Свет и тьма 1

                (41с)290712
               
              СВЕТ  И  ТЬМА
                Часть 1.
                «вы – боги и сыны
                Всевышнего все вы»
                (Пс.81:6).

        Глава 1.     ПУСТЫНЯ.
          Холодный январский вечер выдался пасмурным и когда автобус с группой туристов выехал из Капернаума в Иерусалим, наступили ранние зимние сумерки. Как только за окнами автобуса промелькнуло пёстрое сияние витрин курорта Тиверии, зябкая тьма, раздвигаемая яркими фарами перед лобовым стеклом, плотно прижалась к автобусу по бокам с обеих сторон .
         Сквозь густую черноту ночи, с другого берега Галилейского моря, ещё долго,щекоча любопытство, призывно мерцали крохотные бусинки огоньков далёких, загадочных городков. Светили эти огоньки из той заморской страны, которая во времена Иисуса Христа называлась страной Гергесинской.
        В бурю, преодолев крутые волны бушующего моря, приплыл туда Иисус Христос с учениками, чтобы рассказать гергесинцам о Новом Завете. Заодно, исцелить от болезней (Мф.4:23). Но гергесинцы, наслышанные о чудесах, творимых Иисусом Христом и о Его еретических проповедях,
       «увидевши Его, просили, чтобы Он отошел от пределов их» (Мф.8:34).
         Страх перед неординарностбю и ересью у гергесинцев был сильнее чувств гостеприимства, любопытства, даже, желания быть исцеленными. Это присуще не только гергесинцам. И говорил Иисус ученикам:
        «Если бы вы были от мира, то мир любил бы свое; а как вы не от мира… потому ненавидит вас мир» (Ин.15:19).
        Эти горькие слова сказаны о тех, кто несёт людям новое, не привычное, не обычное, кто, не такой, как все, кто «не от мира сего».
               
        Салон автобуса наполнен голубым светом и нежным бульканьем музыки. Закрыв глаза, усталые туристы погружаются в дорожный анабиоз на грани сна и яви. Перестав шаловливо вилять вдоль берега озера, шоссе, с решительной прямотой римского легионера, поворачивает на юг, через Иорданскую пустыню, и печальные огоньки за озером исчезают во тьме кромешной.
            Чернота ненастной ночи наглухо запечатывает окна автобуса, будто бы за окнами пустота космоса. И как сияющая комета, унесённая из пределов Вселенной в пространство безвременья, так грузная автобусная махина, врезаясь ярким светом в черное пространство ночи, мчится, грозно ревя мотором, сияя разноцветием сигнальных огней. Наполненная туристами, железная коробка салона летит, унесённая могучим мотором в бесконечный туннель, вырезанный ярким светом фар в плотной, непроглядной тьме израильской ночи. А навстречу мчится бесконечная, густо-черная, как тьма заоконная, лента шоссе, разделённая ярко-белой осевой линией. Плавно качаясь перед автобусом, эта линия, создаёт иллюзию покоя, будто бы автобус покачивается, стоя на месте. Но когда на обочине, тревожно фосфоресцируя, вспыхивает неожиданная, как метеорит, надпись по-английски «слоули» (помедленнее!), то, вслед за предупреждением, кренится на вираже полотно дороги и центробежная сила сжимает пассажиров. А световой туннель от фар автобуса, соскользнув с черного асфальта дороги, высвечивает черный, как мистический ужас, навечно застывший хаос угрюмых каменных глыб Иорданской пустыни – «Жилища демонов», как называют её арабы.
                Сегодня утром мы проезжали здесь и пустыня очаровала меня отрешенностью «от мира сего». Не знаю, есть ли более не земное место на земле, чем каменная Иорданская пустыня? Говорят, что в этой глубокой тектонической впадине, вдавленной на полкилометра ниже уровня мирового океана, как в черной сковороде летом бывает зной до шестидесяти градусов!
       И тогда недвижный раскалённый воздух содрогается от вибрирующих стонов – это плачут чёрные камни пустыни под гнётом неистового солнечного света. Нереально причудливый, гротескно зловещий ландшафт каменной пустыни искромсан вдоль и поперек глубокими черными каньонами, промытыми бурными водами Всемирного потопа. А иззубренные скалы – верх стены отвесной, – как кошмарные оскалы в высоте небесной. А гребни гор по краям каньонов вгрызаются в небо чёрными зубами.
         Нет в пустыне полутонов, полутеней. На отвесных склонах гор, бликующих в ослепительных лучах солнца, впечатаны резко-контрастные тени, с чернотой которых соперничают бездонно-черные каверны многочисленных пещер, изъязвляющих отвесные стены, как дырки на срезе голландского сыра.               
        Истерзав гранитные глыбы, за миллионы лет ветер изваял причудливые фигуры и целые комплексы таинственных замков и дворцов, похожих на заколдованные жилища свирепых арабских джиннов. Странные творения природы трудно отличить от творений рук человеческих, затерянных в том же каменном хаосе, -- мрачных руин добиблейских крепостей и допотопных городов. Тысячи лет тому назад, здесь крикливо и заполошно бурлили людские страсти: триумфы и бунты, тризны и праздники, пока города и крепости не
      «сделались развалинами и пустынею, как видите ныне» (Иер.44:16).
       Кто знает, какие древнейшие пра-народы жили здесь во времена таинственной Атлантиды? Как выглядели они? О чём эти люди мечтали и что для своих детей желали? Кто укладывал кирпичик за кирпичиком в несокрушимые стены ныне разрушенных крепостей, гордо возвышавшихся среди плодородных долин в окружении величественных скал? Тепло чьих умелых рук помнят в тысячелетних снах древние кирпичи ныне безжизненных руин? Никто об этом не узнает, ибо
        «над ними уже прошло время» (Иов.30:2).    
       
        Неспешно, неслышно, тихо-тихо прошло время на кошачьих лапках. Состарились и умерли пра-правнуки строителей этих городов, высохли полноводные реки, орошавшие эти, цветущие тогда долины, исчезли государства и народы, обитавшие здесь. Канули в небытие имена грозных царей, повелевавших этими народами, жаждавших обессмертить свои имена кровавыми войнами. Время невидимое, незаметное время, превратило в песок грозные крепости и величественные храмы, посвященные давно забытым кровожадным божествам. Стёрлись из людской памяти, развеялись вместе с пылью, горделивые названия творений рук человеческих. Развеялись вместе с наивной верой человека в то, что творения его трудолюбивых рук могут быть вечны в этом краткоживущем мире, где владычествует тихо-тихо крадущееся время, исполняющее ужасное пророчество, что
       «вся земля эта будет пустынею и ужасом» (Иер.25:11).
              *    *    *   
         Заныла поясница от неподвижности. Оторвав зачарованный взгляд от разделительной полосы, стремительно летящей навстречу автобусу, я, откинув спинку кресла, ложусь на бок, упираясь лбом в стекло окна. Сквозь заслоненное от света стекло видно, как за окном, в ночной темени, проносятся, размытые скоростью, черные призраки, похожие на ночные кошмары.
       Нет в ландшафте Иорданской пустыни величавого покоя песчаных пустынь, распахнутых ветрам и солнцу, как океанские просторы. В угрюмых теснинах причудливых скал, со времен создания мира, затаилась, окаменев в трагичных формах, миллиарднолетняя боль тектонических судорог земли.
        Будто бы специально создана Богом Иорданская пустыня для того, чтобы человек, сюда попавший, проникся горечью сознания того, как мимолетно и бессмысленно бытие. Здесь каждый остаётся один на один с беспощадными вопросами Екклесиаста, обращенными к Богу через тексты Библии.
        «Суета сует, -- сказал Екклесиаст, суета сует, -- всё суета! Что пользы человеку от всех трудов его, которыми трудится он под солнцем?» (Ек.1:2,3).
        «И сказал я в сердце моем: «и меня постигнет та же участь, как и глупого, к чему же я сделался очень мудрым?» И сказал я в сердце моем, что и это – суета; потому что мудрого не будут помнить вечно, как и глупого; в грядущие дни всё будет забыто, и увы! мудрый умирает наравне с глупым. И возненавидел я жизнь, потому что противны стали мне дела, которые делаются под солнцем; ибо все – суета и томление духа! И обратился я, чтобы внушить сердцу моему отречься от всего труда, которым я трудился под солнцем» (Ек.2:15-17,20).
       «Всё суета и томление духа, и нет от них пользы под солнцем!» (Ек.1:14).

