Черная книга. Глава 15. Фанки бизнес

Для Дэна этот день выдался хлопотным. Он успел побывать в участке, сфоткать показания и раздать знакомым ментам скриншоты лиц, которые зафиксировала камера в баре – вдруг они успели где-то засветиться.

В коридоре райотдела Дэн встретил Тритоныча – грузного капитана, настоящее отчество которого было Анатолиевич. Тот затянул Дэна в кабинет и достал несколько листков из серой казенной папки, сверху к ним была пришпилена фотка.
- На вот, тебе понравится.
- Блин, Тритоныч, я что, изверг? Почему вдруг мне должна нравиться всякая больная шняга?
Тритоныч на удивление ловко поместил свою тушку на край стола, под жирной ногой в синих ментовских брюках виднелся инвентарный номер, написанный на столешне красной краской.
- Почему?, - повторил он вопрос Дэна, сощурился и скрестил на груди короткие руки с пальцами-сосисками. – Да хотя бы потому, что ты у Дубровского терся.
- Тритоныыч, - затянул Дэн, закатывая глаза.
- Что Тритоныч, что Тритоныч? Ты, ****ь, осуществлял помехи следствию или нет? А? Осуществлял?
- Да нихера я не осуществлял…
- Ты послушай меня внимательно, пожалуйста, Денис Валериевич, я щас как товарищ тебе говорю. Я тебя не арестовываю только из-за твоих, ****ь, заслуг перед отечеством. А узнаю, что ты че-то мутишь на стороне – выебу и высушу, понял?
- Понял. Выебешь, а потом высушишь.
- До****ишься ты у меня.
- Да ладно, Тритоныч, я же по-честному, если что нарою – все тебе принесу, на блюдечке.
- Еще бы, - хмыкнул Тритоныч, - еще как принесешь. Ладно, - сказал он, слез со стола и протянул листки Дэну. Тот взял их, пробежался взглядом, отцепил фотографию, чтобы рассмотреть получше, и тут же вздрогнул от увиденного.
- Вот и я о том же, - ухмыльнулся Тритоныч.
- Тут же такая же хрень, как в Дубровском, один в один… Где это случилось?
- На хате в центре. Сегодня утром. Разница часов в 5-7, эксперт после обеда точнее скажет.
- Интересное кино получается. Наш паренек по ходу с катушек слетел…
- Какой еще паренек, - насторожился Тритоныч, поднимаясь со стула. – Ну ка, выкладывай, сученыш…
Но Дэн уже успел выскочить к двери и уходя бросил. – Ты узнаешь первый, бля буду. 
Потом остановился и добавил: Не, не первый, а второй. Но тоже ведь нехуево, а?
 
После участка Дэн отправился в мединститут, в котором учился Анджей. Дэн потоптался немного в курилке и уже к обеду узнал имя парня за стойкой – его звали Максим Каперский, непутевый сын профессора Каперского. 22 года, неоконченное высшее, гуляка и мажор, синяя хюндай купе 2010 года выпуска. Бездельник и ловелас – в общем, чистой воды мажор, что, наверное, и привлекало в нем Анджея больше всего.

Здесь же, в курилке, Дэн поднажал на одного болезненного вида панка – тот был худым как щепка, носил пирсинг на нижней губе и футболку Мисфитс и имел темные круги под глазами, что выдавало в нм легкого наромана. Дэн прессанул панка своей поддельной корочкой, наплел то-то про сокрытие улик, и тот выдал погоняло лысого в пижонской одежде, который тоже был на пленке из бара.

Богатые торчки звали его Кирпич. Толкал Кирпич в основном по мелочи: шишки, колеса, кокс – сильно бодяженный, как утверждал панк. Серьезного дерьма не продавал и должников прессовал не особо – панк ни разу не слышал, чтобы кирпич кого-то отпинал за наркодолг до полусмерти. Наоборот, его часто видели на модных тусовках как желанного гостя, в неизменном сутенерском белом костюме или черной шелковой рубахе Гуччи. Телки, тачки, кокс - в общем дольче вита. Дэн отпустил панка, взяв с него обещание, что тот наберет, как только увидит Кирпича поблизости или услышит, что тот где-то объявился.

Перекусив гамбургером прямо в машине, Дэн направился домой к Каперским, и застал дома только мать семейства – Антонину Венедиктовну. Худая умная женщина, она на удивление сдержанно рассказала, что, дословно, «недавно у них с Максимилианом состоялся неприятный разговор, после которого они с Сергеем Викторовичем, приемным отцом Максимилиана, не имели удовольствие видеть сына несколько месяцев».
Госпожа Каперская любезно предоставила исчерпывающую информацию о возможном местонахождении отпрыска (Дэн выклянчил номер мобильного, адреса подружек, несколько фотокарточек – разного ракурса и при разном освещении, а также несколько личных вещей, в частности, расческу с парочкой волосков). У Максима был лэптоп, но на месте его не оказалось – видимо, он забрал его с собой. Дэн показал Антонине Венедиктовне фотки лысого и девицы из бара, но она никого не узнала. Тогда он оставил номер своего мобильного, попросил позвонить, как только Макс объявится, и отчалил.

