У секса жёлтые глаза

     У СЕКСА ЖЁЛТЫЕ ГЛАЗА
     (ироничная фантастика без претензий на научную)

Миша Войтович, аккредитованный представитель фирмы "Кока & Коля", ожидал в космическом порту Шейх-Мюнхе межзвёздный восьмипалубный лайнер "Гаруда", следующий рейсом: МУ-ХА-ЦЕ-ЦЕ-013.
В ожидании предстояло провести два часа и сорок минут по земному времени. При условии, если космолайнер не опоздает или не свалится на голову банда космических террористов, — именно такое Мише уже пришлось пережить месяц тому назад. Ворвавшиеся в космопорт террористы педантично, скрупулёзно и очень тщательно ограбили всех, потом, как попало покидали на пол, лицом вниз, а какой-то одноглазый бандит-садист толкнул Мишу носом между пятнистых ног старой толстушки-восьминожки с Альдебарана. А рядом лежала совсем молоденькая, похожая на белую орхидею тау-китянка.
"Мне всегда не везло... — задним числом подумал Миша, уныло прохаживаясь по залу для транзитных пассажиров, стараясь заглушить горечь воспоминаний.

Психоаналитик Миши Войтовича, напутствуя его в очередное космическое путешествие строго напомнил: "Миша, никаких неэстетичных мыслей! Только высокий уровень интеллигентного мышления. Помните, Миша, ваша нервная психика нуждается в хорошем укрепляющем. Даю рекомендацию: пятизвёздочное бренди пополам с сухим мартини. Только не надо это делать часто. Кроме того, Миша, я прошу вас именем вашей покойной мамы Марии! —  пусть ей будет так же хорошо там, как нам было здесь хорошо с ней, — не потребляйте сладкого ни под каким видом!". Более худшего напутствия нельзя было и придумать. Сухое мартини Миша терпеть не мог. Любому коньяку и бренди предпочитал пшеничную водку с кусочком ванильного льда. А за свежий, воздушный бисквит с абрикосовым кремом мог продать душу хоть самому Сатане. И это при том, что Миша был очень суеверным и часто повторял про себя: "О, Господи... Я подчиняюсь мнению большинства, что тебя нет. Но кто-то же есть? И пусть этот Кто-то наставит меня на путь истинный".

В тревожном расположении духа Миша прошёл из зала ожидания в Розовый бар. "Хорошо, что мне плевать... — он пресёк не эстетичную мысль и тут же исправил её: "Хорошо, что мне безразличен цвет обивки бара, в котором я напьюсь до третьей степени по шкале Глюка". С такой положительной установкой Миша сел за стойку. Яркая табличка, стоящая перед ним, предупреждала, что в баре спаивать особей женского пола, принадлежащих к другим гуманоидным расам, строго запрещается.

Миша заказал у кибер-бармена двойное бренди, а к нему, отдельно в бокале, двойное сухое мартини. Ритуально пропев куплет "Аве Мария..." в память о покойной маме, он пропустил две порции пятизвёздочного бренди. Потом ещё две. С мартини решил пока повременить. Почувствовав себя лучше, огляделся. Бар был почти пустым. В глубине, за столиками сидели несколько гуманоидов из созвездий Гидры и Насос. Обвисшие физиономии одних и раздутые других выглядели вполне интеллигентно.
"Пожалуй, — решил Миша, — с ними можно познакомиться и поболтать. Только сначала нужно повторить..."
Повторить Миша не успел. Стеклянные двери бара плавно разошлись.
 
Вошедшая в бар инопланетянка была похожа на большую стрекозу, ростом не более четырёх с половиной английских футов.
"Ничего козявочка!..." — подумал Миша.
Чёрная хитиновая головка с золотистыми блёстками, ворсистая рыжая чёлочка и большие, как линзы телеобъективов глаза цвета фиолетового аметиста, в окружении двух дюжин стрелок-ресниц, — всё это гармонично сочеталось и выглядело очень романтично. Прозрачные, с жемчужным отливом крылышки изящно ниспадали длинными фалдами на элегантную попку, упрятанную в короткую юбочку из полированной кожи меджана. В тон юбочке были обтягивающие, трикотажные штанишки. Хорошо смотрелись и ножки: ровные, сухощавые, обутые в маленькие, под золото, изящные туфли-лодочки. На узеньком лацкане нежно-сиреневой жилетки поблёскивал галактический бейджик, информируя о том, что его владелец — существо женского пола с жёлтой звезды Капелла в созвездии Возничего, имеет девять уровней сенсорно-телепатического восприятия, и в настоящее время занимается свободным космическим туризмом.

