Зимние впечатления

ПЕРВЫЙ СНЕГ

Утром неожиданно слышится бодрый голос отца:
-Славка! Вовка! Снег выпал!
Сна как не бывало! Я слетаю с кровати и мчусь к большому единственному в квартире окну, с ходу взлетаю на подоконник и –
замираю от необычной новизны: куда не взглянешь, всюду бело! Бело до немоты! Слова восторга перекрыли дыхание, только восклицание вырывается из моего рта:
-О!
За спиной слышатся голоса брата и матери:
-Ух, ты!..
-Ну, надо же! Всё бело…
А позади всех голос отца:
-Вот и зима!
Эти слова пробуждали что-то новое, ещё не устоявшееся – зима! Первый снег! Надо же! Выпал!

ПОСЛЕ БАНИ

В клубах пара мы выходим с отцом из бани. Тело не ощущает мороза – мы после банного жара, который проник до основания костей. Напарились!
От нас пахнет чистотой и одеколоном «Шипр»,- это я упросил отца бросить монетку в автомат и, подхваченный сильными руками отца, смеюсь и жмурюсь под струёй одеколонной пыли, поворачиваю голову во все стороны, пока автомат не закончит весёлую процедуру.
Из двери женского отделения выходит мать, такая же весёлая, распаренная, пахнущая чистотой и душистым земляничным мылом. В этой чистоте было что-то сокровенное, и даже свежий, выпавший за ночь снег, уступал нам в своей чистоте! Он скрипит под ногами, мы сдержано смеёмся от плохо скрываемой радости и отправляемся домой, а сердце ликует от счастья и такой чистоты в теле, в природе, в мире!

НА КАТОК

Мы идем на каток и, хотя ни у кого из нас нет денег на билет, уверены – на каток попадём и покатаемся!
Собираемся на крыльце двухэтажного многоквартирного дома – это наш дом, мы здесь живём. Все уже обуты в коньки, без запасной обуви, ведь идём кататься!
С удовольствием скользим по накатанному твердому снегу по шоссе, совсем немного, метров сто пятьдесят; потом переходим двор жилого двухэтажного дома, пролезаем в пролом деревянного забора и оказываемся на территории ПТУ – она примыкает к стене стадиона. Вот заснеженное дерево: без труда перелезаем забор и оказываемся на летнем, тренировочном поле – сейчас оно покрыто ровным слоем снега. По нему хорошо идти, и мы быстро перебегаем поле, озираясь по сторонам – нет ли дружинников.
Всю дорогу от самого дома нас сопровождает возбуждающая музыка. По мере приближения она гремит всё громче из репродукторов стадиона.
Вот и последняя преграда – трехметровая стена трибун, но и здесь предусмотрены приспособления. Взбираемся на трибуны: здесь полно света, будто ярким днём; мощно перекатываются звуки музыки, сердце ликует, предвкушая скользкий лёд и удовольствие катания. Остаётся только спуститься по деревянным заснеженным трибунам и выскочить на лёд катка.
Вот и цель! Среди снующих пар и небольших групп молодых людей, мы форсим, выделывая фортеля. Я чувствую себя юркой рыбёшкой, плескающейся в воде…
Время быстро проходит!
В репродукторы объявляют о закрытии, музыка смолкает, переобувшийся народ тянется к выходу. Идти через центральный вход слишком далеко – сил не хватит, и мы решаемся снова преодолевать препятствия, но возвращаться короткой проторенной тропой.
С трудом преодолеваем те же препятствия: трибуны, заснеженное поле переходим не торопясь,- здесь ноги отдыхают, по снегу идти устойчиво. Опять шлакоблочный забор, немного прокатится по твердому снегу – ну, нет! После льда, он вязкий,
и я иду по заснеженной обочине. Наконец-то наш двор; в изнеможении повисаю на штакетнике, ещё немного. Вот и крыльцо, здесь уже можно передвигаться на четвереньках – не до форса! Расползаемся по квартирам, а мне предстоит преодолеть последнее препятствие – длинный общий коридор. На коленях, чтобы не цокать коньками по цементному полу, иначе завтра будут выговаривать соседи.
Сопя, терпеливо ползу на карачках.
Наконец-то, дополз…
Вот и наша дверь! Стучу кулаком в рукавичке: «Открывайте, я приполз!» Открывает брат и, делая грозное лицо, шипит:
-Чего так поздно? – и не дожидаясь ответа, ныряет за занавеску в кровать под одеяло, а я, лёжа на полу мирно смотрю в потолок; сознание до сих пор переваривает звуки музыки из репродукторов, яркий свет, эпизоды катания…
Полежу на полу, пока оттает снег с коньков, ведь всё равно «дутыши» нужно обязательно протереть, чтоб не проржавели… так говорит брат… немного полежу…

СНЕЖНАЯ БАБА

В один из первых дней зимы приехал Веня.
-Венешка приехал! Он хочет бабу строить!
Ватага дворовых мальчишек быстро заводится катать «каталки». Гурьбой наваливаемся на первый ком, но вскоре сил не хватает сдвинуть его с места. Шар громадный – выше моего роста:
-Вот здесь и будет стоять баба! – говорит Веня.
Все радостно и недоуменно переглядываются – а что дальше? Но Веня не даёт прорасти корням недоумения:
-Надо укрепить комок снегом и притоптать.
-Катаем новый шар поменьше! Его будем ставить на этот.
У нас появились соперники – Колька собрал незадействованных пацанов и они решают тоже строить снежную бабу, но в планы Вени им не проникнуть – маловато фантазии. Сами себя, подзадоривая окриками и поглядывая в нашу сторону, они затеялись строить бабу в другой половине двора.
Наш заводила полон энтузиазма, в нём нет ревнивой конкуренции и, несмотря на то, что у Вени нет правой руки, а вместо правой ноги протез, он подвижен и спор, подзадоривает других бодрым и звонким голосом:
-Навались! И ещё – раз! и ещё – два! Ура! Поставили!
Та часть двора, с нескрываемой восторженностью, наблюдает за нашей работой; у малого Мишки, меньшего брата Олега, не захлопывается рот от восторженного соучастия, он расставил руки, будто пингвин и машинально повторяет движения кого-нибудь из старших мальчишек:
-Раз,- раскачивается Мишка, -Два!
Он подпрыгивает в такт нашим усилиям, падая, катается по затоптанному снегу и косит глазом в нашу сторону.
Со вторым снежным шаром баба уже высока, но Веня распределяет, кто будет катать третий, а кто четвертый шар. Мальчишки со второй половины двора бросают свою работу и участливо подходят к нам:
-Как же вы будете доставать, чтобы «голову» бабе поставить?
-А есть где-нибудь «козел», с которого белят потолки?
-Найдем! Посмотрим за сараями.
И мальчишки-соперники уже включились в общую работу; они распределяются, кому идти в подвал, кому за сараи, кто-то предлагает посмотреть в летней кухне – она не закрывается на замок, только на крючочек.
Все радуются общемутворческому делу: уже поступают предложения по поводу морковки, чтобы использовать её как нос; картошки для пуговиц, кто-то тащит метлу…
Оживает наша баба на глазах. Веня влез на козла для побелки, ему подали ведро без дна и он водружает его на «голову» бабе; слегка прищуривается – он студент художественного училища, знает, как смотреть!
Вот Веня добавляет какие-то забавные детали в образ снежной бабы, а мы, окружив её со всех сторон, тихо наблюдаем и потом все дружно взрываемся смехом.
Всё!
Все рады произведению наших рук и немного озадачены – неужели конец! А было так интересно работать!
 
Год 2012