Рожденный летать

Авторская версия очерка "Рождённый летать. Мюллер, Покрышкин и воздушные дуэли"// Машины и механизмы. – 2008. - №7. – С.77-85.    

Шеф  Гестапо группенфюрер СС  Генрих Мюллер внешне был совершенно не похож на  актера Леонида Броневого,  мастерски сыгравшего  роль в культовом сериале «Семнадцать мгновений весны».   У него было жесткое  волевое лицо с правильными чертами, серые стальные  глаза с острым внимательным взглядом и крепкая фигура. Он раньше и лучше, чем кто-либо в рейхе, понял, что война Германией  проиграна, а в 1944 году, когда это понимали уже все, в частном разговоре со своей знакомой  после обсуждения безрадостных вестей с восточного фронта  заметил: “Побеждают лучшие”. На ее вопрос, значит ли это, что русские и есть  лучшие, спокойно ответил: “Да. Они лучшие. Жаль, что Вы не видели в альбоме Абвера фотографии их лучшего истребителя Покрышкина. У нас таких летчиков нет”.
 
     Мюллер знал,  о чем говорил: в годы Первой мировой войны он был летчиком-асом, за налет на Париж был награжден высшей воинской наградой - Железным крестом I степени. О делах авиации он знал не понаслышке. И дела эти были не веселые. Мюллер был совершенно согласен с Геббельсом, который в конце войны  писал в своем дневнике о том, что германские ВВС (люфтваффе) практически прекратили сопротивление, их руководство разложилось, воли к  борьбе нет. «Люфтваффе – позор нации!» - эмоционально восклицает Геббельс, и мы согласимся с ним. В 1945 году у германских  военно-воздушных сил еще было достаточно самолетов, но уже некому было на них воевать. Основной костяк был выбит в тяжелых воздушных боях на восточном фронте в первые три года войны, и равноценной замены ему не было. То, как воевали «белокурые бестии» в канун капитуляции фашистской Германии, хорошо иллюстрирует следующий пример:  в апреле сорок пятого в небе Берлина заместитель командира Проскуровского имени Александра Невского авиаполка воздушных охотников дважды Герой  Советского Союза гвардии капитан Кожедуб в паре со своим ведомым  Дмитрием Титаренко  разогнали группу из  сорока (!) истребителей «Фокке-Вульф-190» словно стаю ворон,  сбив трех из них.  И этому уже никто не удивлялся: заметив в небе красноносые «Ла-7» полка свободной воздушной охоты, немецкие летчики спешили поскорее унести ноги. В этом бою Кожедуб довел свой личный счет до 62 сбитых самолетов противника. Официально он считается самым результативным советским истребителем Второй мировой войны.
                В списке советских  асов-истребителей множество имен.  По количеству официально засчитанных побед  четыре первые позиции в нем  занимают Иван Кожедуб, Александр Покрышкин, Николай Гулаев и Григорий Речкалов, но только о приближении Покрышкина  немецкие наблюдатели предупреждали своих летчиков тревожным сообщением: «Achtung! Pokryschkin ist in der Luft!» - “Внимание! Покрышкин в воздухе!”. Куда только девались арийские сдержанность и хладнокровие, когда произносились эти слова! Ужас и паника – вот что слышалось в сообщениях  о появлении  Покрышкина. Никому не надо было объяснять, кто это. Всем было понятно, что появление в воздухе группы «аэрокобр» в боевом порядке в форме  эшелонированной по высоте этажерки,  лично разработанной советским истребителем номер один,  не сулит немцам ничего хорошего.  Самое благоразумное – убраться восвояси, иногда даже в суматохе сбросив бомбы на собственные  войска. Так они и поступали. По свидетельствам однополчан Покрышкина когда к концу войны кто-то  вылетал на его «кобре» с бортовым номером 100, то он просто  не мог найти противника. Услышав «Ахтунг! Покрышкин!», гордые асы люфтваффе  разлетались кто куда. О том, чтобы сбить Покрышкина, не могло быть и речи, само поражение от него считалось почетным.

       В марте 1945 года был сбит немецкий ас Бруно Ворм, командир истребительной части, награжденный Железным крестом за девять сбитых американских «летающих крепостей». Но тут не западный фронт, первая же встреча с  русскими истребителями закончилась для  гауптмана Ворма плачевно. Его сбили мастерски, красиво, не оставив никаких шансов на спасение, в первом же боевом вылете. Самолюбие немецкого аса было ущемлено, но он знал, что его группа нарвалась на истребителей  дивизии Покрышкина.  «Меня мог сбить только Покрышкин», -  говорил  летчик, когда его привели на допрос. Только это обстоятельство примиряло его с обидным поражением. Но Ворма разочаровали: его сбил самый молодой летчик 9-й гвардейской  авиадивизии — 19-летний Юрий Гольберг! Более того, Ворм – его первый сбитый.  Немец подавлен. Гольберг - недавний выпускник летной школы, он имеет еще очень незначительный боевой опыт, но зато он прошел «академию Покрышкина», а этого достаточно, чтобы побеждать опытных немецких асов.

