Кукла

Нет, она не была Бар6и… Но прежде чем рассказать  о ней, поведаем ее предысторию.
Итак, в детстве я стра­стно мечтала иметь нас­тоящую куклу с «закрывающимися» глазами. Одна­ко наша семья жила в то время более чем скромно, и мне не могли позволить такую роскошь.
Правда, куклы у меня были, но их обычно делало мама из остатков старых платьев, лоскутков материи и ваты. Она рисовала им глаза, носы и губы химическим карандашом (чтоб дольше не стирались!) а щёки разукрашивала свекольным соком. Куклы эти мне очень нравились, и я с удовольствием играла с ними в   «дочки-матери».
Однажды зимой у нас появились новые соседи, и среди них оказалась девочка Женя, моя ровесница.
Как-то она позвала меня к себе домой и показала свои игрушки, очень дорогие и красивые. Одна­ко из всех мне понравилась большая кукла Надя с белым фарфоровым ли­цом, золотистыми локонами и сиреневым бантом на голове. Я сразу же захо­тела взять эту куклу на руки, но Женя испугалась, что я возьму её насовсем, и, схватив её,  крепко   прижала    к груди. «Не    дам! Это  моя кукла!» – сказала она.
Мне ничего не оставалось, как уйти, что я туг же и сделала. Придя домой и увидев своих кукол, я поразилась их  некрасивости: были они без волос, без ушей,  без пальцев на руках и ногах. Куклы виновато
улыбались мне фиолетовы­ми губами, словно прося прощения за их ущерб­ность.
Мне стало жаль моих верных подружек: сколько часов и дней было прове­дено в игре с ними! Я порылась в коробке из-под ботинок отчима, где лежа­ли кукольные одежды и,
выбрав те, что получше, надела на них. В ярких сине-красных сарафанах и цветастых платках, с пунцовыми свекольными   щека­ми  мои куклы всё же не могли затмить  красоты увиденной у соседки золото­волосой  красавицы с карими глазами под   длинными чёрными   ресницами,  которые плавно    закрывались, когда куклу клали на спину. С тех пор я   стала  мечтать о подобной кукле. Эта кукла не давала мне покоя.
коя, Она снилась мне даже по ночам.  Я просыпалась, и долго не могла заснуть, фантазируя о том, что бы я    делала, если б у  меня была похожая кукла. Во-первых,    я  придумала  бы ей красивое имя, например, Нонна, во-вторых, время от времени давала бы подержать её моим по­другам; в-третьих, всегда бы укладывала её   спать на ночь,   чтоб посмотреть, как закрываются её    глаза и убедиться, что она спит точно так же, как и я.
А пока я укладывала спать своих кукол, которые не закрывали нарисованный химическим карандашом глаз, смотрящих в темно­ту не мигая, спокойно и бесстрастно.
И вот однажды произошло чудо! Как-то перед Новым годом мать при­несла розовую картонную коробку, перевязанную тон­кой бечевкой. Поставив её на стол, она сказала: «А ну-ка, посмотри, дочка это тебе подарок к празднику ». Я открыла коробку и ахнула от удивления, в серебристо-жёлтом платье лежала спящая красавица-кукла. От неожиданности я растерялась, Кукла на­столько поразила и очаро­вала меня, что я не могла решиться дотронуться до нее пальцем. «Бери, бери!» — поощрила мать. И я, вытащив куклу из коробки, чуть не заплакала от ра­дости, взглянув в её открыв­шиеся огромные светло-зелёные глаза.
У куклы были каштановые косы с пышными жёлтыми бантами, крошечный носик и алый рот. Смуглые щеки блестели от наведенного на них глянца. А её руки с маленькими пальчиками и розовыми ноготками вызывали чувство умиления. Кукла была обута в светло-коричневые туфельки с блестящими металлически­ми пряжками К кружевно­му воротнику ее платья была прикреплена этикетка. «Что это?» - спросила я. А мама, лукаво улыбнув­шись, посоветовала: «Про­читай, что там написано!» Я повернула этикетку лицевой стороной  и прочла: «Варя». Оказывается, кукла уже имела имя и вовсе не Нонна, как хотела я, а Варя. Имя куклы мне не понравилось, тем не менее, я сразу же приняла ре­шение его не менять. Взяв куклу  на  руки, я  стала   тихонько покачивать ее, пов­торяя: «Варя, Варенька, Варюша!» Видно, кукле было очень приятно на моих руках: она тут же закрыла свои светло-зелёные глаза и погрузи­лась   в   безмятежный   сон.
