112Уморя

      Я как-то отдыхал с моей Таней – женой в доме отдыха у Чёрного моря. Сейчас уж что-то и не припомню, как удалось путёвочку раздобыть, да ещё летом, да ещё семейную  – кажется,  кто-то отказался, а тут я подвернулся...
     Но не в этом суть. Помню, денёк у нас однажды во время отдыха такой вот выдался, как сегодня: солнечный, тёплый, но с ветерком. Так как ещё заранее нами было запланировано на этот день на пляже поваляться, позагорать, то на ветерок мы решили внимания не обращать и запланированное выполнить.
     С утра, как водится, пока позавтракали, туда да сюда, так что на пляж мы попали часам где-то к десяти. Пришли, нашли место к воде поближе, разделись, загораем, слушаем, как волны шумят, о берег бьются.
     Шагах  где-то  в пяти – шести от нас женщина молодая растянулась на песке, рядом с нею мальчонок  лет шести. Мальчонок этот, ясное дело,- ребёнок, дитё: то то возьмёт – играет, то за камушком, там, потянется. А женщина, мать его, аж из себя выходит:
     - « Не бери! Не трогай! Куда встал? Положи! Не сыпь! Не бегай! Сиди!..» И вот так, понимаешь, прямо скажу, тиранит мальчонка, да с таким – эдаким злом: ну не мать – «мегера», да и только!.. Видно хотелось ей самой на пляжике-то полежать, а то, ещё что, к какой компании примкнуть, а тут вот с пацаном приходится время проводить… Ну это я так, - просто на ум сейчас пришло,- так как  такие мысли напрашиваются, а может у неё какая другая причина...
     У меня к ней сразу неприязнь появилась: и слушать и смотреть на неё не могу,- стал, было, уже подумывать куда бы подальше от неё перебраться. Но где-то искать опять новое место, перебираться, сам понимаешь, тоже не очень-то охота, да и, можно сказать, лень...
     Рядом с мальчонком  лежал шар надувной – видел, наверное, такие вот: внутри типа камеры, а сверху материалом из разных лоскутиков обтянут... И  возьми  этот  мальчонок  шар-то, - не знаю как, может случайно, - и толкни. А ветерок шарик подхватил и покатил к воде... Как эта «мегера» напустилась на мальчика: и дураком называет и кричит на него... Мальчонок  хотел, было, за шаром побежать – она вскочила, поймала его за руку, отшлёпала по заднему месту с окриком  «не реви!» и, вроде как, подалась за шаром.
     Я – глядь, а шар – то уж у воды! Я вскочил с места, побежал за ним, догнал... Что уж мной руководило – не знаю: может нежелание отдавать шар прямо в руки этой женщине, - но я  возьми и брось шар навстречу к ней. Ветер как бы этого и ждал! – подхватил шар и в море, на волну. Что делать? Я в воду, за этим злосчастным шаром, а его дальше относит. Уже и плыть пришлось! Догнал шар, а на  волнах-то  к берегу грести не просто, да ещё и рука одна занята. Уж я так и эдак, - пловец – то я так себе, средний. Давай уж пробовать как эти спортсмены – ватерполисты плавают... Кое-как до берега доплыл! Пробую ногами дно – нащупать не могу. Во, было! Хоть на помощь кого зови!..
     Всё же, наконец, нащупал дно, пошатываясь, вышел на берег. Отдаю женщине,- матери этого мальчонка,- шар, а она чуть подняла глаза:
     - «Спасибо.  Шар-то весь вымочили... Наигрались?» - и пошла к своему «лежбищу».
     О, как меня взбесило! У меня аж, было, чуть рука на неё не поднялась!.. С трудом подавив своё желание, я только и выдавил вслед: - «Что вы на него всё кричите? Он ведь малец совсем!..» А она, не повернув даже головы в мою сторону, с презрением:
     - «Не ваше дело... Педагог мне нашёлся!..»
    Вернувшись к жене, я буркнул ей: - «Хватит, пошли отсюда...»  Она, взглянув на меня, всё поняла, и мы, быстро собравшись, пошли к набережной...

                ______________