      Академией Покрышкина или конструкторским бюро называли землянку, увешанную схемами и чертежами воздушного боя. Здесь Александр Иванович учил молодежь разработанной им самим тактике воздушного боя.   Молодые летчики должны были быстро решать поставленные им задачи при помощи полетных карт, моделей самолетов. На специальном тренажере  учились стрелять. Покрышкин учил стрелять энергично и метко: «В бою враг не будет ждать, пока ты прицелишься!». Через «академию Покрышкина» прошли асы второй волны, которым пришлось воевать на «аэрокобре». Несколько десятков из них были подготовлены Покрышкиным лично. Тридцать из них стали Героями Советского Союза,  в их числе   прославленный ас Георгий Голубев, которого Покрышкин выбрал на роль своего ведомого и не ошибся: в напряженном бою ведомый однажды спас своего ведущего и командира, подставив машину под пулеметную очередь мессершмитта. После войны Голубев написал книгу воспоминаний «В паре с сотым». Но любимым его учеником и самым близким личным другом стал дважды Герой Александр Клубов.  Этот отважный истребитель,  великолепный мастер воздушного боя, сбивший лично и  в группе  более сорока самолетов противника,  погиб в результате трагической случайности при учебном полете на истребителе Ла-7. Погиб не только из-за отказа матчасти, но и по вине командира полка  Г. Речкалова,  проявившего безответственность при организации учебных полетов в тот день. До конца жизни Покрышкин не мог простить дважды Герою Советского Союза генерал-майору авиации Речкалову гибель своего друга.  

      Воевавшие на советских истребителях конструкции Лавочкина  Ла-5 и Ла-7 маршал авиации Иван Кожедуб  и дважды Герой Советского Союза генерал-майор авиации Кирилл Евстигнеев – тоже асы второй волны и тоже считали себя учениками Покрышкина, хоть и не проходили его «академию». Боевой опыт и тактические наработки Покрышкина изучались в частях и летных школах. Каждую его статью находившийся первые два года войны в глубоком тылу в качестве инструктора авиашколы Иван Кожедуб внимательно изучал,  вырезанный из газеты портрет легендарного летчика  сопровождал его в полете в кабине самолета.   Благоговение перед Покрышкиным было столь велико, что капитан Кожедуб, уже будучи опытным боевым летчиком и Героем Советского Союза, не решился подойти к нему и познакомиться, когда  комдив Покрышкин  с товарищами однажды приземлился на аэродроме их части. Бесстрашный и дерзкий в бою, Кожедуб отличался скромностью и даже застенчивостью в обычной жизни.  Два трижды  Героя лично  познакомились уже после войны,  вместе учились в Академии, совместно работали, стали добрыми друзьями.

      Пилот, которого лично сбил Покрышкин, и который при этом сумел остаться в живых, сам мог считаться асом, ведь он вышел из такой переделки! Это и вправду было нелегко. На самолете Покрышкина по его требованию, но вопреки инструкциям, спуск всего оружия – и пулемета, и пушки- был переделан на одну гашетку. Это решение было оправдано только при условии снайперского огня, так как  весь боекомплект «аэрокобры» был рассчитан лишь на восемь секунд беспрерывной стрельбы. Снайпером он был непревзойденным. Про Покрышкина говорили, что он не стреляет, а буквально сжигает противника своими точными  залпами. Если же немецкому летчику над своей территорией каким-то чудом удавалось покинуть горящий самолет, неизменно следовала короткая  команда: “Расстрелять парашютистов”.  Через пару секунд на стропах парашюта висело уже мертвое тело пилота. Жестоко?  Да, с врагами Александр Иванович не церемонился.  В тотальной войне на уничтожение  вообще нет места рыцарству, но все же именно немецкие летчики  первыми начали уничтожать в воздухе советских парашютистов. Когда эти факты стали известны Покрышкину, он решил действовать так же.
    Имя единственного в стране трижды Героя Советского Союза,  гвардии полковника, командира 9-ой гвардейской истребительной авиадивизии Александра Ивановича Покрышкина в 1945 году было известно всему миру, вклад его в дело завоевания советской авиацией господства в воздухе было трудно переоценить. Равных ему по мастерству не было ни в советских ВВС, ни в люфтваффе, ставших, по выражению Геббельса, «позором нации».  Но люфтваффе  не всегда были позором вермахта. К началу войны ситуация была совершенно другой.
   
