Черная стрела

                Окружение
            В августе 1919 года полномасштабная гражданская война перевалила Уральские горы, а  в первых числах сентября  она уже стояла у ворот Армизонья. Из ее сел и деревень по приказу Колчака в те дни призывали в Сибирскую Армию мальчишек 1900-1901годов рождения.
Из записок помощника командира полка. 30 дивизия. 3 армия РККА

    6 сентября 1919 года, когда день уже шел на убыль, в штаб полка прискакал связной с  пакетом.  Комбриг первый Иван Грязнов сообщал, что фронт нашей дивизии прорван, и предписывал нам немедленно отступать на запад, к Тоболу. Но пока комполка Василий Плотников, спешно накидывая на плечи шинель, выходил на порог дома, пока ординарец передавал ему повод от заседланного вороного  коня, дневальный  Сашка Коннов позвал командира  назад, в дом.
           -Вас к телефону, товарищ комполка!
            Василий, вернулся в дом мельника, нервно, но твердо поднял трубку со стола. 
            -Понял, - можете отходить,- сворачивайте связь! - и еще не выпуская из правой руки  телефонную трубку,  Василий крепко  выругался  и обратился ко мне – Николай Иванович, неприятельская кавалерия уже отрезала нам путь отступления на запад. Придется принимать бой здесь. На восток нам дороги тоже  нет. Там нас уже ждут. Надо продержаться до темноты, а потом уйдем на север.
            Наши батальоны спешно занимали оборону. С южной стороны наши позиции прикрывали озера. С северо-восточной болота.
                Было видно, как в мглисто мреющей степи зашевелились далекие ряды всадников.  Они шли, выстроившись в   колонну, на рысях и поэтому  быстро приближались к занятому нами селу. На  подходе всадники  рассыпались  в черные подвижные  линии, останавливались, кружа и  мерцая шашками. Их атаман не спешил давать команду для атаки. Он с помощью бинокля оценивающе осматривал наши позиции  и, не рискуя напрасно, видимо  поджидал подхода   своих артиллерийских батарей.  Наши солдаты, с   винтовками в руках   ложились   у плетней, огородов. Окапывались. На флангах и в сквозных проулках, на запасных позициях, занимали свои места  пулеметчики.
  По цепи передавали приказ
          - Без команды не стрелять!
           Патроны в этот день, как и всегда, выдавались на счет. По два десятка на бойца и  по 200 штук на один пулеметный расчет.
  И долго потом, среди меркнущей равнины слышался  глухой лошадиный топот,   раздавались крики, блестели выстрелы,  били картечью орудия, катилось и гасло в глубине  широкой равнины эхо.  Лишь ночью, огрызаясь  огнем всех приданных нашему полку пулеметов,  мы с большим трудом отодрались  от сжимающего нас с двух  сторон противника.     Нестройными  медленными цепями   полк отступил через картофельные огороды, и ушел в спасительную  темноту.  За нашими спинами занималось  зарево. Горели несколько подожженных артиллерией  сивковских  домов. 
            Под утро   полк ненадолго остановился в деревне Южно Дубровное. Надо было напоить  лошадей и      накормить голодные уставшие роты.
  В зыбкой    полутьме рассвета закончили подъезжать к домам фуражиры, перестали будоражить их хозяев.  Уже не звучали   требовательные, полные угроз голоса.
            - Нам нужен хлеб и  фураж!
           Вокруг поджильного озера догорели красные   цепочки костров.   Ротные котлы опустошены солдатами до дна.  Вернулась из ночного поиска  конная  разведка.   Привезли подтверждение нашей догадки.    Степной коридор,  образованный природой между  озерами Черное и Щучье,    повсюду перекрыт  войсками  атамана Мамаева.  Маневренность  полка теперь резко ограничена. Отступать к Тоболу  придется  кружным путем, в обход Черного озера.
        -Кривуль придется  сделать порядочный, - качали головами батальонные  среди  табачного дыма и споров на    коротком заседании полкового совета.



 







        продолжение следуетhttp://www.proza.ru/2012/06/15/230