Донор

Волнения нет. Холодные железные обручи сковывают запястья, утверждая серьёзность намерения. До начала ещё минут пять, и это время даёт отличную возможность созерцать кристально белый потолок. Крайне интересное зрелище, ничего не скажешь. За меня не волнуются, хоть в этом я уверен. Остальное – в руках удачи.
     Оппонента не вижу. Мне говорили про эту особенность – противоположная часть стола завалена белой пеленой. Интересно, что он там творит? Или она. Ну, да неважно. Важно, что творю я. В голове болезненно ухает, словно африканские слоны решили совершить массовое суицидальное турне в пропасть моего сознания. Необычные ощущения, в целом. Сидя неподвижно в этой пустой, до боли белоснежной комнате, изо всех сил стараешься жить полноценно, стараешься разглядеть тончайшие ароматы очищенного воздуха. Видимо, никто из нас абсолютно не доверяет руке госпожи фортуны.
     Официантка в коротком японском одеянии, в котором, честно сказать, выглядела она довольно глупо, принесла холодный гранатовый сок. Спасибо, не откажусь. Каблучки уцокали по плитке вглубь коридора.
     До конца обеденного перерыва ещё минут сорок – часы сообщили. Я в нетерпении стал отстукивать ногами какой-то замысловатый восточный ритм. Руки затекают. Зачем они вообще меня сковывают? Я чем играть буду?
     Зачем мне это? Не знаю и сам, честно говоря. Коллеги говорили, адреналин просто водопадом ниагарским в кровь хлещет. Ну а вообще, если честно, я летать боюсь очень. Так что, если выиграю, будет крайне здорово. А если нет… А что, если нет?
     Пришёл Следящий. Так их тут, кажется, называют. Ну наконец-то. Минуты ожидания истерзали до муки. Руки, наконец, освободили. В сгиб локтя резко вонзились две микроскопические иголки. На затылок шлепком налепили пластырь с мириадами мельчайших иголок. Страх резко подпрыгнул и ударил в горло, застряв там несминаемым комком. Спокойно… Что-то где-то зажужжало, и поверхность стола заиграла огнями. Секунда – и поле для игры готово. Шашки расставлены. С невидимой стороны стола раздался сдавленный всхлип – не мне одному тут страшно.
     Мы остались в комнате вдвоём. Вспыхнул большой плазменный экран сбоку от стола – два индикатора, оба пока полностью красный. Металлический голос из невидимых динамиков принялся отсчитывать время в обратном направлении. Тридцать- двадцать девять - двадцать восемь… Как же страшно. Спокойно, соберись. Гранатовый сок - твой бонус. И его тоже, но ты про это не думай. Сосредоточься на игре. Пятнадцать – четырнадцать – тринадцать – двенадцать… Да замолчи ты уже! Давайте играть. Пять – четыре – три – два – один – ноль. Раздался длинный гудок. Игра началась.
     Я первый коснулся поверхности стола. Дрожащий палец едва коснулся крайней правой шашки. Сенсор дрогнул. В голове гулко забухало, кровь словно стала желе и едва проталкивается сквозь сосуды. Нужно быстрее делать ход, говорят, в таком состоянии нельзя долго продержаться. Но мысли, как назло, расплывались в кашеобразную жижу и никак не хотели собираться. Я резко дёрнул палец влево, на следующую чёрную точку, и отпустил шашку. Будто вынырнул из ледяного омута. Что-то дзинькнуло, мой взгляд непроизвольно метнулся на экран. Фу-ух… Пока всё нормально, уровень такой же. Ход правилен.
     Невидимый игрок, видимо, тоже сотворил ход. Дзиньк. Моя очередь. Я всё продумал заранее. Едва палец коснулся шашки, сознание вновь провалилось, я по продуманной схеме передвигаю шашку к стенке. Раздался уже знакомый звонок…


    Я не знаю, сколько продолжается игра. Практически все мои шашки уже сместились к центру. Уровень крови у меня – 83%, у него – чуть больше половины. Пока что всё хорошо, вот только немного подкруживается голова. Я только что сходил. Могу расслабиться. Ход ещё не мой. Его ход завершён. Звонок. И тут руку сильно обожгло холодом. Как?! Ну что я мог не предусмотреть? На индикаторе мои 75 против его 76. По телу пролетел холодный мерзкий пот. Нельзя дать выиграть. Вон там мелькает выгодная позиция. Надеюсь, об этом подумал только я. Я хватаю чёрный кругляш и буквально бросаю его в сторону соперника. Ход в считанные секунды. Да! Минус одиннадцать процентов из его индикатора.


     Мы сравнялись Пятнадцать процентов против пятнадцати. На восьми, по отзывам, человек больше не встаёт. Прервать игру нельзя – грубое нарушения договора, да и зачем. Фортуна.
     Я слишком поздно замечаю белую шашку возле моей беззащитной со всех сторон чёрной – в глазах уже двоится. И гранатовый сок не поможет. Хоп – и он в дамках. Минус шесть моих процентов. Уже неважно. Уже всё равно. Сознание блекнет и на его место приходит спокойно, тихо плещущееся море. Теперь всё точно будет хорошо. Без чёрного и белого.

***

Неизвестный противник долго смотрел вслед уезжающей белоснежной машине – как потолок в той комнате. Странно, думал он, это не вяжется с нашими дорогами… Напоследок оглянулся на высокое здание с громогласной вывеской: «ДОНОР». Потом спокойно побрёл дальше. Теперь у него есть время. Теперь у него есть целая жизнь в запасе.