Для любви нужны двое

       Он прожил нелёгкую сложную жизнь. Благодаря его  природному дару привлекать женщин, летящих, как бабочек к огню, в ней было их очень много. Со временем Он отточил грани этого таланта настолько, что превратил в бриллиант в коллекции других своих достоинств. Конечно, Он искал ту единственную, которая должна была стать его второй половинкой и принести ему беспечную радость бытия, что зовется счастьем любить. Но не мог нигде найти. Женщины, преклоняясь перед его харизмой, мгновенно  таяли, теряли себя и интерес к себе в его глазах. Они сами становились ниже того трона, который Он мысленно приготовил для своей мечты. В конце концов Он перестал Её искать и даже обзавёлся семьёй.
       Его жена была умной и красивой женщиной. Родила ему дочь, Он даже как будто любил её. Но это была не Она. Не та королева, что виделась Ему в грёзах.
       Женщин было так много, его мастерство завладения их сердцами стало настолько велико, что Он потерял к ним всякий интерес. Теперь они казались ему не более чем красивыми картинками в листаемом им журнале с названием «Жизнь». Что творилось в их душах, Он и не пытался рассмотреть - слишком далеки они были от его воображаемого трона с пустующим местом для той единственной, которую Он мечтал встретить. Так очерствело его сердце и охладела душа.
        Время шло. Он всё больше пил. Больше играл. И разуверивался в том, что когда-нибудь случится чудо и денщина его мечты встретится на его жизненном пути. Он чувствовал, что стареет, многого уже просто не хотелось и это неизбежно привело к тому, что отношения с женой стали партнёрско-деловыми, с навечно закреплённым правом собственности друг на друга. Он немного обрюзг и поседел, но это скорее придало ему значительности, некоей статусности, особенно в глазах женщин. Он по-прежнему нравился им.
        Так бы всё и длилось, если бы в Его окружении совершенно случайно не появилась вроде бы некрасивая, но в тоже время необычно привлекательная особа. Она была не в его вкусе. Совершенно не совпадала с давно затёртым образом идеала, но что-то в её внешности влекло Его. А может быть, даже и не столько внешность, сколько удивительное сочетание открытой искренней улыбки и глубоких печальных глаз, скромного поведения и пылких взглядов, которые она украдкой бросала на него...
       Конечно, она попалась, угодив в ловушку его мужского обаяния, как  и все до неё. Он это понял сразу. Но удивило его то, что и в его душе что-то ёкнуло. Что-то заставляло чувствовать, что не такая Она, как другие. Им завладело любопытсво. Он быстро расположил её к себе, ей нравилось быть с ним, и  вскоре они провели  замечательную, но не самую лучшую в его жизни ночь. Самое удивительное произошло с утра, когда, встав пораньше, Она успела сбегать во французскую булочную в соседнем доме за свежайшими круассанами и сварить ароматный кофе, который его и разбудил. Как ни странно, Она была по-прежнему очаровательна. Расплылась как всегда в улыбке и по-детски искренне любовалась им, осторожно отодвигая упавшую прядь с его лица. От неё веяло таким теплом, какое Он испытывал так давно, что даже не помнил, когда именно. Она будто искрилась счастьем. На секунду ему показалось, что Она светится. В этот момент Ему вдруг так захотелось прижаться к Ней, окунуться в тепло её бесхитростной доброты, испить той чистоты чувств, которую Он успел забыть в бесконечной смене ролей и декораций прошедших лет.
       Словно почувствовав его желание, Она притянула его к себе и обняла, можно сказать, обволокла всем своим телом. Тепло разлилось у него внутри. Прикрыв глаза, Он обмяк и из его груди вырвался тихий стон. Нет. Ему не было тяжело. Просто Он почувствовал нежность и увидел, как он, маленький, бежит по залитому солнцем пляжу, покрытому мягким песком, как радуется солнцу, ласкающему его кожу, морю, нежно касающемуся его ног, и абсолютно беспричинно радуется светлому дню. Впервые за много лет он ощутил себя просто счастливым. Она в это время, поглаживая его по спине, странным образом расслабила его тело. В его голове лишь успела пробежать мысль: "у неё волшебные руки". Он совсем расхотел спешить, бежать, ловчить, совершать сделки и вести переговоры. Он хотел быть с Ней, и только с Ней.
        Некоторое время спустя Он уже с упоением рассказывал о своём детстве. Она слушала с неподдельным интересом и улыбалась. Она вообще часто улыбалась. Так Он провёл с ней весь день. Оказалось Она вкусно готовит, но очень простые блюда, совсем как в его детстве. И всю следующую ночь Он всё рассказывал и рассказывал о себе, о женщинах, о семье, обо всём. Удивительно, в те редкие моменты, когда Она вставляла реплики, они каждый раз поражали Его глубиной понимания и мудростью суждения. С каждым откровением ему становилось всё легче и легче, как будто Она снимала камни с его души. Всю следующую ночь они больше проговорили, нежели занимались любовью. Но с восходом солнца  неумолимо начинался новый день. Надо было возвращаться в реальность, тем более что телефон начал настойчиво напоминать о насущном. Он уехал. Занимался делами. И ни разу не вспомнил о ней. Его переполнял прилив сил. Он чувствовал себя способным свернуть горы. В эйфории, Он конечно же машинально зацепил несколько дамочек, да так умело, что они были готовы на всё и сейчас. После удачных переговоров Он не отказал себе поехать развлекаться с партнёрами и этими женщинами. В угаре дорогого  ресторана,  а далее казино и отеля, компания шумно праздновала успешную сделку. Всё вернулось на круги своя. Он был навеселе, балагурил и опять много пил. И вроде бы всё было хорошо. Но на следующий день его мутило. Не столько от количества выпитого, Он мог бы выпить и больше, а от того, что некое непонятное чувство маленьким червячком  где-то внутри не давало ему покоя. Он не понимал, что происходит. Он силился осознать и проанализировать, но ничего не получалось. А зудящее чувство не давало жить спокойно и теребило душу, заставляя сердце болеть.