     Летом 1941 года, когда огромное количество советских самолетов  было уничтожено на приграничных  аэродромах  в первые дни войны, люфтваффе получили подавляющее количественное и качественное преимущество. Мессершмитты превосходили наши И-16, «чайки», ЛаГГ-3, И-15 бис по скорости, маневренности и вооружению, а этих устаревших самолетов у нас было абсолютное большинство.  Только Як-1 и МИГ-3 могли на равных драться  с «худыми», как называли наши летчики мессершмитты.  Отличавшийся хорошей скоростью и маневренностью  на вертикалях МИГ-3, на котором встретил войну  безвестный заместитель командира эскадрильи старший лейтенант  Покрышкин, был неуклюж на малых высотах и, главное, не радиофицирован, из-за чего летчики могли  лишь подавать знаки друг другу в полете примитивными эволюциями самолетов.   Отсутствие радиосвязи привело к тому, что первым сбитым Покрышкина оказался… советский легкий штурмовик Су-2.    В тот  роковой день группу истребителей подняли по тревоге и навели на бомбардировщиков, летевших в направлении аэродрома. Силуэты были незнакомые, опознавательные знаки на крыльях и фюзеляжах сразу разобрать было невозможно, и Покрышкин дает очередь по одному, прицеливается в другого и только тут холодеет от ужаса, заметив на крыльях красные звезды. В ту же секунду он подставляет свой МИГ под прицелы товарищей, не дает им стрелять по своим. К счастью, пилот остался жив, сел на вынужденную посадку. Надо отметить,  что за время войны не раз случалось, что сбивали своих. Так, летавшему на английских истребителях «Харрикейн» морскому летчику Каберову вместе со своим ведущим однажды пришлось выдержать целый бой с  шестеркой «Яков», во время которого его ведущий был сбит и погиб. Пилоты «Яков» пошли под трибунал. Последствия же той атаки для Покрышкина  ограничились серьезным разговором с командиром полка В.П. Ивановым, да  беззлобными насмешками товарищей. Если бы это был  не Су-2,  засекреченный настолько, что даже свои  не знали его силуэта, и если бы пилот погиб,  дело могло бы кончиться трибуналом. 
     До обидного мало мы обычно знаем  о своих национальных героях. Если попросить среднего, более или менее эрудированного   человека назвать лучших советских  асов Второй мировой, он без сомнения назовет Кожедуба и Покрышкина. Кто-то припомнит количество сбитых ими самолетов – 62 и 59 соответственно. Один из пятидесяти припомнит имена дважды Героев Гулаева и Речкалова (57 и 56 засчитанных побед соответственно), наиболее эрудированные назовут имена Скоморохова, Попкова, Алелюхина, Лавриненкова, Колдунова, кто-то из петербуржцев припомнит имя аса Балтфлота, любимца Ленинграда, Героя СССР Игоря Каберова.  В сознании большинства находится прочно: «Покрышкин – 59 сбитых, три Золотые звезды». Между тем заслуги Покрышкина – это не только и даже не столько лично сбитые самолеты, которых, кстати говоря,  было не 59, а более 85 (по другим данным – более ста).  Пятьдесят девять самолетов – это количество, которое Покрышкину официально засчитали.  Система подсчета сбитых в первые годы войны, при которой засчитывали только упавшие на нашей территории  самолеты врага, приводила к тому, что многие победы Покрышкину, Речкалову, Каберову и другим асам,  воевавшим с первого дня войны, попросту  не  были засчитаны. Порочная система  подсчета  была изменена к 1943 году, и  Кожедубу,  к примеру,  зачли все его 62 сбитых. Таким образом, по реальному числу воздушных побед на первом месте среди советских истребителей безо всяких сомнений находится Покрышкин, следом идет великолепная  тройка  - Речкалов,  Гулаев, Кожедуб.
    
