Волкодав

               
Эти трое были неразлучны. Вовка — в коротких штанишках, без майки, покрытый шоколадным загаром от летнего солнца и морского ветра, со светлой кудрявой головой, сияющими голубыми глазами и облезлым носом, усыпанным веснушками, — был настоящим сорвиголовой, грозой садов и кошек. Он был немного старше Петьки, и поэтому в его голосе часто проскальзывали командирские нотки. Петька, более покладистый по характеру, друга слушался и очень редко с ним спорил. Да и внешне они были разные: Петька ниже ростом, волосы ёжиком торчали на маленькой голове, нос остренький, глаза серые, пытливые, а смешинки так и играли в них.
Третьей в компании была собака неизвестной породы: небольшая, на коротких ножках, гладкошёрстная, но с пушистым хвостом, словно у белки, и удивительно умными, всё понимающими карими глазами на остренькой мордочке. Этого пса привёз отец из города в подарок сыну на день рождения. Петька души не чаял в своём четвероногом друге и никогда с ним не расставался. Он гордился Тузиком и всегда самый лучший кусок отдавал ему. Пёс отвечал преданной любовью, грудью защищая мальчика от других собак и ребят постарше. Те, поражённые его отвагой, ещё издали увидев Тузика, обходили его стороной или же просили:
— Пацан, придержи своего волкодава…
Любимым местом времяпрепровождения этой троицы, как и прочей детворы из приморской деревни, было побережье залива. Вот и в тот день мальчишки сидели на берегу и наблюдали за рыбаками. Перед ними, как на ладони, предстала такая привычная, но привлекательная картина рыбачьих будней.
Тихая вода, полный штиль… Воздух звенел и искрился от знойных лучей солнца. От воды исходил запах тины, который дурманил голову. Рыболовецкие бригады, как обычно в путину рано вышедшие в море, с богатым уловом направились к берегу. Здесь они спешили поскорее завершить все дела и укрыться в тени.
У каждого своя работа: одни вытаскивали лодки на берег, очищали их от морской травы и ракушек, ставили на якоря, развешивали сети для просушки; другие носили большие ящики с рыбой для взвешивания в весовую; третьи разводили костёр, вешали на крюк огромный котёл для ухи. Это золотое правило никогда и никем не нарушалось. Для этого из общего улова...Выделялся пай рыбы, рыбаки варили её не только для себя, но и для всех желающих…
Деревенская детвора всегда с нетерпением ждала момента, когда будет готова душистая наваристая уха и прозвучит приглашение к обеду. Дети приходили с хлебом, ложками и чашками. Некоторые брали с собой трёхлитровые банки: щедрая рука рыбаков никого не обделяла.
…Наши друзья, наблюдая за рыбаками, тоже томились в ожидании.
— Слышишь, Петька! — Вовка тронул за плечо своего товарища. — Смотри, одну лодку рыбаки не вытащили на берег. Давай в неё залезем и покачаемся на волнах?
— Давай, но только когда уха сварится, кушать хочется. Тузик тоже голодный. Да, Тузик, ты есть хочешь?
Собака завиляла хвостом и лизнула его в лицо.
— Видишь, он сильно есть хочет! Давай подождём, думаю, нас уже скоро позовут.
— Хорошо, — согласился друг. — Только Тузика брать не будем. Он нас может выдать, начнёт лаять, если кто-то пройдёт мимо…
— Как не будем? Я без него не пойду, не брошу одного у воды. Вот тогда он будет сильно лаять и бегать у берега. Возможно, сам бросится в воду, поплывёт за нами и может утонуть. Нет, я не брошу его, он тоже мой друг.
— Струсил один, без собаки? Ведь я буду с тобой, я твой старший друг!
— Нет, собаку не оставлю одну! И ничего я не боюсь…
Петька хотел ещё что-то добавить к сказанному, но в это время один из рыбаков позвал ребят:
— Вы что сидите, особого приглашения ждёте? Уха готова.
Ребята не заставили себя долго упрашивать. У казана собралась большая толпа детишек. Повар, дядя Фёдор, разливал душистое варево. Он в каждую тарелку добавлял большой кусок рыбы, не забывая при этом сетовать на жару.
