Поэма о расколе на Руси

Кто был  зачинщик смуты  на Руси,
И в православии Великого  раскола?
Сегодня  правда  никому  неведома.
Разбойники  всех  звали  к топору,
А Никон  Русь привёл  к  расколу.
В блестящие наряды  облачаясь,
Царём земным он возомнил себя,
Выше  царской  головы  вознёсся,
Заставил он  Россию настрадаться.

Весь  мир  давно пытается  понять,
Народ  устал  печалиться  поныне,
Как удалось, народу подневольному,
Изжить в себе безвременную дрёму,
Прийти к компьютерному буму,
И к просвещённому,   великому уму.
И под рабскими кнутами, батогами,
Музыку  услышать в птичьем  гаме,
И Великую  Россию сохранить навеки.

Потомки наши, в букваре, в псалтыри,
Видели библейские таинственные  знаки,
Как бесчисленные  бесы, гады, твари,
Из черноты озоновой  на Русь ползли,
Вслед за потопом, через горы- косогоры,
С копытами, с  бесовскими  рогами.
Осквернили землю русскую те  твари,
Те самые, что из Содома и Гоморры.

Сбываются  библейские  пророчества:
Как встарь, гудят в церквях колокола,
И в час ночной в дома  вползает тьма,
Горит тревожно  Вифлеемская  звезда,
В колоколах умолкли  языки  от страха,
И кровь у всех густеет и немеет в жилах,
Рекой  она  стекает с допетровских плах.

Чёрное  вороньё  над Русью  вьётся,
И хор звучит с церковного амвона,
Заупокойную молитву он  поёт.
И страшные пророчества сбываются. 
Но обычай сатанинский  отомрет,
И над Россией чёрный дым рассеется,
И утро ясное  над  Родиной  встаёт.

Неужели был  Богу  угоден раскол ?
Не заступник сирым и убогим  Никон,
Жесток супротив ты народа, как  тать,
Всё пышнее одежды твои и тело тучнее,
А веры всё меньше, и дела всё грешнее.
Потому, не тебе и судить попа Аввакума.
Разве это так важно, коль вера в душе,
Чтоб не 2-мя, а 3-мя перстами  крестились.
Благочестие греческое, а вера то, русская,
Пребудет и ныне и присно, вовеки веков. 

Нас крестили в купели, осеняли перстами,
И не важно, кто прав, Никон или Аввакум.
Уничтожив иконы, порубив топором образа,
Даже в пламени жги  их, а вера жива.
Как беда, так мы к Богу, а минует беда,
Нам уже не до Бога, мы справились сами?!
Сами  распри,  раскол  на Руси  учинили.
Сами веру христову свою осквернили.

Потому и живём  до сих  пор мы в расколе.
Нет ни мира в душе, ни покоя в стране.
И не царь виноват, не Господь виноват,
Это наш, непутёвый  народишко  русский, 
Выбрал  судьбу свою, веру раскольничью.
А жить надо в мире, в согласии  с собой,
А иначе, зачем эти страшные жертвы?
И мука великая, зачем нам за веру  дана?
Мы всё грешнее, а вера  Христова слабее.

Страна обнищала - война и за бедою – беда,
Не жизнь у народа, сплошная  одна  маята.
Господи, зачем попускаешь ты муки такие,
Почему не отделишь ты зёрна от плевел,
Отвращая от веры своих страстотерпцев.
А без веры страна, что семья без отца,
Рухнет она, сирота,  как без опоры изба.

На чьей стороне ты,  где  правда  твоя?
Кто милее тебе: кроткий поп Аввакум,
Или властный, жестокий  Владыка Никон?
Укажи нам,  народу, за кем нам идти,
Укрепи нашу веру, дай силы, в труде помоги,
И Рассеюшку - матушку от беды  огради…

Изневолена  расхристанная   Русь
Дыбой,  опричниной,  застенками.
А  жизнь могла  быть – благодать!
Земли - не мерено, лесов - не мерено,
И любви к Богу у людей  – не мерено,
И силушки -не мерено, да всё не впрок.
Русские способны  лишь на рывок.