        Не опровергала эти вопросы мудрая Библия. Но и не отвечала на них. Бог не спешил с ответом, потому что человек, возрастая, рано стало задавать «трудные вопросы», ответы на которые не способен был понять. Только через тысячу лет Иисус Христос дал в Новом Завете ответ на вопрос о смысле жизни человека. Причём, для ответа Христос использовал тексты Ветхого Завета! То есть, человечество тысячу лет держало в руках ответ и то, что оно тысячи раз читало, оно не понимало! Ибо люди
        «видя не видят, и слыша не слышат, и не разумеют» (Мф.13:13).
        Не понимают люди то, до чего не доросли разумом. И теперь, после Иисуса Христа, человечество не понимает то, что так старательно растолковал Иисус в проповедях и притчах. Тем более сейчас, когда одичавшие до скотоподобия современные люди
      «своими глазами смотрят и не видят; своими ушами слышат и не разумеют» (Мф.4:12).
        Много раз повторяются в Новом Завете эти слова, а люди, поколение за поколением, уходят из жизни земной, унося горечь в душах своих от сознания бессмысленности жизни. От понимания её краткости и никчемности тысячи лет сжимались сердца мужественных людей, читавших вопросы Екклесиаста.
      «Потому что участь сынов человеческих и участь животных – участь одна; как те умирают, так умирают и эти, и одно дыхание у всех, и нет у человека преимущества перед скотом; потому что все – суета!» (Ек.3:19).
        «Дней наших семьдесят лет, а при большей крепости восемьдесят лет; и самая лучшая пора их – труд и болезнь, ибо проходят быстро и мы летим!» (Пс.89:10).

       Так зачем даны человеку божественные чувства и мысли, которые обретает он через труды и страдания души своей? Если срок жизни человека так мал, да ещё нелепо растрачен на рутинный, тяжкий труд и убогий быт! Зачем Господь выбрал для создания и хранения разума столь недолговечный сосуд – человека? Зачем дал человеку знания и мысли, несущие в себе горечь разочарования и отторжения этой жизни?
        И несёт по жизни человек тоску и страх. Не перед смертью страх, а перед жизнью. Ибо если бытие человека кончается исчезновением его интеллекта, то жизнь его страшнее смерти своей бессмысленностью! Страшна бессмысленная жизнь, неприютлива, как безжизненная Иорданская пустыня. И как долго не было ответа на беспощадные в своей прямоте, вопросы Екклесиаста!
               
       Глава 2.   СТРАННИК.       
       Здесь, где наш автобус мчится со скоростью сто километров в час, когда-то пролегал путь от Иерихона к Галилейскому морю. Это была тропа для пешеходов и вьючных животных. И в двенадцатый год
        «правления Тиверия кесаря, когда Понтий Пилат начальствовал в Иудее» (Лк.3:1),
      шагал по этой тропе одинокий Странник – мужчина лет тридцати. По лёгкой, раскованно-непринужденной походке, по удобной одежде Его, по практичному снаряжению видно было, что долгие пешие путешествия были для Него делом привычным. Поверх льняного хитона, который летом служил верхней одеждой, а зимой нижней, на страннике был распахнутый шерстяной синдон, -- тёплая, длинная рубашка с рукавами.
        Верхняя зимняя одежда – меховая накидка – свёрнута в тугую скатку и подвешена на лямках за спиной. Удобная дорожная сумка из тонкой кожи наполнена не портящейся в пути едой – сушеными смоквами и сухарями. А на широком кожаном поясе, с пришитыми карманами для кошелька и мелких предметов, справа, в кожаных ножнах, висел короткий дорожный нож, заточенный с одной стороны, как это и должно быть у живущих на территории Римской империи. 
       По смуглому, добродушно широкому, улыбчивому лицу странника, отличающемуся от астенически тонких, узких лиц иудеев, можно было узнать в Страннике галилеянина. Разгоряченный ходьбой, Странник сбросил на шею головной платок и прохладный ветерок теребил Его пышные, слегка вьющиеся каштановые волосы. С точки зрения ортодоксального иудея, были волосы подстрижены неприлично коротко, как у эллина. И совсем по-язычески выглядела короткая курчавая бородка. Судя по этому, был Странник галилеянином, вернувшимся на благословенную Богом родину из языческой Эллады. 
        Двенадцать лет скитался Странник по свету. Бывал и так далеко, где никто не понимал Его родную арамейскую речь. Поэтому знал Странник с десяток чужеземных языков. В трудных и опасных путешествиях искал Странник сокровища перед которыми вся серебряная посуда царя Креза, самородки золота из рудников царя Соломона, жемчужины со дна Индийского океана были убогим мусором. Потому что искал странник те сокровища, о которых сказано:
       «Примите учение мое, а не серебро, лучше знание, чем отборное золото; потому что мудрость лучше жемчуга, и ничто из желаемого не сравнится с нею» (Пр.8:10,11).
        В поисках серебра удивительных учений, золотых россыпей знаний, жемчужин мудрости, стучал странник в двери дворцов и хижин. И двери открывались, потому что мудрость, живущая за любыми дверями, готова делиться знаниями, ибо знает мудрость, что знания от деления умножаются. И о знании сказано, что:
        «всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят» (Лк.11:10).
         Обрел Странник знания материалиста Демокрита, идеалиста Платона, диалектика Сократа, египетских жрецов храма Исиды, хранивших знания шумеров и атлантов. А знания атлантов – это мысли пришельцев из неземных миров…
        Но сейчас Страннику не до мыслей. Радостная пустота наполняет душу Его, пока ноги легко шагают по родной земле, по знакомой с детства дороге, ведущей в Галилею. И идти к родному дому осталось дня два, три. Привычные к путям-дорогам ноги, избавленные от мелочной опеки сознания, сами выбирая путь, широко и уверенно шагают по тропе.
       Сознание, отпущенное на волю от мелочных забот бытия, отдыхает, бездумно любуясь придорожными пейзажами. Душа странника отражается в Его больших, тёмно-карих глазах. И были они сейчас восхищенно радостны, как у ребёнка. Настоящая мудрость всегда доверчива и наивна. Ибо,
         «если не обратитесь и не будете, как дети, не войдете в Царство Небесное» (Мф.18:3).

         Глупому всегда нужны развлечения. Не видит он ничего интересного вокруг. Только мудрый смотрит на мир всегда с искренним удивлением, потому что дано ему видеть ЧУДО везде и во всем. То чудо, которое не видят прагматики, ибо мало видеть, надо ещё и понять увиденное, а потому
        «у мудрого глаза его – в голове его» (Ек.2:14).
        Странник обладал мудростью, которая видела то, что никто не видит, потому что не обращает внимание. Он мог не только сопереживать каждому, по завету:            
        «Радуйтесь с радующимися и плачте с плачущими» (Рим.12:15).
         Но и мог объяснить каждому, что чувства людей мимолётны и преходящи по сравнению с безмерно великим будущим, которое ожидает людей. Знание об этом будущем нёс в Себе обыкновенный Странник, шагавший пешком из Иерихона в Галилею. Звали Странника Иешуа Хаммашиах. Но в дальних странах привык Он к греческому имени – Иисус Христос.
                *   *   *               
         Любил Иисус людей, сопереживал их печалям и радостям. Огорчало Иисуса жестокосердие людей, неблагодарность и эгоизм. Когда каждый поймёт, как прекрасна любовь, когда каждый проникнется заветом:               
       «возлюби ближнего твоего, как самого себя» (Мф.22:39),    
     то это станет началом на земле Царства Божьего! При случайно мелькнувшей мысли об этом улыбчивое лицо Иисуса посерьёзнело, полноватые, как и у Его матери, губы, красиво очерченного рта, сложились в линию жесткую, сосредоточенную. На румяном, по-юношески свежем лице, обозначились ранние носогубные морщинки. Эта, внезапно пришедшая в голову мысль, захватила Его: он вспомнил двоюродного брата Иоанна и его страстный призыв:
      «покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное» (Мф.3:2)!
       Задумавшись, Иисус сбился с ровного, размеренного шага, пошел медленнее, потом остановился и присел в раздуми на камень. Как стрела бесполезна без лука, а лук без стрелы, так призыв Иоанна Крестителя обретёт смысл и значение тогда, когда соединится с мыслями Иисуса Христа о неразрывности человека и Бога. И понял Иисус Христос, что Царство Небесное, или Царство Божие, должно быть не где-то, а
        «на земле, как на небе» (Мф.6:10)!
        Разум людей достаточен для этого. Ещё Адаму сказал Бог о том, что Адам тоже бог (Быт.3:22). И Библия тысячи лет повторяет и повторяет людям эти слова, как завет от Бога! (Пс.81:6). А человек читает Библию и не видит эти слова. Не видит! -- потому что не понимает. Несомненно, Царство Божие на земле должно начаться с этой древней иудейской земли, на которой живёт народ подготовленный к этому религией, историей и сознанием своей избранности.

