Мы шли по перрону

Мы шли по перрону. Медленно-медленно. Казалось, ноги налились свинцом и сапоги утопали в грунте, как в болоте. Свежий сочный туман наполнял легкие, отчего дыхание становилось долгим и тяжелым.
Я нес маленький чемодан и сумку Виктории – больше брать с собой дозволено не было. Она шагала легко и уверенно, взглядом изредка подгоняя меня – ну, мол, не тормози…
 Вагонов было много. Мы проходили их – 1-й, 2-й, 3-й, 14-й… потом я уже сбился со счета. Нам подходил любой. Мы были в числе последних и просто искали свободные места. Молодые пацаны и девчонки галдели, шутили, смеялись. Молодые пацаны и девчонки… Зачем? – подумал я, - зачем они здесь? И тут же осекся. И остановился. Виктория вопросительно взглянула на меня и сказала: - Хорошо, постой с вещами, я пойду поищу места. Все это время мы шли молча, поэтому ее голос словно вывел меня из комы. Но я даже не кивнул ей в ответ. Она ушла…   
Я стоял и смотрел на это удивительное создание. Как она была похожа на Викторию! Те же солнечные блестящие волосы, та же осанка, тот же серьезный уверенный взгляд… Но едва уловимые крохотные веснушки сквозь прозрачную чуть лазурную кожу на ее маленьком аккуратном личике выдавали натуру ласковую и чувствительную. Я смотрел даже не на, а сквозь нее. Ее взгляд был направлен в стену вагона. Точнее, он растворялся где-то далеко-далеко от нынешней реальности, не замечая ничего вокруг. В нем сочеталось все – тоска, тревога, печаль, грусть. Как она была непохожа на остальных вокруг! И как мне захотелось что-нибудь сказать ей, успокоить, но где-то внутри чувствовал – нельзя – она находится в равновесии, в том состоянии, которое, пожалуй, наиболее приемлемо в данную минуту именно для нее…
Поезд тронулся. Молодые пацаны и девчонки галдели, шутили, смеялись. Они ехали в поисках чего-то неизведанного и оттого завораживающего и влекущего. Они ехали исполнять чужие мечты в обмен на свои жизни…