На перевале Фахрабад

На перевале Фахрабад

Текст посвящается всем, кто когда-то жил в Таджикистане,
но был вынужден покинуть его по разным обстоятельствам.

Ранним утром, в начале апреля, в один из воскресных дней я пешком поднялся на перевал Фахрабад, расположенный недалеко от Душанбе. Раньше, в советские времена, мы часто ходили туда вместе с друзьями, но теперь все они поразъехались, и живут далеко за пределами Таджикистана.
Склоны гор были покрыты сплошным ковром из красных маков. Кое-где среди алых цветов виднелись темно-синие, чуть склоненные головки колокольчиков. Трава была ещё покрыта росой, и её мелкие бусинки, играя всеми цветами радуги, отражали лучи утреннего солнца.
Взглянув на левый склон, я заметил мальчишку в темном трико и красной майке. Он пас небольшое стадо коз. Увидел я его не сразу и именно из-за майки, цвет которой сливался с фоном из ярко-алых маков. Взмахнув рукой, я поприветствовал его. Он тоже ответил мне взмахом руки.
Я продолжил свой путь дальше, вдыхая утренний воздух гор.
Добравшись до вершины, а это 1245 метров над уровнем моря, скинув рюкзак, я присел на мягкую апрельскую травку. С вершины был виден почти весь город Душанбе. В утренней дымке серебрилась ниточка речки Каферниган. Небо было совершенно синим, без единого облачка. Лишь весенние ласточки стремительно прочерчивали на нём свои замысловатые линии. Я внимательно прислушался к окружавшей меня тишине, и вдруг мне показалось, что она беседует со мной своим тайным языком символов.
– Ты прекрасна, моя земля, – мысленно произнёс я.
– Я прекрасна всегда, ведь я – твоя Родина, – тихо прошептала она.
– Я рад, что ты у меня есть, хоть ты истерзана войной и разрухой... и слаба.
– Эх ты, глупец… Разве это может навредить мне? Я не меняюсь, я ведь природа. Я никогда не воюю и безукоризненно следую своему предназначению – расцветаю весной, нагреваюсь и золочусь летом, осенью делюсь своими дарами, а зимой засыпаю и отдыхаю. И так всегда, потому что я следую Божьим законам. А на счёт слабости, тут ты вовсе не прав. Я ведь Земля и всегда сильна, а слабы люди живущие на мне. И войны, и разрухи – это тоже их рук дело.
Потом наступила тишина. Я прилег на травку, подложив под голову рюкзак. Высоко в небе парили орлы, широко раскинув крылья. Это выглядело удивительно красиво. Они парили без единого взмаха. «С высоты им лучше видно, насколько прекрасна наша земля», – подумалось мне.
– Да, я действительно красива, необыкновенно красива– смущенно прошептала земля, снова возобновляя наш диалог.
– Слушай, а я вот часто общаюсь с людьми, покинувшими тебя. Как ты относишься к ним?
– Я люблю их, как Мама любит своих детей. Ведь я вырастила их, они дышали моим воздухом, питались моими плодами, сидели под моими деревьями. Под покровом моей ночи они впервые смущенно целовались. И никто, кроме меня, это не видел. Я храню их тайны. Они – есть часть меня, мои частички, разбросанные по разным уголкам мира. И внутренне они всегда помнят, что являются детьми этой земли. Навсегда. Я их навсегда закодировала Детьми Гор...
Затем снова наступило молчание.
Солнце поднялось высоко. Утренняя дымка полностью исчезла, и с противоположной стороны чётко прорисовывались силуэты Варзобских гор с зелёными пятнами весенней травы на фоне красных проталин. По Фахрабадской дороге зачастили машины, ехавшие со стороны Курган-Тюбе. Я открыл рюкзак и вытащил уже остывшую лепешку, которую купил по пути, на Саховате, у молодой девушки-узбечки из колхоза «Россия». Какая же вкусная эта лепёшка, посыпанная кунжутными семенами...
Вокруг меня колыхались алые маковые ковры. Подул тёплый ветерок, нежно касаясь верхушек трав и превращая их в зелёные волны. Природа дальше продолжала свой шифрованный разговор со мной, но мне было лень переводить этот язык на обычный, хотя подсознательно я чувствовал, что она пыталась донести до меня что-то очень главное...

