Избранные места из переписки по e-mail. Файл 1

«Где ты, девушка ихней тюрингской мечты?
Здесь подружке не скажешь "meine Liebe"...»
(Марк Мерман «Фокстрот»)

        Волею судеб, оказавшись в ноябрьской Праге, зашел перекусить в один из тамошних брендовых ресторанов - «У Флеку». Был воскресный день, моросил дождь, один из залов был закрыт, а оставшиеся публика заполнила почти до отказа. Сняв куртку и присев на свободный край длинного деревянного стола, я оказался сбоку от молодой пары, неспешно жующей и, время от времени, перебрасывающейся друг с другом короткими немецкими фразами, непроизвольно фильтруемым ухом из общего шумового фона многолюдного помещения, хотя говорили они негромко. Возможно, в моей генной подкорке сына фронтовика, прошедшего с первого до последнего дня всю Отечественную, сидела особая заточенность на фонетическое восприятие немецкой речи.

       Предварительно получив от официанта утвердительный кивок на мой вопрос, понимает ли он по-русски, я сделал заказ. Официант отошел, а немецкая пара, закончив еду, внимательно изучала десертное меню. Обычно, в этом месте десерт однозначно подразумевает пиво, но женщина была визуально беременна и, поэтому, перед ней, возможно единственной из взрослых посетителей, не стояла пивная кружка. Когда к ним подошел официант, мужчина обратился к нему по-немецки, тот пожал плечами, давая понять, что не понимает. В это время, ко мне с подносом тоже подошел официант, которому я ранее сделал заказ, и мужчина переадресовал свой вопрос ему, но в ответ также получил только извиняющийся кивок. После этого он перевел взгляд на сидящую рядом партнершу, и та перешла на ломаный английский. В бывшем регионе когда-то большого немецкоязычного государства коряво звучавший в исполнении его спутницы язык Диккенса оказался более понятен, чем правильный язык Гете, и вскоре перед фрау стояла чашка чая с печененкой. Скукожился немецкоязычный мир чемпионов успехов 19-го века до фольклора диаспоры. 

       "Интересно, могла ли предвидеть недюжая фантазия Франца Кафки, что спустя менее ста лет, язык его произведений будет практически непонятен жителям родного города?" - подумал я, глядя на одевавшуюся немецко-говорящую пару. Хотя сам с советских времен не бывал в той же Риге или Кишиневе, где уже сейчас, запросто, мог бы оказаться в аналогичном положении, ну, а уж мои дети, а тем более внуки, достигнув моего теперешнего возраста, стопроцентно не смогут там сделать заказ на "великом и могучем". Коловращение жизни, в результате которого, русскоязычный мир, параллельно с немецкоязычным, сжимаясь как шагреневая кожа, дрейфует в направлении Атлантиды и, уже находясь в Третьем Риме, запросто можно почувствовать себя в каком-нибудь Истамбуле, где количество прежних хозяев - греков, находится сейчас на уровне статистической погрешности.  В конце концов, последним, вошедшим в мировой обиход русским словом была "перестройка" и новых в ближайшее время как-то не предвидится, разве только "пиз**ц", в случае проблем со сбытом отечественных углеводородов. Да и с немецкими выражениями, после "Гитлер капут!", аналогичная напряжёнка. Довоевались, блин, до самоуничтожения в раскрученной адской мясорубке, а магометане, тем временем, спокойно "плодились и размножались" под жарким солнцем юга и цветущими финиками...

       Мои послеобеденные метафизические выкладки, под допиваемое пиво, были прерваны явлением тройки, состоящей из двух грудастых девиц с коротко стриженным, коренастым парубком посередине. Шумно отодвинув лавку, они сели на место ушедших немцев. Мгновенно подошедший официант поставил перед ними по кружке пива. Одна из дам, порывшись в сумочке, вытащила и выложила на стол пачку сигарет, на которой под лейблом "Marlboro" в черной рамке жирными черными буквами красовалась надпись, напоминавшая носителям языка Пушкина, о том, что: "Курение приводит к импотенции!". Видимо посчитав, что данная информация касается исключительно курильщиков мужеского пола, обе дружно затянулись сигаретой и принялись обмениваться впечатлениями от пребывания в Чехии. Мужчина не курил, глотал пиво и хранил глубокомысленное молчание. Запаса цензурных слов барышням, очевидно, не хватало, поэтому разговор преимущественно содержал ненормативную лексику, лишь фонетически подобную сценическим диалогам героинь чеховских пьес. Что бы окончательно не впасть в депрессию от перспектив русской лингвистики, я поднялся и, сняв висевшую за спиной куртку, вышел из ресторана. Вялотекущий дождь на улице продолжался, открыв зонтик, я окунулся в лабиринт пражских улочек с их родными сочетаниями звуков на непривычно выполненных латиницей надписях.


     Ноябрь 2012-го.


Рецензии
Вымирание культуры, как потеря языка, когда слышить,
но не можешь слог принять ... так жизнь проста.

Спасибо за Ваше эссе.

Татьяна Воляева   05.03.2021 16:26     Заявить о нарушении
Да, «у нас была великая эпоха» (Эдуард Лимонов).
Когда-то в нынешнем Стамбуле тоже говорили на греческом, мне кажется у народа как у отдельного человека существует «критическая кровопотеря», главное это вовремя осознать и подстроиться к существующим реалиям, ведь Греция жива, хоть и не в границах Александра Македонского.

Ответно спасибо за Ваш отзыв,

Сергей Шишкин   05.03.2021 18:35   Заявить о нарушении
На это произведение написана 31 рецензия, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.