Непобедимы  русские  в любой войне,
Завоевать готовы  благодатную Сибирь,
Ещё полмира, от Ливонии и до Аляски.
Но удержать  и содержать не можем мы,
Ни землю нашу, ни дома свои  в порядке,
Когда вдруг наступает мир, нам русским,
И жизнь не в жизнь, без ярма опричнины.
От безделья  наступает  пьянство и апатия.

И вера не спасает, без царя мы в голове.
Тщедушный, слабовольный, добрый  царь,
И власть огромная, вот она, бери и правь.
Вот и захотелось Никону к рукам прибрать,
Русь православную, над народом власть.
Куда хочу - туда  отправлю  рать  воевать.
Захочу - помилую, захочу - унижу и казню.
Захочу- под свою дуду плясать заставлю,
Или креститься не 2мя, а не 3мя  перстами.
Ну и что: крещение, обычаи, привычки,
А я хочу, и будет всё  по- моему на Руси.

Власть дурманит, развращает, опьяняет,
Но никого  не возвышает, не делает мудрей,
А над душами  людскими она ещё страшней.
Вот оттуда и пришло к нам  фарисейство:
В церкви крестимся 3мя, а дома 2мя перстами,
Говорим одно – а думаем  совсем   другое.
Оно бы всё бы ничего, но как  детям объяснять,
Почему в церкви - раскол, разруха  в стране.

Патриарх  Всея  Руси, Святейший  Никон,
Принёс на нашу землю зло великое – раскол,
Вот и живём в расколотой стране с той поры
Ни мира нет в стране, ни благости пред верой.
Страну не склеить  расколовшуюся  надвое,
Разве что слепить её заново, но из чего, из кого.
Ведь на Руси после Никона не осталось – ничего,
Ни веры  православной, ни совести, ни чести.

Раскол - великое народное несчастье,
Мы, русские, ни в чём не знаем  меры,
И в мире нет нигде такого беззакония,
И  власти,  более жестокой и крутой…
В России нет  сыновнего почтения,
И нет любви и жалости к праотцам,
Двуличны мы, беспечны и ленивы.
Так и остались с двоеперстием в душе.

Но нет и добродушней русского народа,
И терпеливей нашего, простого  мужика,
И в Бога истовее  нас не верует никто,
Ну не могло у нас случиться всё иначе!
Мы не могли  без революций, без Петра,
Без  Тишайшего Алексея Михайловича,
Как не могли без Никона и Аввакума.
Раскольники оберегали православие,
От Никона хранили веру дедов и отцов.

Мы не храним историю, наследие былое,
Раскольники, опричники, никониане…
В жизни, зло и добро соседствуют всегда.
Сосуществуют рядом,  лишь меняя имена:
Он был аскетом,   говорят о Никоне,
Нет! Он первый шаг  к расколу сделал,
Когда с мощами, изъятыми из монастыря,
Взял Панагию, не удержался от соблазна,
И книги монастырские  из библиотеки,
Древнейшего Соловецкого монастыря.

Все знали историю про Панагию, ценность её
А он лгал, выдавая святыню за подарок  царя.
И 10.000 он взял у Гетмана Хмельницкого,
Тайно, якобы на строительство монастыря…
Не был он аскетом: сладко ел, мягко спал,
И упивался властью, как вином, до пьяна.
Себя считал ставленником Бога на земле,
И был уверен: позовут на Патриаршество,
И не раз, и всё сделают согласно его воле.

Но одно  неоспоримо  у Патриарха Никона:
У него рядом не было  «ночной  кукушки»
(Кукушками ночными жён называли на Руси)
У царя, у бояр  были советчики, наушники:
А он, даже царя не слушал, решал всё сам.
За раскол веры  на Руси  ответ  ему  нести!
Пред совестью пред Богом, пред людьми.

