Глава 18 Встреча с Шевченко Тарасом Григорьевичем

Ще не вмерла Україна,
Але вже конає.
Стоїть собі біля тину,
Руку простягає:

"Поможіть мені, рідненькі
Янкі та кацапи,
Бо вже з'їли остатненько
Київськії  цапи.

А що з'їсти не встигали -
Тягли до комори
Та з грошима повтікали
Геть за сине море.

Скрізь пани та паненята
За владу скубуться,
Як голодні свині, кляті,
До корита пхнуться.

Є одне в них діло - з'їзди,
Сесії, дебати:
Кому далі мене їсти,
Кому продавати.

А я стою біля тину,
Стою та гадаю:
Чи побачу десь людину,
Що про мене дбає?"

Отаке вона сказала
Та зітхнула гірко:
"Панам сало,
А голоті - від бублика дірка".

Александр Рак,
Макеевка



Политическая жизнь в Украине накалялась и судя по газетным заголовкам противостояние Ющенко и Тимошенко достигло критической точки. Ющенко обвинял Юлию Владимировну в национальной измене, она демонстрировала отсутствие связи с Президентом, что в любом нормальном государстве вызвало бы бурю протестов общественности, смену лидеров, и изменение политической конфигурации, как любит говорить спикер Литвин В.М.
Поэт очень переживал за судьбу Украины, и пользуясь своей способностью, решил заглянуть в будущее, и Тарас Григорьевич Шевченко для этого подходил лучше всех. Он установил телепатическую связь с Шевченко и стал задавать ему вопросы:      

