Адаптация пропащих странников

Ренат Туктаров
 Адаптация пропащих странников
«Человек, что потерян в нескольких стенах чужого дома. .»
 
 Он худощавого телосложения, рост его внушает доверие, руки вечно изрезаны, от него разит усталостью. Глаза серого цвета, волосы кудрявые, цвета дерева. Он часто улыбается, но в глазах его видна толика недоверия. Он выглядит, как человек, который удивлен тому, что вокруг происходит, но в то же время, чувствуется в нем уверенность в собственном мировоззрении. Человек этот много курит, мало спит, выпивает в одиночестве, верит в любовь, верит в дружбу, верит в бога, но ненавидит все эти понятия. Что-то его подвело в том возрасте, когда он должен был укрепить стержень мышления и понимания окружающей действительности.
Работает он в книжном магазине, который унаследовал от дядюшки. Доход от продаж книг невелик, налоги давят на бизнес, который мертв с того времени, как у людей появился доступный секс, наркотики, и выпивка. Да, знаю, все это было у людей в  достаточной мере в любое время, но в этом небольшом городке пороки и поверхностность людей особенно заметны.

В один день, в здание из красных кирпичей с деревянной отделкой, этот человек зашел в первый раз. причиной тому была смерть родного дяди . Дядюшку звали Альфред, он умер от цирроза печени в возрасте шестидесяти двух лет. Альфред любил выпить, любил читать, и любил одиночество. Жена его ушла от него за двадцать лет до трагедии, что настигла не только его.  Его племянник был крайне досадован новостью о кончине дядюшки. В младенчестве племянник был назван именем в честь своего дяди, родители его решили так его назвать, так как в то время магазин по продаже редких и антикварных книг был популярен и востребован. Дядя Альфред был преуспевающим бизнесменом, продажи шли хорошо, деньги плыли по течению в кошелек его семьи, а уважение к его персоне росло в геометрической прогрессии.

В одно прекрасное утро наш герой получил в наследство бизнес, который был в заточении двух проблем: налоги и невостребованность покупателями. Альфред был крайне расстроен двумя новостями этого утра: похороны и развалившийся бизнес с огромной ответственностью.

Похороны прошли на кладбище, на котором хоронят почти-что богатых бедняков. Шел холодный дождь, слезы единственного ребенка и племянника, а также парочки бывших друзей, были горячи, но не настолько, чтобы Бог сжаловался над ними и приказал ангелам стереть с синей вуали неба грозовые тучи. Господин Никовски выдал ключи и бумаги от магазина двадцатилетнему Альфреду. Далее мы будем называть его Фред, так как , именно такое сокращение нравилось нашему герою.
В те годы Фред любил прогуливаться по скромным улочкам, в которых царило спокойствие и умиротворенность. Днем он писал стихи и тщетно пытался их показать редактору местной газеты, в полдник читал Диккенса и Гёте, вечером ужинал со своими друзьями в местном пабе, заливая телячье филе красным вином. ночью Фреду становилось невыносимо одиноко, но сие чувство убивала в нем Олливия. Она приходила к нему вечером, в комнатку, которую он снимал в самом красивом месте для двух молодых людей- у моста, на набережной. Дом этот принадлежал Симеону Грею- местному букинисту. Олливия любила Фреда, Фред же был потерян в своих чувствах между нескольких дам. Он винил себя за то, что его сердце было подобно обломку корабля в буре. Подобно буре, чувства его нахлынивали то в сердце, то в мозг. Всем известно, что разумом любить невозможно, поэтому чувства то всхлынивали, то пропадали. Фред впервые запутался.
Олливия имела пышные формы. Груди ее вольно плыли волнами под ее платьем.  Будто бы вспухшие от часовых поцелуев, губы ее были припухшие,. Несмотря на пышные формы, в ней была некая утонченность. В глазах можно было потеряться навеки, и оказаться в обьятях незнакомой женщины.
Фреду было тяжело признаться себе, что он использовал эту даму для побега от грусти и осознания своей никчемности. одиночество во всем своем многообразии царила в душе и в разуме юного странника. Месяцы длились годами, из чувства стыда Фред закрывался от окружающих. Ему казалось невозможным признаться Олливии в правде. Нам кажутся невозможным те поступки, которые мы еще не совершили.

