Черная книга. Глава 23. Новая клетка

Днем ранее, сразу после коронации, Макс решил отстать от толпы, побежавшей за Трубо в холмы, запускать аппарат. У Макса было на примете занятие поинтересней - он уже больше часа укатывал местную девицу показать как здесь принято делать хаба-хаба.

Они шли по пустым улицам селения, девица хихикала и краснела – хотя сквозь толстый слой графита на веках и переносице это было не очень заметно.
- Вы на Земле привыкли чуть что спариваться, - кротко отвечала она на его уговоры.
- Конечно нет, - убеждал ее Макс, чувствуя себя русским барином, уговаривающим крепостную пойти на сеновал. Девушка почти сдалась, и Макс чувствовал в животе нетерпеливое возбуждение, когда их бесцеремонно прервал Кент. Нахмурив брови, он набросился на девушку с упреками, обзывая на все лады. Гулящих везде называют одинаково, подумал Макс, что по ту сторону Древа, что по эту. Девица такого не ожидала и даже пустила слезу, так что Максу пришлось вступиться за нее. Кент унялся, хотя и продолжал хмурить мохнатые брови.
- У меня дело к вашему величеству, - сказал он напыщенно.
- Что за дело?
- Хотелось бы обсудить наедине, - сказал он, сверкнув глазами в сторону девицы. Та обиженно всхлипнула и пошла прочь.
- Так что за дело, - спросил Макс, проводив девицу взглядом. Ему было жаль, что в первый же день сорвался такой куш.
- Возможно, вы не до конца поняли, - холодно сказал Кент, - но от вас ждут решительных действий. Здесь, на Карне.

Конечно, Макс понимал, что от него действительно чего-то ждут, только вот чего именно – взять в толк никак не мог. Кент решил ему это прояснить.

- Оракул говорит, что братья опального Дария вернутся на Карну и воскресят мертвого отца своего.
- Со вторым как раз и проблема, - сказал Макс. - Я отца своего в жизни не видел.
Кент сделал глубокий вздох, словно пытаясь совладать с собой, а затем сказал:
- Ваш отец упрятан далеко, но жив. И вы можете отыскать к нему путь.
- Но я честно не знаю, чем могу помочь.
- Мне кажется, что настало время вам кое-что показать, - сказа Кент. – Следуйте за мной.
Макс послушно поплелся за кентавром. Они вышли на окраину и направились по узкой тропинке к лесу. Тропинка петляла между стволов лиственных и хвойных деревьев и, наконец, вышла к небольшой каменной дуге, подымающейся на несколько метров прямо из травы.
- Вам стоит пристегнуться, - сказал Кент, стал под дугой и показал на отверстие в ее профиле. Макс подошел к отверстию и стал искать на широком кожаном ремне что-то, чем можно было бы пристегнуться. Кент закатил глаза, отвинтил одну из заклепок на ремне – она оказалась узкой и длинной - продел в ушко и приказал Максу взяться за другой конец заклепки. Сам Кент повернулся спиной, достал из кистеня перстень странной треугольной формы и приставил к подходящему по узору отрезку дуги.

Дуга вспыхнула золотым, земля под ногами затряслась, и свет погас, но лишь на мгновение. Они все еще стояли в лесу, но лес уже был другим – вокруг были только лиственные деревья, Макс видел толстые стволы старых дубов, буков, широкие листья кленов. От дуги вела тропинка, еле заметная в высокой траве. Кент уверенно пошагал вперед, пока Макс торопливо отстегивался от дуги.

- Тебе нужно будет мне подробнее рассказать об этих дугах, путешествиях и прочем, - сказал Макс, когда нагнал кентавра на лесной тропе. Тот только коротко кивнул. Видимо, сам Кент не считал эту тему такой уж важной.