       И Иисус быстро зашагал обратно, к Иерихону, чтобы разыскать Иоанна и вместе с ним подумать над новым учением о Царстве Божием. Но, прошагав парочку стадий, Иисус понял, что горячий, непоседливый и не всегда последовательный Иоанн едва ли сможет спокойно работать с Ним над новым Учением, разрозненные части которого надо кропотливо собрать в единое целое. Суета, которая создалась вокруг Иоанна сейчас, когда он, оскорбил царя Иудеи, и этим создал себе трудности, и, тут же, дразня фарисеев, богословов и попов, увлекся крещением иудеев, -- эта суета помешает работе над новым Учением о человеке и Боге. Такое Учение Он, Иисус Христос, должен создавать один. Это Его долг перед Богом – Его Крест!
       Свернув с дороги, Иисус пошел напрямик через пустыню на запад, к высокой горе, возвышавшейся над пустыней. Захваченный мыслями, Иисус не думал: зачем Он туда идёт? Просто, нужно было поскорее найти место, чтобы быть наедине с Собой. Увидев на отвесном склоне горы пещеру, Иисус, подчиняясь внутреннему голосу, стал подниматься вверх. С каждым шагом подъем становился круче.
         Поднявшись до уровня пещеры, Иисус увидел, что в пещеру можно попасть, только пройдя по карнизу на отвесной стенке и, не задумываясь, пошел по нему. Когда карниз сузился до ширины ступни, Иисус усмехнулся и подумал о том, что здесь гости Его не будут беспокоить. Прыгнув с карниза в пещеру, Иисус оглянулся на карниз над пропастью, и понял: уйти обратно невозможно. Почему-то, Его это не испугало: было не до того. Главное, здесь Он мог спокойно работать над новым Учением для человека бога! 
               
          Глава 3.    ВЫ – БОГИ.
         Нарисовал кто-то не от большого ума картину: Иисус сидит без дела посреди пустыни в вонючих обносках бомжа. Эта не карикатура. Картина лжива по форме и содержанию, как всё то, что посвящено деятельному, целеустремлённому Иисусу Христу теми, кто что-то знал про Христа от тех, кто ничего о Нём не знал, потому, что Новый Завет не читал. Меньше, чем кто-либо знают об Иисусе Христе попы православные. Так как
         «Иисус возведён был Духом в пустыню, для искушения от диавола» (Мф.4;1).
          Возведён, а не уведён! И в пещере не скучал Он, а работал!
                *   *   *
          Довелось мне побывать в монастыре, построенном на горЕ «Сорокодневной», куда забрался Иисус, в поисках уединения. Построен монастырь из досок «вагонки». И помещения монастыря расположены повдоль карниза, по которому добирался Иисус до этой пещеры.
         Определили архитектуру монастыря материал и место. И получился монастырь похожим на идущий по стенке товарный поезд из вагончиков разных размеров. В этом длинном, извилистом монастыре, не живут. Только ветер пустыни, озорно посвистывая в щели, пронизывает заброшенные помещения, покачивая «вагончики», висящие над бездной.
         Обветшал монастырь. Опустел. Боятся люди жить в ветхих вагончиках над пропастью. Но осталась жить в этом монастыре гречанка – монахиня Георгия. Не хочет уходить отсюда, боясь потерять самое ценное для неё – одиночество. Молода и красива Георгия. Но красота её не женская. И не плотская. Даже не земная! До бестелесности тонкая, прямая, целеустремлённая, она похожа на стремительное копьё, летящее в странном, неземном пространстве.
        Кружатся вокруг неё, играя занавесками, озорные сквознячки, сбежавшие от старого, как мир, ветра пустыни. Они – друзья Георгии. Гладит она их тонкими не земными руками и делится с ними своими незездешними мыслями. Я спросил её, как она не боится ни бродяг арабов, ни бездны под ногами, ни ночного одиночества? Как спит она в скрипящем и качающемся от ветра монастыре, висящем в темноте, как гнездо ласточки? Георгия улыбнулась снисходительно и ответила на хорошем английском:
         -- Я не сплю. Здесь красиво. Спать невозможно. Я любуюсь. И плачу. От счастья. А полиция так далеко, что я её не боюсь. Боюсь жить среди чужих. А в пустыне,
        «Если Бог за нас, кто против нас?» (Рим.8:31) 
                *   *   *
           Уйдя от людей в пустыню, человек становится ближе к себе, а, значит, к Богу, ибо
         «Разве не знаете, что вы храм Божий, и Дух Божий живёт в вас?» (1Кор.3:16).
         «Бог в нас пребывает. Мы пребываем в Нём и Он в нас» (1Ин.4:12,13).
         Одиночество необходимо человеку для душевного покоя и для того, чтобы познакомиться с собой и Богом. Оно очищает душу, перебаламученую мирскими заботами и замотами до того, что всё
          «мы видим как-бы сквозь тусклое стекло, гадательно» (1Кор.13:12). 
           Только одиночество даёт возможность увидеть мир сквозь душу, очищенную от мути. Длительное одиночество необходимо тому, кому есть о чём подумать. В душе, просветлённой долгим одиночеством, происходит кристаллизация крупных, удивительных мыслей из мелких, разрозненных кристалликов, будто бы не нужных, мыслишек. До одиночества были они не понятны, потому что болтались вверх тормашками среди взвешенной мути суетных забот. Только в одиночестве происходит, через дух человека, дивное слияние души с Духом Божиим!
          «А соединяющийся с Господом есть один дух с Господом» (1Кор.6:17).
           И тогда рождаются в душе человека мысли высокие, освященные покоем, ясные и величавые, как снеговые вершины гор. Мысли о величии разума человека, мысли о Боге и человеке, о том, что
         «мы – дети Божии. А если дети, то и наследники, наследники Божии» (Рим.8:17,16),
        «мы теперь дети Божии; но ещё не открылось, что будем. Знаем только, что когда откроется, будем подобны Ему» (1Ин.3:2).
       Такие слова рождаются не в замотах мирской суеты, а в одиночестве. Сказаны эти слова нам, наследникам Бога, тем, кому предначертано обрести миры Видимый и Невидимый! Ибо сказано нам:
        «Вы боги и сыны Всевышнего – все вы!» (Пс.81:6).
        Короткая, как выстрел, всеобъемющая, как мир, эта формула объясняет не только предназначение человека, но и СМЫСЛ ЕГО ЖИЗНИ. Формула достоверна, хотя бы потому, что чудо интеллектуального развития присуще только человеку. Только! Такое исключение в животном мире – источник головной боли биологов материалистов.
       А формула эта не раз повторяется в Ветхом Завете, повторяется так многократно, будто бы Бог общается со слепоглухими, ещё и бестолковыми. Кем и являются по интеллекту попы и «учёные» образованцы. Сквозь их дубовые набалдашники даже Бог не может достучаться. Вот далеко не полный перечень текстов, где человек назван богом: Быт.3:5,22; Исх.15:11; Пс.49:1; 81:6; 85:8; 94:3; 137:1; Ин.10:34,35… итд.
        Сколько лет люди читают Библию? И ничего не видят. Не говоря о текстах, где о человеке говорится, как о потомках Бога. К примеру:
         «И буду им Отцем, и вы будете Моими сынами и дщерями, говорит Господь Вседержитель» (2Кор.6:18).
        Вся Библия посвящена развитию формулы «Вы – боги». Потому что в этой формуле смысл создания разума. Да и самой Вселенной, так как без разума любое творение Бога бессмысленно, как и понятие – Бог! И слова этой формулы относятся не к далёкому будущему, а к дню вчерашнему и дню сегодняшнему. Ибо за каждый прожитый день
         «каждый получит свою награду по своему труду. Ибо мы соработники у Бога» (1Кор.3:9).
       Мы не только боги. Мы СОРАБОТНИКИ у Бога. Его помощники и НАСЛЕДНИКИ!
         «А если дети, то и наследники, наследники Божии, сонаследники же Христу» (Рим.8:17)!
         Вчера и сегодня строим мы будущий мир, вместе с Творцом Всевышним. От каждого из нас, соработников зависит наше наследство: будет ли это радиоактивная пустыня, покрытая плёнкой нефтяной жижи, или
          «Царствие Твое… и на земле, как на небе» (Мф.6:10).
         Царство умных и добрых богов, или царство похотливо злобного зверья, гваздающегося в радиоактивной нефтяной жиже!
            
