Гудвин

     Посетитель смущённо кашлянул, привлекая внимание сидящего за столом небольшого человечка.
 - А! Здравствуйте-здравствуйте! – встрепенулся тот, - ага, ко мне, значит. За-ме-ча-тель-но. Приятно познакомиться, Гудвин, Вячеслав Аристархович. Зачем пожаловали? – спросил Гудвин, протягивая гостю прейскурант.
 - Да мне бы это…сердце нужно. – замялся посетитель.
 - Ага. Сердце, значится. Вам как орган или что?
 - Нет-нет! Любить хочу. Вот. – смущённо заключил посетитель.
 - Хмурно звучите, сэр. Но ничего, подладим. Звать как? – волшебник был до крайности весел.
 - Иван я. Иван Сергеевич Терентьев. Вот.
 - Поня-ятно, - протянул Гудвин и сделал небольшую пометку в блокнотике. – Ну смотрите, в общем. Вот тут вот есть варианты – «Не влюбчив», «Средний класс», «Каждая встречная» и «Каждая встречная +». Выбирайте.
     Иван Сергеевич неуютно заёрзал на стуле. Гудвин, в свою очередь, расправил длинную пурпурную мантию. Повисла неуютная пауза. Клиент размышлял.
 - А подробнее можно? Ну, про всё.
 - А и то можно! – улыбка переливалась по лицу Гудвина, - смотри, Иван: «Не влюбчив» это когда ты пень пнём практически. Кайфа мало, скажу я тебе. «Средний класс» - среднестатистический мужик, в целом. За каждой юбкой не волочится, но и своего не упустит. Последние две, на мой взгляд, вообще для отъявленных маньяков, да. Решайте, Иван Сергеевич! Ну же!
 - Ну я тогда, наверное, это… «Средний класс» выберу. Вот.
 - Вот и отлично! Так, распишитесь, пожалуйста, вот тут и вот тут. – Вячеслав Аристархович ткнул длинным ногтем в бланк заказа. – Отличненько! Пройдёмте-с вот туда, будьте любезны.
     Гудвин и Терентьев погрузились во мрак боковой комнаты.

                ***
     «…Также сообщили, что сегодня утром в своей квартире был убит известный предприниматель Иван Сергеевич Терентьев. Судя по всему, Иван Сергеевич совершил самоубийство, нанеся себе колотые раны в области живота. Предсмертная записка Терентьева такова: «Больше не могу. Нет сил. Эти звуки, запахи, мысли. Они витают везде. Всё хуже. Ищите Гудвина!» Личность загадочного Гудвина неясна. Ведётся расследование. А теперь к новостям спорта…»
     Вячеслав Аристархович выключил телевизор. Серебряная мантия покойно лежала в чертах кожаного кресла. Отхлебнув коньяка, он произнёс.
 - Ага… Понятно. А чего пришли? Я же отдыхал, - голос Гудвина был притворно-измученным.
 - Вячеслав Аристархович, ну так же нельзя! За полгода двадцать жертв. Из ваших пациентов выживают единицы!
  - Пустяки! Несчастный случай. – отмахнулся волшебник.
 - Ну не можем же мы вечно выставлять это за несчастный случай. Будьте аккуратней. Ваша терапия не приносит пользы, вы хоть это признаёте? Люди умирают в мучениях.
 - А, признаю, да. Пользы не приносит, приносит прибыль. Ощутимую. Сам-то, небось, каждый месяц мотаешься куда-нибудь отдыхать, а? – шутил Вячеслав Аристархович, - Расслабься, пока всё спокойно. А через месяц-другой – соберём чемоданы и рванём куда-нибудь. А, да вот во Францию хоть! Давно там не был. Прощай, увидимся позже, Александр!
 - Конечно, сэр, - скрипя зубами, отозвался загадочный Александр.
      Гудвин закрыл глаза и отчётливо услышал стук двери. Он улыбался. Он смаковал эту жизнь.
                ***
 - Здравствуйте! Приятно познакомиться, Гудвин! Зачем пожаловали?..
     Пурпурная мантия уютно перетекала по телу хозяина. Всё начиналось вновь.