Скандалистка

На территории горбольницы хороший парк, громадные сосны, березовые аллеи, кустарники черемухи, калины. Дорожки асфальтированные, и в любое время года больные прогуливаются по парку. Недалеко от детского корпуса есть полянка, где  больные устроили кормушку для птиц и белок. Туда часто приводят детей, покормить голубей. Голуби, воробьи постоянные посетители этой столовой. Часто синицы прилетают. Они не бояться людей, и наперебой подбирают рассыпанное угощение.


А еще в этом парке много ворон. В высоких кронах сосен видны их гнезда, постоянный галдеж  с раннего утра до позднего вечера.  И есть там ворона, которая постоянно является на площадку, чтобы принять участие в пиршестве. Она садится на сосновый сук, самый нижний, прямо над площадкой и очень возмущается, ругается на голубей, такой поднимает гвалт, до хрипоты, кажется, что она вот-вот свалится от горя прямо на кормящихся птиц. Спуститься на землю ей страшно, опасается людей, а кушать очень хочется. Так и слышатся слова:


Караул! Как же я? Что вы делаете? Караул, грабят!


И когда все заканчивается, и люди расходятся, ворона слетает на площадку и долго, сердито носится по кругу, разыскивая остатки пищи.


Мне стало жалко ворону, решила покормить ее отдельно. Уселась в сторонке на пенек, подозвала ворону кусочками котлеты. Ворона прилетела, осторожно подбирая угощение, уносила подальше, засовывая  добычу в сухую траву, заталкивала клювом поглубже в ямку, и снова возвращалась за следующей порцией. Пока ворона подбирала очередной кусок, с сосны спрыгивала белка, выкапывала схоронку вороны и перепрятывала в другое место. Ничего не подозревающая ворона прятала очередной кусок котлеты в другом месте, а наблюдавшая за ней белка, тут же перепрятывала  ее заначку. Когда котлеты кончились, ворона улетела, и белка ускакала по своим делам. А я  гадала, кто же из них пообедает припрятанным? Часто  видела белку, что-то раскапывающую, под пенечками, кустиками, в сухой листве. Похоже, искала украденный у вороны запас.


А ворона все также скандалила с голубями по поводу неразделенной трапезы, как будто она была страшно голодная. Такой уж, видимо, уродилась  она «жадиной» и сварливой, одна из всей вороньей колонии.