Через несколько минут они вышли из лесу на широкое поле, светило клонилось к закату, заливая лысые холмы оранжевым светом. По всему горизонту, насколько мог видеть Макс, не было ни одного куста, ни одного дерева – только черная земля, в которую были вертикально вкопаны полукруглые стреловидные плиты. Плиты были размещены равномерно, строгими рядами, их было много, сотни, может тысячи – Макс сбился со счета. На каждой из плит был нанесен небольшой узор и несколько значков, разных по форме. Макс подумал, что это похоже на кладбище. – Это и есть кладбище, сказал Кент тихо. – Познакомься, Максимилиан, это твоя семья.

Макс наклонился к одной из плит в первом ряду и увидел на ней высеченное лицо девушки, с черной полосой на глазах и переносице. Рядом, справа, была плита  высеченным на ней изображением на ней юноши – он был как две капли похож на девушку, только скулы были шире и лоб более выпуклым.
- Кто это, спросил Макс.
- Это все представители волчьего рода, убитые в бою, казненные, погибшие во время бомбежки или на бесчисленных островах Карны, пропавшие без вести по ту или эту сторону Древа. Их, как ты видишь, здесь больше, чем живых. Вы вот-вот вымрете, и ты должен знать об этом

Макс зажмурился, стиснув зубы. Ему было больно слышать о страданиях этих существ, которые так ждут его помощи, но которые ему были абсолютно чужими и безразличными.
- Послушай, Кент, я благодарен тебе за все, но пойми, я вам не помощник.
- Я не хочу даже слушать этого, - сказал он строго и скомандовал: следуй за мной.
Они пошагали между плитами: Кент, с высоко поднятой головой и развевающейся на ветру гривой и Макс, грустно потупивший голову, плетущийся за ним мальчишка. Ряды плит казались бесконечными, оранжевый свет подсвечивал их с одной стороны, а с другой по земле стелились длинные темные тени. Максу даже показалось, что между плитами кто-то наблюдает за ним, ловко перескакивая от одной плиты к другой. Наконец они вышли к небольшой круглой поляне посреди бескрайнего кладбища. Здесь торчала из земли еще одна арка. Кент стал под нее, вопросительно посмотрев на Макса. Тот вначале не понял, а затем поспешил просунуть заклепку в отверстие и крепко зажать ее в руке. Кент достал новый перстень, с более сложной формой камня, нашел соответствующий отрезок дуги и вдавил его внутрь. Свет погас, потом арку осветила вспышка, и через секунду они оказались в темной пещере.

Некоторое время Макс стоял на месте, давая глазам привыкнуть к практически полной темноте, затем он рассмотрел ход, который уходил вглубь пещеры и вправо. На стене висел круглый стеклянный газовый фонарь, который еле освещал вход. Макс вытянул заклепку и двинулся по ходу вниз. За поворотом коридор выравнивался, он был длинным, а стеклянные фонари на его стене делали его похожими на туннель метро.
- Я здесь, впереди, услышал Макс голос кентавра и ускорил шаг.

