День Графа

ДЕНЬ ГРАФА

Граф сидел за столом и скучал. Погода за окном – мерзкая, поздняя осень, сырость и слякоть. Противный моросящий дождик с утра и низкое, ватное небо… В такую погоду не хочется вылезать из любимого кресла, а не то что лететь куда-то. Только чем бы заняться? Газету, что ли, почитать?
Так, что там у нас… Ну, политика – это скучно, экономические проблемы нас не волнуют, спортом мы никогда не занимались, глупости все это. Ага, светская хроника! Мда, тоже ничего нового. За пятьсот лет люди ничуть не изменились –все так же врут, жрут и… Хм, а что это?
Газетная статья гласила: «Вчера доблестные полицейские наконец-то поймали маньяка Чечако, на счету которого - более пятидесяти жертв. И это за два года! После поимки преступника поместили в одиночную камеру, под неусыпный контроль. Власти не без основания опасаются, что до суда Чечако может и не дожить - прикончат сами уголовники, возмущенные его беспределом…»
Хм, забавно, подумал Граф. Более пятидесяти жертв… Надо навестить столь выдающегося душегуба, познакомиться поближе. Все равно делать сегодня нечего.
Граф отхлебнул из бокала свежевыжатой крови и крикнул: «Коня мне, коня!» (Тьфу, опять забыл, в каком веке живем. Машину мне, машину!) В комнате тут же появились братья-близнецы – оба низенькие, кругленькие, седенькие.
- Граф, - пробормотал один из них, - ваша машина… того. Сломалась она, в общем.
- И бензина нет, - тихо добавил второй брат, подозрительно скосив глаза куда-то в угол.
- Как это - сломалась? – безмерно удивился Граф. – Она же почти новая! И денег я вам на бензин дал достаточно. Ничего не понимаю!
- Ну, мы ее того… - виновато промямлил брат №1.
- Проиграли мы ее, короче, - признался брат №2, - в карты.
- Я же запретил вам играть в азартные игры! – возмутился Граф. – Даже просто прикасаться к картам. Обязательно продуете!
- Знаем, – кивнул первый брат, - но ничего с собой поделать не можем – азартные очень…
- И слабые, - тяжело вздохнул второй брат, смущенно потупив глаза, - любой уговорить может…
- И кому же вы проиграли мою машину? – холодно поинтересовался Граф. Температура в комнате сразу упала на несколько градусов…
- Мизеру, кому же еще! – развел руками брат №1. – В преферанс.
- Он же жулик! – воскликнул Граф. – Разве можно с ним в карты играть? Еще в благородный преферанс!
- Да мы вроде по маленькой, - пытался оправдаться брат №1, - думали, много не проиграем… А ему как поперло, как поперло… Мизер за мизером! И все сходятся! Идут они к нему, заразы, не зря же у него прозвище такое… За час все и спустили – автомобиль ваш, деньги... Даже одежду свою - ушли домой голые, в одних только шляпах. Стыдно было и холодно!
Братья горестно замолчали. Граф отхлебнул немного крови и задумался. Конечно, следовало бы наказать этих двух недоумков, чтобы впредь неповадно было… Не сильно, конечно, так, для виду. Но, с другой стороны, вдруг они обидятся и уйдут? Где тогда новых слуг искать? По объявлению в газете? Не найдешь, да и веры современной молодежи нет: все пошли умные, ученые, в менеджеры да в эти, как их… в супервайзеры, прости господи, метят! А служить нормально не умеют и не хотят. К тому же привык он к братьям, за пятьсот-то лет… С Мизером, конечно, следует разобраться, довольно ему людей дурить… Пусть заплатит за все. Своею кровью. Очень, кстати, вкусной и питательной.
Граф мечтательно облизнулся и поставил бокал на стол.
- Ладно, - милостиво махнул он рукой, - прощаю. Запрягайте моего верного осла. Он-то, надеюсь, никуда не делся? Не проиграли еще?
- Что вы, Граф, - облегченно вздохнул первый брат, - в конюшне он, в стойле стоит, жив-здоров. Овес жует!
- Мы мигом! – подпрыгнул радостно второй брат. – В одну секунду!
И браться, довольные, что так ловко избежали заслуженного наказания, понеслись к конюшне, где в четыре руки запрягли старого ослика Йа-Йа в раздолбанный шарабан. Осел сначала упирался (кому охота покидать теплое стойло, да еще в такую погоду?), брыкался, но, получив пару увесистых тумаков в бока, сдался и позволил себя захомутать. После чего грустно посмотрел на братьев полными слез глазами: «Не стыдно вам, нехристи, мучить бедное животное?» Но братья его не поняли и бодро зашагали к дому – встречать Графа.

