Ее Моцарт

Что может быть чудесней маленького, уютного, европейского городка с хорошенькими, почти пряничными домиками, узенькими улочками, изобилующими кафе и сказочными витринами старомодных лавок? Что может быть чудесней крошечных площадей и бесчисленных дымовых труб, прорывающихся сквозь черепичные крыши? Что может быть чудесней витиеватых фонарей, брусчатки и удивительных окон, одетых в белоснежные занавески с вышивкой, и украшенных керамическими горшками с фиалками и бегониями?
Она шла по тротуару, с удовольствием стуча каблуками по вековой каменной кладке. Она любила шпильки. В них ее грация достигала своего апогея, в них она как будто летала…
Солнце в окрестностях Зальцбурга показывалось несколько позже (виной тому были Альпы), зато сразу все меняло и преображало. Это было подобно аккорду клавесина. Именно клавесина, ведь эти места связаны с ЕГО именем! Ах, Вольфганг, ты ведь тоже здесь гулял! Эта мысль заставляла ее душу ликовать.   
Наконец, перед ней возникла темно-коричневая дверь ее любимой кондитерской. Здесь продавались конфеты «Моцарт»: необыкновенные шоколадные шарики с портретом ее кумира.
- Доброе утро, Анна! – улыбнулся хозяин лавки. – Ты сегодня так рано!
- Ах, Ганс, есть ли смысл тянуть?! Жизнь слишком горька, чтобы отказывать себе в удовольствии ее подсластить, хотя бы конфетами!
Она взяла бумажный пакет и отправилась в кафе напротив. Она любила пить крепкий, согревающий чай с шоколадом. Он мягко таял во рту успокаивающим, волшебным вкусом. Ее часто не понимали: как можно смешивать столь изысканные конфеты с чаем?!! Ах, как они все глупы!!! Это был прекрасный дуэт, это был ансамбль, заряжающий счастьем на весь день! Она ждала утра, это было ее утешением. Она была одна, совсем одна, ей было невыносимо больно из-за предательства любимого…
Она взглянула на башенные часы: без четверти девять, надо спешить! Надо спешить, чтобы продолжить свое общение с тем, кто никогда ее не обманывал…
Она схватила свой портфель с нотами и побежала. Ее пальцы уже истосковались по клавишам, а уши – по удивительным звукам легкой и совершенной музыкальной фантазии Вольфганга Амадея…
И наплевать, что ушел ее парень! С ней остался ее Моцарт, навечно…

Как редко мы делаем то, чего желаем. Еще реже мы не делаем того, чего не хотим…


Рецензии