 
Одиночество-это бег по кругу. Бег по ипподрому, на котором нет следов копыт. Это бег всадника, который потерял лошадь. Это побег от своего фантома, что стоит на старте, что все ближе к тебе,  если ты бежишь, и что дальше от тебя, коль ты не найдешь середину в этом круге и не выйдешь из него.
Осенью, ближе к заморозкам, Фреду исполнился двадцать один год. В это время он уже переехал в книжный магазин. продажи шли очень плохо. покупателей было мало, но этого хватало, чтобы оплатить налоги. в здании магазина у него была своя жилая комната, в которой стоял старый рояль, который Дядюшка Альфред привез из Испании. Также в комнате стоял запыленный диван, в котором клопов было больше, чем в старых книгах в торговом помещении магазина. На этом диване Фред засыпал и просыпался, с интервалом в семь часов. Стол, на котором лежал портсигар, парочка новых книг, и бутылка красного вина, был унаследован еще в молодые годы дядей, который ушел в себя в сорок девять лет и рисовал в пьяном состоянии ножом на нем образы из сновидений. На столе была надпись, главная мысль в которой была в том, что не стоит просыпаться человеку, коль рядом нет никого. Также была нарисована дама в непристойной форме, и надпись- " Амели".
В этой комнате пахло плесенью, табачным дымом и отчаяньем.
Свой день рождения Фред не стал отмечать. Скорее можно сказать, что он отметил его расставанием с Олливией. В этот день он сказал ей, что его сердце не принадлежит ни кому из живущих на планете дам. Затем он признался Олливии, что он просто проводил время в утехах в ночное время- такова была суть их отношений. Олливия держалась достойно, одна бровь была приподнята, гримаса, что была на ее лице, говорила лишь об одном- об отвращении. Именно это чувство является наиболее искренним, как и ненависть.
Любовь- это эгоизм, так как любя человека, мы любим себя-и это есть суть. А ненависть- это проявление альтруизма, искренности. Ведь мало кто не сможет ответить на вопрос, почему он ненавидит человека. ненавидящий всегда найдет причину ненавидеть, а человек который любит, не найдет причины его любви, так как если бы он знал ее, то любви бы не было.
Временно удовлетворенный своим поступком, Фред, решил закрыться на пару недель в своем магазине и разобраться со счетами и долгами. Его настроение было приподнято, благородным, по его оценке, поступком. он купил бутылку дорогого вина, хотя средств у него не хватало на недельное сытое проживание в своей комнате. Зайдя в комнату, он, первым делом, занавесил два окна в комнате плотной простыней, затем снял свою обувь, закурил сигариллу и начал писать стихотворение. Допив последний бокал вина, он осознал, что он свободен, и может гулять по улицам, вдохновлять своими речами, и раздевать в ночи любых женщин, благо внешний вид Фреда позволял ему это осуществить. С мирными мыслями о разгульной жизни, Фред впервые в своей жизни заснул в возрасте двадцати одного года.
Первый месяц зимы, Фред вел весьма разгульный образ жизни: напивался в пабе с товарищами и друзьями, ночью вел очередную даму к ее поместью, и там показывал ей искусство любви, либо лежал в луже с разбитой физиономией, кою измарал своими кулаками ухажер неудавшейся для Фреда любовницы. Затем прошел год, и Фред начал задумываться о целесообразности его поступков в последние месяцы, ведь натура его была не такой испорченной, как его поступки...
Роберт искал довольно ценную книгу о престолонаследии Булгарского каганата. Воротник Роберта был чист, взгляд прям, края рукавов пиджака были стерты до первых ниток, что соединяли вельвет и хлопок. Он работал букинистом. Приехав из Австрии, первым делом, Боб направился в магазин, который находился в центре города. Этот магазин ему порекомендовал Чарли из Южного Уэльса. Книга, что была объектом поиска Роберта, могла помочь ему стать женихом прекрасной Ларисы, чей отец увлекался историей Булгарского государства. Помощь этой книги была велика по той причине, что в семье Кольских, перед получением разрешения на женитьбу от отца невесты, следовало подарить то, что бы привело в восторг главу семейства. Книга эта могла подарить Бобу довольно крепкий брак с богатой семьей. Целью же было не богатство, а давняя мечта, что была выдержана подобно коньяку в запыленной темной комнате - жениться на Ларисе, и завести детей, дабы укрепить брак. Ведь любовь, после своего ухода, может и не вернуться.
