Бездна

- Мама, что это?
- Это рояль, - устало улыбаясь, ответила темноволосая женщина с легкой сединой на висках. Однако ей было всего двадцать восемь.
- Рояль? А это вкусно?
- Нет, Абес, - нервный смех. - На нем играют.
Двенадцать лет...
- Играют? - по-детски склонил голову на бок шестнадцатилетний юноша, не отрывая взгляда от инструмента. - Странная игрушка.
- Нет, родной. - очередная улыбка через силу. - Это музыкальный инструмент. Он производит музыку.
Двенадцать лет. Боже, как она устала.
Паренек молчал. Сутулый, вдвое выше молодой матери он все также недоуменно смотрел на черную истертую и заляпанную поверхность. Хотя посторонний вряд ли различил бы в его антрацитовых глазах недоумение. Он просто-напросто ужаснулся бы и обошел его за километр. И ничего удивительного - едва ли вам будет уютно, когда вы увидите эти "зеркала души" - окосевшие глазные яблоки с не сфокусированными хрусталиками - зрелище не для слабонервных.
Абес отпустил руку матери, подошел ближе к "игрушке". Повертел головой, чтобы лучше рассмотреть. Мать бы давно удивилась такому внезапному интересу ребенка, ведь его робость и молчаливое безразличие к миру никогда не исчезало с гладкого бледного лица. Удивилась. Если бы не устала от всего этого. Смертельная хроническая усталость - от по-прежнему детского поведения подростка (она все также не желала называть это умственной отсталостью - для нее сие звучало как приговором к казни), его косоглазие - залегли серыми тенями в глубине ее собственных глаз. Последние годы мать-одиночка практически без гроша в кармане ощутила надлом в себе. Просто в один из дней в ушах раздался едва слышный предупредительный треск. Треск совпал со словами врача о неизлечимости ребенка и заглушил их, сильно надавив на перепонки. Настолько сильно, что женщина не сдержала истеричного крика, обессиленно падая на колени в до тошноты белом коридоре местной больницы. В окружении белых халатов, жутко пахнущих медицинским спиртом она осознала, что осталось совсем не долго. Еще пару лет пройдет - и останется только один из них. Либо она сорвется и добьет свой мучающийся плод, либо убьет себя.
- Мама, - повернул голову тот, кому она посвятила остаток своей жизни. - А ты мне купишь его?
Еще немного.
- Конечно, милый, - дрогнули губы в вялой фальшивой улыбке. Пальцы нашарили карту с последними инфоединицами.
Еще чуть-чуть...
Его привезли на следующий день. Старый,каким-то чудом еще не расстроенный рояль еле ввезли в съемную однокомнатную квартирку на Окраинах. Видя, как уголки рта Абеса несмело поднимаются от радости, Агата снова улыбалась. Снова на лице неаккуратной аппликацией застыло счастливое, сопереживающее выражение. Невольно хотелось стереть пятна от потеков клея, сорвать неумело прилепленную картонную маску и переделать всю выполненную работу. Только вот срывать бы пришлось с мясом. Уж больно долго это "счастье" она носит.
Сын, с трепетом подняв крышку, осматривал шахматные клавиши. С видом великого экспериментатора чуть весомо прикасался поочередно к клавишам каждой подушечкой указательного пальца, слегка прикрывая глаза и вслушиваясь в одиночный звук: белая, черная,белая, черная...
- Мама, - с небывалом аппетитом поглощая порцию соленой жирноватой жижи, по идее должной называться супом. - Ты послушаешь меня сегодня?
Прошло полтора года. Глубоким вечером они сидели при свете одной чадящей короткой свечи и ужинали. Точнее ел юноша. Мать же с отсутствующим видом водила круги ложкой, создавая маленькое подобие бури в тарелке. Через несколько часов начнется новый день. Через несколько часов Абесу должно исполниться восемнадцать.
- Мама! - женщина очнулась от вяжущих как патока, но таких же темных как чернила мыслей.
- Да-да, Абес...Да-да...

- Мама! Я тут сочинил кое-чт... Мама? - нотные письмена разлетелись по комнате, отчего-то так сейчас похожие на осенние листья.
Стул посреди полупустой комнаты и тускло-желтый свет почти зачахнувшей свечи.
Длинные красивые стройные ноги слегка покачивались подобно маятнику на уровне глаз юноши. По-прежнему косых глаз.

"...- А как мы используем эту балку, мам?
- Никак. - Агата вытерла пот со лба, убирая последний мусор после скромного ремонта. Они только въехали сюда. Только приехали в этот город. Через пару дней должно начаться обследование Абеса. - Пусть останется как есть. Лучше пойдем гулять?
- Давай"...

- Ты все-таки использовала эту балку, мама, - грустно отметил юный пианист.
_________________________
Имя парня Абес (abyss) - с англ. бездна
Инфоединицы = деньги