Он был довольно высокий, средних лет, с ослепительно белоснежной улыбкой на сильно загорелом лице и повязанным на голове красным платком — он напомнил Петьке пирата из журнала о морских приключениях. Принимая из рук Фёдора чашку с ухой, Петька не выдержал и засмеялся:

— Дядя Фёдор, вы точно пират из книжки!
— Что, сильно похож?
— Да! — ответил мальчик. — Такой же сильный, большой, но только не злой! Даже добрый. Налейте, пожалуйста, и в эту чашку ухи моей собаке.
Рыбак обратился к товарищам:
— Видали, как он меня назвал? Я теперь и пиратом стал… Давай, сынок, миску! Молодец, о друге беспокоишься. А что это за порода? Никогда такой не встречал!
— Не знаю, — ответил Петька, поставив перед собакой миску. — Мне всё равно, какой он породы, я его и таким люблю!
— Вот за это тебя хвалю, — заметил рыбак. — Сам кушаешь и о друге не забываешь... Вот пекло так пекло! Быть грозе!
Другой рыбак, дядя Иван, который в это время разбирал сети, посмотрел на небо, прикрыв глаза ладошкой:
— Да нет, ты ошибаешься! Вода спокойная, на небе ни одного облачка. Да и нога меня не беспокоит. Она у меня как барометр — за три дня дождь чувствует…
А Фёдор продолжал тревожно прогнозировать:
— Точно быть грозе! Деревья не шелохнутся, птицы попрятались в полях. Даже комаров не слышно! Вон там, смотрите!
Он показал рукой на западную часть залива, где собирались серо-чёрные тучи. Они разрастались стремительно, и ветер гнал их на восток…
Рыбаки сообща стали сматывать сети и закатывать казан на весовую. Иван тоже посмотрел в ту сторону, куда показывал Фёдор:
— Нет, стороной пройдёт! Видишь, ветер в поля гонит тучи. Там дождь нужнее. Нас не заденет! Да и нога всё ещё молчит.
Один из рыбаков помоложе пошутил:
— Наверное, ей жарко, разморило! Не поймёт, как себя вести!
Иван обиделся:
— Умник нашёлся, с моё поживи!
— Да успокойтесь вы! — пытался унять ссору Фёдор. — Уходить надо с берега!

Он подошёл к ребятам:
— А ну, воробьи, марш домой, шторм идёт! Чтобы ни одной души на берегу не осталось, вам ясно?
Дети, управившись с ухой, дружно стали расходиться по домам. Петя тоже собрался с ними, но Володя потянул его за шорты:
— Ты что, мы же договорились! Давай спрячемся за колодцем. Все уйдут, а мы в лодке полежим. Жарко, даже в глазах темнеет, а в лодке прохладно!
Петя посмотрел на друга удивлённо, прижав Тузика к себе:
— Дядя Фёдор приказал домой идти, шторм идёт!
— Дядя Фёдор, дядя Фёдор, — передразнил его товарищ. — Опять трусишь? Полежим в лодке, какой там шторм! На небе ни облачка, ни ветерка. Смотри, как тихо! Дядя Иван старше и опытнее твоего Фёдора, он точно знает, быть шторму или нет. Сказано, что стороной пройдёт!
— Хорошо, — согласился Петя, — мне тоже хочется в лодке полежать…
И они спрятались за деревянным срубом колодца. Рыбаки завершили работу, потушили костёр, вытащили лодки подальше от воды и ушли. Мальчишки остались на берегу одни.
Ближайшая к воде лодка стояла на якоре, цепь от неё была обмотана вокруг стояка — железного кола, вбитого в песок, — но не закреплена замком. Ребята залезли в лодку; здесь пахло свежей рыбой и морем. Лодку разделяли две банки. Петя и Володя улеглись на них, Тузик устроился на корме. Сытный обед и палящее солнце убаюкали пацанов, и они уснули крепким сном.
