Рижской ночью - сон номер 11 -

        Эта история произошла в мире, в котором компьютерные технологии достигли такого совершенства, о коем многим из нас приходится лишь мечтать. Я не пишу «каждому», потому что сию веру в могущество технологической мысли разделяют, по счастью, не все представители рода человеческого. И сам автор, как несложно догадаться, принадлежит именно к числу последних. Вероятно, именно это обстоятельство и наложило свой отпечаток на исход моего путешествия, но об этом я расскажу ниже и подробнее.
        В городе Рига стоял обычный сентябрьский вечер. После окончания рабочего дня я собирался домой, когда коллеги предложили навестить женщину, которая раньше работала у нас. После секундного раздумья я, вопреки обыкновению, согласился. В конце концов наступали выходные и не стоило беспокоиться о том, если времяпрепровождение в хорошей компании затянется.
        Какое наивное заблуждение! Хотя, на моём месте, думаю, так бы подумало подавляющее большинство людей, исключая, возможно, хорошо знакомых с возможностями компьютерной мысли, а так же мистиков.
        Не буду тяготить читателя размышлениями и отступлениями, и приступлю таки к рассказу о нашей поездке.
        Выйдя за проходную, сели мы на трамвай шестого маршрута и поехали в центр, где планировали пересесть на автобус и поехать на окраину города, практически в пригород, где проживает бывшая коллега.
        Минут через двадцать трамвай довёз нас до конечной остановки и мы вышли на Привокзальную площадь. Казалось бы, что проще: миновав вокзал железнодорожный, выйти на автобусный и завершить поездку.
        Да не тут-то было!
        Первый тревожный звоночек прозвенел тогда, когда мы пересекали площадь. Уже тогда я невольно обратил внимание на неестественную для такого часа мглу. Да и сами сумерки были неправдоподобно «размытыми», создавалось впечатление некой замедленности времени.
        Вторым тревожным сигналом явилось то, что когда я внимательно присмотрелся к окружающим нас людям и зданиям, я почувствовал некую отстранённость. Было так, словно я и две коллеги двигались цветными в чёрно-белом фильме. Само сравнение, конечно, условное, но оно хорошо показывает, что я вкладываю в понятие «отстранённости».
        Уже тогда я засомневался в благоприятном исходе нашего мероприятия. И, как бы невзначай, выяснилось ещё две вещи: от нас ушёл автобус, а следующего предстояло ждать более часа, и то, что у меня не хватало денег на билет. Мои спутники предложили добираться другим транспортом и даже собрались оплатить мне проезд, но только мы двинулись в направлении другого автобуса, как я, опять же, вопреки обыкновению, заметил, что забыл на скамейке свою сумку.
        Этот знак я уже однозначно истолковал как нежелание неких сил того, чтобы я ехал в гости. Да и время было позднее. Никого почему-то не удивило, что в начале сентября к девяти часам вечера город погрузился в едва ли не ночную темень, которая, впрочем, отчего-то не слишком сковывала зрение, учитывая факт отсутствия фонарного освещения. Факт, которому никто из нас тоже не придал никакого значения.
        Извинившись, я предложил женщинам ехать в гости самим, а сам решил вернуться за сумкой, нисколько не сомневаясь, что за это время её могли украсть уже десять раз.
        Попрощавшись, я пошёл назад и вышел не на Привокзальную площадь, а на аллею вдоль улицы 13-го января, перенёсшись, таким образом, чуть ли на на полкилометра от того места, куда должен был выйти. Однако, скамейка, на которой мы присели, была на месте, уже, правда, без сумки. Только стал я смотреть, может перепутал место, или упала, как невесть откуда появилось множество снующих людей, а скамейки заполнились скучающими или спящими мужчинами и женщинами. Как по команде ярко вспыхнули фонари, залив ночной город иллюминацией. На меня же снизошло чувство всезабытости и одиночества.
        Бог с ней, с сумкой, подумал я, надо поскорее выбираться из этой толпы, пройтись и развеяться.
        Но дурные мысли покидать голову не хотели, хотя свой тон сменили. И направление. Ночной ветерок и тишина пустынных улиц и в самом деле принесли успокоение, но тревожило другое: я шёл вперёд, сменялись дома и перекрёстки, но внутреннее чутьё подсказывало, даже давало понять со всей определённостью, что я не только не приближаюсь к дому, но расстояние до него увеличивается пропорционально тому, сколько я прошёл.
        Остановившись, я огляделся по сторонам. То была не Рига. Не та, которую я знал все эти годы. Окружающая меня часть города никогда не существовала. Во всяком случае на моей памяти. Более всего это походило на грандиозных масштабов компьютерное моделирование. За фасадами зданий угадывалась пустота. Улицы на перекрёстках растворялись в ночной дымке. Не убегали в темноту, а именно растворялись, рваные очертания расплывались и таяли, подобно дыму. Небо надо мной играло множеством звёзд, такого количества никогда прежде я не видел, разве только на фотографиях космоса. Да! Вот звёзды были живыми. Их мерцание манило, словно шептало «присоединяйся к нам». Но они были так высоко и далеко, а я здесь – в мёртвом городе, городе-призраке, городе-мираже.
        За любованием звёздами меня застало видение, что Земля уменьшилась до шара метров сто в диаметре, лежащего на чьей-то раскрытой ладони, тянущейся к бесконечности Вселенной, а на его верхней точке стою я.
        Только я, маленький шарик Земли и звёздная Вселенная, простирающаяся в бесконечности во все стороны...
        И свет Космоса, и музыка ветра...
        И песня звёзд, зовущая вперёд...
        Но вот всё померкло, видение прекратилось. Струящийся неземной свет сменился безжалостной ночной мглой, песня звёзд уступила место плачу дождя, а ветер, оборвав завораживающую музыку, стал стонать, кричать, выть, метаясь в приступах безумия, сменявшихся моментами меланхолии.
        Я уходил всё дальше и дальше по улице, затерявшейся в пасти города-демона, порождения кого-то, решившего, будто придуманный мир с лихвой восполнит и перещеголяет дарованный нам природой как комфортностью среды обитания, так и широтой выбора возможностей удовлетворения своих желаний и устремлений.
        Я уходил всё дальше в частокол неумолимо смыкающихся зубов города-дракона. И единственной мыслью, всё ещё звучавшей в моей голове, было простое «Зачем?»...

09. 09. 2012.