           Глава 4.    НОВЫЙ ЗАВЕТ.            
           Не замечал Иисус ни холода, ни голода и бездна у входа не страшила Его. Не до того Ему было. Он увлеченно творил, нанося отточенные в уме мысли, на дорогой иноземный пергамент. И подобно тому, как из кирпичиков складывается здание, так на пергаменте и в душе Иисуса, мысль за мыслью складывалось новое, аргументированное учение – Новый Завет человека с Богом.
       Не прежнего человека – бессловесного раба Закона и государства. А нового человека – сына Божьего, возросшего в знаниях. Не нужна ему мелочная опека ветхозаветных Законов! Исчез страх и перед Богом! Разве сын боится отца!? Свободен новый человек от подчинения начальникам и государству. Не раб он, а соработник Богу!!
        «Я уже не называю вас рабами, ибо раб не знает, что делает господин его; но Я назвал вас друзьями, потому что сказал вам всё, что слышал от Отца Моего» (Ин.15:15).
         Говорил Иисус тем, кто радостно сбросил с души путы рабства и страха. Новый Завет, это завет (договор) для нового человека – бога, соработника Бога! Вырастая из Ветхого Завета, по мере нового понимания его текстов, становилось новое Учение настолько отличным от прежнего, что бесполезно было бы объединять их вместе, добавляя к Ветхому Завету вставочками, которые так любят богословы. Всякие «заплатки», которые богословы называют преданиями, обострили бы противоречия между Заветами. Ибо               
         «никто к ветхой одежде не приставляет заплаты из небелёной ткани; ибо вновь пришитое отдерёт от старого, и дыра будет ещё хуже» (Мф.9:16).                Мало того, вступая в противоречие с Ветхим Заветом, Новый Завет разрушает устоявшиеся идеи старого! Бунтарские мысли Нового завета нельзя хранить в сосуде из ветхозаветных догм. Лопнет от свежего хмельного напора ветхозаветный сосуд! Несовместимость уничтожит оба учения. Как и
          «Не вливают также вина молодого в мехи ветхие; а иначе прорываются мехи, и вино вытекает, и мехи пропадают; но вино молодое вливают в новые мехи, и сберегается то и другое» (Мф.9:17).
          Несовместимое не совмещается, но продолжается! Новому вину – новые мехи! И Иисус улыбнулся, радуясь удачно найденным сравнениям для проповеди о Новом Завете. И тут же нахмурился. Не получится ли, что Он выступает против Ветхого Завета, -- завета от Бога, завета, в основании которого Законы Моисея и вдохновенные проповеди пророков!?
        Неужели, новые заповеди уничтожают старые!? Иисус задумался, перебирая в памяти проповеди Пророков, которые он знал наизусть. Постепенно лицо Иисуса светлело, потом морщинки у рта утонули в радостной улыбке: противоречий нет!! Многие ветхозаветные тексты не правильно поняты! А при правильном понимании их, послужат они Новому Завету, подтверждая его тезисы!
         Послужат, если понимать их не так, как понимает угрюмый, озлобленный раб, угнетенный страхом! А в радостном понимании текстов свободным человеком, видящим красоту и чувствующим счастье от жизни в мире любви! Пусть будут на своем месте ветхозаветные тексты. Вросли они в души людей и нельзя их оттуда выкорчевывать, чтобы заменять новыми.
          Не надо создавать из деда и внука, среднего мужчину. И дед и внук хороши сами по себе. Без деда не было бы внука, без Ветхого Завета не родился бы Новый! Поэтому
       «закон был для нас детоводителем ко Христу» (Гал.3:24).
               
       Мысль о ином понимании Слова Божьего, об эволюции Слова, вместе с эволюцией человека, заложена в Ветхом и в Новом Заветах! Священники, по дремучей глупости, считают, что Бог создал мир в законченном виде. Думают они о Боге, как о бездарном горшечнике, который ничего лучше привычного супового горшка создавать не научился. Не верят они тому, что Бог может ещё и не такое создать! Поэтому отрицают эволюцию – основной закон изменения всего существующего, закон, которому подвластно всё и Слово Божие! И Своё Учение о Новом Завете Иисус решил начать словами:
        «Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков; не нарушить пришел Я, но исполнить, ибо истинно говорю вам: доколе не прейдёт небо и земля, ни одна нота или ни одна черта не прейдёт из закона, пока не исполнится всё» (Мф.5:17:18).
           Любая жизнь, наследуя родительские черты, становится совершеннее. Изменение живой материи остановить нельзя. Остановка – это смерть! А стремление к совершенству – это жизнь. Над развитием мироздания трудится Всевышний. Вся Вселенная изменяется по Его законам. Изменяется и человек. И телом и разумом. И человек будущего
          «дела, которые творю Я, и он сотворит, и больше сих сотворит» (Ин.14:12)! --
          подумал Иисус. Тогда и настанет время создания следующего Нового Завета. Возрастает человек, совершенствуясь в разуме и изменяя среду в которой живёт. Возрастает человек, приближаясь к Богу, выполняя наказ Слова Божьего:               
          «будьте совершенны, как совершенен Отец ваш Небесный!» (Мф.5:48)
          А, в то же время, совершенствуется в Своем грандиозном труде Сам Создатель! Каждый творец, будь он земной или небесный, неизбежно возрастает в процессе труда. И каждый человек,
         «который обновляется в познании по образу Создавшего его» (Кол.3:10),
          совершенствуется, подобно Ему, Богу! По примеру Бога!! Но возрастание человека, приближение его к Богу, не принижает, а возвеличивает Отца Небесного, ибо каждый отец рад успехам сына! А
         «мы теперь дети Божии; но ещё не открылось, что будем. Знаем только, что, когда откроется, будем подобны Ему» (1Ин.3:2).
         Подобны? Да! Но едва ли человек станет равным Богу. Совершенствуясь в Своих делах, Господь сохраняет интеллектуальную дистанцию по отношению к человеку, возрастающему в разуме «подобно Ему» -- Богу! Человек,
         «который обновляется в познании по образу Создавшего его» (Кол.2:10),
          обновляется так же, как Бог! Но мудрый отец должен всегда оставаться недосягаемым примером мудрости для своих взрослых и умных детей. Закон эволюции один для всех. И для Бога – тоже. Когда иудеи укоряли Христа за дела, совершенные в день отдыха,
         «Иисус же говорил им: Отец Мой доныне делает, и Я делаю» (Ин.5:17).
          Работает Бог, творит! Каждый день и без выходных. При этом возрастает Сам в творчестве Своем! Вся Библия посвящена Седьмому дню сотворения мира – дню становления разума человека! Но особенно – Новый Завет. Это не тот сборник Евангелий и писем учеников Христа, которые завравшиеся попы, мороча людей, называют «Новым Заветом», уничтожив подлинный Новый Завет Христа.               
         Новый Завет, это новое Учение, новый сборник законов и правил, которые должны стать основными законами, соединяющими возрастающего человека с Богом! Так же, как сердцевина Ветхого Завета, -- это законы Моисея и книги Законов.
 
       Заканчивалась работа Иисуса над Новым Заветом. В кратких записях, на плотно исписанном большом листе пергамента, был написан весь Новый Завет. Написан очень аккуратно и предельно лаконично. Писать пространно не позволял формат пергамента. Написал его Иисус по-гречески потому, что это общий язык язык всех философов на земле.
               
        Глава  5.    ИСКУШЕНИЕ.   
        Каждое утро Иисус чертил ножом черточку на плоском камне у входа. Тридцать девять черточек. Тридцать девять ночей в пещере. Тридцать девять раз яркие звёзды пустыни, вздрагивая от холодного ветра, прокалывали острыми лучиками плотную тьму над пустыней. Отсюда, с высокой горы, казались звёзды близкими и колючими. Тридцать девять ночей под ногами Иисуса, обрываясь вниз на сотни метров, зияла беспросветная
        «тьма над бездною» (Быт.1:2),
        как тогда, когда не было ни земли, ни света, ни самого времени. Ещё в первую ночь в этой пещере видел во сне Иисус, что здесь проведёт Он сорок дней, пока не подвергнется искушению (экзамену). Ибо Он
         «возведён был Духом в пустыню, для искушения от дьявола» (Мф.4:1).
         Сегодня – срок. Наступила ночь сороковая. Роковая…
                *   *   *             
      С вечера усилился южный ветер. Протяжно и жалобно завывал он, среди угрюмых скал пустыни во тьме ненастной ночи. Страшно и тоскливо плакал чёрный ветер во тьме ночной, жалуясь на окаянную, неприкаянную долю свою – долю вечного скитальца. Горько завывал ветер, рыдая на разные голоса, как покинутая старая собака, которую, привязав в пустыне, оставили умирать за то, что уже не может она пасти овец.
         И от жалобных стенаний ветра, а, быть может, ещё от чего-то, на душе Иисуса было так тяжело и тревожно, будто бы кто-то грубо зажал Его сердце в мускулисто-жестком жестоком кулаке. В глубине пещеры, капля за каплей, наполнялась водой дорожная медная кружка. Поморщившись, Иисус залпом выпил несколько глотков минерализованной, не вкусной пещерной воды. Но неотвязное чувство голода не прошло. Раньше, увлечённый работой Иисус не думал о голоде. Но сегодня голод мешал Иисусу думать о Новом Завете.
        Вчера была съедена последняя сушеная смоква из дорожных припасов. И хотя знал Иисус, что в Его дорожной сумке пусто, хотя не раз уже прощупал Он все уголки в сумке, но голодная фантазия настойчиво воспроизводила вид маленького сморщенного плода, оставшегося в сумке не замеченным. Много спелых смокв съел Иисус во время странствий, бездумно обрывая их с ветвей придорожных смоковниц, но ни одна из них не была так желанна, как эта не зрелая, пересушенная, затёртая и вывалянная в пыли, – воображаемая смоква. Потому что Он,       
         «Постившись сорок дней и ночей, напоследок взалкал» (Мф.4:2).
          И поддавшись искушению, Иисус вывернул сумку наизнанку. Но вытряхнул оттуда только пыль со всех дорог Европы, которая слежалась в уголках сумки. Даже хлебных крошек нет. Вздохнув, Иисус сел у входа в пещеру. Разлохмаченные ветром облака зловеще кружились над головой. Бесшумные сполохи зарниц тревожно озаряли пустыню, придавая ей вид зловещий и загадочный. Начало ночи, перед сном, было любимым временем Иисуса для размышлений. Но сегодня душу заполнила тревожная пустота и мысли разбегались. Чувствуя голодную сонливость, Иисус прилёг, положив под голову сумку с пергаментом. Сладко поспать – второе по приятности занятие, когда есть очень хочется.
              *   *   *
          Проснулся Иисус среди ночи. За порогом пещеры, во тьме, так же жалобно завывал ветер. Вдруг, вход в пещеру закрыл силуэт высокого, сильного мужчины в плотно облегающей тело черной одежде, подчеркивающей рельефную мускулатуру. С появлением ночного гостя, пещера озарилась призрачно голубым светом, не имеющим источника и не дающим тени.               
       При этом необычном освещении Иисус увидел спокойное мужественное лицо ночного гостя с крупными, резкими чертами. В глубине бездонно-черных, глубоко запавших, глаз гостя, затаилась миллионнолетняя печаль разочарования во всем, что было, есть и будет в мирах Видимом и Невидимом. Лицо гостя привлекало трагической красотой и отталкивало бесстрастностью театральной маски. Это был тот, кто не подвержен человеческим чувствам! Это был идеальный Экзаменатор!! Это был Искуситель!!! Это был дьявол…
               