…Между тем подул свежий ветерок. Тучи на небе заклубились быстрее. Они напоминали огромный пчелиный рой, вылетевший из ульев; ветер собирал их в одно место, над деревней… Вот уже и солнце спряталось, по воде пошла сначала мелкая зыбь, а потом вода стала прибывать с большой скоростью. Лодки, стоявшие на песке, теперь оказались в воде. Дети спали, но их теперь укачивали волны, которые с каждой минутой становились всё выше и выше. Налетел сильный порыв ветра, крепление не выдержало, цепь размоталась. Лодку сорвало с крепления и погнало вперёд, вдоль берега, навстречу приближающемуся урагану. Её удерживал только якорь…
Тузик первым поднял тревогу, залаял. Проснувшись, Петя с Володей в ужасе увидели вокруг себя бушующее море. Шёл мелкий дождь, переходящий в ливень. Молнии рассекали горизонт, громыхал гром. Пенистые волны с силой набрасывались на маленькое судёнышко, готовые раздавить его, как ореховую скорлупу. Тузик лаял не переставая, и этот лай переходил в вой — жалобный, протяжный, призывающий на помощь.
— Замолчи, Тузик! — закричал Вовка. — Петька, заставь его замолчать, прошу тебя, мне страшно!
Петя, прижав собаку к себе, пытался её успокоить. Он очень боялся, что его друга может смыть волной за борт. Море, спокойное до этого, превратилось в разбушевавшегося зверя. Петя крикнул Володе, что надо постараться выбраться на берег, но тот со слезами на глазах сел на дно лодки, сжавшись в маленький клубочек, и отрицательно мотал головой:
— В воду не полезу, из лодки не уйду… Мы с тобой не справимся, мы утонем…
 Десятиклассники Сергей, Игорь и Николай спешили домой, чтобы успеть до дождя. Назавтра рано утром они собирались в поход на велосипедах на лиманы — очень красивые места недалеко от деревни, куда не ступала нога охотника. Царство цветов и трав, побывать в котором — большое счастье, да и девушкам цветов привезти в подарок... Велосипеды подготовили, оставили у друзей. Сами берегом моря отправились домой. Гроза застала их, когда они прошли уже половину пути. Небо потемнело, мгла повисла над ними. Разряды грома и сверкание молний заставляли идти быстрее. Волны с силой набрасывались на берег и с шумом возвращались в свою стихию. Сквозь этот штормовой грохот один из ребят услышал лай собаки, который то пробивался сквозь завывание ветра, то умолкал.
— Сергей, слышишь, где-то рядом собака воет? — Николай остановил друга. — Нет, показалось! Надо же, ветер воет как животное! Жутко становится, скорее бы уже дойти да на гору подняться, волны весь берег укрыли.
— Да, ты прав, где-то рядом… — Сергей остановился и прислушался.
Они стали всматриваться в морскую даль, но из-за дождя в двух шагах ничего не было видно. Только свист ветра да раскаты грома… Вновь сквозь весь этот ад раздался жалобный лай собаки. Совсем рядом с ними… Сверкнула молния, на миг осветив всё вокруг, и юноши увидели лодку, окружённую волнами.
Николай воскликнул:
— Ребята, в лодке собака! Как она туда попала? Давайте её спасём, утонет, жалко!
Игорь возмутился:
— Ты точно с ума сошёл? Нам нужно быстрее на гору подниматься. Вода у самых скал, нас самих скоро в море смоет. А они собаку решили спасать! Мы не сможем вытащить лодку, волны и ветер не дадут!
Но Сергей и Николай не стали его слушать и вошли в воду. Волны выбрасывали их на берег снова и снова. Только с третьей попытки им удалось добраться до лодки. Они хорошо знали — ведь выросли у моря, — что волна только у берега имеет огромную силу, может сбить с ног и затянуть, но дальше от берега теряет свой напор.
На дне лодки сидели перепуганные дети, прижимаясь друг к другу. У одного на руках была собака. В это судёнышко уже набралось немало воды. Ещё бы немного времени, и морская пучина поглотила бы и лодку, и детей.
Николай понимал: каждая минута дорога. На носу лодки он нашёл ящик с разного рода инструментами, необходимыми рыбакам. На их счастье, здесь же лежал большой моток верёвки. Юноша привязал к её концу грузило от сетей и крикнул Игорю на берегу:
— Лови и тащи!