Здание, что стояло напротив Роберта Стрикленда не внушало доверия, так как штукатурка была потрескана, вывеска горела слабо, а окна были настолько запылены, что были видны лишь силуэты стеллажей.  Постучав три раза, а затем открыв дверь, Роберт закашлялся и прошел сразу же к столу продавца. Около двадцати шагов длиной был путь через всю комнату к столику хозяина магазина. За столом наклонив голову спал мужчина лет двадцати двух-двадцати трех, волосы длиной в пол-локтя прикрывали лицо загадочного парня. на столе лежала куча запыленных книг, тарелка с куском мокрого сыра, и пара пустых бутылок вина, внутри которых, без затруднения, можно было разглядеть очертания окурков.
Роберт кашлянул пару раз, затем еще пару раз. Ничего эти действия не изменили. Дела Бобби шли неважно, так как, судя по запаху перегара в помещении, и виду хозяина-продавца, следовало одно- вряд ли этот невежа сможет в таком состоянии найти нужную книгу.
В один момент Роберту показалось, что голова мужчины начинает подергиваться, и надежда в сердце странника вновь ожила. Молодой забулдыга поднял голову, оперся спиной о спинку стула, сквозь прищур глянул на посетителя и улыбнувшись вновь заснул.
Затем, рука паскудно выглядящего продавца дернулась, начала скользить по столу в поисках чего-то. Сквозь приглушенный воротником пиджака голос, Роберту удалось понять, что молодой хозяин хочет выкурить сигарету. На эту просьбу Боб откликнулся с удовольствием и засунул в рот продавца, до этого изрядно потрудившись с воротником ужасного пиджака, сигарету и зажег ее декоративной спичкой длиной в четыре дюйма.
В ответ он услышал, что-то типа "спасибо", только без чередования согласных с гласными.
Через пять минут тело продавца ожило, и даже начало вставать со стула. К великому удивлению Роберта, лицо молодого человека, оказалось очень красивым и даже приятным. Мужчины представились друг другу.
Роберт был удивлен, насколько быстро оживился Фред. В глазах Фреда виднелась грусть, но постоянная ухмылка вводила в заблуждение о состоянии души молодого хозяина книжного магазина. В основном, Фред молчал и слушал о том, какую книгу нужно срочно найти Роберту. Затем Роберт был ошарашен резкой агрессивной выходкой Альфреда. Роберт был в неистовом оскорбленном состоянии, когда Фред решил справить малую нужду в шляпу, которая висела на крючке в гардеробе, если можно так его назвать.
Фред объяснил Бобби, что эту шляпу забыл один посетитель, который пришел не вовремя, и которого пришлось пинком выгнать из магазина. Затем Фред кинул окурок от сигареты в эту шляпу и предложил прогуляться до ближайшего паба, для того, чтобы убавить боль в голове и нытье в теле. Шляпу он оставил у входа в цветочный магазин, мимо которого они проходили по пути в питейное заведение.
Зайдя в паб, первым делом, Фред закурил сигарету, уселся у столика и заказал два виски с водой и по пинте темного пива. Все это время Роберт рассказывал о книге, на что Фред исподлобья смотрел на него и ухмылялся.  К концу разговора о книге, Фред спросил про то, что верит ли Боб в любовь. На что, Боб, ответил с полной уверенностью-"Да!". Фред  нагло и ехидно улыбнулся и запил свое недовольство большими глотками пива.
Роберт заметил во Фреде что-то обреченное, но заманчивое, что-то, что очень притягивает.
Фред сказал Бобу о том, что он поищет эту книгу, если он найдет ему девушку и пару бутылок виски. Он рассказал ему о том, что в его жизни снова все меняется, и он, с каждым новым глотком алкоголя и с каждой новой ночью, проведенной с очередной пассией, приходит к одной истине, которую он не станет раскрывать, так как это опасная истина, это запретное знание.
Одиночество и ум приводят к одному, очень осуждаемому обществом, явлению. О нем в конце этой истории вы поймете, и, возможно, станете плеваться. Точнее сказать - Вы станете плеваться, или же согласитесь в полной мере.
Чему учат неудачные браки и романтика? Мужчина, отродясь, не становится хорошим мужем, он является безнадежным романтиком, ему сложно адаптироваться в море несправедливости, что царит в любви. Женщинам нужна романтика лишь на начальном этапе, и когда уже ее не хотят, мужчина же романтичен во все времена, не смотря на свой вид, довольно не романтичный. Действия мужчины могут быть со стороны неряшливыми и не эстетичными, мужчина может мало говорить, но в разуме его, помимо секса и тщеславия есть одна важная черта, которая спасает мир от полной разрухи. Ведь где еще, кроме как не в несостоявшемся хаосе, есть романтика?
