Бригада - без реквиема. часть 3

Часть 3.

Белов беззаботно дремал за заднем сиденье машины. На переднем пассажирском месте сидел Пчелкин и изредка поглядывал на Сашу. Они не спали всю ночь из-за навалившихся дел, совсем не связанными с депутатским местом Белова. Вместо разбора новой партии бухгалтерского волокита, Белов и Пчелкин рано утром сопроводили машины, перевозящие Фила и Космоса в закрытую частную больницу. 
Ближе к вечеру машина с Сашей и Витей возвращалась с древесинного завода, расположенного на окраинах Москвы. Цель поездки на завод миновала уши Пчелкина. Он лишь помнил бледного Сашу, холодным монотонным голосом попросившим Витю остаться в машине. Пчелу всегда смущали подобные просьбы. То и дело он задавался вопросом – «Зачем брать меня с собой и не посвящать в дела?». Но в этот раз Пчелкин хотя бы понимал, зачем его вообще взяли с собой – после покушения, Белову просто было спокойнее видеть ребят около себя. Но на ногах в тот момент был лишь Пчела, соответственно причины были очевидны.
После того как машину потрясло на неровной дороге, Саша с глубоким вдохом проснулся. Пчелкин заметил это и бросил короткий взгляд на Белова.
- Сань, чего делать собираешься?
Проснувшемуся Белову не хотелось разжевывать цепочку задуманных им действий. Даже в тот момент. Даже лучшему другу, из-за которого цепочка уже и была начата. Белов просто не хотел чтобы его отговаривали, хоть и Пчелкин вряд ли стал это делать.
- Пока не знаю, Пчелкин, пока не знаю.
Витя разочарованно шмыгнул носом и отвернулся. Белов заметил это, и ему вдруг захотел подбодрить друга, по-ребячьи шмыгающего, словно не получившего подарок под новогоднюю ёлку.
- Пчелкин, увидишь всё. Чего тут говорить? Ты, в палату звонил?
- Да, Сань. Фил вроде успокоился. Тамара спит. Космоса штопают, говорят он уже домой хочет.
Саша попытался улыбнуться – «Вот дурачье а».
- От него Люда не отходит, у них там по ходу все карамельно.
«Молодцы, но ммать, нашли тоже время» - на выдохе покачал головой Белов и задумался, смотря в окно.
Колонна Белова из трех машин въехала на центральные улицы города, на который опустилась ночь со снегопадом.
Испуганный Каверин с испариной на лбу разбивал на кухне лёд для коньяка. В гостиной уже поддатый Артур Лапшин глотал из стакана тёплую водку, изредка посматривая на черно белый фильм Бергмана. Лапшину наскучило, и он начал гонять каналы. Четыре канала подряд болтали о покушение на людей, участвующих в политической структуре Александра Белова, ныне принявшего депутатский пост. В гостиную с выпивкой зашел дерганный Каверин в теплых тапках из норковой шерсти.
- Я тебе отвечаю, завтра, какая-нибудь тигра, попытается сожрать в зоопарке какого-нибудь уборщика и…всёё, вся демократическая пресса за****…КАРРАУЛЛ, ДЕМОКАРТРИЯ В ОПАСТНОСТИ У-У-У-у-у! Тебе со льдом?
Бутылка коньяка выпала из рук Каверина из-за звонка в дверь. Лапшин ожидаемо с укором посмотрел на Каверина. Артур знал, что это рано или поздно случится. Коньяк полился на пол, а лед остался таять на стеклянном столе. Каверин подбежал к телевизору и выключил его. Артур водил ушами, он захотел что-то сказать, но Каверин кинул на него выпученный взгляд, от чего Артур вновь закрыл рот. Они слушали. Звонок не повторился.
«Артурка, спокойно, здесь они не будут, здесь пол дома за этого щенка голосовало» - шепотом проговорил Каверин.
Лапшин пристально смотрел на Каверина испуганными и пьяными глазами и беззвучно матерился, попусту открывая рот. На улице было тихо, лишь лаяла собака. За дверью квартиры лишь циклично ездили лифты. Каверин дошел до книжного шкафа и снял с него повешенную позолоченную кобуру с пистолетом. Растерянный Артур забегал по комнате, и Каверин угрожающе махнул ему рукой. Тот присел на корточки у камина. Деваться было некуда. Каверин достал из кобуры милицейский пистолет Макарова и подошел к двери. Он приготовил пистолет и посмотрел в глазок.