***

В тюрьме было темно и страшно. Маньяк Чечако сидел на нарах и жалобно скулил. Ну, почему так? Все складывалось так удачно! Он только подобрался к очередной жертве, склонился над ней…
…Миленькая, между прочим, была жертвочка, вкусненькая. Девочка-лапочка, лет пятнадцати. Чистенькая, свеженькая, в голубеньком платьице и беленьких носочках. Обаяшка-очаровашка…
Чечако тихо приблизился к душечке-девчушечке и нежно шепнул ей на розовое ушко:
- Девочка, а девочка, а как тебя зовут?
- Алиса, дяденька, - ответило невинное дитя.
- А почему ты одна в парке гуляешь? Так поздно? Не боишься? Где твои родители?
- Не боюсь, дяденька, - девочка подняла на Чечако чистые голубые глаза и покачала светлыми кудряшками, - я очень храбрая. А одна потому, что я круглая сирота. Нет у меня родных, и никто меня не ждет…
У маньяка аж дух захватило от такой удачи. Круглая сирота, никто искать не станет… Он быстро огляделся – никого нет, можно приступать к делу.
Чечако наклонился к девочке и осторожно прикоснулся холодными губами к ее белой шейке. Под прозрачной кожей билась тонкая голубенькая жилочка… Он не торопился - хотел подольше посмаковать, полакомиться… Но только он выдвинул длинные клыки, как нежная фиалка сильно ударила его промеж ног и заорала благим голосом:
- Что, мертвяк, покушать захотелось? Не выйдет!
И, мгновенно скрутив маньяка, потащила его куда-то с нечеловеческой силой. Очнулся Чечако уже в тюремной камере. А за стеной – сплошь уголовники, рожи страшные, тела разрисованные. Ужос, ужос! И, главное, совершенно непонятно - за что его так, почему? И вообще - причем тут девочка?