Фреду очень тяжело дышать, он заболел бронхитом. Друзей у него уже нет два года, кроме одного парня, который уехал уже два года назад из его городка, выкупив за баснословные деньги книгу о каких-то варварах, что сумели построить государство.
Фред не слышал о Роберте уже два года, с самого момента их расставания. Они вместе прогуливали деньги от выручки Фреда, они ездили в соседний город, где курили опиум  и занимались любовью с представительницами восточных стран. Две недели тяжелого запоя и гуляний превратились в мрак существования. Боб поспешно уехал, попрощавшись лишь отчасти, или же Фред просто не помнит то, как они прощались, так как находился в весьма паскудном состоянии.
В магазине царила аура мертвеца. Посетителей за сутки, можно было исчислять первыми двумя арабскими цифрами. Бизнес катился в бездну долгов, из-за отстраненности Фреда.
В один миг ему стали противны женщины, он насытился ими, и даже алкоголь не давал ему успокоения. В возрасте двадцати четырех лет он начал ощущать безысходность одиночества, он знал, что его уже ни кто не спасет. Он один во всем мире, не смотря на  то, что женщины липли к нему, когда ему удавалось продать или же найти редкую книгу. В этом он был мастер, не смотря на свой вид, который редко внушал доверие и уважение.
Ночью он играл на рояле, который был расстроен уже с десяток лет, что приводило к нервному постукиванию по двери, и в последующем к письменному предупреждению о нарушении общественного порядка.  Пару раз Фреда забрали в участок, где ему читали воспитательные лекции и давали направление в больницу, дабы убрать нездоровый вид  и выпить парочку микстур.
В больницы и в медицину Фред не верил, как и не верил в закон, в утро, и в будущее.
Часто ему приходила мысль в голову о том, что он мог бы остаться с Олливией, и, возможно, он бы уже не был так обречен и потерян, как сейчас. прошло три года, даже больше, а Фред постарел лет на десять. Он все еще верил в любовь, но не мог представить себя счастливым семьянином. Он не мог себя представить мужем, который бы защищал женщину, который бы смог выслушивать женские разговоры, россказни, плачь детей, фиолетовые нагрудники, белые скатерти и противную белизну мраморной раковины, которая была бы наполнена рвотой, которой рвало бы Фреда от такой жизни.
Ему было страшно, что он не мог любить, не смотря на то, что любовь есть. неужели в его сердце и в разуме столько рубцов и грязи между порезами, что он уже не сможет полюбить чистой любовью, как любил старина Боб свою будущую жену? Мысли со временем уходили о мечтаниях о том, как бы было хорошо посмотреть как там поживает Роберт, счастлив ли он, смог ли  этот скряга-Отец Ларисы, принять его в семью, занимаются ли они любовью каждый день, доволен ли Бобби своей жизнью...
Затем, Фред, успокаивал себя тем, что он  не эгоист. Ведь нужна ли ему чужая жизнь?- такой вопрос он задавал себе. Прошло два года, а он почему-то вспоминает изредка о Роберте. Быть может, он еще не потерянный человек, быть может он еще чувствует беспокойство за чужие судьбы?

В огуречного цвета помещении, среди жутких пьяниц сидел довольно молодой парень с рыжими аккуратными усами, которые были подсвечены отражением света лампы о золотистую поверхность карманных часов, на которые он смотрел. Часы эти достались молодому красавцу с усталым и грустным видом, от отца, который умер десять лет назад. Мать этого человека была великой женщиной, она выносила еще двух детей, которые родились через три месяца после смерти кормильца.
Мужчина в шляпе с короткими полями, кашлянул еще разок, для того, чтобы отвлечь потрепанного, но аккуратного молодого человека, от созерцания часов. На короткий кашель этого бугая, парень ответил одним словом -"хорошо, берите.". На что, здоровенный бородатый мужчина ответил рукопожатием, и сказал, что всегда попадаются хорошие сдельщики, если их зовут  Роберт.
Бобби улыбнулся, но в глазах его виднелась тоска и чувство потери и стыда. Ему не хватало денег на билет в вагоне, где сидят бедняки. Но от этой сделки, ему еще могло перепасть на пару бутылок виски и средненькую проститутку.