«ВОЛОДЯ, ЧЕГО?!» - громким шепотом спросил трясущийся Артур.
В глазке людей не было. Видно было лишь торчащий край какого-то изящно обстроганного древесинного ящика. Каверин в испуге выпучил глаза и отпрянул из двери. Тут же, приступ паники прошел. «Если бы бомба, то я бы щас здесь не стоял живой, это же Белов!» - подумал Каверин. Он нервно выдохнул и собрался открывать дверь.
«ВОВА ТЫ ДОЛБАНУТЫЙ!!!» - крикнул Лапшин.
Каверин открыл дверь. Перед порогом лежал заколоченный деревянный ящик, длинною с лежачего человека. Лишь одна часть ящика была не заколочена. Из этого отверстия на Каверина смотрел стеклянный взгляд мертвого Макса. Каверин отшатнулся. В этот момент с улицы послышались выстрелы, и квартира Каверина наполнилась звуками грохота и летящими со всех сторон щепками. Артур мгновенно нырнул в камин с потухшими углями, а Каверин ринулся на пол.
На улице, Белов достреливал последние патроны пулемета, облокотившись на капот черного джипа. Рядом с Беловым стоял Пчелкин. Он хлопнул Сашу по плечу. Белов прекратил стрелять. Пчела шепнул Саше на ухо – «Саня не увлекайся, ты депутат, а этому щас можно бак-анализы за всю Москву сдать». Белов одобрительно кивнул, но не упустил возможность совершить еще одну пулеметную очередь.
«Поехали» - успокоившись, сказал Саша. Подбежали охранники Белова и приняли на свои руки нагревшееся оружие.
Квартира Каверина теперь мало чем отличалась от деревенского сеновала. Тряпье, пыль, щепки. Для полной картины не хватало стога сена. Отодвинув завал, из камина вылез Лапшин. Он прокашлялся пылью.
- Володя…что…это…было?
Каверин сам не заметил, как от паники на автомате уполз в ванную комнату и залез в зеленое фарфоровое джакузи. Когда он услышал голос Артура, Каверин быстро выпорхнул из ванной комнаты и с открытым ртом замер при виде гостиной.
«Ннну…сссука!» - злостно прошипел Каверин и заметался по комнате в поисках телефонной трубки.
«Володя, мне рядом с тобой теперь в кольчуге ходить прикажешь?» - сиплым голосом вклинивался в панику Каверина Артур.
«Да помолчи…» - кинул Лапшину Каверин. Он обнаружил телефонную трубку по стеклянным столом. Машинально набрав знакомый номер, Каверин замер в ожидании ответа.
- КАРАСЕВ! Карасев, это я. Что у вас? Понятно. Готовы вы? До связи.
Лапшин не думал что у Каверина есть дополнительные планы. Артур уставился на Каверина.
- Володь, я что-то не знаю?
«Узнаешь-узнаешь, сученку лаять еще не долго…» - довольно оскалился Каверин.
Машина Белова ехала к офису Виктора Петровича.
«Саш, ты с ним аккуратнее, он же из этих. Ты для него мизинец. Когда мизинец сильно ранят его оптимальнее отрезать, чем лечить. Он…» - волновался Пчела, пока его не перебил звонок собственного сотового.
Пчелкин взял трубку и долго молчал, выслушивая позвонившего. Витя отключил телефон. Белов вопросительно кивнул Пчеле.
- Мать новостей посмотрела. Удар у неё. В больницу надо к ней. Батя там никакой.
- Пчел…
- Сашь, мне надо.
- Ладно, людей с собой возьми.
Колонна из трех машин затормозила и остановилась посреди широкой городской дороги. Из джипа Белова вышел Пчелкин и пересел в Мерседес. Джип Белова тронулся и поехал дальше. Мерседес с Пчелкиным развернулся и поехал в обратную сторону.
Готовый к очевидному призванию Виктора Петровича бездействовать, Белов зашел в его кабинет. Увидев мрачного Сашу, Виктор Петрович с натянутой миной сопереживания на лице поспешил пожимать Белову руку.
- Держишься, Саша? Распоясались, волчары, как будто не знают в чьи двери стучат.
Белов молча сел за стол. Виктор Петрович сел напротив него. В кабинет вошли официанты с двумя широкими тарелками экзотических яств. Белов и Виктор дождались их ухода и посмотрела друг другу в глаза.
«Ну» - начал Саша.
