Черная книга. Глава 7. Дэн, мой мальчик

К шести утра вокруг ресторана собралась толпа зевак. Журналисты еще не подоспели, но в ближайший час это место превратиться в медиа-апокалипсис: маньяк, уже полгода терроризирующий город, вошел во вкус – время между жертвами сократилось до нескольких дней, и теперь их было сразу две. Толстый лейтенант с животиком, выпирающим из-под резинки на рубашке цвета хаки, тяжело дыша и кряхтя, поднырнул под полосатую ментовскую ленту, за ним нырнулт крепкий лысый мужик лет тридцати пяти, лопоухий, с живыми карими глазами. Короткая кожаная куртка была чуть дутой, что позволяло прятать кобуру, черные ботинки на мягкой подошве и руки в тонких кожаных перчатках. Лысый как тень прошел вслед за лейтенантом мимо зевающего молодого мента на входе, идя вплотную за тушкой в форме, едва касаясь широкой рыхлой спины с треугольником пота. Молодой мент на входе хотел было одернуть лысого, но тот уже успел переступить порог, с серьезным лицом кивнув в сторону идущей впереди тушки и заговорщицки прошептав: Я с ним. Правда, как только толстый добрался до ближайшего барного стула, лысый отслоился и нырнул влево, в угол под единственную в ресторане камеру наблюдения. Он явно пришел сюда по делу и знал конкретно, что ему нужно. Пока менты возились у стойки, пытаясь рассмотреть все части ужасной кровавой картины и при этом не запачкать туфли, лысый поднялся на цыпочки, протянул руки к камере и вытянул из фальшпанели на стене тонкий черный провод. Он подергал его назад и вперед, пока не заметил легкое движение в потолочном плинтусе над стойкой бара. Там черный провод на несколько миллиметров выдавался наружу и уходил вглубь, за зеркальные стеллажи, которые образовывали что-то наподобие полукруглой перегородки, вогнутой в подсобку.

Лысый сделал несколько коротких уверенных шагов в сторону чешущего затылком толстяка, тот пускал слюни на дорогой коньяк на зеркальных полках. Остановившись за его спиной, лысый мог видеть справа почти всю панораму целиком – голову и тело бармена на полу, обезглавленное туловище на стуле с головой на руках и обильно залитый кровью пол. Лысый уже видел этот костюм раньше, но нужно было убедиться на сто процентов. Он заглянул толстому через плечо, но не мог рассмотреть голову убитого. Тогда лысый снял одну из бутылок с полки и протянул толстому: - Это за счет заведения, прошептал он и выдавил из себя улыбочку в стиле «мы, ****ь, так рады вас видеть».

Толстый тоже ухмыльнулся щеткой усов, вытер капли пота на лбу и взял в руки бутылку. Разглядывать ее возле бара было неудобно, и он отошел назад, к входной двери, безнадежно щурясь на латинские буквы на этикетке и делая вид, будто оценивает благородство шарового напитка. Лысый тем временем переступил через бармена, аккуратно перегнулся через стойку и увидел на коленях у трупа голову своего подопечного. Лысый достал из брюк телефон и сделал быстро несколько снимков головы. Затем, делая вид, что разглядывает барные полки, засунул телефон в боковой карман, оставив снаружи только глазок камеры, и сделал серию снимков, потом выбрал режим видео и несколько раз провел камерой из стороны в сторону, а потом вверх и вниз.

Что-то в этой обстановке его смущало. Кроме трупов, к которым он за годы работы уже успел привыкнуть, было в этом натюрморте что-то подспудное, какое-то послание, прочитать которое он никак не мог. Лысый закрыл на секунду глаза и представил, что он медленно просматривает всю сцену слева направо, пытаясь восстановить все детали в точности. Дверь в туалет с зеркальной поверхностью, синие панели стены. Группа из трех столиков, потом группа из пяти, потом еще три, плюс один столик в углу. Два стакана на стойке, три барных стула, труп, мертвая голова на коленях… Ему показалось, что он почти догадался, но догадка соскочила, и он пошел еще раз – слева направо. Дверь туалета с зеркальной поверхностью. Он задержался на ней на секунду, всматриваясь. От догадки по коже пошли мурашки. Лысый порылся в многочисленный карманах куртки и наконец достал небольшое прямоугольное зеркальце. Поставив его на крайний левый край барной стойки, в той стороне, где находилась дверь в уборную, он развернул лицевую сторону зеркала так, чтобы в нем отражался сидящий на стуле труп, потом немного подвигал зеркальце вверх и вниз, ловя ракурс, и наконец картинка стала цельной. Из зеркальца на лысого смотрела бычья голова, искусно (это слово даже в мыслях звучало немного слишком, но другого он просто не мог подобрать) собранная из кусков мертвого тела, мебели и кровавых пятен на полу. Кто бы ни был убийцей, он был затейник.

Спрятав камеру и зеркальце в карман, лысый сделал вид, что подошел что-то рассмотреть среди бутылок, а потом нырнул в подсобку. Черный провод спускался сверху вниз по тыльной стороне барных полок, то скрываясь под обшивкой, то выныривая вновь. Лысый проследил за проводом до пола, потом по плинтусу до небольшой двери. Он дернул ручку, дверь была закрыта. Тогда лысый достал футляр с набором отмычек, несколько секунд поковырял в замке и вошел в комнату размером метр на метр, забитую разным хламом с небольшим телевизором и черной коробкой пишущего устройства в углу. На экране он видел, как к толстому менту подошел еще один, с торчащими соломенными волосами и острым кадыком на узкой и длинной шее стервятника. Они вместе пялились на бутылку, подаренную лысым, и перешептывались, причмокивая. На черной коробке горел красный датчик. Лысый нажал на кнопку стоп, вытянул диск и спрятал во внутреннем кармане куртки. Потом вышел из комнатки, выскользнул в коридор и направился к входной двери.