        Через несколько дней Он решился позвонить. Она быстро подняла трубку, сказала, что рада. Говорила с ним так, будто ничего не произошло. И вообще никогда не было. Ему даже  почудилось, что всё, что случилось между ними, - лишь сон. Но Он всё же нашёл в себе силы сказать, что хочет приехать. И только тут Она выпалила, что безумно скучала и ужасно хочет Его увидеть. Стала рассказывать в подробностях, как горит её тело в предвкушении встречи. Это был  шок. Но от её  дрожащего голоса, тех слов, что Она произносила, того сбивчивого дыхания, которое слышалось в трубке, Он помчался к ней сломя голову, как мальчишка. Она открыла дверь в полупрозрачном маленьком пеньюаре, спадавшем с плеча… И этот свет, исходивший от неё, эта искренняя улыбка и блеск полуприкрытых глаз. Этого было достаточно, чтобы он захотел обладать ею, даже не успев раздеться. Он сгрёб её в охапку, будто боялся потерять и поволок в спальню, целуя на ходу, впиваясь губами куда попало.
     Утром был такой же ароматный кофе и такие же круассаны, и, несмотря на бурную ночь, Она никак не изменилась, загадочно улыбаясь приятным моментам их встречи.
      Он  вновь поразился. Вроде бы Она была не так, чтобы красива: длинноватый нос, близко посаженные глаза, да и не девочка уже. Но эта улыбка, этот нежный, добрый и одновременно лукавый; грустный и в тоже время ироничный взгляд манили Его, как будто, внушая желание узнать, какая тайна скрывается за ним, что позволяет ей совершенно искренне испытывать столь насыщенные эмоции, делая по-настоящему живой, без тени притворства. К тому же, Она оказалась необычайно подвижна: и пары минут не могла усидеть в одной позе. Его это и забавляло, и привлекало, и удивляло и восхищало. Такой чистосердечной детскости поведения он не видывал уже давно. Даже юные девицы, с которыми Он когда-то переспал, вели себя позёрски жеманно.
           Он ужасно хотел остаться, но бизнес есть бизнес, и Он не мог себе этого позволить. Череда разных важных и не очень дел завладела им, превратив жизнь в изнуряющую рутину. Временами Он всё же вспоминал о Ней.  Чем больше проходило дней с момента их последней встречи, тем больше Он хотел ещё и ещё раз заглянуть в глубину её глаз. Что там, за пылающими неподдельными чувствами зрачками? Что таится в её душе? Какой секрет позволяет ей в одном и том же взгляде быть и весёлой, и грустной, и одиноко печальной, и искренне радующейся какой-то не самой смешной истории, рассказанной им? Какая магическая  сила, которой Она так легко одаривает, скрывается в ней? Но Он не позволял себе даже помыслить о ней.
       Его жизни вроде бы вернулась на круги своя. Но в редкие минуты, когда Он оставался наедине с собой, всё чаще ловил себя на том, что не может не думать о Ней. Вернее, что Она в его голове. Никаких конкретных мыслей у Него не было, но её образ всплывал, каждый раз как Он закрывал глаза, затянувшись любимой трубкой. В таком мечтательном состоянии Его однажды застала жена, заехавшая по делу. Будучи  умной женщиной,  через несколько не вполне адекватных реплик с его стороны жена всё поняла. Её право собственности не могло позволить Ему испытывать даже влюблённость,  не говоря уж о том, чтобы любить. По многим причинам Он не мог встретиться с той, о которой теперь мечтал, но время от времени звонил, и они разговаривали долгими ночами. Он не высыпался, но это общение придавало ему сил, Она заряжала Его энергией даже на расстоянии. Они были далеки друг от друга, но сблизились душами настолько, что он уже не представлял себя без этих разговоров и всё время хотел большего. Он скучал. Она была  очень нужна Ему.
         Когда шёл дождь, Ему становилось грустно. В солнечные дни Он вглядывался в солнце, потому что от Неё исходил такой же тёплый свет. По всем признакам Он был влюблён, но даже самому себе не хотел в этом признаться. Он одновременно мечтал о любви и боялся её, рвался к Ней и загружал себя работой, чтобы не иметь возможности встретиться. Он так давно растерял яркие краски страстной чувственности самого прекрасного чувства на Земле, так привык к чёрно-белой накатанности будней, окружённой блестящей мишурой фальшивых признаний, что испугался потерять все вложенные усилия и полученные результаты прожитой им к этому времени жизни. Перед ним неизбежно встал выбор - благополучие и привычная стабильность  или любовь и жизнь с нуля. А ведь Он - уже не мальчик. Так Ему твердили те, с кем Он пытался посоветоваться. То же внушала ему жена. Он метался, не в состоянии принять тягостное решение.
     А Она? А что, Она? Она любила его нежно, желала страстно, и надеялась на то, что Он тоже полюбит Её искренне, и они будут жить долго и счастливо до конца своих дней.  У неё не было  ни расчета, ни планов на него. Она просто распознала в нём того чудного мальчугана, который когда-то был глубоко спрятан под ворохом проблем и ошибок в глубине Его души. Просто Она была той самой единственной, которую Он ждал.
    Но Он слишком долго Её искал. Он устал и не был готов к борьбе, которая неизбежно предстояла с теми, кто к тому времени имел право на Него. Да. Он был не свободен. Он закабалил себя. Сам. И это был Его выбор.  Он горевал, тосковал, напивался и плакал. Но не  смог решиться открыть своё сердце, чтобы любить.