         Приближаясь к пещере, Искуситель, с присущим ему черным юмором, оценил сужение карниза у входа в пещеру, сравнив его с ловушкой и подумал, что в пещеру легче попасть, чем из неё выбраться. Чтобы всать на карниз, надо на него забраться, распрямить спину, ни за что не держась, наклоняясь над пропастью. Вероятно, у того, кто однажды преодолел карниз, второго такого шанса не будет. Обитателю этой пещеры предстоит выбор: либо быстро упасть с этого карниза, либо медленно умереть в пещере от голода.
       Увидев Иисуса, Искуситель почувствовал досаду: стоило ли Духу Божьему отвлекать от важных дел его, самого дьявола, для искушения человека, ослабевшего от голода, уставшего от холода, давно не мытого, в грязной, пропитанной пылью одежде? Но утруждать себя лишними вопросами дьявол не любил: работа – есть работа. Поручено – выполни и доложи!
      -- Для этого бедолаги достаточно примитивного искушения едой, -- решил Искуситель, представив, как измученный голодом человек сейчас скончается в муках от колик в животе после того, как с жадностью накинется на свежий, дрожжевой хлеб. А хлеба для этого будет достаточно. Его создаст жадность человека, а он, Искуситель, только поможет. И, указав на груду обвалившихся камней, предложил Иисусу безжалостный Искуситель:
        -- «Если Ты Сын Божий, скажи, чтобы камни сии сделались хлебами» (Мф.4:3).
          Голодная слюна заполнила рот Иисуса, когда представил Он, как сейчас, вместо этих пыльных камней, появятся горячие, душистые хлебные лепешки, покрытые хрустящей корочкой. Знал Иисус, что будет так, если искушает Его сам дьявол!
       Словами: «если Ты Сын Божий», Искуситель поставил под сомнение происхождение Иисуса, чтобы уязвить Его самолюбие. Гнев – лучшее средство для провокации дурных поступков. Но после работы над Новым Заветом, Иисус понял эти слова глубже дьявола. Каждый человек – сын Божий! Такое, несколько выспреннее обращение позабавило, но не обидело, Сына Человеческого.               
       Не для здорового и вкусного питания свежими хлебами удалился Иисус от людей в пустыню, тем более, не для того, чтобы спорить о Своей родословной. Подавив в душе соблазнительное видЕние свежих хлебов, Иисус проглотил голодную слюну, вместе с обидой на Искусителя за сомнение его в происхождении Иисуса.
       Усмехнулся Иисус. Задумчиво поковырял ногтем в зубах, будто бы выковырнул кусочек курочки после ужина. С достоинством человека, знающего себе цену, не обращающего внимание на бестактные подковырки, ответил словами из Писания:
        «Не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих» (Мф.4:4).
         Произнося слова, которые за тысячи лет обмылились, затёрлись в сознании людей тысячекратным повторением, Иисус вдруг почувствовал в этих словах более глубокий смысл: «всяким словом». Всяким! Не только Словом Писания, а любым! Ибо слова исходят от Бога и человека! И слова наук, ремесел и бытовые слова. Всякое слово – частица разума, кирпичик знания из храма Слова Божьего и знаний человека. Всякое слово нужно на своем месте! Без слов немыслимо общение и чёткое мышление! Тем более, передача знаний.
         «Ибо Господь даёт мудрость; из уст Его знания и разум! (Пр.2:6).
        Знания сближают людей, приводят человека к Богу,               
          «В котором скрыты все сокровища премудрости и ведения» (Кол.2:3).
           Всякое слово, -- хлеб насущный. И негативные слова, «всякие», нужны так же, как позитивные. Без негатива нет позитива, без плохого нет хорошего, без света – тьмы. Мир из одного света слеп, как мир из одной тьмы. Мир только из счастья безрадостен, как мир только из печали. Вечное блаженство – удел безумных. Рядом с горем радостна печаль. Пламя факела светит во мраке, а при солнце от пламени падает тень, будто бы пламя – тьма. Не бывает тень без света, ибо тень рождается при свете и от света! Нет тени во тьме! Об относительности света и тьмы известно тому, кто спросил:
           «Итак смотри: свет, который в тебе, не есть ли тьма?» (Лк.11:35).

           Неподкупен верный слуга Божий Искуситель. Послушный Богу, педантично выполняет он трудную работу, необходимую для эволюции. Эволюция не бывает без страдания. Страх перед болью и смертью совершенствуют каждый вид, род, каждое создание Божье.
         Больше всего мороки с «человеком разумным», ленивым, самодовольным, зачастую и глупым. А кого искушать Искусителю: Иова, или Меня? -- это решает Господь. Дьявол педантичный исполнитель. Не надо думать по-фарисейски, что Бог так беспомощен, что не может перевоспитать дьявола. «Добро должно быть с кулаками» говорил олимпийский чемпион Пифагор, уча математике, логике и приёмам кулачного боя…
                *   *               
        Поглощенный мыслями, Иисус и не заметил, как оказался стоящим на крыше храма в Иерусалиме (Мф.4:5). Из пугающе бездонной темноты внизу, зябко повеяло страхом высоты. Послышались тяжелые шаги. Звякнуло оружие. Освещая дорогу колеблющимся светом факела, под стеной храма, не замечая Иисуса, прошел ночной караул римской стражи.
         Отсюда, с крыши храма, рослые римские легионеры в блестящих панцирях, казались блестящими жуками. Дыхание перехватило, по спине пробежал противный холодок. Хотел Иисус сделать шаг назад, отойти от края крыши, но страх поскользнуться на крутом скате, сковал ноги судорогой. Было бы Иисусу ещё страшней, если бы знал Он, что нельзя шагнуть назад – там стена. Потому что на крыше храма стоит Его душа, а тело, объятое сном, покачивается на карнизе у входа в пещеру, на краю бездны, ожидая решения души, чтобы послушно шагнуть во тьму пропасти под пещерой.
         И сказал Искуситель Иисусу, опять же, не без примитивно раздражающей подначки: «если Ты Сын Божий». Знал Искуситель, что Иисус Сын Божий, но хотел вывести Его из терпения, чтобы гнев подтолкнул Его на необдуманный поступок.
        «если Ты Сын Божий, бросься вниз; ибо написано: «Ангелам Своим заповедает о Тебе, и на руках понесут Тебя, да не преткнёшься о камень ногою Твоею» (Мф.4:6).
        При первом искушении Иисуса Искуситель использовал примитивное противоречие между голодным телом и гордостью души человеческой. Души, которая, служа телу, всегда готова уступить желанию тела. Искушение было не трудное, но ему сопутствовали любопытные мысли. А то, что Иисус, и во время испытания, задумался над ними, это оценил Дух Божий.
       Второе искушение было сложнее: душа искушаемого вступала в противоборство с духом. Это был конфликт разума и чувства. Отказ броситься вниз с крыши храма ставил под сомнение не только то, что Иисус Сын Божий, но и слова Священного Писания, пророков и самого Бога! Логика разума подсказывала, что если предначертано Пророками «умереть на древе» в тридцать три года, то в тридцать лет есть ещё время, чтобы попрыгать. И не только с крыши.
        Но инстинктивный страх перед высотой, страх не из души, не от разума, а откуда-то глубже, из духа человеческого, протестуя против предложения Искусителя, остановил Иисуса. И подчиняясь не логике разума, а чувству, которое рождалось в духе,
        «Иисус сказал ему (дьяволу): написано так же: «не искушай Господа Бога твоего» (Мф.4:7).
                Предчувствием, инстинктом, интуицией называют подсознание, или сверхсознание. Получив одинаковую информацию, душа и дух воспринимают её по-разному. Душа и дух могут быть антагонистами. Противоборство души и духа, чувства и разума вызывает неожиданные поступки. Гордая, своевольная свобода воли, принадлежащая душе, может погубить человека, если он во-время не прислушается к внутреннему голосу своего духа. Знал Искуситель о свободе воли человека, благодаря которой человек, игнорируя подсказки Бога, меняет судьбы свою и других людей. Эта способность ставит человека наравне с Богом. Потому-то в Слове Божьем назван человек не только богом, но и «соработником» Бога!
              *   *   *               
         Едва успел Иисус справиться с лавиной, хлынувших в сознание, мыслей о разуме и интуиции, о предначертаниях судьбы и о свободе воли. Мысли захватили Его настолько, что третье искушение Иисус воспринял с раздражением и досадой. Кому нравится, когда отвлекают от интересных мыслей?
       Подумал Иисус и о том, что искушения дьявола примитивны. Ассортимент искушений устарел и похож на наивное коварство джинна из арабских сказок. А уж третье испытание дьявол, целиком заимствовал из бородатого репертуара своего арабского коллеги – джинна из кувшина. Не говорил дьявол в этот раз никаких подначек, решил сразу сразить самым сильным искушением:

