидая, что вот – вот умрёт. Взрослые бегают рядом, смеются, уговаривают. Бабушка твердит,  что просто пошутила.  Девочка успокаивается. Через минуту она уже носится во дворе, совершенно обо всём плохом забыв.

Вечером она лежит в кровати и намечает планы на завтра. Они грандиозны. Завтра они с папой начнут писать про неё. Потом закопают во дворе тетрадочку, а потом когда она совсем умрёт и снова родится, то придёт сюда другой девочкой и выкопает эту тетрадку, чтобы прочитать про себя, и про папу,  и про маму. Папа хитро улыбается, слушая философию дочери. Глаза девочки закрываются,  сон обволакивает уставшего ребёнка. Она глубоко вздыхает и засыпает.
А впереди новый день с открытиями, радостями и быстро проходящими  печалями.