Поэт – Тарас Григорьевич, вы извините, что тревожу вас, но дело серьезное, я не могу понять, что твориться в Украине, которую вы так любили, воспевали в своих стихах? Получается, независимость не для нас?
Шевченко – Это Я вымолил у Бога независимость для Украины. После нескольких попыток, наконец-то удалось мирным путем передать украинцам территорию современной Украины. Я свое дело сделал! То о чем мечтал, сбылось, идеальная ситуация: ни помещиков, ни крепостных, стройте общество социальной справедливости и заможных  громадян, но нация оказалась не готова к такому подарку. Выходит, я зря унижался перед Богом.
Поэт - Тарас Григорьевич, вашей вины здесь нет, просто большая половина населения Украины, не понимает, что вы вкладываете в понятие свобода. В ваше время,      крепостное право было тормозом прогресса и развития личности и это правильно. Вся ваша ненависть была направлена против панов и несправедливости, вашим идеалом была утопичная Украина с каким-то идеальным государственным устройством. Понятие вашей свободы давно уже реализовано и даже больше, существует государство Украина, но радости от этого особой нет. Поэтому, вы уже неактуальны и особо бойкие историки и писатели постоянно копают под вас, ищут в биографии компромат.
Шевченко –  Идиоты, нашли на ком пиариться, на мертвом, а на живых олигархах слабо? Знают, что я из виртуального мира им не отвечу, а из реального мира, реально могут по голове постучать. Страшно становиться. Насчет свободы, действительно, я воспевал Волю, это свобода в понимании раба и в моих представлениях. Воля была у запорожских казаков. Но, поэтому у  них не было государства, оно им было не нужно. Воля и государство, вещи не совместимые. Чем занимались запорожские казаки и за счет чего они жили, рассказывать не буду. Какие времена, такие и нравы.
Поэт -  Тарас Григорьевич, вы абсолютно правы. Бытие определяет сознание. Но, что нам делать, где причина, в чем загадка наших бед? Почему у других получается, а у нас как всегда, все время что-то мешает. Не хочу вспоминать про танцора, но все таки….
Шевченко - Задумался и слезы потекли по его лицу. Перестаньте врать! Почему у меня жизнь не сложилась, потому что я всегда говорил правду и за это меня народ любил, а власть ненавидела. Я сам ищу ответ на эти вопросы. Что я могу вам посоветовать из 19 века.   Мир изменился, царской России не стало, советская империя исчезла, государства, которых тогда и на карте не было, сейчас в числе 20 самых развитых. Все меняется, но вывод один: там, где собирается критическая масса людей, объединенных одной идеей, целью, у них все получается. Живите по правде и все у вас получиться.
Поэт -  Тарас Григорьевич, я понял, нужна команда единомышленников и все будет хорошо.
Шевченко –Единомышленники это хорошо. Но, у Ленина и Сталина были единомышленники, Гитлера к власти привели тоже единомышленники, а результат этого единомыслия очень кровавый. Если идеалом национальной элиты является корысть, личное обогащение, - это приводит к распаду или уничтожению государства. Проверено веками.
Поэт -  Тарас Григорьевич, но наша элита  как бы это помягче сказать, сборище случайных людей, что нам ждать от них?
Шевченко –  Богу было угодно, чтобы Украина прошла свой, мирный путь испытаний. Бог испытывает украинцев на способность управлять своим молодым государством. Своей волей он садит на престол неподготовленных политиков, не имеющих ни опыта, ни необходимых руководителю такого уровня человеческих качеств. Это Бог воспитывает у новых украинцев чувство «собивартости» и идентичности. Молиться ему надо, что бы этот процесс был мирным. Украинец в своем подсознании ненавидит государство, как форму правления, любой чиновник в его представлении паразит. Украинец нуждается в государстве, но в самых малых его дозах.
Поэт -  Тарас Григорьевич, вы наша икона, вы наше все. Что вы посоветуете, как нам жить дальше? Дружить с Россией или нет?
Шевченко –  Панове, странный вопрос. Дружите с кем хотите, но не забывайте, что вы часть Российской империи, тысячи судеб русских и украинцев переплелись за века, и отказываться от своих кровных братьев это не по-людски. Да, у меня были проблемы с Энгельгардом и с царской семьей, но такой у меня характер, это с детства.
Поэт -  Тарас Григорьевич, у нас сейчас в стране идет дискуссия о русском языке, хотят его запретить.
Шевченко –  Бісові діти, та хіба так можна, русский язык это мировое сокровище, это язык Пушкина, Гоголя, Лермонтова. Я сам много написал на русском языке, да и разговаривал на русском, как можно не любить русский язык?
Поэт -  Тарас Григорьевич, но вы у нас стали вместо Пушкина, и теперь разговор на русском языке считается дурным тоном, а государственным чиновникам вообще запрещено разговаривать на русском.
Шевченко –  Что я вам скажу, глупость не знает границ. По-вашему, получается, если говорит по-украински, значит украинец. Выходит, я был русским, когда разговаривал на русском языке, и становился украинцем, когда переходил на украинский язык. Да, хлопцы, вы доигрались, не думал, что в новой Украине будет такая проблема. Вы, мою биографию знаете, выходит, что я, будучи в ссылке в Казахстане терял свои украинские корни. Вы мой «Заповит» читали, там все написано. Я любил свой край, свою природу и это нормально, не нормально то, что вы из меня сделали какого-то националиста, русофоба. Не забывайте, что  свои поэтические  сюжеты я придумывал для публики, и трагические судьбы героев поэм, не обязательно были реальными. Каждый пишет как может. А чувство украинца, это состояние души. Если вы хотите быть украинцами, похожими на меня, тогда я вам не завидую. Все я устал, мне с вами не интересно разговаривать, столько глупых вопросов…..
Поэт -  Тарас Григорьевич, Тарас Григорьевич, Тарас Григорьевич, Поэт безуспешно пытался докричаться до гения Украины, но в ответ была тишина.
Да, круто получилось, правда не успел еще задать вопросы о Ющенко, Тимошенко, что у них впереди, когда они помирятся, надоела их грызня, а основной вывод: с Россией надо дружить, русский язык наша основа.