         И перед Иисусом распахнулись дворцы всех царей с самыми недоступными комнатами, где были гаремы и сокровища. (Мф.4:8). За годы скитаний по разным странам, видел Иисус величественные дворцы восточных владык и торжественные выезды царей для демонстрации народу себя, своих богатств и грозной силы эскорта, увешанного оружием. Хвастали цари тем, что имели. Мудрость государственную они показать не могли: её не было у царей. И сейчас Иисус с интересом, потом со скукой и, под конец с досадой рассматривал у ног Своих
        «все царства мира и славу их» (Мф.4:8).
        Увидел Иисус эту «славу» не извне, как раньше, а, как бы, изнутри, будто бы Он был царём и гордится богатствами. Любовался Иисус дворцовыми интерьерами, созданными талантливыми мастерами. И охватывал Его гнев на обладателей этой красоты, которые присвоили себе возможность только самим любоваться плодами вдохновенного труда великих скульпторов и художников, творениями, освященными даром Божиим – талантом. Труд творцов был украден у миллионов людей и присвоен царями.   
       А потайные комнаты, хитроумно укрытые в глубоких подвалах дворцов, рассматривал Иисус с презрением. Были они наполнены сундуками с золотыми монетами и драгоценными камнями. Сколько горя и крови причинили людям эти побрякушки! А сколько мыслей, чувств и страстей бурлило вокруг каждой из этих безделушек!? Где уж было думать их обладателям о Боге!?
       «Ибо, где сокровище ваше, там будет и сердце ваше» (Мф.6:21).
        В каждом сундуке было золота столько, что можно всей семьёй роскошно прожить на эти деньги несколько жизней. А владельцы этих сундуков ночи не спят, сгорая от желания пополнять эти сундуки. А жизнь проходит так быстро! И кончится дурное накопление тем, что придёт во главе армии или толпы народа лихой разбойник, зарежет владельца сокровищ, свистнет по-разбойничьи и разбросает золото по городской площади!
         И подумал Иисус, что изо всех обладателей этих сокровищ самым умным и благородным, а, значит, угодным Богу будет тот кто разбросает или уничтожит сокровища. То-есть, разбойники и воры – самые угодные Богу люди! Богатство, не зависимо от его происхождения, если оно в руках одного человека, -- уже преступно. Оно делает человека своим рабом. Поэтому, как можно скорее,
    «что имеешь, продай и раздай нищим» (Лк.18:22)!
        Ибо
      «Не можете служить Богу и маммоне (богатству)» (Мф.6:24)!
         А так как люди не спешат выполнять эти заповеди, то первым, кого выбрал Иисус из всего человечества, был не проповедник, который избавлял от грехов, а разбойник, который избавлял от богатства.
        «И сказал ему Иисус: истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю» (Лк.23:43)
               
        Заглянул Иисус и в парадный зал дворца одного из правителей во время торжества. Уши Иисуса наполнились бравурной музыкой оркестров, песнопениями хоров, прославляющих царя и льстивыми речами придворных. А в душах придворных зрели планы: как бы отравить или зарезать правителя? Знал правитель об этом. Вырос он среди придворных и знал, о чём они думают. И ласково улыбался царь, любуясь шеями придворных: как удобно устроены они для того, что бы за них вешать! А не лучше ли рубить им головы, где таятся коварные планы?

       В недоумении оглянулся Иисус на Искусителя. Скрестив руки на груди, надменно взирал Искуситель на царства, брошенные им к ногам Иисуса. Величавым жестом показал Искуситель Иисусу: «Бери! Твоё!». И в этом театральном жесте в сочетании с пошловатым предложением, Иисусу открылась беспомощность Искусителя перед человеком богом!
          Воспитанный на догмах Ветхого Завета, не знал дьявол душу нового человека. Не прежнего человека, -- раба страха и богатства, а человека бога, -- гордого, свободного, главное – бескорыстного! Не понимал Искуситель того, что новый человек, вдохнувший хмельной ветер воли, не променяет и голодную свободу на утробно обеспеченную жизнь раба. Не станет бог рабом высокой должности и богатства! Дух свободы устоит перед рабской душой, жаждущей облечь плоть в красивую одежду, напитать её вкусной едой и усадить в позолоченную колесницу!
       «Не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего во что одеться» (Мф.6:25).
                *   *   *               
          Величайшее нравственное богатство – это бедность. Ибо
       «не бедных ли мира избрал Бог быть богатыми верою и наследниками Царствия, которое Он обещал любящим Его»? (Иак.2:5).
        Бедность избавляет человека от дорогостоящих вещей на приобретение и сохранение которых уходит человеческая жизнь. Душа бедняка свободна от забот о богатстве, поэтому бедность приближает человека к природе, к людям, к себе, а, значит, к Богу. Только бедный может выполнить обе Главные Заповеди Нового Завета: любить Бога, но не фанатично и бессмысленно, а разумом, и любить своего ближнего, тоже бога, как самого себя (Мф.22:37-39) Власть порабощает тело человека. Богатство порабощает душу, ввергнув человека в общество подлецов. Ибо только корыстолюбивые, завистливые и коварные окружают богачей. Богатство безбожно, оно лишает человека сердечного общения с людьми богами и с Богом.
      «ибо, где сокровище ваше, там будет и сердце ваше» (Мф.6:21).    

                Презрение к чинам и богатству вознаградит человека бедностью и свободой. Свободой от иерархической лестницы государственной пирамиды, порабощающей людей, раздавливающей их совесть, честь и самолюбие и воспитывающей из человека покорного раба. Каждый стоящий на ступеньках этой чудовищной пирамиды имеет над собой начальника, а то и нескольких, которые изо всех начальственных силёнок унижают подчинённого, стоящего ступенькой ниже, чтобы воспитывать из них таких же подлецов, как и они. Люди добрые и честные находятся в самой нижней части пирамиды и испытывают наибольший гнёт под которым души их размазываются в дерьмо. Но иногда происходит чудо: под большим давлением души кристаллизуются в алмазы!
        «Если ты увидишь в какой области притеснение бедному и нарушение суда и правды, то не удивляйся этому: потому что над высоким наблюдает высший, а над ним ещё высший» (Ек.5:7).
          Самые обездоленные, отторгнутые пирамидой, не имеют начальников над собой. А обеспеченные люди бедняков не замечают. Ничего от бедного не возьмёшь, а унижать его не престижно. А на грубость нарваться – запросто. Человек без должности и имущества защищен от унижений своей бедностью. Защищён он от козней Искусителя, ибо государственная пирамида под властью дьявола, который говорит:
      «ибо она (власть) предана мне и я, кому хочу даю её» (Лк.4:7).
       Дух человека во власти Бога. Но душа во власти человека и плоть (душа и тело) человека, принадлежит государству и, по «вертикали власти», находится в распоряжении дьявола. Поэтому христианские общины должны быть вне государственной пирамиды. Главный враг для христианства – государство, а главная приманка дьявола – богатство, которое, уводя от Бога, затягивает человека в сети дьявола,
        «ибо корень всех зол есть сребролюбие» (1Тим.6:10).
        «Не можете служить Богу и маммоне» (Мф.6:24)!
          Маммона – языческий бог богатства. Это главный враг христианства, препятствующий созданию «Царства Божьего на земле, как на небе»! Выбор между маммоной и Богом принадлежит душе. Для этого есть у человека свобода воли…

        Задумался Иисус, а Искуситель, решив, что Иисус потерял дар речи от восхищения увиденным, продолжал искушать Его:
        «тебе дам власть над всеми сими царствами и славу их, ибо она предана мне, и я, кому хочу даю её»! (Лк.4:6).
           Каждый начальник раб вышестоящего. И царь тоже начальник и раб дьявола, ибо сказано дьяволом:
          «власть… предана мне и я, кому хочу даю её» (Лк.4:6).
          Если бы такое предложение получил Иисус на путях-дорогах Своих дальних странствий, рассмеялся бы Иисус над предложением стать рабом, хотя бы, в царском чине. Но сейчас, из уважения к Духу Божьему, пославшему к Нему Искусителя, ответил Иисус рассудительно и с достоинством:
         «Никто не может служить двум господам; ибо одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом не радеть» (Мф.6:24).
        Корректно ответил Иисус дьяволу, зная, что слушает Его не только Искуситель, но и Дух Божий. Но видя перед собой надменно равнодушное лицо Искусителя, не сдержался Иисус, выкрикнул в невозмутимую физиономию дьявола:
         «Отойди от меня сатана; ибо написано: «Господу Богу твоему поклоняйся и ему одному служи!» (Мф.4:10).
         Ему одному! А не плеяде вышестоящих начальств из дьявльской пирамиды! Не может христианин служить Богу и дьяволу! Не место христианину в государстве! Тот, кто служит государству, тот служит дьяволу! Никакая церковь, тем более, под золотыми куполами не спасёт его. Золото – это металл дьявола.
               