Встречу с заказчиком – отцом Анджея – Дэн назначил на четыре часа в городском парке. Метрах в стах от центрального въезда с главной дороги уходил в парк узкий слепой отросток – он кончался тупиком, который прятался за стеной из деревьев и высокого кустарника. Дэн заглушил двигатель и достал из папки собранные за день бумаги.
Он еще раз просмотрел съемки лиц с камеры и личные фото Макса, потом пробежался взглядом по свидетельским показаниям владельца бара и уборщицы, которая и обнаружила тела. Менты потрудились (не по звонку ли из высокого кабинета, в котором сидел папаша Анджея?) и опросили жителей соседних домов, чьи окна выходили на центральный вход бара. Ничего особо интересного, много мелких деталей, кто-то слышал крики, а кто-то музыку. Несколько человек видели спортивного вида автомобиль синего цвета – наверняка хюдай купе.

Затем Дэн достал распечатку фотографий с мобильного – эти фотографии он еще никому не показывал. Ему не давало покоя эта составленная из предметов и частей тела морда быка - образ, который он отказывался считать совпадением. А теперь у него появились и доказательства – такая же инсталляция в форме бычьей головы в квартире в центре города, всего через несколько часов после убийства Анджея.
 
Хорошо, думал он, если это сообщение, которое оставляет убийца, то в чем его суть? Если это серийник, то он наверняка что-то этим хотел сказать. А может это какой-то новый или наоборот, древний культ? Или какой-то драгдиллерский символ? Дэн понимал, что ответа пока нет, и чтобы его найти придется попотеть, но в этом то и был весь кайф – найти, раскопать, разобраться, доказать. Хотя в подобных случаях кайфа было не много – Дэн много повидал и в стенах мусарки, и за ее пределами, но к таким вещам так и не смог привыкнуть. Отчасти поэтому и ушел из органов – заплата мизерная и жесть пять дней в неделю. Да и еще подружка ныла – Танюха, богатая красивая телка, которую он когда-то отмазал за хранение. Он снял для них квартиру, уволился и подался на вольные хлеба. Вот подожди, говорил он Танюхе, еще годик и накопим на свою. Но она, видимо, ждать не хотела – однажды под утро он застал ее с каким-то мажористого вида ушлепком, в их кровати, в снятой им квартире. Он мог казнить ушлепка, позвонить парням и по старой дружбе попросить их сыграть в инквизицию. Но потом передумал.

А если отец Анджея решит пойти дальше, сможет ли Дэн пойти на крайние меры, за очень приличное вознаграждение? Он хотел ответить нет, но на удивление, был готов и ответить да. Правда, подумал он вдогонку, это должна была быть уж очень солидная сумма. Смог бы он спокойно спать после этого? Дэн еще раз посмотрел на фотографии – вот Анджей, с отрубленной головой в руках, вот мертвый бармен, вот растерзанная девушка на кровати. Да, решил для себя Дэн, убив такого изверга, он наверняка почувствовал бы облегчение и даже гордость за хороший поступок. Да уж, подумал Дэн, как быстро и далеко завел тебя дух свободного предпринимательства.

Отец Анджея опаздывал уже на двадцать минут. Наконец Дэн услышал шаги за спиной, дверца рядом с водителем отворилась и на кресло сел отец Анджея. Лицо его было мертвенно бледным, губы дрожали, а на лбу выступили капли пота.
- С вами все в порядке, - спросил встревожено Дэн.
- Нет, с ним не все в порядке, - послышался тихий, но уверенный голос с заднего сиденья. – Будьте добры, поднимите, пожалуйста, руки.
Дэн послушно выполнил указание.
- Вы талантливый следователь, Денис Валериевич, - сказал голос. - Я бы сказал, даже слишком талантливый. А слишком в нашем деле - это, я вам скажу, иногда даже хуже, чем недостаточно. И поэтому прошу простить меня за это.
Дэн услышал тихий хлопок, и лобовое стекло его шкоды обагрилось кровью, а  отец Анджея рухнул лицом вперед, глухо ударившись головой о приборную доску. В затылке у него зияла маленькая багровая дырка.

- Зачем? – перепугано спросил Дэн. Он слышал, как в висках бешено колотится сердце.
- На этот вопрос я, к сожалению, пока не могу вам ответить. Важно то, что вы все еще живы, Денис Валериевич, цените это.
- Что вы от меня хотите?
Незнакомец хмыкнул. Дэн пытался рассмотреть его внешность, но лицо его было будто бы размыто – его покрывала молочного цвета маска.
- Вы скоро все увидите. А сейчас передайте, пожалуйста, мне бумаги, которые лежат у вас на коленях, флешку и мобильный телефон.
Дэн послушно передал все, что просил незнакомец. Тот открыл сумку с ноутбуком, лежавшую на заднем сидении, запихнул в нее бумаги и телефон и застегнул молнию.
- И напоследок позволю себе маленький совет. Если холите оставаться в нашем бизнесе, будьте благоразумны.

Незнакомец открыл заднюю дверь и выбрался наружу, а затем наклонился в салон и добавил.
- Вам пора уходить, Денис. С вами свяжутся.

иллюстрация: Tatsuyuki Tsanaka (с)