– Эй, услышал он сзади и вздрогнул. – Слыш, хозяин, это, тебе работу побыстрей нужно закончить или как? – Лысый улыбнулся и прошептал, развернувшись, - Будьте как дома – и кивнул в сторону зеркальных полок. Толстый и стервятник жадно ухмыльнулись. – Только, чур, меня здесь не было. – Конечно не было - поспешил заверить толстый. – Не было, не было, точно не было, поддакнул светловолосый. Лысый еще раз улыбнулся и вышел за дверь. Спустился к машине, отъехал до конца квартала и остановился в сквере.

Он достал с заднего сидения сумку с лэптопом, включил его и вставил диск. Запись начиналась приблизительно сутки назад, он перемотал до 10-ти вечера, но в баре было еще слишком много народу. Лысый перемотал еще и увидел со спины худого парня в полосатых штанах, который сидел спиной к бармену, потом слева, со стороны уборной, вышел Анджей. Лысый нажал на паузу и рассмотрел в правом углу, в темноте, силуэт за столом. Кто-то в черной рубашке, с выпивкой, деталей видно не было.  Он нажал на перемотку, парень в полосатых брюках повернулся в сторону Анджея, они о чем-то говорили. Наконец, он повернулся в сторону бармена, и лысый нажал на стоп-кадр. На экране застыло лицо Макса. Лысый сделал скриншот и сохранил кадр в документах. Затем перемотал дальше и увидел, как к стойке бара подошла девица, она о чем-то говорила с Анджеем, потом открыла какую-то коробку на стойке и, убедившись, что та пуста, вышла. Анджей все это время пялился, как завороженный, куда-то в зал. Лысый отмотал запись назад и сделал скриншот с изображением девицы, но он вышел нечетким, смазанным – копна рыжих волос, тигровое платье – остальные детали нельзя было разглядеть.

Лысый вернулся к просмотру записи. После девицы к стойке подошел сидевший в углу – это был амбал в прикиде сутенера, с блестящей как солнце лысиной. Он, вероятно, знал о камере и лица не поднимал. Помявшись на месте, он наклонился к стойке, чтобы Анджей не увидел, как он забрал коробку со стойки, а затем поспешно вышел. Анджей еще некоторое время пялился в зал, а затем, видимо, очнулся и повернулся к бармену. Справа в кадре, со стороны входа в ресторан, мелькнула тень, и после этого запись оборвалась – на экране задребезжал серый снег.

Лысый промотал запись до конца, убедившись, что дальше годных кадров нет, вернулся на последний эпизод с тенью и поставил запись на максимально замедленный просмотр. На полу справа появился светлый прямоугольник – видимо, кто-то открыл входную дверь, и на полу отразился свет от вывески. Макс увеличил фрагмент пола, на котором проявился светлый прямоугольник с силуэтом тени. Это очевидно была тень человека, ростом средним или ниже среднего, широкие плечи, скорее всего мужчина, с чем-то на голове – какой-то шапке, с торчащими вверх острыми краями, похожими на рога. Лысый сделал скриншот кадра и закрыл лэптоп.

С одной стороны, он обожал этот азарт и, что скрывать, получал удовольствие, распутывая зверства наподобие этого. А с другой - он уже давно не мент, а частный предприниматель, и не может себе позволить работать просто в удовольствие. Рабочее время должно быть кем-то оплачено, и он собирался убедить отца Анджея, что этим кем-то должен стать именно он.

Дэн набрал номер на мобильном, подождал несколько гудков.
- Алло, - раздалось в трубке.
- Это я.
- Что случилось?
- Он мертв.
В трубке замолчали на несколько секунд.
– Мне нужны доказательства.
– Я вышлю через минуту.
Собеседник опят замолк, но трубку не клал. Дэн открыл было рот, но тут связь резко оборвалась. Он набрал номер заново, но оказалось , что денег на счету больше нет. Дэн в ярости бросил трубу на приборную доску, телефон глухо ударился, отскочил и упал на пол, закатившись под педали.
В такие моменты Дэн жалел, что ушел на вольные хлеба - в ментуре он зарабатывал немного, но стабильно, а теперь даже не знал, хватит ли у него денег на ужин. Он достал из внутреннего кармана куртки портмоне, но нашел лишь пару мелких купюр и 10 долларов.
– Твою мать, прошипел он, твою ж блин мать.
И тут упавший телефон зазвонил. Дэн нагнулся и начал шарить рукой, пытаясь достать мобильник. Нокиевский рингтон Продижи играл снова и снова, начиная просверливать ему дырку в мозгу. Наконец Дэн нащупал трубку, на экране светился входящий звонок от отца Анджея.
– Что-то еще?
– Может, - Дэн замялся, - может вы хотите узнать, кто это сделал?
На другом конце провода вздохнули.
– Да какая уже разница. Хотя нет. Найди, кто это сделал.
– И?
Молчание, словно собеседник что-то взвешивал.
– Для начала просто найди.

иллюстрация: Saturno Butto (c)