        Глава 6.   РАБЫ.               
        Лицо Искусителя осталось невозмутимым. Но в душе он был потрясен. Понадобилось всё его самообладание, чтобы сохранить маску спокойной бесстрастности, которой он так гордился. Но непрошенная хмурь медленно наползала на его надменное чело. Самолюбие дьявола было больно уязвлено.
       Ещё бы! Цари земные заискивали перед ним, дьяволом! К нему, Искусителю, ведут все запутанные иерархические лесенки власти, обильно политые кровью (Лк.4:6). Даже мудрый Соломон не понимал, что он раб двух господ! Раб царского чина и богатства. Не понимая своего рабского положения, написал он в «Притчах», что
      «имущество богатого – крепкий город его, беда для бедных – скудость их» (Пр.10:15).
        Прозрение пришло к Соломону позже. Вместе с любовью к Суламите, когда дух его соединился с Духом Божьим. Когда забыл Соломон про царство и богатство, поняв, как суетно и ничтожно всё рядом с любовью. Но писать о новых мудрых мыслях он не мог.  Мудрых мыслей не осталось! Он мог думать только о Суламите! И написал очаровательную «Песнь Песней».
       А кто такой Иисус Христос!? Бродяжка, без ассария за душой!! Как смеет Он так неуважительно разговаривать с ним – Искусителем! С тем, с кем Бог общается доверительно, советуясь с ним, принимая его с почётом в первую очередь и поручая столь деликатные дела, с которыми не справиться сонму сонных ангелов! (Иов.1:7-12).   
        Но, подумав, вздохнул дьявол: Иисус – смеет! Именно потому, что нет у Него ни гроша за душой, ни желания властвовать, унижая других. Нет у Иисуса ничего из того, что делает человека рабом. Тот, кто плюёт на власть и богатство, тот свободней и богаче всех владык мира! Ибо свободен тот, кто никому ничего не должен, а богат не тот у кого много, а тот, кому достаточно!
        Иисус Христос – первый Сын Человеческий, который поставил Себя вне иерархической лестницы, отвергнув искушение властью и богатством. А за Ним придут другие, такие же боги, независимые и свободные, как Иисус. Не будет у них зависимости от дьявола. А как и чем искушать тех, для кого смешны власть и богатство!               
        И с ужасом понял дьявол, что близок конец его могущества на службе у Бога. От Иисуса Христа начинается Новая Эра возрастания человечества, Эра Нового Завета. Ветхозаветные кумиры: власть и богатство, -- тысячи лет державшие в рабстве народы, уступят место в душах людей разуму и любви!
          Но почему Бог, не предупредил его, дьявола, что пора ему на заслуженный отдых? Его, дьявола, без которого Бог ни одного вопроса не решает, когда дело касается людей? Но! Богу известно будущее мира! Он ни о чём и ни о ком не забывает… а значит?… и огонёк надежды вспыхнул в ледяной душе дьявола, разгораясь радостным фейерверком понимания: значит, долго ещё понадобится Богу изобретательность дьявола! Не понимает человек великий дар Бога – свободу воли! Применяет её по прихотям глупой души. Ещё при царе Давиде прямо в лоб было сказано:
        «вы – боги и сыны Всевышнего все вы» (Пс.81:6).
        А где они, боги? Где сыны и дщери Божии? Кто чувствует себя богом? Кто гордо говорит об этом? Продают люди почёт от Бога, за чечевичную похлёбку раба (Быт.25:34). Продадут и свободу за сытное содержание в тёплом стойле. Нет! Люди не рабы. Люди – скоты! И ёжатся они в страхе, почуяв свежий ветер свободы!
          Один Иисус Христос заявляет о том, что Он бог. И со звериной жестокостью покарают люди Его за эти страшные для них слова. Но они написаны в Библии пророками, они от Бога! (Ин.10:33-38). Тысячи лет люди их читают и не видят, потому что не хотят, боятся их увидеть и понять! Кто поверит Новому Учению Иисуса Христа, хотя написано оно со слов Бога? И кто верит Слову Бога!!? Люди верят чёрной кошке, колдунам, попам, но не Богу!! Что с того, что люди верят в Бога? Ведь,
        «и бесы веруют и трепещут» (Иак.2:19)?!
         Люди не верят Богу! Моим словам верят, а словам Бога – нет!! Как это оскорбительно для Бога! Несмотря на категоричный запрет Бога, люди будут поклоняться раскрашенным доскам икон, поясочкам с помойки, грязной простынке со следами менструации, деревянным и каменным идолам! Разве люди
        «обратились к Богу от идолов, чтобы служить Богу живому и истинному»? (1Фес.1:9).      
        Из страха перед могуществом Бога, люди, как лукавые рабы, делают вид, будто бы служат Богу, а в душе пресмыкаются только перед Золотым Тельцом – символом дьявола! Убивает брат брата во имя Золотого Тельца! (Исх.32:4-28) И всю жизнь люди будут карабкаться к вершине пирамиды, оскальзываясь на её кровавых ступеньках и еще не одно столетие продержится на земле рабство душ человеческих, поклоняющихся моим кумирам: власти и золоту. Тысячи лет будет человечество славить Иисуса Христа, а служить дьяволу!
         Если человек Иисус Христос с интересом изучал людей тридцать лет, то я, Искуситель, тридцать тысячелетий знаю их. Причём, с самой подлой стороны! Знаю об удивительной способности людей губить на корню любую прекрасную идею, как социальную, так и религиозную. Не запретами, а созданием (для идеи же!) учреждений с многоступенчатыми иерархическими лестницами, за каждую ступеньку которых будут грызть горло друг другу миллионы властолюбивых и корыстолюбивых служителей дьявола.
        Пирамида религиозной бюрократии способна не только раздавить пророков, --  основателей религии, но и извратить саму прекрасную идею, поставив её на службу религиозным чиновникам. Уж они-то позаботятся, чтобы давала эта религия максимальную прибыль!
       Идею Христа о равенстве людей в такой пирамиде превратят в чинопочитание с низкопоклонством; веру от разума и знаний – в фанатизм и зомбирование; раскаяние (покаяние) из душевного страдания -- в формальный обряд исповеди; общение с Духом Божьим – в облизывание поповской лапы, а веру в Бога – в обрядоверие!
        А если человечество само не додумается до «аутодафе» для умных мужчин и красивых женщин, то я, дьявол, подскажу садистам в рясах эту горячую «любовь к ближнему». А богатые и сами придумают заочное прощение грехов за умеренную плату. Так что, можно быть уверенным в том, что Сын Божий будет проповедовать долго, страстно но… напрасно. И приведут Его проповеди человечество не в «Царство Божие на земле, как на небе», а к безбожной пирамиде православия!
        От мыслишки такой шухерной закатился сардоническим хохотом дьявол. Как громовые раскаты, гулко и жутко громыхнули под сводами пещеры раскаты его торжествующего хохота. А быть может, это был первый гром весенней грозы? Затихает хохот, удаляясь. Не сходя с места, исчезает Искуситель, трансформируясь из трёхмерного пространства мира Видимого в мир Невидимый, четырёхмерный. Исчезает с дьяволом свет, не дающий тени.
       «И окончив всё искушение, дьявол отошел от Него до времени» (Лк.4:13).
            «До времени!» До того времени, когда рядом с государственной пирамидой вознесётся до небес пирамида ортодоксальной православной церкви, увенчанной золотом, которая уничтожит Учение Христа, раздавит его самоотверженных последователей. А кто возглавит эту питамиду? Правильно! Дьявол! Ибо Бог везде, кроме раззолоченных шалманов православной церкви. Золото – любимый металл дьявола. Поэтому
      «Всевышний не в рукотворенных храмах живёт» (Дея.7:48).
 