Капеллянка осмотрелась, задержала взгляд на Мише и его бейджике, подошла к стойке. Легко, непринуждённо вспорхнула на высокий стул рядом с Мишей и мазнула по его глазам своими, большими, аметистовыми, сверкнувшими на краткий миг ярким, жёлтым. В её движениях, позе, в том, как она стала просматривать карту безалкогольных коктейлей, было столько природного изящества и очаровательной утончённости, что Миша тут же, как воду, проглотил ненавистное мартини, забыл о галактическом этикете и глазел на неё, как ребёнок на красивую игрушку.

— Вы тоже ожидаете рейс "МУ-ХА-ЦЕ-ЦЕ-013"? —  осмелев, спросил Миша капеллянку на межпланетном эсперанто последней версии.
— Нет, я лечу другим, через один галактический час после вашего, — адекватно ответила она. Голос её, с мелодичными вибрациями, был удивительно приятным.
Миша с сожалением вздохнул. Эфирный набросок мечты о приятной, интересной попутчице тихо развеялся, как дым от ментоловой сигареты.
— Вы чем-то расстроены? — спросила она.
— Нет... я... мне показалось, что мы летим одним рейсом... — Миша почувствовал себя неловко и спешно обдумывал, как бы поделикатней выйти из проигрышной для себя ситуации.
— А могу я вас чем-нибудь угостить? — спросил он, используя дежурную фразу.
— Можете. Только ничего крепкого.
— Я знаю рецепт хорошего коктейля. Натуральные соки из пяти самых лучших фруктов моей планеты и медовый ликёр.
— Ликёр? — настороженно спросила капеллянка.
— Совсем немного. Для вас — два процента на весь объём, а мне — четыре. По шкале Грюнберга аромат коктейля соответствует "пи-эль-кан-кан-буль-бюль".
— А что за фрукты?
— Апельсин, ананас, клубника, манго и киви. Соотношение соков — простая арифметическая прогрессия, только брать их нужно в обратной последовательности. На одну часть сока киви: две — манго, три части клубничный, четыре — ананасовый, и пять частей апельсиновый.

Капеллянка достала из круглой сумочки электронный межпланетный справочник, выяснила биохимический состав предложенных Мишей ликёра и фруктовых соков с незнакомой ей планеты Земля, и только после этого сказала:
— Хорошо, Миша, угощайте.
Пока готовился заказ на два коктейля, Миша и капеллянка выполнили формальности ритуала дружественного знакомства.
— Моё первое имя Миша, — представился он, подавая капеллянке свой галактический паспорт. Она внимательно, с большим интересом изучила его, после чего дала Мише свой.
— Моё первое имя Вэй.
— Очень приятно. Вэй... Красивое имя. Мне нравится. И произносится легко.
— Спасибо. Мне тоже нравится ваше имя. Миша... Миша... Ощущение чего-то большого, тёплого и лохматого.

Кибер-бармен подал в двух пузатых бокалах приготовленный фруктовый коктейль и пододвинул предупреждающую табличку ближе к Мише. Вэй взяла бокал, осторожно коснулась хоботком пышной пенки. Маленькая, напряжённая пауза заставила Мишу почувствовать волнение, как на экзамене по дегустации сорока версий "Кока & Коля".
— Вам не...?
Он не успел закончить вопрос. Вэй засмеялась, забавно всплеснув тонкими ручками.
— Простите, Миша, но у вас такой вид!... Коктейль мне очень понравился. Я не ожидала, что он окажется таким вкусным. И медовый ликёр ничуть его не портит.

Напряжение спало, исчезло без следа дурное настроение, напрочь вылетели из памяти все наставления психоаналитика. Время, — ещё недавно такое нудное, желчное, дистрофичное, — превратилось вдруг в весёлого, болтливого обжору, уплетающего за обе щёки всё подряд: кофе, суфле, ореховый крем, коктейли с коньяком и ромом...