Но порыв ветра отбросил верёвку в сторону. И всё же ребятам удалось подтащить судёнышко к берегу и забрать детей. Тузик прыгал вокруг спасателей и визжал от восторга, а лодка через мгновение перевернулась.
Ребята, взяв на руки собаку, спешили к горе: до дороги, ведущей в деревню, им было уже не добежать. От берега осталась узкая полоска песка — ещё немного, и она совсем исчезнет. Они поднимались по крутому склону вверх, хватаясь руками за кустарник и траву. Исцарапав ноги и руки в кровь, достигли небольшого выступа и остановились на нём, переводя дыхание. И только теперь посмотрели на тех, кого спасли.
Собака, мокрая, словно облезлая кошка, с благодарностью лизала руки Николая. Мальчишки, посиневшие от страха и холода, притихли, не веря в своё спасение. Сергей улыбнулся им:
— Ну что, бродяги, натерпелись страху? Как вас угораздило выйти в такую погоду в открытое море? Петька, ты своему волкодаву спасибо скажи: это его лай мы услышали! Смотри, как он Николая благодарит. Умная псина! А так бы вам крышка!
— Лай, дружок! Лай как можно громче. Возможно, кто-то ещё услышит твою просьбу о помощи.

Фёдор вышел на улицу, накинув брезентовый плащ на плечи. Ветром сорвало деревянную ставню на окне. Буря бушевала уже около часа.
— Да, давненько не было такого шторма! Сколько лет живу — не доводилось увидеть! — воскликнул мужчина, натягивая капюшон плаща поглубже на голову.
Его усадьба была расположена недалеко от моря. Огород выходил прямо к обрыву. Сквозь вой ветра, грохот раскатов грома и треск молний Фёдор услышал призывный лай собаки. Он посмотрел на своего дворового пса. Тот лежал в будке, защищавшей его от налетевшего урагана. Даже увидев хозяина, пёс не желал вылезать из укрытия, но при этом пытался дружелюбно помахивать хвостом.
— Что за ерунда? Откуда на море может быть собака? — И тут Фёдор вспомнил маленького мальчика и его четвероногого друга. Сердце его учащённо застучало.
Опытный рыбак понял: дети почему-то ослушались и остались у лодок. Не случилось бы беды при такой погоде! Он вошёл в дом и приказал старшему сыну:
— Беги к Ивану, собирай рыбаков! Пусть захватят багры, верёвки и, возможно, лестницы.
Юноша непонимающе смотрел на отца.
— Папа, там же настоящий шторм! Ветер с ног валит.
— Нет времени всё объяснять, там, на берегу, возможно, гибнут дети. Иди, сынок, созывай народ. Беги быстрее!
Сам Фёдор вернулся в сарай, захватил моток верёвки и багор, после чего поспешил на зов.
Вода с деревенских улиц широким потоком неслась вниз с обрыва к морю, таща за собой ветви деревьев и камни. Новый порыв ветра опять принёс пронзительный лай собаки.
— Эй, кто там внизу? Это я, Фёдор! Эй, отзовитесь!
Снизу, из темноты, раздался голос:
— Дядя Фёдор, это я, Николай Соловьёв, со мной ещё ребята. Нас пятеро и собака, помогите… Мы сами не можем подняться на гору: глина размокла под ногами, невозможно удержаться, и вся эта грязь может смыть нас обратно в море.
— Коля, сынок, продержись немного, сейчас мужики подоспеют…

Люди бежали к обрыву. Привязали к лестницам верёвки и спустили их вниз, но дети уже не могли подниматься сами, силы были на исходе. Не раздумывая, Фёдор обвязал себя верёвкой, спустился и на руках вынес малышей. Петьку и Вовку отнесли в дом к Фёдору, напоили чаем, растёрли, уложили в постель, сообщили родителям и только тогда узнали всю правду о том, что произошло на берегу залива.
Тузик стал героем этих событий. Петька очень гордился хвостатым другом. И после того, как они с Вовкой переболели, они стали ещё большими закадычными друзьями. Тузик, как и прежде, сопровождал их повсюду.
2012 год