Роберт достал портсигар, открыл его, и закурил. Легким прихлопом двумя руками, ни на одной из которых не было обручального кольца, он закрыл портсигар и оставил его на столе. Дым он пускал из носа, и каждый раз чихал, на что его собеседник смешливо кашлял.
Фреду постучали в дверь. Постукивания были слабыми - подметил Альф, и умозаключением дал понять себе, что за дверью, скорее всего, женщина. Долгий путь пришлось проделать Фреду, чтобы дойти до двери, так как в нем играло похмелье и простуда, левый ботинок был изодран, а  на штанине правой ноги виднелась запекшаяся кровь. На столе лежал счет за испорченное имущество, в графе названия имущества было имя, которое дают либо проституткам, либо собаками. Фред же никогда бы не убил человека, и не убил. Также лежал счет за оказание медпомощи, и за двенадцать инъекций в  три дня.
Постукивания становились более робкими, с каждым звуком от шагов Альфреда. Дверь была закрыта на замок, поэтому в первый раз Фред не смог открыть дверь, так как забыл, что запер ее на замок.
Дверь была открыта, и на улице шел дождь. За дверью стояла девушка лет двадцати пяти-шести. Тело ее было стройным, но платье было ей будто бы не по размеру, что наталкивало на мысль о том, что ранее девушка была более пышного телосложения.
Платье это было ее, так как на нем были написаны инициалы ее семьи. Фред был ошарашен, и когда, сквозь свой пьяный от боли в голове прищур, понял, что это Олливия.
Единственное, что его ошарашило - это не ее приход, а что он не ошарашен ее приходом.
Он предложил ей зайти к нему, заранее извинился за беспорядок. Предложил сесть за стул, и налил ей пару капель бурбона,  дабы она согрелась. Затем, он принес мягкий плед и ведро с дровами. Молча, он разжигал костер внутри ведра, и пытался раскурить сигару у костра. Она смотрела на него обреченными и преданными глазами.  Прошло почти, что семь лет, как он ушел от нее. Она успела выйти замуж, овдовела и потеряла ребенка. Но в финансовом плане у нее все было хорошо, и у нее была сеть цветочных магазинов по всей стране. Она пыталась улыбнуться в те моменты, когда он изредка молча смотрел на нее, но это придавало лишь еще большее неудобство в сложившейся ситуации.
Она надеялась, что он примет ее снова, сжалится над ее судьбой. Ведь ей самой бы предстояло принять его и сжалиться над его же судьбой, которая казалась ничуть не лучше, так как магазин находился на грани банкротства, здоровье Фреда можно было оценить по его внешнему виду, который с того времени изменился кардинально.
Фред докуривал сигару, подливая в стакан новую порцию бурбона, который он купил за бесценок у знакомого лавочника. Ящик бурбона они сумели украсть в порту, в котором у лавочника был знакомый грузчик. По очень малой цене он избавлялся от улик своего правонарушения, так как в последнее время, к нему часто начали заходить констебли.
Сигара начинала жечь губы, и Альф бросил ее в ведро, огонь начал извиваться в странном танце, затем вернулся к своему обычному состоянию.
Олливия смотрела на него, Фред смотрел на грани стакана и пустил слезу. Олли обрадовалась этому и заплакала, она бросилась ему в ноги и начала целовать его в грудь. Их общее рыданье заполнило комнату, нервно отдаваясь колебаниями на запыленных окнах магазина. Олливия обняла Фреда, но почувствовала, что Он был напряжен и даже не пошевелил рукой, чтобы ответить ей взаимностью. Она испуганно посмотрела ему в глаза, в которых было видно отрешение и разочарование, стыд и отвращение, жалость и предательство, красота и обреченность...
Олливия заплакала и упала на пол, начала бить кулаками по деревянному полу и кричать слова о том, что зря снова доверилась ему, что поверила в Него.
Альфред встал со стула стряхнул слезу с воротника, а также пепел, который остался между складок брюк. Он медленно и отрешенно, но уверенно подошел к двери, открыл ее, снял с крючка плащ и сказал Олливии, чтобы она уходила.
Самое страшное наказание для человека- это то, что он не может приказать себе любить кого-то.
Роберт шел по мостовой, около красивого дома, на нем было написано имя хозяина, местного обеспеченного и уважаемого букиниста, но путь Боба лежал не в этот дом.