Ошеломленный после общения с Тарасом Григорьевичем, Поэт вышел из дома и решил прогуляться. Он любил посидеть возле памятника Шевченко, полюбоваться его скульптурными композициями, это его вдохновляло и давало силы к сопротивлению в этой жизни. Расслабившись под лучами солнца, он боковым зрением увидел милицейский патруль, который двигался в его сторону. Стражи порядка не спеша двигались по своему маршруту, и по их лицам было видно, что они скучали. Вдруг один из них остановился и стал пристально смотреть на Поэта. Поэт не мог понять причину  такого внимания, последние годы он жил праведно и оснований в чем-то его подозревать, не было.
Милиционер и Поэт в упор смотрели друг на друга.  Поэт с недоумением увидел, как улыбка милиционера стала шире плеч и он набросился на Поэта с объятиями.
-Это ты, я узнал тебя, помнишь, ты попал к нам вытрезвитель, и я тебя отпустил, в этот день умер Брежнев, помнишь?
Поэт вспомнил свое попадание в вытрезвитель, но как то афишировать это на весь город не хотел. Милиционер, ошалевший от встречи, пытался скороговоркой рассказать свою историю прожитой жизни. Из набора слов Поэт понял, что в СССР служить было лучше, и что он по прежнему любит Брежнева и сожалеет о тех временах. Тогда нести службу в медицинском вытрезвителе было выгодно и удобно, а сейчас приходиться ходить по улицам и в дождь и в зной, за копейки.
Поэт изобразил на лице радость от встречи, но в мыслях проклинал свое желание прийти к памятнику.
-Блин, это же надо иметь такую память на лица, неужели он всех помнит, кто прошел через это ноу-хау советской эпохи?  - Вы извините, нерешительно спросил Поэт, а как вам удалось запомнить меня, я наверное не единственный был в тот день?
-Да, нет, вы такой единственный, когда вас привезли, вы всему наряду дали по 25 рублей, заказали в ресторане 2 бутылки шампанского и выпили с нами, а потом мы уложили вас спать. Таких клиентов у нас еще не было.
Поэт густо покраснел. Через столько лет ему стало стыдно за свой купеческий разгул, но тогда он мог себе такое позволить, были времена…
-Вы нам столько интересного рассказали, пока не заснули, мы вас долго вспоминали, даже хотели к вам в гости прийти, но потом все закрутилось: смерть Брежнева, перестройка, незалежность и теперь мы все в глубокой…… Вы не поверите, но после той встречи с вами, я стал другим человеком. Раньше я «шмонал» карманы клиентов,  снимал все, что было ценное, а теперь не могу, что-то давит на мозг, наверное совесть. Придется уходить из органов, с такими нервами работать нельзя.
-А вы как живете, стихи пишите?
-А вы откуда про стихи знаете?
-Так вы нам свои стихи читали, сами сказали, что вы поэт, и что обладаете уникальным даром проникать в мозг Брежнева.
- Поэт второй раз покрылся густой краской, - Какой ужас, это же надо куда меня занесло по пьяни, блин, в каком же я был состоянии, чтоб такое наплести. - Нет, нет, это преувеличение, это я так, нафантазировал, - пытался отшутиться Поэт.
-Жаль, а я вам поверил. Я уважал Брежнева, для меня он был авторитетом, такую страну держал, все нас боялись. А этот пришел, Райкин муж, со своим консенсусом и все пошло наперекосяк, такое государство потеряли.
Поэт не стал вступать в дискуссию, в принципе он был согласен с этим стражем порядка, но о деталях этого исторического периода, можно было  поспорить.
– Вы извините, мне пора уходить, при случае можем поговорить на эту тему, сказал Поэт, вежливо намекая на конец разговора.
- Нас поставили на этот маршрут и если кто вас обижает, вы только скажите, мы его уроем.
- Спасибо, спасибо ребята, все нормально, никого урывать не надо, - Поэт спешил проститься со своими добровольными защитниками, - все хорошо, но в меру, подумал он.
Вернувшись домой, Поэт задумался, может ему действительно пообщаться с Брежневым, поговорить о сегодняшней жизни. Как он оценивает результаты перестройки, туда мы идем или нет, и поймал себя на мысли,  Мы – это Украина, а Брежнев руководил Союзом ССР. Это две большие разницы. Ему такое и в голову не могло прийти, что Союз развалиться.
Поэт почувствовал азарт исследователя истории и стал настраиваться на фантом Леонида Ильича. Долго ему не удавалось войти с ним в контакт, он уже потерял надежду, как вдруг информация стала поступать широкой полосой и Поэт уже отчетливо слышал тяжелое дыхание вождя застоя.
Поэт – Леонид Ильич, Леонид Ильич, вы меня слышите, я вас не слышу, подайте знак.