Этим же вечером я по­знакомила Варю с другими моими куклами, сшитыми мамой.  И те очень радуш­но приняли её. Мне даже показалось, что они ласково улыбнулись ей своими фиолетовыми губами. Впоследствии я почти не расставалась с Варей. Ко­гда садилась за стол, то ставила рядом свой ма­ленький детский стульчик, на который сажала куклу, накладывала ей пищу в чайное блюдечко и кормила с ложки.
Днем мы играли в моем уголке, и  мне думалось, что   больше всех по душе пришелся   Варе   мой  любимый фланелевый   Мишка.
Мы ходили с Варей  на прогулку и в гости к моим подругам. Тогда я надевала на куклу шерстяную кофточку,  из которой   вырос­ла, и укутывала её в старый пуховый платок. Я боялась, чтоб Варя не простудилась.
Подругам моя кукла очень понравилась, и они поочередно играли с ней: я не хотела быть похожей на жадную Женю. Из го­стей мы всегда приходили с подарками: девочки да­рили Варе кто фантик из яркой конфетной обертки, кто красочную открытку, кто кусочек узенькой лен­ты.
Не брала я Варю с со­бой лишь тогда, когда ухо­дила кататься на коньках и лыжах: мне было боязно, что могу ее уронить, и тогда ей будет очень бо­льно! Мама радовалась, видя, как   бережно я обра­щаюсь с куклой, и хвалила меня:  «Молодец, дочка, что бережёшь ляльку!» И я была горда от этих  слов. Варю я любила без па­мяти, и была уверена, что не расстанусь с ней всю жизнь.
Но   однажды,   катаясь   на санках с горы, возле  речки Тьмаки,  я въехала в про­рубь, промокла  и просту­дилась.    Мама, узнав о случившемся, очень огорчилась. Она натёрла   меня нутряным  салом, дала вы­пить аспирин и, закутав, уложила в кровать, накрыв старым  овчинным  полушубком, чтоб   пропотела.  «Ма­ма! Принеси,  пожалуйста, мне Варю!»   – попросила я.   Мать принесла куклу и положила рядом со   мной. Ночью у меня начался озноб: я закутывалась с головой    в   одеяло, думая о том, что и Варе,  наверное, холодно.   Превозмогая слабость и головокружение, я встала с постели,   отыскала в шкафу  новый  мамин  пла­ток и завернула в  него куклу. После  этого я за­былась тревожным сном
К моей кроватке вскоре подошла мама и, услышав моё тяжелое дыхание решила освободить от лиш­них вещей. Среди прочих, она поспешно стащила с меня полушубок, а вместе с ним и свой новый пла­ток. Что-то глухо упало на пол и раскололось. Я очнулась от этого звука и первым делом стала ша­рить рукой, отыскивая завёрнутую в платок Варю, но не нашла. Подняв гла­за, я увидела горестное ли­цо мамы. Она держала в руках мою куклу, но без головы. На полу же валялись какие-то светло-корич­невые черепки, темные, с желтыми лентами косы Ва­ри и два светло-зеленых шарика, соединенные тонкой проволочкой – Варины «закрывающиеся» глаза.  Меня охватило страшное отчая­ние.  «А головка-то у куклы    была    глиняная»,  –  грустно произнесла мама. Но эти слова не могли мне помочь...
Взглянув в угол, я уви­дела (а может, мне только показалось) своих ста­рых кукол, удивлённо и жалостливо таращивших на меня свои фиолетовые глаза, из которых капали настоящие слёзы…




(Впервые опубликовано в октябре 1994 года в газете "Перекоп", Красноперекопск, АР Крым)


Рецензии
Жаль ребенка: она впервые в жизни столкнулась с фальшью: голова куклы из дешевой глины. Но мама могла бы ее заменить трчпочной. Это не то, но все-таки..,

Любовь Ковалева   30.09.2018 21:47     Заявить о нарушении