      Кроме подавляющего количественного, люфтваффе после первого месяца войны имели значительное  тактическое превосходство над авиацией РККА.  И  тут Александр Иванович сыграл свою, быть может, самую главную роль в завоевании советского господства  в  воздухе. Тактика советских истребителей к началу войны диктовалась специальными наставлениями,  требовавшими летать плавно, «тарелочкой». Понятно, что тех, кто следовал этим наставлениям, сбивали в первом же бою. Покрышкина немало третировали до войны за его манеру «резкого» пилотажа на грани возможного, но он был убежден: в воздушном бою побеждает тот, кто сумеет создать большую перегрузку. Устаревшая тактика также требовала летать звеньями по три самолета, но звено ограничивало свободу маневра – головной самолет летел, как под конвоем.  Немало советских истребителей стали жертвами такого боевого порядка, в то время, как немцы давно летали парами – ведущий и ведомый.
      Тяжелейшие воздушные бои,  штурмовки наземных немецких войск, одиночная воздушная разведка с заходом в глубокий тыл противника выпали на долю старшего лейтенанта Покрышкина в первые месяцы войны. Большинство его товарищей погибло, сам он несколько раз был буквально на волосок от гибели, был подбит, ранен, выбирался из окружения. Но эти месяцы окончательно закалили его характер, отточили мастерство до уровня непревзойденного воздушного бойца и, что самое главное, привели его к разработке новой тактики групповых воздушных боев, квинтэссенция которой воплотилась в знаменитой покрышкинской формуле победы «Скорость-высота-маневр-огонь». Покрышкин разработал  новый неотразимый способ атаки наземных и воздушных целей, назвав его «соколиным ударом». Разработанный им боевой порядок истребителей «этажерка» с эшелонированием  пар по высоте и горизонтали оказался чрезвычайно эффективным и сыграл решающую роль в битве на Кубани весной 1943 года, где в полном блеске раскрылся талант Покрышкина  как бойца и командира. Именно тогда впервые прозвучали в эфире слова «Внимание! Ас Покрышкин  в воздухе!». О летчике, сбивавшем по 3-4 самолета за бой и его тактике докладывали лично Герингу. За ним была организована планомерная охота, бомбардировщикам придавали усиленную защиту истребителей,  но все было тщетно. Покрышкин врывался в боевой порядок «бомберов» словно матерый  волк  в овечье стадо, который режет все, что видит перед собой. И взрывались нагруженные бомбами юнкерсы, превращаясь в огромный огненный  шар, и разваливались на горящие куски мессершмитты с первого же снайперского залпа спаренных пушек его «аэрокобры».

     О Покрышкине с восторгом писали  английские и американские газеты, за ним буквально охотились западные корреспонденты, его фотографии не сходили с полос советских газет. В июне 1943 года ему была  вручена медаль США «For distinguished service» («За выдающиеся заслуги»).  Президент  авиастроительной фирмы «Bell aircraft corporation» - производителя истребителя Р-39 «Аэрокобра»- Лоуренс Д. Белл  прислал ему письмо и памятные часы с  благодарностью  от всех работников авиакорпорации  Белл Буффало. Эти  часы теперь хранятся в Центральном музее Вооруженных Сил.
   
     Талант часто многогранен. Такие люди, как Покрышкин, редко делают успешную карьеру в мирное время, но война помогла раскрыться всем граням его таланта: сперва Покрышкин раскрылся как непревзойденный истребитель, мастер штурмовки и разведки,   потом как выдающийся исследователь и  тактик воздушного боя, затем как талантливый наставник и учитель молодежи и, наконец, как одаренный военачальник, когда его назначили командиром дивизии.   За умелое командование крупным авиационным соединением и образцовую организацию  выполнения военных операций А.И. Покрышкин был награжден двумя полководческими орденами - Суворова  II степени, причем Верховный Главнокомандующий оба раза лично исправил на представлениях к награждению третью степень ордена Суворова на более высокую - вторую. Страна по достоинству оценила заслуги своего героя: у легендарного летчика было множество боевых наград, его именем названы улицы городов, о нем написаны книги, снят документальный фильм, ему поставлены прекрасные памятники.  Один из лучших отечественных сортов ириса в 1986 году  получил название «Маршал Покрышкин». Он был рожден для неба, но весь свой талант и огромные силы отдал родной земле, поэтому когда-нибудь в небе над ней засияет названная его именем далекая звезда.

***
Уважаемый читатель!
Предлагаю Вашему вниманию книгу "Сумрачный гений".

Книга написана в жанре художественно-документальной прозы и представляет собой сборник произведений, объединенных тематикой военной авиации XX века: творчество выдающихся авиаконструкторов, история создания и боевого применения различных образцов авиационной техники прошедшего столетия, война в Испании, боевой путь авиаполка «Нормандия-Неман», битва за Британию, история радиолокации, воздушный террор союзников и трагедия Дрездена, три звезды Александра Покрышкина, Адольф Галланд и Вернер Мельдерс, непростая судьба Вилли Мессершмитта.
 
https://ridero.ru/books/sumrachnyi_genii/


Рецензии
Уважаемый Евгений, с большим интересом прочитала статью о Покрышкине. И в очередной раз испытала гордость за наших людей. В то время все были советскими людьми, без разделения.

Я - землячка Кожедуба, с Сумщины. У нас ему стоит памятник.

А мой отец освобождал от фашистов Украину, Белоруссию, Польшу, Венгрию, Германию. Умер в конце 2016 года.

Ваша статья очень понравилась.

С уважением,

Светлана Макарова-Киевская   21.02.2018 17:37     Заявить о нарушении
Спасибо за отзыв, Светлана!

Евгений Хацкельсон   21.02.2018 19:40   Заявить о нарушении
На это произведение написано 7 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.