Работяга

     Я - безнадежный член общества. Работяга. На таких, как я, сваливают всю мыслимую и немыслимую работу, Внутри, в душе, злюсь, кипячусь, протестую. Даже произношу гневные монологи, в которых разоблачаю несправедливое отношение к себе. Но всё это только внутри. На самом деле робкой овечкой блею что-то нечленораздельное и в очередной раз взваливаю на свои плечи кучу работы, которую могла бы и не делать – в мои должностные обязанности это не входит.

     Когда я в последний раз была в кино? Триста лет тому назад. Что кино, не могу даже  позволить себе вечером растянуться на диване у телевизора и посмотреть  дурацкий детектив или душещипательную мелодраму.

     Утром, глядя на себя в зеркало, с ужасом понимаю, что лучшие годы своей жизни посвящены не прогулкам под луной или в осеннем парке среди рыжих кленовых листьев, а трудовым будням.

     Я - синий чулок, безнадёжная старая дева с кучей комплексов. Сегодня у меня похоже на вчера, а завтра – на сегодня.

     Меня опять попросили задержаться на работе. Есть масса причин, чтобы просить об этом меня и никого больше. Гневный монолог - внутри и послушный кивок головы- снаружи. Да, хорошо, будет сделано… У-у-у,  как я себя ненавижу!!!

     И опять засиделась допоздна. Всё! Стоп! Не хочу домой! Не хочу печального чая с грустным бутербродом в одиночестве… Вот зайду сейчас в ближайшее кафе, накуплю пирожных, расковыряю их ложкой, буду сидеть, болтать ногами, глазеть по сторонам, любуясь на счастливые парочки, которые никого не видят, кроме себя.  Он  так нежно её за пальчики держит, а она так мило улыбается...  Воркуют, воркуют о чем-то...

     Так. Беру вот эту корзиночку с фруктами, вот это розовое воздушное облако в виде сердечка, вот это нечто, свёрнутое колесиком и политое шоколадом, вот это, вот это и … ещё вот это… что это с глазами у продавщицы? Да, это всё мне! Это мой маленький социальный протест, моя тихая революция… И кофе, пожалуйста, капучино с пышной пенкой и нарисованным на ней сердечком! И ещё... горячий шоколад и чай. Вот этот, рыжий. Да. целый чайник. А теперь, если не трудно, принесите всё во-о-н за тот столик у окна.  ТАМ СЯДУ.

     Мне хорошо среди тарелок с пирожными, рядом с которыми кофе и чай. Их ни за что мне не осилить, но как приятно просто сидеть и смотреть на бегущие за окном автомобили. Наконец-то найдены силы совершить дурацкий поступок!

-Скажите, у Вас свободно?

     Во мне вновь проснулась овечка, я привычно кивнула головой: да, конечно, свободно. Кто-то сел рядом, и вдруг я почувствовала: что-то ТАКОЕ!!!! происходит. Такое, какого никогда не  было в моей жизни… Страшно было поднять глаза на сидящего рядом со мной человека. Но я всё же решилась:  милый очкарик с доброй улыбкой смотрел на расставленные тарелочки и чашки. В руках у него был поднос с тем  же набором  протестующего работяги.

-Знаете, я сегодня опять задержался на работе и решил сам себя чем-нибудь необыкновенным удивить. Когда я всё это покупал, мне казалось, что я совершаю революцию. И вдруг увидел Вас… И Ваши пирожные… И Ваши чашки…

     Не помню, о чём мы говорили в тот вечер. Может быть, и не говорили вообще. Было ещё много вечеров – совершенно разных и неповторимых.

     Мой милый очкарик с доброй улыбкой! И что такое необыкновенное сумел рассмотреть во мне?

     Теперь, когда по утрам я смотрю на себя в зеркало, с радостью понимаю, какая всё-таки я необычная: у меня смуглое лицо, тёплые карие глаза и детская улыбка…

     Теперь с удовольствием задерживаюсь на работе, потому что меня обязательно встретит мой безотказный работяга,  засидевшийся в офисе допоздна – вновь была какая-то спешная работа.
                1 декабря 2002 г