 - Знаешь, кто, что?
- Ну, примерно.
- Что делать собираешься?
- Пока еще не решил.
- Ну да, ну да. Ты знаешь, о чем я поговорить хотел?
 - Догадываюсь.
- И что скажешь?
Белов лишь отрицательно помотал головой и добавил – «Ничего.»
Виктор Петрович не выдержал и вскочил со стула.
- Сашь, ну ты чего ты как красна девица ломаешься? Я ведь тебе по товарищески, по человечески посоветовать хочу – не дёргайся, замри. Да, друзей чуть не убили. Да, зверье, я понимаю. Но тебе же щас не до разборок. Ты депутат, у тебя такой путь впереди. Сорвешься, всё погубишь. Накидаешь мертвяков по городу – ВСЁ, КОНЕЦ БЕЛОВУ!
«Конец Белову» - с эхом закрутилось у Саши в голове. Об этом его предупреждал Пчела, об этом его предупреждает Виктор Петрович. Об участии Каверина в покушении еще не знал не Космос, не Фил. Саша понимал, что узнав об этом, и зная о черной химии между Кавериным и Беловым, все будут против ответных действий Саши. Ведь при войне Каверина и Белова может быть сожжено все. Почему всё так? Только тогда Саша увидел в Каверине маленького хулигана, пытающегося заставить Сашу разочароваться в игрушке, которую он самостоятельно и заслуженно выиграл. Это игрушка – власть депутата. Если Саша из-за ответных действий бросил бы игрушку, Каверин бы победил. А позволить ему победить значит перечеркнуть все старания и жертвы. «Я просто не могу, как бы этого не требовалось» - решил в тот момент Белов.
Виктор Петрович, тем временем, продолжал – «…прессе подскажем…подскажем какие где акценты расставить, всё сделаем, ПОМОЖЕМ. Не губи себя, слышишь?
Саша отодвинул тарелку от себя и монотонно произнес – «Я понял. Я подумаю, Виктор Петрович. А пока всё в воздухе подвесим, да? А там, видно будет». Белов встал из-за стола. – «Пальто, Виктор Петрович». Виктор Петрович отклонился от стула и Саша с легкостью снял пальто со спинки стула. Белов надел пальто на ходу и вышел из кабинета. Виктор Петрович дождался ухода Саши и пробурчал – «Нашелся тоже...бандюга в законе». Виктор встал и пошел к окну.
«Сергей!» - позвал он помощника и уставился на машину Белова сквозь маленькую щель в шторах. К Петровичу резво подскочил  мужчина и уловил взгляд Виктора на Белове у машины.
Виктор Петрович грубо отрезал – «Если соберется отвечать – реши вопрос. Если нет – будем ждать другого шанса».
«Понял.» - кивнул помощник, и, посмотрев на уезжающую машину Белова, полностью задернул шторку.
У палаты матери Пчелкина на стуле сидел сдерживавший себя от слез отец Пчелы. Витя подбежал к отцу – «Батя, батя, как мамка?». Отец встал и крепко обнял сына.
Пчелкин повторил вопрос – «Пап, с мамой как?»
«Не знаю пока, лежит» - вырвалось у отца.
Пчела подался в палату, но отец крепко, даже больно, сжал его за плечо.
- Бать, ты че? Эй, алё, валерьянку, девки!
Отец Пчелкина прижал сына к себе и взял голову в обе своих руки, направив лицо Пчелы на своё.
- Сын, из-за тебя, она тебя увидела в новостях, офис ваш.
- Батя, тихо…
- Нельзя так больше, нельзя так… Береги ты себя!
- Постараюсь, бать!
Отец Пчелы не смог больше терпеть. Надрыв в голове «лопнул», и в ровном мужском голосе отца, Пчела почувствовал рёв. Отец заплакал. Его руки ослабли и отпустили голову Пчелы. Ревущий отец начал постепенно скатываться на пол. Пчела пытался удержать его, но он был тяжелый.
«Пожалуйста, сынок, больше не надо. Больше не стреляй. Не перешагивайте вы эти законы…» - сквозь слезы говорил отец Вити, стоя на коленях перед сыном.
Пчела покраснел от стыда и совести. Из глаз выкатились давно забытые слезы. Пчелкин понял, что он не хочет. Что он никогда не хочет такого. Он никогда больше не хочет. Не хочет всего этого.
Пчелкин криком позвал двух своих охранников, и они помогли ему усадить тяжело дышащего и плачущего отца на стул.