Нашла коса на камень, лёд и пламень,
Царь и Патриарх - столкнулись лбами
Не о стране радели, свои обиды тешили,
И ждали, кто переупрямит,  пересилит
Чья власть выше – духовная или царская?
Вот оттуда  есть, пошла в разнос Россия,
От бунта в монастыре, до Стеньки Разина.
И не оправилась Русь поныне  от раскола.

Нет уже царицы- мироносицы, заступницы,
И некому дать мудрый  дельный совет царю…
«Наплодили непокорников – а потом казнить»
Господи, ну до чего мудрые русские жёны!
В этой фразе  сказанной  царицей про раскол,
И есть вся разгадка  двоевластия церковного, 
Смутного времени и Великого раскола Руси.
Может и не случилось столько бед в стране,
Если бы не раскол, учинённый  Никоном:

Наделённый  высшей  властью Патриаршей,
Молитвами  своими  вразумлять призванный,
Наставлять народ русский на путь истинный,
Облачённый  правом  нести  Божье  слово,
Ради неистовства  оставил Патриаршество:
И достоинство,  человеческое, христианское.
«Христиане дерутся – мусульмане радуются».
Забыл, как тяжек крест  патриаршей власти,
Даже дитя  малое, наследник,  примеряя крест,
Понял, что царская власть – тяжкий  крест.

А власть над душами людскими ещё тяжелее,
«По своей прихоти перевернул всю Россию,
А сам в тиши и сытости  остался и куражится»,
Над страной, над царём,  церковью и народом.
На 9 лет, оставил  церковь русскую вдовствовать…
Так и ушёл он, не раскаявшись, в монастырь.
Непокорный,  почернев от ненависти и злости,
А клобук, когда снимали,  звенел жемчугами...

Против любой силы могла устоять Россия,
Да вот беда какая, изнутри её ржа разъедает,
Так всегда было, есть и к несчастью, будет.
Ржа-это ненависть, предательство, воровство,
И ни одна религия не умиротворила народы,
Не спасла от гибели, не остановила войны.
Везде и всюду в мире: распри, войны и раскол,
Никогда и ничему, никого история не научила!!!

Оттуда, из церковного раскола, почти сто лет Россия шла,
Через эпоху грозного Петра, к  отмене крепостного права.
И Стеньки Разина челны, и Пугачёвские степные бунты,
И бабий век минует на Руси, когда народом правили царицы.
Из крепостных,  раскольников,  из разночинцев, декабристов,
Выросло и сгинуло в безвременьи, великое, младое  поколение:
Грибоедов, Пушкин, Лермонтов,  Белинский,  Достоевский...

Испив всю чашу горькую до дна, самодержавной царской  власти,
За 300 лет накопленную злость,  и ненависть за все несчастья,
За измывательства и бедствия, над телом и душой  народной,
За все  расплатилась  сполна, перед толпой неистовой, жестокой,
Царская семья, от мала,  до велика. И стала истина  понятной-
Посеявшие смуту и раскол, пожали  бурю – революцию 17 года.

После фильма она уже не кажется  бессмысленной и беспощадной.
Свою судьбу династия Романовых, все 300 лет, власть царскую,
Как тяжкий крест  великого греха несла  перед своим  народом.
И чашу горькую  вины  Россия,  и  беды  все  не испила до дна.
Такие нынче наступили времена, того гляди - вернётся на круги своя,
Вся ненависть слепая, беспощадная. С печалью всматриваемся мы:

Выросло  другое  поколение, и чувства добрые не пробуждает лира,   
И  пляшут отблески кровавые  в глазах у мальчиков из телевизора.
Христиане, мусульмане, веру отцов мы  позабыли, осквернили:
Живём без совести, без чести, и кто-то Русь опять зовёт на площади,
К булыжнику из мостовой,  к ружью, к погромам, к топору.
К разрухе и расколу всенародному. Ещё не поздно всё  остановить.
Российский бунт он страшный, бессмысленный и беспощадный,
Одумайтесь, спешите! не опоздать бы нам, народы и правители!