— Скажите, Миша, — спросила Вэй после часового приятного знакомства. — Чем вас больше всего привлекает космос?
— Я не люблю космос, — честно признался Миша. — Какой-то он неприветливый, холодный, страшный.
— Что вы, Миша! Космос не страшный. Его надо понять и почувствовать. Я много путешествую, видела более двухсот гуманоидных рас, все они очень интересны и по своему привлекательны... — Вэй как-то странно, со значимостью посмотрела ему в глаза. — А вы, Миша, так не считаете?
Цвет её больших, круглых глаз стал меняться: из тёмно-фиолетовых они стали нежно-оранжевыми, потом вдруг, на несколько мгновений — чистейшего янтарно-жёлтого цвета.
Сердце Миши замерло и остановилось. Потом провалилось в медовый омут.
Маленькая, с тремя тонкими пальчиками ручка Вэй легла поверх его руки. Ощущение от прикосновения инопланетного женского существа тоже было необычным. От волнующей новизны нарастающего чувства Миша впал в мучительное, томное оцепенение. Непонятное желание... Нет! — яркий, жёлтый! — как глаза капеллянки, — дождь ярко выраженных желаний омыл его с головы до пят.

— Вэй...
— Что, Миша?
— Я... хотел вам сказать...
— Говорите, Миша.
— У меня никого нет... совсем...
— Совсем никого? Такого не бывает.
— Ну... родители, конечно... брат... друзья по работе... а женщины нет, точно нет.
— Вы сказали неправду, Миша. У вас были женщины.
— Была одна... две... Но это всё так, ничего серьёзного! Вот клянусь, Вэй!  Вы же смотрели мой паспорт. Я никогда не был женат. И никого не любил... по настоящему.

Плохо понимая, что он делает и зачем, Миша взял в свои руки руку Вэй, похожую на шоколадную веточку. Свободной рукой она прикоснулась к его бровям и волосам.
— Какой вы смешной, Миша. Очень милый и смешной.
— Да, я смешной... — Он поцеловал её пальчики. Сначала все три вместе, потом каждый в отдельности. — Но я неплохой... Правда, Вэй, неплохой...
— Я это знаю, Миша. С плохим я бы не знакомилась. — Она хоботком нежно потрогала его щёки, нос и губы.
— Вэй...
— Что?
— Выходите за меня замуж.
— Миша, вы сошли с ума.
— Да, сошёл. Сошёл!... А что? Нельзя, да? Нельзя? Знаете, Вэй, я способный, универсальный... скоро получу диплом продюсера для производства рекламы фирмы "Кока & Коля"... Вэй, я освою все ваши брачные игры, буду готовить, убирать, смотреть за детьми... Не отказывайтесь от меня, Вэй!...
— Миша, я не отказываюсь. Но... ваше предложение о браке — это... нонсенс.
— Ну почему? Почему? Мы обратимся в наши Консульства, в Галактический Совет. Если что, я могу пустить слезу. Межпланетные браки не такая уж редкость. Помурыжат, конечно, но разрешат. Мы повенчаемся в церкви по нашим правилам, потом заключим брачный контракт по вашим, свой счёт я переведу на вас, всю мою собственность тоже...
Вэй закрыла Мише рот обеими ручками.
— Миша, успокойтесь, прошу вас. Успокойтесь, иначе я уйду.
— Вэй, не уходите!... Вэй!...
— Хорошо, не уйду, не уйду. Всё равно, успокойтесь. Какой вы... эмоциональный!

Не переставая поглаживать его лицо, волосы, касаясь хоботком его губ несколько раз мягко повторила:
— Успокойтесь, Миша... всё хорошо... успокойтесь...
Миша блаженно закрыл глаза.
— Вэй, вы не бросите меня?
— Нет, Миша, не брошу.
— И вы станете моей?
— Да, Миша, я стану вашей.
— Правда?
— Правда.
— Значит, мы поженимся, и всегда будем вместе?
— Миша, я не дала вам согласия на официальный брак, но...
 Глаза Вэй опять вдруг стали ярко-жёлтыми, знойными, горячими. Мише почудилось, что пара дюжих стюардов одним махом швырнули его в суперскоростной лифт, заполненный жёлтым светом. И Мишу понесло, помчало в любовный ад. Тем не менее его мозг впитал в себя далёкий, будто с улетающего прочь космического лайнера, чудный голос Вэй:
— Миша, где бы вы не были, хоть на краю вселенной, ваша Вэй всегда будет с вами!...