К занесенному снегом заброшенному зданию на окраинах города подъехали несколько машин.  Из одной вышел Игоря Леонидович Введенский. Из другой показался Александр Белов. Оба заметно нервничали и озирались по сторонам.  Введенский и Белов поздоровались. Игорь Леонидович вступил первый.
- Спасибо за доверие.
- Ну нам с вами делить нечего.
- Это верно. К тому же обстановка располагает к искренности. Кстати, вы уверены в надежности вашей охраны?
- Последнее время не так сильно. Двое из лучших убиты. Про одного из них я хочу у вас узнать.
- У вас крайне опасное положение. Принято решение. Если хотите жить – вы должны немедленно отказаться от ответных действий, и всем об этом сообщить. До чего тупые птицы.
Пара воробьев у дерева мало реагировали на куски хлеба, который разрыхляя в своей руке, бросал им Введенский.
- От чего именно вы предлагаете мне отказаться?
- Саша, все знают, что ты всё еще привязан к нелегальным силам и структурам. Но это твое личное черное дело. Теперь ты еще и депутат. Я в этом смысле.
- Это дело ясное, Игорь Леонидович. Вы случайно не в курсе, каким Макаром связан Каверин и Максим Карельских?
- Макс – человек Каверина. Выходец из спец.подразделения ГРУ. Он вербанул его ещё когда погоны носил.  Если не ошибаюсь в 91. Максим тогда ушел из…
- Ех ты ж мать. Он со мной девять лет работал. Девять лет.
- Саша, откажись от ответки Каверину. Слышишь?
- Ты не понимаешь. Если его оставить…
- Это ты не понимаешь, время идет на часы. Откажись, и если Каверин будет продолжать, я смогу его закрыть. Он если и выйдет то под юность внуков, которых он не на клепал, черт его дери.
- Тюрьма. Каверин.
- Саша, выбора у тебя нет. На кой черт тогда ты шел к этому всему.
Белов кинул взгляд вдаль и задумался. Он посмотрел на Введенского.
- Как ты его брать собрался?
- Он сам проколется. Но вы все будете как наживка. В любом случае. Даже сейчас. Каверин проколется, а ты…укрепляй защиту.
Бледный Космос лежал в тесной палате с растрепанными волосами. На табуретке возле койки сидела Люда. Отец Космоса стоял у палаты и разговаривал по телефону с Беловым.
- Юрий Ростиславович, требуется перевозка в другое место, сами понимаете, извините.
- Да, Саша, ясно.
- Как у него там?
- Он хочет домой и женится. Морфий последние мозги залил. Хотя молодец, что женится. Медсестра сказала, что ходить может уже, но повязку всё время менять надо.
- Хорошо. На месте будете, сообщите.
- Саша, у меня к тебе будет просьба.
- ….Я слушаю. Не убивай никого.
Белов положил трубку.
Юрий Ростиславович зашел в палату.
- Сын, Саша сказал переезжать надо.
- Пап, он все еще не закончил?
Отец промолчал.
Космос с большим усилием и кряхтением встал с койки и начал одеваться.
- Люда, ну ты не смотри на меня, видишь в каком я виде. Перед свадьбой же нельзя.
«Голубки бандитские» - себе под нос пробурчал Юрий Ростиславович.
Люда расплылась в улыбке, отвернулась от Космоса, и рассмеялась сама с собой.
У маленького здания частной больницы стояло около пяти машин с охраной. Из входа вышли два охранника, а за ними Космос, которого с обеих сторон за плечи поддерживали Люда и отец.
Юрий Ростиславович и Люда сели на задние сиденья, а Космос, за последняя время путешествующий на машине лишь на лежачем месте скорой помощи, решил вспомнить «старое доброе время» и сел на переднее пассажирское сиденье. Колонна выехала с территории больницы.
Проехав лесную местность, машины выехали на длинное и широкое шоссе. Через пару мгновений за колонной с Космосом выстроился хвост из пятнадцати тонированных черных машин. Три из них обогнали главные передние машины колонны с Космосом и встали у них на пути. Колонна охраны Космоса резко затормозила. Неизвестные машины окружили все сопровождающие машины. Слева, справа, спереди, сзади. Отступать было некуда. Двое охранников из колонны Космоса вышли из машины с пистолетами и направились к незнакомым машинам. Послышались первые выстрелы, которые вскоре переросли в звенящий визг целого града пуль.