Его одолевало чувство тоски по времени, когда в нем жила надежда, но, не смотря на нее, он мог провести время с пропащим человеком, которого он чуждался, но, в конце концов, понял, что сам по своему существу является таким человеком. Оказалось, что во взрослой  жизни у него не было роднее человека, чем Альфред. Да, Альфред груб и отчаян, он страдает  алкоголизмом и наркоманией, но ведь в нем есть душа, которая может страдать. А если душа может страдать, то такая душа еще живее любой души, что никогда не страдала. Разве не великие писатели говорили, что лишь душа познавшая страдание, может познать настоящую любовь!?
Единственным братом и другом для Боба стал Фред, но прошли годы, и он не знал, кто этот человек, который показал ему грани безумия и десяток гулянок. Они вместе занимались любовью с женщинами, они вместе курили опиум и видели мир, таким, какой он есть, они вместе дрались с другими мужчинами...
Ничто так не сближает две души, как драка.
Отец Ларисы принял подарок, но оказалось, что Лариса беременна, и сделала аборт. В этом винили, конечно же, Боба. Через годы, Лариса призналась ему, что она из любви к Нему, сделала аборт, так как хотела построить новую жизнь с Робертом. На что Роберт спрашивал о том, что разве смерть и убийство - есть фундамент брака. Она же ответила лишь новостью, что ребенок был не от него. В тот момент все в нем умерло, он понял, что его брак  никогда бы не удался, что его опозоренная любовь, оказалась тенью позора его объекта любви, а вся вина и позор пали на его личность. Но это было мелочью, его любимая женщина убила ребенка, пусть и чужого. Измена здесь не причем. С тех самых пор он понял, что он и не любил Ее, да и можно ли любить женщин, если они так жестоки, и так мучают всех и пользуются друг другом, какая бы благородная мысль не управляла ими?
Он начал пить, и пропил половину своего состояния, а другую половину - проиграл в  карты. Последнее, что у него осталось - это отцовские часы, и его знакомый и друг- Альфред, который, скорее всего, давно забыл о Нем.
Роберт увидел знакомый ему до боли магазин, который со временем стал еще грустнее и страшнее. Он долго не решался подойти к двери. За пыльными окнами виднелся силуэт довольно высокого человека, с длинными волосами и в чем-то мешковатом, типа пиджака. В это время сердце Альфреда дрогнуло, и у него потекли слезы. Единственный человек, которого он знает и к которому он мог пойти, стоит совсем рядом, за пыльными рамами и стеклами книжного магазина.
Фред допивал стакан молока, и заметил у стеллажа с книгами об античности серую маленькую мышь. Он одним быстрым прыжком спугнул мышь и побежал за ней по комнате, затем он споткнулся своей хромой ногой о доску. Упал Фред очень удачно, мышь оказалась у него в руках. Он долго не понимал, почему напуганная мышь, которая была испугана его прыжком, сразу же не убежала нору, а побежала вокруг стеллажа. Вдруг он услышал скрип двери, и мышь медленно, но уверенно проскользнула меж пальцев, и нахально удалилась в щель между шкафом и партой.
Фред чувствовал, что у него кружится голова, ему становится жарко. Перед ним стоит исхудавший Бобби, с рыжими усами, в красивой шляпе и в коричневом вельветовом пиджаке. Как же он неподражаем и статен! Как же он красив, и как же он скучал по нему!
Фред лег на спину и закрыл глаза, он не верил себе, он не понимал себя. Как он мог раньше не понимать этого, и ему стало стыдно. он открыл глаза, посмотрел на него, и закрыл еще раз. Бобби подошел к Фреду, и прилег рядом. Доска заскрипела, и оба друга улыбнулись, сквозь слезы. Бобби положил руку на глаза Фреда, Фред заметил, что не чувствует прикосновения к щеке теплого золота, и вздохнул.
Фред подумал об Олливии и других женщинах, и на его лице всплыла гримаса отвращения, Бобби вспоминал неудавшийся союз, и всех женщин с которыми он был связан и обреченно вздохнул. Они посмотрели друг на друга, и оба почувствовали редкое чувство, то чувство, что пропало давным-давно - надежда.
На улице была слышна музыка из соседнего магазина, где старый Крис продавал музыкальные инструменты. Музыка играла вальс, и подобно вальсу судьбы двух странников сплелись, подобно пальцам их рук, что крепко держали друг друга.