...Космический лайнер "Гаруда" держал курс на созвездие Павлин. В одной из его одноместных кают первого класса на мягкой, заправленной кровати уютно лежали два дорожных чемодана Миши Войтовича. На полу, рядом с кроватью лежал Миша — безмятежный, счастливый и в доску пьяный. По его лицу тёплым смальцем расплылась неприличная улыбка. Ему снились яркие, жёлтые глаза Вэй...

     ВМЕСТО РЕЗЮМЕ, МОРАЛИТЕ И ЭПИЛОГА

В разгар межпланетных отпусков в Галактическом Совете между Нижней и Верхней палатами разразился крупный скандал. Нижняя палата Совета выдвинула на общегалактический референдум ультимативное требование: положить конец сексуальной разнузданности гуманоидов всех рас и не дать безграничным просторам Межзвёздного Галактического Союза превратиться в Интергалактический бордель. Раньше Нижняя Палата  уже пыталась поднять вопрос перед Верхней о незаконности телепатического секса, практикуемого представительницами женского пола планеты Би-Эй-Ти в системе жёлтой звезды Капелла. На сенсорно-телепатическом уровне капеллянки вступают в непрямой сексуальный контакт с полюбившейся мужской особью другого вида, порабощают его сознание, вызывая в нём яркие эротические образы, и вампирически удовлетворяют и омолаживают  себя энергетикой мужских интимных переживаний. Вопрос Нижней Палаты звучал принципиально. Когда этому телепатическому беспределу будет положен конец? — и будет ли положен?

Верхняя Палата отклонила этот вопрос и выдвинула встречный тезис: телепатический секс — дело тонкое, его природа до конца не изучена, но установлено: для телепатической сексуальной связи пространственное расстояние между капеллянкой и её приватизированной жертвой никакого значения не имеет. Косвенные факты указывают: некоторые капеллянки-казановы контролируют межзвёздные гаремы до пятисот и более мужских особей среди самых развитых гуманоидных рас, причём, в разных точках галактики. Да, сексуальное рабство — это не гуманно. Но, подвести юридическую базу для вердикта в отношении капеллянок, культивирующих телепатический секс, не представляется возможным. Если попавших в сексуальное рабство считать потерпевшими, то ни единой жалобы от них не поступило.

Нижняя Палата тут же потребовала введения во всех общественных местах Галактического Союза предупреждающего знака о том, что внешним признаком сексуально-телепатического воздействия капеллянок на психику другого существа является изменение цвета их глаз от аметистового до чисто-жёлтого. Верхняя Палата отклонила требование Нижней, мотивируя тем, что это дискриминация прав капеллян и капеллянок на личную жизнь и персональную окраску глаз.

Спор между Нижней и Верхней палатами длился достаточно долго, но, как всегда, завершился банальной дракой. Ко всему, с грандиозным успехом все планеты обошёл голографический фильм "У секса жёлтые глаза!", продюсером которого выступил Миша Войтович. Как передали Интергалактические новости, этот фильм принёс ему не одно, а целых два состояния — фантастических!

     Дата написания: Октябрь 1999 г.
     Небольшие редакционное изменения сделаны в 2001 и в 2025 гг.
   
     ИСТОРИЯ СЮЖЕТА
Названием рассказа (и причиной для обыгрывания сюжета)служат строки из песни Рашида Бейбутова. Привожу часть текста песни:

     "Где бы я ни был: в пустыне безбрежной,
     В море, в горах с пастухом у огня —
     Эти глаза неотрывно и нежно,
     Мне помогая, глядят на меня.

     В небе блещут звезды золотые.
     Ярче звезд очей твоих краса.
     Только у любимой могут быть такие,
     Необыкновенные глаза!"

И вот, эти "Необыкновенные глаза!" сами собой переформатировались в другие, с космическим отливом: "У секса жёлтые глаза". Признаю, звучит излишне эротично, но... для условий безграничного космоса даже поэтично.
----------------------------------------------------------
     В. Сандовский