В конце коридора была огромная дубовая дверь с кованой ручкой. Дверь не нужно было как-то включать или запускать – она открывалась по-земному, просто нужно было потянуть на себя ручку. Макс вошел в сырое жаркое помещение, на лбу сразу выступил пот. Это был еще один коридор, заметно уже. По правой стене его были развешены все те же газовые фонари, а по левой тянулись бесконечные решетки. Макс остановился у одной из них и увидел обычную каменную камеру, с пучком соломы на полу и миской с водой. Существо внутри камеры забилось в угол и, покачиваясь, что-то бормотало. Макс нагнулся к клетке, чтобы разглядеть существо, но вдруг узник подскочил, оттолкнувшись всеми четырьмя конечностями, и подлетел к клетке, клацая огромными черными зубами. Вертикально по лицу существа, искаженного бешеной гримасой, шла черная графитовая полоса. Существо било когтистыми лапами в воздухе и брызгало слюной, но подойти вплотную к клетке ему мешала цепь, которая заканчивалась ржавым ошейником.
- В клетки лучше не лезть, - сказал Кент, стоявший у Макса за плечом.
- А кто это?
- Это один из ордена птиц. Он работал перевозчиком на Жестянке, и загубил несколько волков. Я пытаюсь выбить у него кое-какую информацию. Он пока молчит, но времени у меня много, добавил Кент, сверкая глазами. Макса начало пугать это подземелье.
- Можешь посмотреть тут, но долго не задерживайся, мне нужно тебе кое-что показать, сказал Кент и направился вперед по коридору. Макс перешел к другой клетке, здесь толстая женщина в лохмотьях кормила грудью грязного ребенка.
Дальше шли клетки со спящими существами разного размера и формы, с хвостами и без, с птичьими клювами и головами осьминогов. В одной из камер Макс, казалось, увидел кого-то знакомого – высокие сапоги, короткое тигровое платье – это девушка из бара, вспомнил он. Но что она делает здесь, и, что самое интересное, что она делала там, в Дубровском? Макс замер возле клетки, рассматривая незнакомку, сидевшую в тени. Она некоторое время сидела неподвижно, опустив голову на руки, но, видимо, почувствовала на себе его взгляд и открыла глаза. Максу показалось, будто по венам растекся огонь. Он смотрел на девушку, как зачарованный, она тоже смотрела на него, не двигаясь. Между ног на каменный пол выкатился длинный пушистый хвост, девушка то разматывала его, то игриво сматывала назад.

Вдруг Макс почувствовал, что все вокруг погрузилось в туман, а незнакомка плавно поднялась в воздух и медленно подплыла прямо к его лицу. Максу показалось, что кто-то открыл дверь у него в голове и вошел внутрь, чтобы оглядеться. Он представил, что девушка шарит в комнате его души, открывая шкафы и тумбы, заглядывая под матрас. Наконец она посмотрела ему прямо в глаза и сказала что-то. Макс расслышал слова не сразу, и мысленно попросил е повторить. Она сказала еще раз, но он все равно не слышал, тогда она вдохнула на полную грудь и крикнула что есть мочи: Спаси меня. После этого дверь в его голове захлопнулась, девица вернулась на каменный пол камеры и спрятала голову в руки. Макс постоял еще секунду, развернулся и пошагал к Кентавру. У него в голове пульсировала одна единственная мысль: возьми ключ, спаси меня.

В конце коридора была еще одна дубовая дверь, за которой оказался достаточно просторный круглый зал, потолок был высотой метров семь, не меньше, подумал Макс. По сторонам, вдоль стен были закреплены многочисленные полки с книгами, стеклянными и металлическими приборами, странного вида плотью в банках, чертежами и рисунками. А по центру размещалась огромная доска, испещренная надписями, вырезками из газет, распечатками стаей, фотографиями и рисунками. Фотографии были сделаны на Земле – какие-то небоскребы (Максу почему-то показалось, что это Берлин или Франкфурт), фото нескольких лесных деревянных хижин, какие-то платформы или нефтяные вышки в открытом море, чертежи противогазов и респираторов, фотографии электромобилей и странных механизмов, и много рисунков от руки, странных карт, обрывков бумаги с каким-то шифром.
- Ну, как тебе, - спросил возбужденный Кент.
Макс не нашелся, что ответить. Он чувствовал безграничную гордость Кента проделанной работой, но едва ли понимал ее значимость.
- Здорово, - сказал он и осторожно добавил. – А что это?
Кентавр обиделся, но постарался не подавать виду.
- Я собираю все факты об исчезновении Дария, о делах Комитета по ту сторону и Колда - по эту. Кроме того, я по крупицам собирал данные о вас, чтобы помочь исполнить ваше предназначение.
- Мне очень жаль, что я не оправдал ваших надежд, сказал Макс. В голове у него стучало, словно мантра: возьми ключ, спаси меня, возьми ключ, спаси меня.
Тем временем Кент продолжал распаляться.
- Ты не представляешь, что мне приходилось терпеть, на какие жертвы идти, чтобы разыскать вас, кричал он.

- У меня даже есть своя копия Черной книги, почти завизжал Кент.

