Таганка

Абсолютно безлюдная Таганка ночью прекрасна. Фонари горят не везде, их мягкий свет будто обволакивает. Этот эффект к тому же усиливается непонятно откуда в мае появившейся тополиной пылью.

Мы сидим на остановке в пустом городе. Мучает вопрос, куда все пропали. Почему мы вдруг оказались одни в самом центре вечно не засыпающего вулкана, который будто бы специально для нас в этот вечер выключили.  Но мне хорошо, ведь я не один. Одному было бы страшно, а так у меня есть ты.

Мы говорим о своих обидах, страхах и радостях. Прошлое гроздями нависает над нашими веками.  Мы столько натворили за нашу уже достаточно долгую жизнь, что это уже невозможно исправить.  И пиво, и водка уже не поможет. Нам вообще нельзя пить, но мы пьем. По какому-то недоразумению застрявшие в своем теле, мы открываем дверь за дверью и понимаем, что выхода из себя нет. Ты тут навсегда и ничего не поможет.

Это не грустно, может быть немного больно, но мы уже привыкли.  Время наш главный друг и враг. Мы ненавидим себя, но мы любим ждать и верить. Отними у нас это и мы мгновенно превратимся в пыль.

- наверное, мне пора…

Нужно идти, уходить, испариться, исчезнуть в переулках, улицах, событиях, обязательствах. Оставить тебя в этой временной и пространственной точке, которая через несколько секунд станет невозможно далекой.  Но ведь ты, правда, знала, что надо было сделать, чтобы этот момент зафиксировался в памяти навсегда, на всю оставшуюся жизнь, а может быть и больше? Или ты это просто почувствовала, как провидение?

Твои губы пронзили меня как нож. Теплота кровью пробежалась по телу, подгоняемое сердцем, которое забилось, будто бы оно родилось только что.

В жизни так много одиночества, бессмыслицы, жестокости и  равнодушия. И так мало тепла и любви. Будто бы бог, если бы он существовал, закончив мир, достал это тепло из дырявого кармана своего одеяния, и щепоткой, небольшой горсткой рассыпал над миром.

Нам повезло и маленькая крупинка этого, спрятавшись среди тополиной пыли, подгоняемой городским ветром, упала между нами. 

Все кончается. И этот поцелуй тоже кончился. Ты ушла, и я остался один. Метафизически, с продырявленным брюхом с зажженной сигаретой я стоял на коленях, как стоял герой Цоя в конце фильма Игла. Будущее стремительно забирало последние остатки тепла и как я не цеплялся за прошлое, я в нем умирал. В ушах звучала фраза Башлачева: «мне нужно хоть раз умереть у тебя на руках», и она обретала только мне понятный смысл. Я сам превратился в пылинку и гонимый ветром мчался вдоль безумно красивой и пустой Таганки. Я люблю фотографировать эту жизнь.