По дороге назад, во время спуска, я снова повстречал мальчишку-пастуха. С близкого расстояния я заметил, что козы, которых он пас, были ангорские, с длинной и совершенно белой шёлковой шерстью.
– Ассалому алейкум, ака, ту варзишгар асти (Здравствуй, брат, ты что, спортсмен что ли)? – весело спросил мальчишка. Видимо, он так подумал, увидев мое спортивное снаряжение.
 – Ман кухро дуст медорам, бародар, худат шояд мухлиси варзиш асти (Я просто люблю горы, братишка, а вот ты, наверное, любитель спорта)? – поинтересовался я, указывая на надпись «Леонель Месси» на его красной футболке.
– Ман мухлиси тими « Барселона» астам, футболро дуст медорам (Я болельщик команды «Барселона», я люблю футбол), – весело ответил он.
Нам было по пути, и мы некоторое время шли вместе вдоль дороги, разговаривая о футболе. О «Барселоне» он знал почти всё.
Крупный вожак-самец с большими закрученными рогами уверенно шествовал впереди козьего стада. Он, видимо, знал уже дорогу наизусть, и козы мелко семенили за ним.
Когда дошли до поворота в сторону его кишлака, он вежливо произнёс традиционное:
– Чой тайёрай, ака, биё хона мехмони меравем, (Чай готов, брат, пойдём к нам в гости).
– Рахмат, бори дигар, бародар (Спасибо, в следующий раз, братишка).
Мы тепло попрощались, и я отправился дальше. Движение транспорта становилось всё интенсивнее. Я шёл вдоль ивовых деревьев со склонёнными до самой земли зелёными ветвями. Казалось, что они поклоном приветствовали меня. Я пешком добрался до поста ГАИ, а там сел на попутную машину, за рулём которой был пожилой мужик в чапане и тюбетейке. Оказался он из Ильичёвского района и в тот воскресный день ехал в гости к своему брату, проживавшему где-то на Водонасоске.
Я вышел на Гулистоне. У огромной цветочной клумбы, напротив цирка, цвели красивейшие чайные розы. Из подземного перехода, смеясь, появились девушки. Одна – в национальной одежде, другая же была одета по-европейски. У той, что была в традиционном платье, зазвонил мобильный. Чуть замедляя ход, она ответила:
– Далер, конспекти маро имруз биёр. Фирузаро бигу туфлихои, ки вай пурсида буд, дар « Корвон» ёфта мешавад (Далер, принеси мне сегодня мой конспект и скажи Фирузе, что те туфли, которые она просила, можно найти в «Корвоне»).
Дойдя до остановки, они остановились и стали ожидать свой транспорт. Я поймал себя на мысли, что невольно любуюсь этими юными девушками. Однако, как же красиво весной в Душанбе...
И мне вспомнился язык символов природы, услышанный сегодня на вершине Фахрабада. Солнце, горы, весна, апрель, ласточки в небе, мальчишка-пастух и эти две юные красавицы говорили мне о том, что всё будет прекрасно…
 
13 ноября 2010 года


Рецензии
Как красиво и хорошо!Никогда здесь не была,но всё прочувствовала. Спасибо!
Кстати, когда-то мой отец, штурманом , ходил в дальние плавания на сухогрузе "Душанбе".
С уважением, Ирина.

Ирина Шатуновская   04.02.2015 09:47     Заявить о нарушении
Спасибо, Ирина! Рад, что Вам понравился текст. В Таджикистана природа в апреле месяце очень красива!

С уважением,
Джурахон

Джурахон Маматов   09.02.2015 08:55   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.