На кухне

   - И почему я вас всех учу. Вроде бы  самый младший в семье. Иногда  думаю, что слишком много беру на себя.
 Мы переглядываемся, и смеемся  от слов,  которые звучат из уст сына. Действительно, Саша  всех в семье обучил основам компьютерной грамоты. Находясь в потоке современной информации, мы были благодарны ему, за эту возможность.
 - Созданы нормальные условия, что бы вырос такой цветик - самоцветик, –  сравнение было наивным, но, тем не менее, принято  дочкой, женой  и Сашей, а я, произнеся эту фразу, поплелся на кухню чистить картошку.
 Раньше  у меня даже намеков не было  о работе на кухне. Ни под каким соусом.  Процесс не приносил удовлетворения. Мне было скучно заниматься приготовлением пищи. Даже, в случае если звучали похвальные отзывы. Похвалу я принимал совершенно спокойно. В памяти  всегда жила притча о французском кулинаре с тонким восприятием вкуса. Утешал себя аналогией, и это смиряло с не совсем интересной деятельностью повара. Я мужественно готовил обеды и консервации.
 - Считай. Что ты делаешь очень важное дело, - сочувствовала жена Марина.
 В паузах я занимался не очень приятным для меня сельским хозяйством.  Выходя на небольшой огород,  ковырялся  в земле, подчиняясь магическому смыслу «надо».
 Не знаю, насколько  мой долг  был  велик в этом мире. Возможно до бесконечности.. Но   всегда сопротивлялся давлению. Считал, что, освобождаясь от него,  приобретал некую свободу, независимость. Обманывался, конечно.
 Солнце на улице светит ярко и оптимистично. Уже не было,  похожих на зубную боль, встреч с сотрудниками. С ними  мне не повезло. Должности, занятые не профессионалами и опыт оппозиционного просиживания штанов был против меня. Требовательное отношение к работе вызывало раздражение и закулисную возню.
 Противостояние дошло до критического момента. И вот следствие этих отношений – в начале больница, а потом ковер.  И навсегда запомнился  определяющий разговор в высоком кабинете:
 - А вы не  боитесь оказаться за бортом?
 - Нет! Не боюсь! – скорее бездумно, чем осмысленно ответил я. Сила инерционного противоречия выплеснула слова  как автомат. Голова кружилась. Ничего удивительного после месяца на больничной койке. И сразу на ковер.
 - Может, имеет смысл подумать?
 - Скорее нет, чем да. Зачем возвращаться, если тебе не дают работать. Перевоспитать взрослых интриганов невозможно.  Что может измениться? Встаньте на мое место.
 - Мне достаточно своего. Но вы не торопитесь принимать решение.
 - Я буду увольняться..
 Меня больше не уговаривали. Отпустили, как мне казалось с миром. Святая невинность.  Все последующие дни были посвящены поиску работы.  На практике оказалось сложным   не иметь тыла, не иметь союзников. И вот я один на один с  могущественным «телефонным правом». И проигрываю по всем статьям: утром принимают на работу, а вечером, предложенные должности оказываются  занятыми. Одна, вторая, третья организации и во всех одна и та же история. Пришлось испытывать неудобства из-за отсутствия денег. Это очень неприятное состояние. Оно как ржавчина, медленно, но неуклонно разъедает уверенность  в себе. Вот тебе и независимость. Если убрать приставку «не» получится очень конкретная формулировка.  Круг замкнулся.
 «И неужели из него нет выхода?» - мне становилось не по себе.
 Не сразу, но выход нашелся: меня приняли   топографом в гидрологическую экспедицию. Вахтовый метод - достаточно сложная система работы. Зарабатываемые в сложных условиях отгулы сглаживали возникающие нравственные переживания. Но не устраняли их. Времени подумать над происходящим, было достаточно. И, возвращаясь, домой, я испытывал смешанные чувства зависимой независимости.
 Шестилетняя  дочь Валентинка лихо справлялась с сынишкой - кормила, одевала, а двухлетний бутуз безропотно подчинялся авторитету сестры.
 - Какая ты молодец! Вам, наверное,  очень трудно  бывает без меня?
 -  Только гулять очень хочется. А так мы уже привыкли. Скучаем, когда ты уезжаешь,- дочка  непосредственно озвучивала происходящую с ними жизнь.
 - А давай, ты не будешь больше уезжать. Так хорошо у нас,  когда ты дома.
 Что  мог ответить дочурке.  Да абсолютно ничего. Но я не остался равнодушным к этому разговору. Тем более он был продублирован разговором с женой:
 - Дети растут без отца. И материальные преимущества ничего не значат. Подумай над этим вопросом.
    Что там было думать. Решение пришло без особых рассуждений. И вот я  чищу картошку на кухне. И не только. Занимаюсь огородничеством. Лопата становится моим рабочим инструментом. И мысли. Это особое состояние души:
 « Что там свобода или несвобода? Зависимость или независимость? С самого рождения человек зависим от дуновения ветерка. От насморка. От укуса комара. От многих случайных закономерностей. От температуры на улице, дождя и ветра, от больших и маленьких природных процессов  и любых других обстоятельств. Можно это отнести к   космическим силам и классифицировать как влияние состояния звезд и планет и - бесконечно рассуждать на эту тему».
    Мне стало легче, когда я понял, что независимость для меня  строится на кончике языка, и рецепторы вкуса определяют свободный  выбор. Более того,  «на кончике  пера» уживается  возможность выражать свои мысли. Хочу верить, что с наступившим прозрением  полушария могут работать в согласованном и свободном режиме. А большое  количество земли на садовой лопате не будет отрицательно влиять на мое мировоззрение.


Рецензии