Город

Впереди расстилалась безграничная пустошь, лишь изредка заставленная покорёженными остовами авто.  Солнце выжигало дорогу. Перевалило за полдень.
 - Слых, пацаны, остановимся, может? – Паха сделал попытку улыбнуться. Пот струился по лицу, заливая в рот. – Ей-боху вот, сил уже нету. Печёт ж, зараза.
 - Притухни… - прошипела, утирая жидкую грязь с лица рукавом дырявой куртки, Лена. – От твоей болтовни в ушах рябит. Продолжишь – последние силы потрачу, но язык твой вырву.
 - Э, ребят, да вы чё? Я ж так, для поддержания…
 - Знаешь, что себе поддержи? – взъярилась Лена.
 - Спокойно, спокойно. Паш, замолчи, реально. – вступился Сергей, - Лен, не трать ты силы.
Так получалось всегда. Именно он играл примиряющую роль во всех конфликтах этой парочки, непонятно как вообще выжившей в этой реальности.
Вода заканчивалась, да и та, что осталась, была до приторности горячей. Патроны тоже на исходе. Но эти трое всё равно продолжают идти в мнимую Москву, в какой-то далёкий мираж. Но людям вообще свойственно питаться пустыми надеждами.
 - А я это… - затянул мечтательно Паха, - помню. В детстве мечтал: вот, думаю, эта… школу-то как закончу, так сразу и того… Рвану прям сюды, в столицу. Эх… Там вообще жизнь – закачаешься. Братаны говорили. – авторитетно закончил он.
Лена посмотрела на него с нескрываемым презрением, но промолчала. Молодец. Ну а что, действительно, логично всё. Как ещё она, филолог с высшим образованием, на него смотреть может?
Впереди замаячил остов придорожного магазина. Придорожного – это, конечно, громко сказано, но по привычке. Дороге тут уже лет двадцать нет никакой – пески да и только. Но раньше, видно, дорога была, судя по указателям. Большая дорога.
Магазин приветствовал гостей крайне неприветливо – внутри лишь чуть менее жарко, чем на улице, но стоял невыносимо удушливый запах тления.
 - Э, ребятки, это чё-то не дело вообще. Мы чё, типа, в этой вони спать будем, что ль? Не, чувачки, я пас. – Паха демонстративно закашлялся и побрёл к выходу.
 - Не спать, а переждать жару! – отрезал Сергей, - но ты, если хочешь, можешь прилечь прям на песках. Тебе терять нечего уже.
Павел ворчливо ухнул, и устроился в центре магазина, неподалёку от остальных. Повисла длительная пауза, нарушаемая лишь шевелением песка у выхода.
 - Ну? – не выдержал Павел.
 - Говоришь ты много, вот что. – выпалила Лена.
 - Ну и пожалуйста. Будут мне рот затыкать ещё. Пожалуйста. – Павел повернулся к стенке, покрытой пылью. Стена радостно приветствовала его.

 - Ты хоть знаешь, где мы, Серёж? – устало спросила Лена. – Может, вообще всё просто? Пулю в голову и всё. На это нам патронов точно хватит. Есть смысл идти в эту чёртову Москву, пробираться через эту грязь, пыль, зомби? Зачем? Мы так безрассудно держимся за это наше существование. Но ведь рано или поздно… Не проще ли сразу?
 - Не проще, Ленка, не проще. – Сергей ласково потрепал её по спутанным волосам, - мы ж люди, понимаешь? Жить нам охота. В любых условиях было охота, и сейчас вот. Не наша вина ведь, что вот так всё наизнанку вывернулось. Человек – он ко всему приспосабливается.
 - Да о чём ты вообще? В любых условиях у него… Это не жизнь давно уже, выживание это.
 - Вот значит и надо выживать. – ответил Сергей.

 - Задолбали. – вдруг донеслась реплика из-за угла, - живите себе и точка. Шо ж тут думать-то? Пулю в голову они себе. Живёшь – живи, не живёшь – не живи, понятно ж. Удумали. Пойду дровишек понатаскаю. Солнце того уже… - Паха вышел из магазина.


                ***
     …Вечерело. Сгустки клубистого тумана поглощали дневной жар. Ночь медленно наползала на Пустошь. Где-то вдали лаяли разъярённые собаки, о которых ходили неоднозначные легенды, но наступала долгожданная пора спокойствия.
      Паха лениво ковырял головёшки затухающего костра и насвистывал какую-то нехитрую мелодию. Лена уютно устроилась на коленях Сергея, по-домашнему поджав под себя колени.
 - Вода кончилась. – как-то обыденно сообщил Сергей.
 - Ясно, - отозвалась Лена. Также буднично, неосмысленно. Сейчас им было неважно это. Уютный вечер, забирающийся в самые неприступные уголки души, будоражил прошлые воспоминания. Все молчали.
 - Хорошо-то как… - мечтательно протянула Лена, - как в детстве, на пикниках всяких. Лежишь так, слушаешь, засыпаешь медленно…
 - Ага. – внезапно буркнул Павел, - понимаю я, чё… Вы эта… давайте… Спать идите пока. Я подежурю.
 - Что это с тобой? – сощурилась Лена, - приступ доброты?
 - Чего вы так-то, а? Я тут вам эта, а вы… Эх. – ворчливо и обиженно заключил Паха.
 - Ленк, ну в самом деле, чего ты? Ну вызвался человек подежурить, ну так и пусть. Пойдём, пойдём поспим.
 - Давай, ага. Я тут – эта… - если чё.
     Ленка и Сергей направились к заднему отсеку магазина, для персонала, оставив Павла наблюдать тлеющие угольки догорающего костра.

     Песенка Пахи прервалась на полуслове. Ночную тишину прорезал крик дикого ужаса…

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...