***

Маньяк забился в угол и зарыдал. Но неожиданно его судорожные всхлипы были прерваны суровым мужским голосом:
- Любезный, не могли бы вы рыдать потише? Терпеть не могу, когда мужчины плачут!
- Кто здесь? – вздрогнул Чечако. – Откуда?
- Сколько вопросов, и все не по существу, - недовольно протянул все тот же голос.
Из темноты выступил высокий, бледный господин в старомодном черном фраке. Он опустился на краешек нар и осмотрелся:
- Да, тесновато тут у вас…
- Кто вы? – спросил донельзя изумленный Чечако.
- Можете звать меня просто Граф, - церемонно представился незнакомец и слегка склонил голову.
- А я…
- Кто вы, я знаю, - перебил Граф, – не утруждайте себя. И не дрожите, я не сделаю вам ничего плохого! Честное слово.
- Как вы попали сюда? – поинтересовался Чечако.
- Как обычно, через окно, - пожал плечами Граф. – Я, знаете ли, умею превращаться в летучую мышь… Хотите покажу?
- Нет, - вздрогнул Чечако, - терпеть не могу этих тварей!
- Зря вы так, - усмехнулся Граф, - они очень милые создания. И совершенно безобидные, смею вас уверить. В отличие от людей.
Граф распахнул свой плащ. Из его черных складок с оглушительным писком вырвались летучие мыши и бешено закружились по камере.
- А-а-а! – дико завопил Чечако, закрывая голову руками.
Граф щелкнул пальцами, и мыши мгновенно исчезли. Чечако с трудом перевел дыхание и облизнул пересохшие губы.
- У вас, наверное, есть ко мне вопросы? - надменно произнес Граф.
- Кем была та девочка? – отважился спросить Чечако. – В парке…
- Я легко удовлетворю ваше любопытство, - кивнул Граф. – Алиса - моя лучшая ученица, занимается тем, что отлавливает диких вампиров. Вроде вас, милейший.
- Но если вы – тот самый Граф, - немного приободрился Чечако, - то мы с вами - на одной стороне. Так сказать, камрады, коллеги, братья! Связанные одной кровью…
- Не брат ты мне, - вздохнул Граф, - а неразумный дурак. Пользуешься нашей кормовой базой, но людей пугаешь. А они могут обидеться и охоту снова на начать. На меня. Замок штурмовать, охотников на вампиров посылать... С крестами и серебряными пулями. А я серебро не люблю, аллергия у меня на него.
Граф нервно потер шею, на которой отчетливо был виден старый шрам.
- Я живу и людям жить даю, - продолжил гость, – стараюсь с соседями не ссориться. В гости к ним хожу, иногда. К себе иногда приглашаю… На званый ужин.
Граф плотоядно улыбнулся, а Чечако всего передернуло.
- Полтора века все было тихо-мирно, - вздохнул Граф, - и нате вам! Появляется какой-то маньяк, и вот уже пятьдесят трупов! Нехорошо это, любезный, неразумно. Мы должны любить человечков, беречь, давать им плодиться и размножаться. Иначе скоро вообще без кормовой базы останемся. И чем тогда прикажете питаться? Свиной кровью? Фу, такая гадость!
Графа скривился от отвращения и с укором посмотрел на Чечако, тот виновато опустил голову.
- Вот и пришлось мне просить Алису, чтобы она отловила вас. С чем она прекрасно справилась - поймала вас на живца. Умненькая девочка, талантливая, далеко пойдет!
Граф задумчиво улыбнулся, а Чечако упал на колени:
- Я… ваше благородие… - залепетал он, - не губите! Больше не буду, честное слово. Опустите!
- Все так говорят, - раздался из угла другой голос, - но потом забывают о своих обещаниях и начинают вести себя неподобающим образом, позоря честное имя вампира...
Чечако обернулся – в углу сидел молодой… Нет, молодая… Короче, трудно было сказать, какого пола было это существо. Красивое, нежное лицо, томные глаза, длинные ресницы, дорогое вечернее платье… Только голос немного грубоватый, мужской, хотя и с явными женскими интонациями.
- А, Кукольник, мой дорогой друг! – улыбнулся Граф, - рад вас снова видеть. Что-то давненько вы к нам не заглядывали…
- Дела были всякие, - развел руками Кукольник, - сами знаете…
- Да-да, - кивнул Граф, - понимаю. Вы у нас личность творческая, свободная, любите появляться и исчезать внезапно. За это я вас и уважаю. Однако позвольте поинтересоваться, дорогой друг, что привело вас сюда, в это мрачное узилище?   
- То же, что и вас, - ухмыльнулся Кукольник.
- Хотите его? – удивленно вскинул брови Граф.
- Если вы не против, - поклонился Кукольник.
- Пожалуйста, - пожал плечами Граф, – ради Бога. Хотя наши вкусовые пристрастия не совпадают, но я всегда уважал ваш выбор. На вкус и цвет, как известно, все люди разные. Не так ли?
Граф улыбнулся, обнажив прекрасные белые клыки, а Кукольник кивнул, отдавая должное тонкому юмору собеседника. Потом гость достал из крохотной дамской сумочки пилочку и приступил к полировке своих ноготков. Длинных и острых…
- Кстати, а что стало с вашим прежним партнером? – поинтересовался Граф. – Давненько я его не видел…
- Несчастный случай, - притворно вздохнул Кукольник, продолжая обрабатывать ногти, - сами понимаете…
- Бывает, - кивнул Граф. - Значит, у вас образовалась неожиданная вакансия, и вы хотите…
- Совершенно верно, - усмехнулся Кукольник и пристально посмотрел на Чечако. Тот еще больше затрясся и забился под шконку.
- Ладно, - махнул рукой Граф, - берите. Приятного аппетита и до новых встреч! 
Граф взмахнул черным плащом и, превратившись в летучую мышь, взмыл под потолок. Через секунду он был уже за окном… Во дворе его ждал шарабан. Братья тихо дремали на козлах, старый Йа-Йа меланхолично жевал чертополох и думал о чем-то своем, ослином.
- Домой, - устало бросил Граф, устраиваясь на кожаном сиденье, – и побыстрее, не хочу присутствовать при последнем акте драмы.
Братья хлестнули осла, тот покорно побежал по дороге. Из окна камеры донесся истошный вопль Чечако: «Не-е-е-т, не надо!» Граф поежился и плотнее закутался в свой плащ, братья еще раз хлестнули Йа-Йа. Осел возмущено заревел и попытался лягнуть обидчиков. Но ничего не вышло...
Серый день плавно перетекал в ночь. За окном по-прежнему моросил нудный дождь…


Рецензии
Отменно-Зощенко отдыхает!

Игорь Степанов-Зорин 2   29.10.2013 01:13     Заявить о нарушении
Спасибо!

Игорь Градов   29.10.2013 08:58   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.