                *   *   *
          Насаждая византийское православие, сжег Петр Первый апологетов старой веры, вместе с протопопом Аввакуумом. Сжег ещё и двадцать тысяч староверов. Кроме десятков тысяч тех, кто был казнён другими способами. Как жалко выглядит рядом с размахом кровавого российского православия благообразная европейская инквизиция!
        Алкаши собранные Петром по кабакам и притонам Европы, растапливали камин бумагами из библиотеки Аввакуума. Читать эта сволочь, «птенцы петровы» не умели. Умели эти пакостники только заражать крепостных девок венерическими болезнями. Так же, как сифилитик и безмозглый алкаш Петр Первый, заразивший всех придворных дам. Разве достойна Россия более нравственных и умных царей, чем Пётр и жена его из солдатского борделя? А среди бумаг Аввакуума были и переводы Учения Иисуса Христа на русский язык.
        Но, вот, большой кусок телячьей кожи, плотно испещренный значками древнего греческого письма, кого-то заинтересовал. И не специалистам было видно, что это древний манускрипт на пергаменте. Любитель раритетов, Пётр, послал за патриархом Никоном – прочитать манускрипт. Стоило Никону прочитать несколько текстов, как Петра задёргало от ярости! Выхватил он пергамент из рук Никона и со словами: «Антихристы! Бунтари!! Я покажу рабам свободу!», -- швырнул пергамент в пылающий камин.
        Так погиб автограф Иисуса Христа, «Новый Завет», который два года нёс на Русь Андрей Первозванный за тысячу лет до того, как князь Владимир, вместе с сифилисом, заразил Русь языческим православием. Христианская вера «нестяжателей» (позже староверов) была уничтожена православной церковью, которая, как публичная девка, доднесь служит тем, кто ей платит. Царям, генсекам, президентам. Но, конечно, в первую очередь, -- дьяволу.
        Об этом и сказано в словах: «до времени». Поэтому так злорадно хохотал в пещере дьявол, покидая Иисуса Христа. В отличие от Бога, не дано дьяволу видеть будущее. Зато умеет он предполагать с большой степенью вероятности…
 
        Глава 7.    РАБСТВО.         
       Остался Иисус один в полной темноте. По-прежнему жалобно стонал ветер и зловеще клубились низкие облака за порогом пещеры. По-прежнему размеренно, как метроном, булькала вода, капля за каплей наполняя кружку. Всё было по-прежнему. Но что-то изменилось. Новый Завет! Теперь он обрёл законченную форму. Чёткие колонки текстов Новых Законов и мыслей дополнились новыми идеями, которые родились при искушении.
        Пока они ещё в голове Иисуса, но есть место и утром Он запишет их в манускрипт. И станут они текстами Нового Завета. Теперь новое Учение открылось Иисусу в законченном и притягательном для людей виде. Осталось переписать его с греческого на языки Иудеи и объявить их всем людям. И каждый человек придёт через Его Учение к Богу, ведомый
          «всем сердцем, душою и разумением своим» (Мф.22:37).
          Был уверен Иисус, что поймут люди Новый Завет, радостно соединятся с духовной частью Бога, обретя контакт с Духом Божьим.
       «А соединяющийся с Господом есть один дух с Господом» (1Кор.6:17).
       Слово «дух» с маленькой буквы, потому что это дух человека в Боге! Это так просто: счастье людей в «Царстве Божьем на земле, как на небе»! Было бы желание,
       «Ибо царствие Божие не пища и питие, но праведность и мир и радость во Святом Духе» (Рим.14:17)!
                *   *   *               
         Рабство отвратительно. Но свободна душа раба, даже если тело заковано в цепи! В мечтах, раз за разом, убивает раб хозяина, сжигает ненавистный дом и поле. Пылает в душе раба неугасимая ненависть. И ищет разум раба путь к свободе и мести. Могущественен Рим, нет врагов у него. Но ещё одно восстание Спартака и рухнет империя! Страшен раб со свободной душой, раб, сокрушающий империи!
        Но бывают рабы не страшные. Но мерзкие. Это рабы не тела, а души, закабалённой собственностью. Такой раб принадлежит своему хозяину не только телом, но и душой. Хозяин раба – его собственность. Эти рабы
         «порабощены вещественным началам мира» (Гал.4:3).
          Такой раб не сбежит. Он прикован к своей собственности цепями скаредности, которые не перепилить напильником. Такого раба не надо погонять бичем – он сам себя изнурит работой. Такому рабу не нужна охрана, он сам сбережет дом и поле и на это выжмет из себя последние соки. Этот раб истязает не только свое тело, но и душу, отравляя её миазмами зависти к чужому богатству, разлагая стяжательством. И мечты раба собственности не о свободе, а о том, чтобы самому стать рабовладельцем, закабалив других, увеличив рабство во всём мире.
         И чем больше становится собственность раба, тем прочнее цепи, которыми прикована его душа. Таких рабов в Риме не боятся. Их презирают. Это средний класс Римской империи – плебс. Их презирают. И не только воины и патриции, но и рабы патрициев. И в театрах и цирках плебс сидит отдельно. Но придёт время и люди,
      «познавши Бога, или лучше, получившие познание от Бога» (Гал.4:9)
         сбросят с тел и душ своих цепи рабства и скажут себе и друг другу:
         «ты уже не раб, но сын; а если сын, то и наследник Божий!» (Гал.4:7).
          Перестав пресмыкаться перед идолом Золотого Тельца, обретёт человек чувство равенства и братства, которое даст отсутствие собственности и разумная любовь к Отцу Всевышнему, которого видим мы в разных формах творчества Его. От мироздания и до бабочки.
                *   *   *
         Долго не мог уснуть Иисус после искушения. Перебирал в памяти Свои ответы и чувствовал досаду: мог бы ответить получше, если бы другие мысли не мешали. А в ущельях пустыни, как в оркестре из гигантских труб, пел песню, древнюю, как мир, тёплый южный ветер, несущий, вместе с весенним теплом, волнующие душу запахи дальних дорог в африканских странах.
       И казалось Иисусу, что в протяжной песне южного ветра звучит торжественный гимн новому человеку – человеку свободному от всех видов рабства – человеку богу! Вот и посветлел кусочек неба, видимый через вход в пещеру. Рассвет близится. А Иисус всё не может уснуть. Или от песни весеннего ветра, или от волнений прошедшего искушения. И ветер стих. И стемнело. Пошел дождь. Под монотонный шум дождя, в наступившей темноте, погрузился Иисус в причудливый мир сновидений.
               
       Глава 6.    РАДУГА.
       Иисус проснулся и… засмеялся. Засмеялся от счастья, переполняющего душу. Заполошное счастье ворвавалось в пещеру с потоком солнечного света, закружилось у входа с залетевшим сюда шаловливым весенним ветерком, пахнущим утренней синевой.
       «Блажен человек, который переносит искушение, потому что, быв испытан, он получит венец жизни» (Иак.1:12).
        Мысль о том, что, вместе с окончанием Нового Завета, закончилось и Его заточение в этой пещере, как катапульта подбросила Иисуса. Неожиданно легко Он вскочил на ноги. Исхудавшее тело было лёгким, как у птицы. Захотелось лететь, раскинув крылья, парить над пустыней, купаясь в золотых лучах утреннего солнца. Подойдя к выходу из пещеры, Иисус с удовольствием потянулся, избавляясь от чувства залежалости мышц из-за неудобства каменного ложа и… ахнул, радостно удивившись разноцветию радуги, круто изогнувшейся перед пещерой.
          На тёмно-фиолетовом фоне свинцово-угрюмых грозовых туч, невесомо повиснув над землей, взметнулось в небо феерическое великолепие разноцветной дуги из самых чистых и ярких красок, какие могут быть только на небе. Светло и торжественно сияла великолепная радуга, как ликующая триумфальная арка, созданная из света в честь победы любви и радости. И казалось Иисусу, что зовет она к себе, зовёт, ободряя: «Ну, иди же! Не бойся!»
        Препоясовшись, схватив сумку с драгоценным пергаментом, набросив платок на шею, не оглядываясь на другие вещи и одежду, Иисус вышел из пещеры, забрался и уверенно выпрямился на узком карнизе у входа. По-весеннему тёплый сильный южный ветер, ласково поддерживал Иисуса, мягкими невидимыми ладонями прижимая к отвесной стене. «Иди, иди…» -- пели тугие струи ветра.
        И Иисус, привыкший повиноваться голосу духа, осторожно пошел, опираясь спиной на отвесную стену, прижимая к груди сумку с драгоценным пергаментом Нового Завета. Шаг… еще шаг… а ласковый ветер дует и дует, бережно поддерживая Его. Иисус несёт людям свет нового Учения! Шаг. Ещё шаг. И нет страха перед бездной! Он принесёт людям Новый Завет!! Как бы ни противились этому дьявол и вся церковная свора! А карниз становится чуть шире. Ещё шаг. Ещё…
         

           Конец части 1.          (41с) 040612


Рецензии
Александр, к сожалению, нет сейчас возможности вчитаться и вдуматься в этот ИНТЕРЕСНЫЙ текст, но то, что он, несомненно, заслуживает внимания, мне уже понятно после знакомства с 1-й частью повести. Постараюсь в ближайшие 2-3 дня прочитать обе части. Спасибо, что-то в душе затрепетало, хоть не могу назвать себя по-настоящему верующей, атеистическое прошлое и воспитание не позволяют.
До встречи,
Наталья.

Ната Алексеева   11.09.2012 12:19     Заявить о нарушении
Доброй ночи, Александр! К сожалению, не знаю Вашего отчества...
Прочитала внимательно и вдумчиво 1-ю часть повести и могу сказать, что многое для меня стало настоящим откровением. Но появились и вопросы, с которыми хотелось бы разобраться. Поэтому с Вашего позволения, продолжу чтение. Извините, что не получается быстро - много обязательств перед "избранными" на сайте, приходится отвлекаться всё время на переписку, иное чтение и даже споры.
Спасибо Вам за Ваши труды праведные...
До новых встреч!
С уважением,
Наталья.

Ната Алексеева   23.09.2012 00:41   Заявить о нарушении