Брежнев – Легко сказать, подайте знак, я уже 2 сеанса связи провел, сильно устал, а тут ты просишь аудиенции, что-то последнее время я стал популярен, нарасхват.
Поэт -  Леонид Ильич, вы наверное знаете, что произошло с Союзом ССР, он тихо развалился или точнее, его развалили.
Брежнев – Да, я  в курсе, мне Громыко рассказал о перестройке, сказал, что ошибся в кандидатуре Горбачева, а его мнение при выборе Генсека было решающим.
Поэт - Леонид Ильич, но вас тоже обвиняют в застое, что вы жили за счет нефтедолларов.
Брежнев – Как мы жили это особая тема, но вам до сих пор не удается достичь  показателей эпохи застоя и главное вы забрали у народа мечту.
Поэт -  Леонид Ильич, но ведь все республики захотели самостоятельности, в том числе и Украина, как вы можете это объяснить?
Брежнев – А что тут объяснять, партийной верхушке захотелось порулить самим, почувствовать независимость от Москвы, а чем это обернется, думать не хотелось.
Поэт - Леонид Ильич, может изъян был в самой социалистической системе, в самой идее коммунизма.
Брежнев – Плохому коммунисту, все мешает, и система и идея. Любую идею можно довести до абсурда, убить все живое, заговорить, заболтать, размазать, утопить в сомнениях.
Поэт -  Леонид Ильич, а как вы объясните, что КПСС не сопротивлялась развалу Союза, или это происки США.
Брежнев – Произошла смена поколений, пришли послевоенные ребята, для которых материальное было выше идеалов, джинсы дороже Родины.
Поэт -  Леонид Ильич, смена поколений это закономерно, но в США тоже происходит смена поколений и они не распадаются, и проблем с продуктами у них нет.
Брежнев – Сравнение с США  некорректное. Мы никогда не станем американцами, у нас другая психика и психология, ценности в жизни другие. Мы другой народ и у нас  свой путь на этой планете. Мы не можем жить по  их стандартам, мы сойдем с ума от скуки и их бизнес-планов.
Поэт-   так что нам ждать в будущем, я имею в виду Украину?
Брежнев – У меня хорошие воспоминания об Украине, самая мощная была республика, с таким потенциалом, европейские страны могли позавидовать, а сейчас вы где-то на уровне африканской Уганды. Что вам ждать, что вам ждать, а ничего вам ждать не надо. Надо не ждать, а идти вперед, набирать обороты, а то я слышу, вы ждете, когда вас в Евросоюз примут или в НАТО, или еще в какую-нибудь организацию. Вы не ждите, вы работайте, а с вашим успехом придут и предложения, богатого соседа все хотят пригласить в гости, породниться. Это логика жизни! А бедный, представляет угрозу для всех, во все времена.
Поэт -  Леонид Ильич, так что же нам все-таки мешает, мы уже 18 лет  топчемся у двери Евросоюза и никакого результата.
Брежнев – Вы перехитрили сами себя, это можно сказать национальная особенность, переоценивать свои возможности, до тех пор, пока вы не научитесь говорить правду себе и людям, успеха вам не видать. Правда – это источник энергии 21 века, сейчас врать себе дороже. Надо понимать, чувствовать время, раньше вранье было нормой, это был основной принцип политики – не говорить правду, то сегодня все изменилось.
Поэт -   Леонид Ильич, это какая-то фантастика, вы наверное плохо понимаете где мы живем, и сильно упрощаете проблему. Если все свести к правде, то получается какой-то нематериальный актив, который поднимет нашу экономику, неужели такое возможно?
Брежнев – А вы попробуйте, не думаю, что это будет для вас легко, но начинать надо……
Поэт почувствовал, что сигнал уходит и сеанс связи с дорогим Леонидом Ильичем Брежневым прекратился.
-Да, крутой разговор получился, и Шевченко говорит об этом, неужели вся проблема в правде, а может действительно в правде….