Неполиткорректный взгляд на национальный вопрос

 

Нынче модны гуманизм, политкорректность. Но нередко гуманизм по отношению к одному человеку обращается в антигуманизм по отношению к десяткам других людей.
Большие города России гуманно и политкорректно принимают хлынувших туда жителей юга России и бывших союзных республик.  Довод: «России не хватает рабочих рук» - звучит нелепо. Это – всё равно, что сказать: «Человеку не хватает рук, чтобы обслужить себя. Нужна третья рука». Ведь руки не работают сами по себе. Они обязательно идут в комплекте с телом, которое хочет есть, одеваться и где-то жить. И иметь семью. И, значит, опять увеличивает потребность страны в рабочих руках.
Какова бы ни была численность населения в стране, оно может и должно обслуживать себя само.
В процессе приёма трудовых мигрантов, как и во многих других областях, мы идём несколько позади Европы и США и на их примере можем проследить, к чему это приводит. Впервые попав в Париж, я был удивлён обилием людей с чёрным цветом кожи и атлетическими фигурами на его улицах и поделился своим удивлением и опасениями с сотрудниками фирмы, в которую приехал. Мне ответили: «Не бойтесь негров, они безобидны. Бойтесь арабов. В арабские кварталы полицейские машины даже днём заезжают с опаской».
Чем более отличен менталитет приезжих от менталитета хозяев, тем более склонны они образовывать совместные поселения, где следуют привычному укладу жизни. Взрослый человек не стремится ассимилироваться. В природе человека (как и животных) – следовать тому, что усвоено в детстве. Именно поэтому для приручения животных берут маленьких детёнышей. Взрослого зверя приручить невозможно.
И наивно думать, что, например, взрослый кавказец, воспитанный в условиях родо-племенных отношений и горских традиций, приехав в Москву, быстро ассимилируется и станет подобен коренному москвичу. Он вырос в других условиях, и у него иные критерии «хорошо – плохо» и «можно – нельзя». И дело не в том, что он вырос в горах. Тибетцы тоже живут в горах, но менталитет их не имеет ничего похожего на менталитет кавказцев. Например, шерпы охотно работают носильщиками у альпинистов, совершающих восхождения на гималайские вершины. А можно ли представить кавказца, несущего груз для русских альпинистов? Для него это было бы позором. Он, прежде всего, - воин. Его так воспитали.
Дело в том, что, в отличие от Гималаев, где на огромных горных просторах рассеяно немногочисленное население, Кавказ издревле был перенаселён. За каждый клочок земли, пригодной для жизни, велась борьба. И мужчина, шагающий налегке по горной тропе впереди женщины, несущей тяжёлую поклажу, не отягощал себя грузом не из-за «мужского превосходства», а для того, чтобы в любую секунду он мог выхватить оружие и отразить нападение. Выжить в таких условиях могли только воины, сплочённые и всегда готовые прийти на помощь друг другу.
И кавказцы в наших городах без колебаний пускают в ход оружие, мгновенно подтягивая в случае необходимости соплеменников к месту происшествия. У себя в горах они так не поступают, потому, что там – кровная месть. А у нас – «права человека», законы, суды, полиция…. Всё это не страшно, ибо легко обходится или покупается. И, с точки зрения их морали, мы – бараны, не способные постоять за себя. «К чему стадам дары свободы? Их должно резать или стричь» (А.С.Пушкин).
Значит ли это, что кавказцы – плохие? А кто лучше: лев, промышляющий убийствами, или антилопа, мирно щиплющая травку?  Каждый вид – продукт эволюции, наилучшим образом приспособленный к определённым условиям жизни. У детей лев – одно из любимейших животных. Но никому не придёт в голову выпустить дикого льва на улицы города: пусть ассимилируется! Даже для работы в цирке берут маленького львёнка, приручают, дрессируют, и только потом выпускают на арену, да и то ограждённую железной решёткой.
Экономическая эффективность труда гастарбайтеров весьма условна. Квалификация у них, как правило, отсутствует, и использование их в строительстве приводит к ухудшению качества. В ЖКХ таджики, практически, монополизировали должности дворников, вытеснив прежних работников благодаря тому, что согласны получать половину суммы, написанной в договоре, оставляя вторую половину начальству.
К тому же, «дешёвая» рабочая сила остаётся дешёвой очень недолго. Прожив год – два и освоившись, приезжие начинают требовать те же зарплаты, что и у основного населения.
Что же делать? Пример – братская Белоруссия. Белорусы сами подметают улицы и строят дома. И в Минске невозможен свадебный кортеж южных людей со стрельбой.