Совпадения, память и время

Родился в Приморском крае, на краю земли, дальше Тихий океан. Самого океана не видел и никогда больше не бывал там, где провёл четыре беспамятных месяца. Зато последние лет тридцать выбираюсь временами в приморские города на другом краю континента – Балтика ближе. Сохранилась запись июня 2010, сделанная в  Клайпеде. Перечитываю, правлю, прислушиваясь к шуму моря… нет, это дождь.

                * * *

Выйти из дома, минут десять пешком до причала, паромом перебраться на косу, узкую длинную часть суши, с двух сторон окружённую водой. Часть не такая уж узкая, с четверть часа шагать по тропе через сосновый лес, чтобы услышать рокот моря, доносящийся из-за высокого песчаного вала, тянущегося вдоль берега. Подняться по деревянным ступеням на самый верх дюны, чтобы ветер ударил в лицо и море распахнулось, покатило белые валы к берегу. К воде дойти по глубокому светлому серому песку. Песок мелкий, накалённый солнцем, жжет ноги так, что забываешь о холодном ветре. Пройти по сыпучему жару, вступить в ледяное жидкое стекло морской воды.

Рядом с городским причалом в залив впадает река Дане. Старшего внука зовут Даниил, Даня. Пока внука не было, названия не помнил – река и река.

Память – установление родственных отношений с миром.

Иду от пристани вдоль реки, спиной к заливу, до моста. Здесь реку пересекает дорога, тянущаяся вдоль береговой линии. За мостом раньше был причал с водными велосипедами: сдвоенные поплавки с сидением, педалями и вертушками с лопастями; плавсредства для речных прогулок. Однажды спускался с берега на податливый поплавок, наклонился – тяжёлые, сияющие хромом часы выскользнули из кармана куртки и канул в мутную воду не издав ни звука. Замечательно обтекаемая форма у карманных хронометров.

Время кануло в глубину. Возвращаюсь на берег Дане раз за разом. Не в поисках утраченного. Время не утрачивается, оно длится, даже когда часы в тине на дне реки.

Другой хронометр исчез ещё раньше: великолепный швейцарский инструмент, единственный недостаток которого заключался в том, что время по нему узнать было невозможно, приобретён был за импозантный вид с надеждой отремонтировать. Хронометр, память об отце, лежал в правом верхнем ящике рабочего стола, стоящего в комнате на антресолях зала БЭСМ-6. Внизу мерцали лампочки и крутились объёмные магнитные ленты, а я носил колоды перфокарт в другое помещение, где осваивал новую технику, ЕС ЭВМ. Однажды утром пришёл на работу и обнаружил, что швейцарское чудо отсутствует на месте; операторы ночной смены, любознательные ребята, забрали лишнее из моего стола.

Уже не трачу время жизни на программирование, оставил это занятие молодым и смышлёным. Новых хронометров не завожу, а наручных часов не ношу со студенческих времён.

Перебирая клавиши нетбука, экран которого чуть больше открытки, посматриваю в окно от пола до сходящейся вверху углом крыши, там треугольная часть окна. Стол вплотную к окну. За стеклом, на расстоянии вытянутой руки, волнуется под ветром зелёная крона дерева. Зелень листьев отдаёт в желтизну. Слева вижу белую фахверковую стену соседнего дома и его терракотовую черепичную крышу. Над крышей и кроной дерева распахнута светлая голубизна неба. Солнце сияет, небо такое же бледное, как и листья дерева. За чередой крыш невидимое отсюда море.

Смотрю в окно и пишу. Попусту теряю время. Лучше бы спуститься вниз на пару этажей, выйти на булыжники мостовой…

Теряя время, ищу совпадения: в номерах квартир и машин, в именах, датах, в лицах и судьбах. Планеты, числа и совпадения помогают ориентироваться во внешнем мире. Случайное совпадает, проступают образы. Распознавая образы, решаем уравнения, никем не написанные. Извлекаем корни, находим решения. Знаем и не знаем, видим и не видим, иначе говоря, живём.

Совпадаю с миром в малой его части, здесь и сейчас. Пройдёт время, перестану терять часы и забывать имена, крылатый бог Пневмопомп примет лёгкое дыхание, прозрачное облачко растворится в небесной голубизне, пополняя насыщенный раствор жизни, из которого, в положенный срок, когда время и пространство двух совпадут, упадёт капля живого кристалла, образуется новый человек, новая душа, и это снова буду я.