Макс поежился, но угрызений совести не чувствовал. Он лихорадочно пытался сообразить, где находится этот чертов ключ.

- .Я ловил по одиночке этих подонков, пытал их, пока они не рассказывали мне все, - продолжал Кент. Он будто бы смотрел сквозь Макса, пытаясь убедить невидимого слушателя в правильности своих действия, оправдать их и получить одобрение и прощение грехов.

Макс увидел в правом углу огромной доски медный гвоздь, а котором висела связка. Он сделал вид, что склонил голову от стыда и, развернувшись боком к кентавру, сделал шаг в сторону доски.
- Черт возьми, мне пришлось бегать с газовой маской по вашей проклятой земле, договариваться с этими чертовыми нытиками, шантажировать и вымогать, льстить и подкупать, только бы достать хоть крупицу информации….

Макс сделал еще несколько шагов боком и оказался у самой доски. Кентавр так увлекся обличением его неблагодарности, что не замечал происходящего. Макс протянул руку к гвоздю, аккуратно стянул связку и заткнул ее за кожаный пояс за спиной.
- … И вот теперь ты приходишь и спрашиваешь меня, что это? Может быть, оракул ошибся, а? Скажи мне?
Макс вздрогнул, поскольку Кент наконец смотрел прямо на него.
- Я… Я не знаю. Наверное, не ошибся, - сказал он робко, заглядывая в глаза Кенту, пытаясь угадать, правильно ли ответил. Кент просиял, и Макс решил закрепить успех.
- Да, конечно, не ошибся. Ну не мог сам оракул ошибиться.
Кент, казалось, был счастлив, но Максу нужно было срочно выйти из зала.
- Скажи, Кент, а где я могу, ну, это…
- Взбрызнуть?
- Ну, да…
Кент, услышав, наконец, то, что хотел, широко улыбнулся и сказал: Иди по коридору, третья камера от двери пустая. Но можешь полить и какую-нибудь тварь через решетку, хотя они не достойны даже мочи из королевского члена, - сказал он и поклонился. Макс удержался, чтобы не плюнуть Кенту в лицо, но сдержался и даже выдавил из себя улыбку, а затем поспешил к двери.

Девица стояла у стены, согнув одну ногу в колене. Макс пытался подобрать ключ, руки тряслись от нетерпения и возбуждения. Тогда она медленно подошла к решетке, зажала его руку в своей руке, выбрала ключ, открыла замок и вышла в коридор.
- Я… начал было Макс, но она закрыла ему рот рукой, другую положила ему на плечо и толкнула к выходу.
Они спешно прошли по коридору, девица открыла дверь и та предательски заскрипела.
- Максимилиан, - послышался из зала голос Кента. – Ты где?
Девица решительно рванула вперед, таща за собой  Макса. Они побежали вверх, к выходу из пещеры, проскочили сквозь рамку и двинулись дальше, пока не вышли на небольшую поляну. Светило почти село за горизонт. Слева, возле большого зеленого кустарника, Макс увидел небольшую металлическую рамку в земле. Девица потянула его к кусту и поставила под рамку.
- Ты мне веришь, - просила она.
Тот кивнул.
Девица обняла его и вставила перстень в проем рамки. Свет погас и рамка, накалилась, словно вольфрамовая нитка в рамке, земля под ногами затряслась, Макса бросило в жар, его тошнило и лихорадило, но девица крепко прижимала его к себе. Наконец тряска перекатилась, и Макс открыл глаза.

Они стояли на берегу широкого озера, впереди, спиной к ним, стояли стражники  в золотистых накидках и блестящих металлических панцирях. Девица свистнула, и охранники спешно подбежали к ним. Макс увидел, как перед его лицом мелькнуло древко копья, почувствовал боль в губах и упал на землю. Охранники били его ногами в кожаных сапогах по ребрам и лицу. Макс слышал, как девица кричала «Хватит», а потом потерял сознание.

иллюстрация: Andy Brase (c)